Песнь о сгоревшем Фениксе

В общежитии было людно. Студенты всех трех курсов сновали туда-сюда, болтали, читали или просто смотрели куда-то в пустоту. — А теперь скажи мне, банши, — Шон резко закинул Хаан руку на плечо, впечатывая ее голову себе в подмышку, — как у тебя получилось вызвать копье одним словом? — Воу, полегче, здоровяк, — ноги Сайнаары были ватными после тренировки, а тут еще приходилось выносить тяжесть руки. — Ты себя-то видел? Я эту гору мышц не смогу на себе тащить. Шон рассмеялся, ослабив хватку, но руку не убрал. — Ты, конечно, тоща, как спичка, но я так устал, — брюнет театрально закатил глаза, делая вид, будто сейчас упадет в обморок. — Скоро об этом узнает весь факультет, поэтому я хочу первым услышать подробности. — Да что тут слушать, — буркнула Сайнаара. Подниматься по ступеням было крайне неудобно. — Я вспоминала всякое… хорошее, в смысле… потом произнесла заклинание, и все тут. — Только последнее слово, Сайнаара! Тут пахнет темной лошадкой. — Хорош уже! — Хаан скинула с плеча руку и ткнула парня под ребра. — Что-о? — сквозь смех отозвался Шон. — Ты меня убила! — Чушь собачья! Я про твои брови. Хватит ими так играть. Никакая я не темная лошадка. Я обычная. Шон рассмеялся во все горло, хватаясь за живот и перила, чтобы не упасть. — Ладно, рано или поздно я все равно узнаю. — Крысеныш. — Темная лошадка. Сколько бы Сайнаара себя не сдерживала, но все равно криво ухмыльнулась и проследовала в спальню для девушек, оставляя Шона с его икотой за дверью. В комнате никого не было. Замечательно. Хаан грохнулась на кровать. Она не понимала, стоит ли воспринимать слова Шона всерьез. О ней и правда скоро все будут говорить? Новость дня: первогодка с четвертой попытки освоила заклинание в одно слово! Просто превосходно. Сайнаара заскулила, схватившись за голову. Ей вдруг очень захотелось повторить фокус с копьем. Рука потянулась к значку, но тут же остановилась. Девушке не очень хотелось проверять серьезность намерений профессорки Коллинз. Вылет из школы в первый день не входил в ее планы. Сайнаара закусила губу, повернула голову к тумбочке и увидела забытое утром расписание. Она лениво потянулась за ним и развернула лист: Введение в защиту История магии Основы заклинаний защиты Боевые техники — Что за черт? — пробубнила девушка, наблюдая за тем, как слова медленно зачеркиваются. Снизу начала появляться новая надпись. — «Посвящение в Анафему»? Что за… В дверь громко постучали. Девушка подскочила с кровати и побежала открывать. На пороге стоял счастливый Шон. Его волосы напоминали катастрофу и хорошо сочетались с диким выражением лица. — Шон… — Ты уже видела?! — пропищал Кортес, тыкая листом с расписанием в лицо. — …ты меня пугаешь. — Уроков не будет! Приготовься! Возьми побольше денег! — Шон выглядел очень взволнованным и совсем не слушал девушку. — Встретимся через час в холле! — Ты куда? — крикнула Сайнаара убегающему Шону. — За Маир! Через час! В холле! Не забудь кошелек! Сайнаара в шоке уставилась вслед уносящему ноги брюнету и перевела взгляд на лист, который до сих пор крепко сжимала в ладони. Спокойствие. Девушка медленно закрыла дверь комнаты. В этой школе не может быть спокойного дня? Сайнаара распустила конский хвост и провела рукой по волосам. Нет, она не жалуется. — Сначала душ. Потом думать. Хаан сгребла в охапку ванные принадлежности и вышла из комнаты.

***

В спальне копошились одногруппницы. Все до одной бурно обсуждали загадочное посвящение. Сайнаара закончила сборы. Она практически опоздала на встречу, слушая сплетни Защитниц. Кто-то говорил, что это негласный закон школы; кто-то, что это нелегальная встреча высшей и низшей школ для выяснения превосходства; а кто-то настаивал, что это обычная вечеринка. Сайнаара закинула на плечо сумку и поспешила покинуть комнату, забыв собрать волосы в хвост, поэтому делала это на бегу. Ничего не вышло. Девушка тихо выругалась и удрученно сунула резинку в карман школьных брюк. «Плевать. Буду пародировать чудовище дальше.» Внизу почти не было людей. Хаан пробежалась глазами по присутствующим и тут же заметила Маир. Вид алого костюма с белым галстуком заставил легкие сжаться до размера атома. Сайнаара остановилась на ступеньках не в силах сделать шаг. Уайт выглядела превосходно. Ее бело-золотые волосы резко контрастировали с кроваво-красным пиджаком. Она о чем-то спорила с Шоном, который стоял к Хаан спиной и агрессивно жестикулировал. Сайнааре потребовалось время, чтобы осознать, что на нее смотрят золотые глаза. Девушка очнулась только тогда, когда заметила, как Маир задумчиво закусила губу, продолжая внимательно смотреть на нее. От этого небольшого жеста пульс участился, приводя в чувство. — Вот ты где, — воскликнул Шон, проследив за взглядом Уайт. — Я думал, ты утонула в ванной. Сайнаара мотнула головой, присоединяясь к друзьям. — Такого удовольствия я тебе не доставлю, крысеныш, — хихикнула брюнетка и ткнула пальцем под ребра Шона. — Опять ты за свое, — взвыл парень, подпрыгивая на месте. — Думаешь, нашла мое слабое место? Как бы не так! Маир хохотнула, наблюдая забавную картину. — Раз мы все в сборе, то можем отправляться? — Уайт указала на входную дверь. — Или вы затеяли спарринг? — Куда? Что происходит? — Погнали, дорогуши! — За масками, — губы Маир растянулись в загадочной улыбке. Когда троица покинула общежитие, Сайнаара чуть с ума не сошла от любопытства. — Кто-нибудь мне уже скажет, что тут творится? — не выдержала Хаан, обгоняя друзей. Она хотела посмотреть в их наглые глаза и одарить самым осуждающим на свете взглядом. — Вы двое что-то знаете, а я чувствую себя глупо! — Не ущемляйся, Сайни, — Шон злорадно улыбнулся. — А то опять запищишь, и мы оглохнем. Хаан возмущенно вскинула руки, а Маир закатила глаза на комментарий друга. — Мне он тоже не сказал, если тебя это утешит. Знаю только, что сегодня нам понадобятся маскарадные маски. — Что? Зачем это? — не угомонилась Сайнаара. — Для таинственного посвящения, очевидно, — Уайт беспокойно посмотрела на девушку. — Хватит идти спиной вперед, упадешь еще. Хаан ахнула и гордо вскинула подбородок. — Будет крысенышу уроком! Если я упаду, Шон, это останется на твоей совести! Кортес показал язык и мечтательно заулыбался. Вот нахал, он и не думал делиться информацией. — Пожалуйста, я не хочу, чтобы ты падала, — с беспокойством ответила Маир. — Теперь можешь идти нормально? Сайнаара сглотнула и почувствовала, как краснеет. Она вмиг забыла, о чем думала и сколько хотела высказать наглецу. Девушка развернулась и поравнялась с Маир. — Спасибо, — прошептала Уайт, мягко глядя в карие глаза. Сайнаара перевела взгляд на Шона. Тот словно дракона увидел. Его брови быстро взметнулись, а губы растянулись в самой ехидной ухмылке на свете. Хаан с возмущением наблюдала, как друг одними губами произносит «томат». Ей вдруг захотелось драться. Крысеныш. — Так какой у нас план? — Маир прервала непонятную ей войну взглядов. — Покупаем маски, а потом? — Сначала, дорогуши, вы должны пообещать мне, что никому не расскажете то, что увидите. Маир удивленно вскинула бровь. — На каких основаниях я должна… — Обещаю! — Сайнаара! — воскликнула Уайт, заставляя Хаан проглотить язык. — Мы даже не знаем, куда он нас ведет. Шону было очень весело. Он икнул от смеха и тут же зажал рот ладонью, когда Маир чуть не сожгла его взглядом. — Я все вам расскажу, если ты пообещаешь не трепаться. — Трепаться? — в голосе Уайт послышались опасные нотки. Сайнаара быстро схватила подругу за локоть и поспешила увести в сторону, пока та не очнулась. — Чт… — Маир, — голос Хаан дрогнул, но она не обратила на это внимания, перейдя на шепот, — послушай. Второгодка ведет нас куда-то, о чем не знают, видимо, только первокурсники и, возможно, учителя… — Да, и это звучит очень подозрительно, — прошипела Уайт, махнув рукой в сторону Шона. — Просто дослушай, ладно? — Маир заколебалась, но кивнула. — Ты заметила, что в корпусе не было никого старше первого курса? Когда появилась надпись на расписании, старшие просто ушли. Они что-то приготовили для нас. — И это наверняка незаконно. — Если ты так переживаешь, то зачем согласилась пойти? — Сайнаара тупо уставилась на Уайт, наблюдая, как у той краснеют щеки. — Черт с вами, — фыркнула Маир, поспешно отворачиваясь. Улыбка Шона стала еще шире, когда к нему вернулись подруги. — Надумала чего, зануда? — Ладно, — проговорила Маир, поджимая губы. — Обещаю не трепаться. Кортес самодовольно выпятил грудь, засовывая руки в карманы. — И что же заставило тебя так быстро передумать? — Уроки отменили, — Маир пожала плечами, пряча смущение. — Это значит, что учителя в курсе вашей затеи, и если что-то пойдет не так, я засужу всю школу. Шон слегка опешил от такого заявления, но потом заметил залившуюся густой краской Сайнаару, которая судорожно пинала снег, и расслабился. — Коне-ечно, — протянул Шон, подозрительно сощурив глаза, — как будет угодно Вашей Светлости. Маир удовлетворенно кивнула, и Кортес повел их дальше по дорожке. — Так, — Хаан прочистила горло, — куда мы идем? — У нас тут есть одно забытое крыло, вход в которое из здания школы замурован… — Круто, — прошептала Сайнаара и тут же получила осуждающий взгляд Маир. Шон хихикнул в кулак. По неизвестной причине парень получал от прогулки невероятное удовольствие. — Так вот, дамы. Так вышло, что про черный вход учителя любезно забыли. Теперь там располагается что-то вроде черного рынка. — Просто замечательно, — тяжело вздохнула Маир, закатив глаза. — Невероятно безопасное и совершенно законное времяпрепровождение. — Не ворчи, зубрила, — Шон боднул девушку бедром, чуть не получив за это пожизненное заключение. — Там нет ничего опасного. Тележки с едой, магазины одежды… Там мы и купим маски. — А там точно ничего опасного нет? — с надеждой произнесла Сайнаара. — Никаких запретных артефактов вроде скипетров или тиар? — Смотри, чтоб никто на губу твою не наступил, — засмеялся Шон, заворачивая за угол заброшенного на вид корпуса. — А то раскатала, как красную ковровую. Сайнаара помрачнела, мысленно осыпая проклятиями спину отдаляющегося Шона, и мельком взглянула на Маир. Та из-под опущенных ресниц наблюдала за движениями девушки. Хаан часто заморгала. «Только не забывай дышать, пожалуйста» — знакомый ком подступил к горлу. — Что такое? — прошептала Сайнаара не в силах справиться с собственным голосом. Глаза Уайт потемнели, отливая золотом, когда она заметила секундный взгляд Хаан на своих губах. — Да так, — прошептала Маир, заставляя себя отвернуться и смотреть на дорогу, — не бери в голову. — Дорогуши, — пропел Шон, лучезарно улыбаясь, — мы пришли! — Когда-нибудь я его убью, — прошептала Уайт, одаривая парня такой же ухмылкой. Смущенная Сайнаара закусила губу, чтобы не рассмеяться, и зашла в корпус. Внутри было оживленно и тихо. Девушка, открыв рот, глазела по сторонам. Само крыло было побитым, стены в некоторых местах потрескались, с потолка криво свисала едва светившая люстра. Зато интерьер облюбовали маленькие тележки и столы с сувенирами, символикой школы, сладостями и вещами первой необходимости для жизни в общежитии. Студенты молча торговали безделушками. У некоторых столов самодельного рынка образовалась небольшая очередь. Хаан больше удивилась тому, что все продавцы были в масках, черной форме и без знаков домов. Конспирация высшего уровня. Шон с самодовольной улыбкой оглянулся на завороженных подруг. — Впечатляет? А я говорил, что вы не пожалеете. — Ты этого не говорил, — беззлобно ответила Маир, приоткрыв рот от удивления. — Хотя неплохо было бы упомянуть. Шон довольно хмыкнул, отводя их к дальней двери. — Нам сюда. Сайнаара затаила дыхание. Это место было таким загадочным, что ей совсем не хотелось говорить. Только наблюдать, чувствовать себя частью какой-то тайны. Все торговцы и покупатели говорили шепотом. Это выглядело странно и слегка пугающе, но, с другой стороны, никто не должен был узнать нарушителя закона по голосу. Было бы глупо попасться на этом. Шон четыре раза постучал в дверь. С обратной стороны раздалось шуршание. — Славный Феникс восстанет из пепла, — прошептал Шон. Дверь со скрипом открылась. Перед друзьями появилась женщина в длинной фиолетовой мантии, чья черная маска была в форме какой-то птицы, но Сайнаара не смогла определить, какой именно пернатый зверь закрывал половину веснушчатого лица. — Да расправит он крылья под знаменем Оных, — ответила торговка таким же шепотом, ее лисьи глаза загадочно сверкнули из-под маски, и женщина отошла, освобождая путь. — Добро пожаловать в Лавку Феникса. Сайнаара беспокойно взглянула на Маир. Та напряженно хмурилась и сжимала кулаки, но ступила за порог. Хаан нервно сглотнула. Странное место. Странные люди. Очень странные пароли. Дверь за спиной сама по себе закрылась, заставляя от неожиданности дернуться. «Хаан, ты сейчас обосрешься. Соберись. Тут все студенты, нечего так бояться.» — Дорогуши, вы бледнее февральского снега, — Шон перешел с шепота на привычный задорный тон и теперь с весельем переводил взгляд с перепуганной Хаан на мрачную Уайт. — Тут уже можно не шептать, кстати, безопасная зона. Эй, чего вы так раскисли? Впереди еще целая ночь открытий! Выберите себе наряд, если захотите, а я поговорю насчет масок. Убедившись, что девушки немного расслабились, Шон широко улыбнулся и ушел к торговке. Пока Сайнаара судорожно осматривала шкафы с карнавальными костюмами и платьями, Маир остановилась у одной витрины с аксессуарами. — Нравится что-нибудь? — почти на ухо прошептала Сайнаара, побоявшись напугать девушку неожиданным появлением. — Возможно, — протянула Уайт, не отрываясь от украшений. — Здесь можно не шептать… — Но ты ведь сама шепч… — хихикнула Сайнаара и резко замолчала, потеряв голову от запаха духов и чего-то еще… — Что-то случилось? — Маир беспокойно повернула голову, оказываясь в паре сантиметров от носа девушки. Ее ресницы тут же задрожали, и Уайт, затаив дыхание, уставилась в темные глаза. — Нет… Может быть, — Сайнаара наблюдала, как ярко-желтые глаза постепенно темнеют, приобретая оттенок тяжелого золота. Первой себя в руки взяла Маир, с неохотой отводя взгляд обратно на полку с украшениями. Дышать становилось невыносимо. — Как думаешь, мне пойдет? Сайнаара проследила за пальцем и увидела массивное золотое колье, украшенное темными рубинами. В сердце кольнуло, и девушка озадаченно моргнула. Это лишь совпадение или Маир знала, как выглядит ее герб в форме оружия? Уайт вопрошающе изогнула бровь, увидев выражение лица подруги, но оклик Шона нагло вырвал ее из мыслей. Сайнаара выпрямилась, собираясь выбрать наконец-таки маску. — Красивое ожерелье, — прохрипела Сайнаара, отстраняясь от девушки. — Но, знаешь, тебе пойдет все, что угодно.

***

Когда с выбором маски и костюма было покончено, и троица покинула черный рынок, Сайнаара не смогла нарадоваться свежему воздуху. — Не стоит благодарности, дорогуши, — с обидой всплеснул руками Шон. — Вы про меня совсем забыли, потерялись в этих платьях… Маир злорадно рассмеялась, перебивая эту душещипательную тираду, отчего парень схватился за сердце, глубоко оскорбленный таким поведением. — Ваша Светлость, как грубо! — Хочешь сказать, это не ты целый час примерял костюмы, выбирая между вердепомовым, изумрудным и нефритовым? — Сказала мадам Тысяча-оттенков-алого! Выбор действительно был сложнейший! Вердепомовый подчеркивал мою широкую спину и осиную талию, изумрудный выглядел помпезно, выделяя меня на фоне других, а нефритовый… — Ох, Милостивая Пандора, — взмолилась Сайнаара, — мои друзья — шопоголики, помогите! — Сайни, милая, если ты придешь в мешке из-под картошки тебе никто ничего не скажет кроме «вау, какая экстраординарная женщина», — Шон агрессивно перевел палец на Маир. — А если это сделаешь ты, то все решат, что это новый писк моды от Уайта, и будут ходить в таких же мешках весь оставшийся сезон. Маир рассмеялась еще громче, а Сайнаара загоготала во все горло, запрокидывая голову. Шон попытался изобразить обморок, не уронив при этом новый костюм. — А мне, обычному сногсшибательному парню из дома Защитников, первому красавцу на деревне, нужно очень постараться, чтобы выделиться на вашем сияющем фоне. — С такими данными тебе нужно быть в доме Ораторов, — подтрунивала Маир, пока они втроем шли в сторону общежития. — Сколько драмы из-за примерки, а в итоге взял салатовый.

***

Спустя полчаса друзья кое-как доползли до третьего этажа. Ноги предательски ныли. Девушка только и думала, чтобы свалиться на мягкий матрас. — Ну все, дамочки, не знаю, как у вас дела с энергией, но лично я на нуле. Пойду спать, — Кортес как мог помахал занятыми руками. — До встречи на посвящении. — Шон, — окрикнула его Маир и мягко улыбнулась, — спасибо. — Да будет тебе, зануда, — тихо рассмеялся парень, смущенный неожиданной искренностью. — Это вам спасибо. Обеим. Что доверились, в смысле. — Крысеныш, — тепло перебила Сайнаара, проталкивая приятеля в дверной проем, — идем, а то расплачешься еще. — Да иди ты, весь момент испортила, — пробубнил Шон, надув губы. — Месть нужно подавать горячей. — Холодной, вообще-то… — Ты ошибаешься, — лукаво протянула Сайнаара, скрываясь за дверью спальни.

***

Сон никак не шел. Сайнаара вертелась на кровати, как юла, не в состоянии выгнать из головы мягкую улыбку темно-алых губ и золотые глаза. То, как Маир смотрела на нее, как говорила, как смеялась над нелепыми шутками. Как проявляла заботу. Хаан с остервенением перевернулась на другой бок. «Спи, пожалуйста, глупая идиотка. Тебе всю ночь надо на ногах провести.» В животе заурчало. Черт, она не ела с самого утра. Как это вообще произошло? В холле общежития совершенно точно нет еды, она запрещена вне стен столовой. Значит, сегодня мисс Хаан позорно свалится в голодный обморок. Девушку так поглотили мечты о еде, что она совсем забыла обо всем другом и медленно провалилась в глубокий сон без сновидений.

***

Послышался истошный вой. Сайнаара с криком вскочила с кровати. Вой не прекращался. Звук лился с улицы, с лестницы, из стен комнаты, из-под кровати — отовсюду, будто территорию атаковала стая волков. Где-то послышался вибрирующий грудной крик, будто мертвые восстали по души студенток. Сайнаара краем глаза заметила движение и взглянула на входную дверь. Там стояла уже знакомая торговка в птичьей маске, чью голову скрывал глубокий капюшон, но брюнетке показалось, что в женщине что-то изменилось. Быть может, цвет лисьих глаз поменялся. Когда ее пухлые губы зашевелились, в комнате прогремел шепот, едва не оглушив присутствующих. — Вы получили приглашение Феникса. Собирайтесь, госпожи. Вас ждут на Посвящении в Анафему. Свет в комнате замигал, волчий рев усилился. Вопреки любому логическому объяснению, в голове и будто отовсюду заиграла беспорядочная загробная музыка. Какие-то неизвестные забытые странные инструменты. Какая-то девушка схватилась за волосы и закричала, заставив Сайнаару сорваться с места и подбежать к ней. — Я тоже это слышу, все хорошо! Это какие-то чары! — Мне не нравится! Убери это!

«Надень маску. Надень маску. Надень маску.»

В ушах застучали барабаны, волки надрывались так, будто приближались к ним. Кто-то истошно орал, а кто-то смеялся. В глазах на мгновение поплыло. Чей-то загробный голос велел одеться и выйти на улицу.

«НаденьМаскуНаденьМаскуНаденьМаску»

— Надо выходить! Одевайтесь, не забудьте маски, — скомандовала Сайнаара, хватая только что купленный темно-коричневый фрак. — Придурок Шон! Наощупь, как в тумане, Хаан спускалась по лестнице. Перед глазами проплыл призрак волка. Крыша едет. Где-то сверху послышался вой давно умерших жрецов. Барабаны с виолончелью не утихали. Девушка расталкивала людей, будто пьяная, на нее наваливались, откидывали такие же потерявшиеся студенты. Рассудок грозился покинуть ее. Все кричали что-то невпопад. — Сайнаара… Девушка судорожно обернулась в поисках окликнувшего, но перед глазами стояла пелена. Она ничего не видела кроме силуэтов. — Сайнаара! Голос, казалось, стал ближе, но все еще никого не было видно. Толпу беспорядочно мотало из стороны в сторону, пока студенты с криками спускались к холлу. — Протяни руку! Сайнаара ничего не понимала, но сделала так, как велел голос. Спустя несколько секунд ее поймала чья-то крепкая холодная ладонь и со всей силы потянула вперед. На талию легла вторая рука. Кто-то утянул девушку к стене. — М-маир?! — Да, все хорошо, — успокоила Уайт, крепко удерживая Сайнаару. — Идем вдоль стены. Начнет утаскивать в толпу — не сопротивляйся! Главное, расслабься. Толпа плясала по ступеням среди призраков волков и каких-то странных людей. Постепенно крик студентов перестал казаться таким беспорядочным. Сайнаара прислушалась к тому, что говорит каждый человек. — Они поют?.. — Это чары, — прокричала Маир. — Шон дал нам не простые маски. Это артефакты. Магия в них слабая, но она защищает. — Шон? Чт… Защищает от чего?! — От этого! — Маир вскрикнула. Кто-то больно толкнул ее в спину. Сайнаара прижала к себе девушку, спасая от следующего толчка. — С-спасибо… Всех, у кого нет маски Феникса, заколдовали. Думаю, для них это не так травмирующе, как для нас. — Но тут все в масках! — Приглядись! Они не такие, как у нас. Сайнаара вгляделась в лица студентов. Волки. У нее с Маир маска была в виде ворона. Девушка почувствовала, что ее утягивает в центр толпы и вскрикнула. — Не бойся, я здесь. Просто отдайся толпе. Все еще крепко сжимая Маир в объятиях, и испытывая при этом сильнейший страх, Хаан заставила себя расслабиться и не сопротивляться бешеному танцу окружающих. — Ск… Сколько тут этажей?! — Сайнаара все еще плохо видела, но крепкая хватка Маир немного успокаивала. — М-мы уже штук семь прошли… — Нет, мы спускаемся на девятый круг. Еще немного. Это тоже чары. — Ты сказала, круг? — А ты не знала, сколько в Аду кругов? Сайнаара спиной почувствовала чье-то ледяное дыхание. Ужас пробрал все тело. Она хотела обернуться, но страх сковал ее. — Еще чуть-чуть, — Маир успокаивающе гладила девушку по спине большим пальцем, не думая ослабить хватку. — Почти дошли. Сайнаара почувствовала, что ее плечо, на котором лежал подбородок Маир, намокло. Она плачет? Девушка сильнее обняла подругу. — Это тоже чары, — сквозь слезы проговорила Уайт, утыкаясь носом в шею Сайнаары. — Они вызывают у нас сильные эмоции. От них слезы. Они хотят, чтобы мы восхищались зрелищем. — Зачем они это делают? Лично я сейчас умру от ужаса! Маир тихо рассмеялась, но Сайнаара почувствовала ее дыхание на коже. — Задаюсь этим вопросом с первого круга. Толпа медленно вынесла их из холла на холодную улицу. Последний круг ада пройден. Откуда-то сзади послышался особенно громкий смех. Сайнаара услышала в нем знакомую икоту. — Я убью его, — прошипела Маир, ослабив хватку. — Я буду убивать его медленно и мучительно. Толпа все еще несла их по улице, сопровождаемая стаями волков и давно сгинувшими призраками. Краем глаза Уайт увидела, как из земли среди деревьев вылезла костяная рука в оборванной одежде. Сайнаара проследила за ней испуганным взглядом. — Смотри на меня! — прервала попытку Маир, отстраняясь от Хаан. — Смотри только на меня. Сайнаара завороженно послушалась и под дикий вой музыки и криков приковала взгляд к желтым глазам, которые светились под алой маской ворона так ярко, что на них невозможно было не смотреть. Постепенно чувство страха ушло, и на его смену пришло другое. Живое, огненное, дикое. Сайнаара только сейчас поняла, что имела ввиду Маир, когда говорила о чувстве восторга, которое вызвали чары этой удивительной ночи. Вдруг и песни, и музыка, и вой волков, даже призраки показались настолько прекрасными, волшебными и великими, что сердце готово было разорваться в любую секунду. Шон каким-то магическим образом смог добраться до подруг сквозь плотную толпу. — Дамочки, потрясающе выглядите! Вау, Ваша Светлость! Белый корсет, алые брюки — фантастика… Было бы неловко скакать тут в платье, не правда ли? — Подойди ближе, дорогой, и я покажу тебе, из чего эта дамочка сделана, — в гневе крикнула Маир. Шон дико рассмеялся, поднимая руки. Сайнаара практически лопнула от восторга, насколько красивой и опасной сейчас была Уайт, но поклялась себе, что никогда не будет злить ее. — Поверьте, вы не хотели бы оказаться на месте этих пьяных бедолаг. Сейчас им очень хорошо, но скоро им будет очень стыдно! — О чем ты? — Сайнаара непонимающе уставилась на танцующего Шона. — Скоро узнаете. Сайнаара почувствовала, что темп толпы ослабевает, и они замедляются. Спустя пару минут их вынесло на огромную площадку, на другом конце которого стояла высокая мраморная кафедра и огромных размеров статуя Феникса, чьи крылья в объятиях огибали все поле. В небе парили синие огоньки, а над головой птицы красовалась полная луна. Все студенты как один развернулись к статуе. На кафедру поднялась высокая худая женщина с голубой птичьей маской на лице, видимо, того же Феникса. Когда она заговорила, ее шепот точно так же, как и музыка, лился сразу отовсюду. — Дорогие студенты, мы рады приветствовать вас на ночи всех призраков. Высшая школа Анафемы чтит эту традицию веками. Каждый год мы преподносим жертву павшим в виде самых сильных наших эмоций. Не бойтесь, не плачьте, и загробный мир не останется в долгу, ведь он сегодня властен в этом мире. Сегодня призраки — хозяева бала. Танцуйте, друзья! Веселитесь! Женщина всплеснула руками. Над головами пронеслось синее пламя, угрожая сжечь каждого. Ноги Сайнаары подкосились от испуга, но она не упала. Маир все еще держала ее за талию. В толпе студентов послышались изумленные вздохи и крики. У одного за другим маска волка сменялась на ворона. На поле стали выходить призраки и поднявшиеся из мертвых скелеты. Маир вздрогнула, увидев одного из них совсем близко. Шон поспешил загородить его собой и в протесте замахал руками. — Не бойтесь их… Гнев, усиленный чарами ночи, всколыхнулся под кожей, и глаза Хаан отчего-то защипало. — Не бояться?! — не выдержала Сайнаара, отпуская Маир, и чуть с кулаками не налетела на перепуганного Шона. — Что за чертовщина тут творится, крысеныш?! — Тебя одолевают сильные эмоции из-за чар, — парень поднял руки в защитном жесте. — Я не мог вам рассказать. Я хотел. Я бы рассказал, но это часть праздника — новые души и эмоции. Я не в праве отбирать у мертвых их дань. — Подробнее, черт побери, — Сайнаара подошла ближе и в истерике схватилась за голову. — Почему ты дал нам эти маски? — Осмотрись по сторонам, глупенькая, — Шон провел рукой, указывая на студентов. — Они в панике. — Я тоже в панике! — Нет, ты не понимаешь! Когда они были под маской волка, они не контролировали себя, но все видели и понимали. Они даже не могли и слова сказать, а лишь орали давно умершие песни! Представь на минуточку, если бы ты была в чертовой маске хренова волка! Сайнаара застыла на месте. На улице царил настоящий хаос: кто-то смеялся, кто-то рыдал, кто-то кружился в танце с призраками, кто-то полез в драку. — Это ужасно… — Не совсем. Завтра они будут чувствовать себя на седьмом небе от счастья, даже если сегодня внутри них что-то сломается. Такова плата за участие на балу. Мертвые никогда не остаются в долгу. До конца своих дней ты будешь помнить свое участие. Хаан сбилась, пока старалась отдышаться, и чуть не поперхнулась скопившейся во рту слюной. Часто моргая, она перевела взгляд с толпы на друга, чьи глаза сияли, оттеняемые темно-изумрудной маской в виде ворона. — Поэтому ты был так счастлив, когда узнал про посвящение?.. Шон уверенно кивнул и нагнулся к самому уху девушки. — Ты должна сказать мне спасибо, банши, — слащавым голосом прошептал парень, — ведь теперь вы обе запомните эту ночь, как лучшую в своей жизни. Сердце Сайнаары замерло на мгновение. На талии она все еще чувствовала отпечаток руки, а на шее горячее дыхание. — Развлекайтесь! — Шон театрально поклонился и направился вглубь толпы. — Сегодня Смерть благоволит вам! Сайнаара тяжело сглотнула и огляделась по сторонам. Эмоции захлестнули, едва знакомый отошел. Голова закружилась, мурашки бегали по телу. Хаан одолевал то дикий восторг, то невыносимый страх, от которого можно физически ощутить ледяное дыхание на затылке. Магия мертвых. Древнее нее не было ничего в этом мире. Сайнаара встретилась потерянным взглядом с Маир, погрузившейся в свой поток эмоций, набрала в грудь побольше воздуха и осмелилась подойти. — Мисс Уайт, — взволнованная Хаан протянула разгоряченную ладонь и слегка поклонилась, — не окажете мне честь? Девушка нахмурилась, все еще борясь с чем-то. — Да… Почтим мертвых, мисс Хаан, — медленно проговорила Маир, не до конца переварив происходящее, но приняла руку. Неловко шагнув в общий поток, они все-таки закружились в плавном танце по призрачному полю, позволив раскрепоститься и захватить эмоциям одурманенные головы. Страх куда-то ушел, когда Хаан заметила старшекурсников, пляшущих с потрепанными скелетами. Чьи-то давно забытые предки веселились в общей толпе. В глубине души Хаан надеялась увидеть миссис Коллинз, чтобы иметь возможность подшутить над ней в кругу знакомых, но ее тут не оказалось. Или, может, Сайнаара просто не могла различить ее в толпе. С другой стороны, из взрослых тут была лишь эта женщина в голубом, так что отсутствие грозной профессорки не было удивительным. — Вам безумно идут корсеты, мисс Уайт, — смущенно прошептала Сайнаара, отрываясь от созерцания студентов. Маир широко улыбнулась, а ее глаза озорно сверкнули из-под маски. — Благодарим, — девушка закусила губу, вспомнив их первую встречу. — Вы великолепно танцуете, мисс Хаан. — Годы тренировок, — она криво усмехнулась, совершая очередной выпад ногой в такт виолончели. Дыхание пришлось задерживать, когда Маир резко приблизилась, схватив за руку, и на удивление властно закружила. — Ого! — выдохнула Хаан, восхищенно наблюдая за тем, как уверенно Уайт вела ее по полю, повторяя выпады и шаги. — Я тоже кое-что умею. Шаг вперед. Левую назад. Выпад. Разворот. Три маленьких шага. Один большой. Улыбка Маир стала только шире, а Хаан готова была продать и сердце, и все, что к нему прилагалось, едва не задохнувшись от коварства и грации. — Подумали о чем-то веселом, мисс Уайт? — как-то странно прохрипела Сайнаара. В ответ она получила только смех, и подбородок Маир лег на ее плечо. — Я все еще уверена, что это незаконно. Хаан загоготала, запрокидывая голову, и мечтательно закусила губу. — До этой ночи я была уверена, что праздник мертвых осенью, а не зимой. — Так и есть, — протянула Маир, с интересом разглядывая танцующих призраков, — по трактату Пандоры. Верование ее сестры, Анафемы, говорит, что праздник всех мертвых проходит в последнюю ночь полнолуния уходящего года… — Сегодня? — Именно, — она расслабленно кивнула, и Сайнаара с замиранием сердца признала, что вид открытой Маир один из лучших на свете. — Кажется, мы поклоняемся не той богине… Сайнаара повторила жест Шона, изображая обморок, но вышло не так артистично. — О нет, Анафема — падшая! Нас признают отступницами и не пустят на порог ни одного храма Милостивой Пандоры! — А это заразно, — засмеялась Маир, сощурив глаза. — Напомни мне не убивать Шона утром. — Почему ты передумала? — По той же причине, что и согласилась идти за масками. Сайнаара нахмурилась, вспоминая детали их дневной встречи, но так ни к чему не пришла, сокрушенно опустив голову. — Я-я не знаю… И по какой же?.. — Сама думай. Вот так просто. Как бы Сайнаара не допытывалась с расспросами, Маир лишь улыбалась и уходила от ответа. Полная луна медленно катилась к горизонту. Вместе с ней начала затихать музыка. Стаи волков пронеслись над головами в последний раз и скрылись меж деревьев. На кафедру снова поднялась та же женщина. Хаан могла поклясться, что видела, как она плясала с призраком какого-то древнего жреца. Она попросила минуту внимания, и шум постепенно утих, отчего Сайнаара нехотя отпустила руку Маир. — Мертвые благодарны вам за пир, друзья! Достаньте свое оружие. Примите их знамение! Хаан огляделась по сторонам, не до конца понимая, чего от нее хотела женщина. — Небесный свет видят мои глаза, уста направляют его, руки держат. Нимбус, — прошептала Маир, вытянув обе руки ладонями вверх. На округленных от шока глазах Хаан значок начал вытягиваться в кольцо, вверх поползли тонкие и острые иглы. Через миг Уайт держала изящную золотую корону, украшенную крупными белыми алмазами. У Сайнаары непроизвольно отвисла челюсть, когда Маир надела символ власти на голову и повернулась к ней лицом. Ей не показалось. Глаза действительно светились. Ярко-золотые, испепеляли любое препятствие. Несчастной Защитнице вдруг захотелось упасть на колени и расцеловать Владычице ноги. «Это все остатки чар, Хаан, не позорься.» Сайнаара решила, что раз приходилось выпендриваться, то до конца. Сняла свой значок, протянула руку, и губы расплылись в счастливой улыбке. Теперь у нее точно не будет проблем с приятными воспоминаниями. — Хаста. Хаан почувствовала знакомую тяжесть в руке и с удовольствием взглянула на свое золотое рубиновое копье. Такое же, как и ожерелье Маир. — Ты… — Ага. — Одним словом?.. — Так точно, — Сайнаара глупо рассмеялась, как-то даже слишком нервно и неуверенно. Не умела она выпендриваться. — Само как-то получилось. Маир с неподдельным восхищением посмотрела ей в глаза, и Сайнааре на миг показалось, что они только что поменялись местами. — Вот это хвастушка, вот это я понимаю, моя девочка, — Шон появился внезапно с оружием в руках, встал между подругами и глупо уставился на золотую корону, — Ого, Ваша Светлость, власть Вам к лицу. — Отстань, барашек. — Да, моя Владычица! — Шон низко поклонился и тут же получил пальцем под ребра. — Ауч! Это низко даже для тебя, выпендреж… Что? Шон с Маир проследили за взглядом Хаан. Сайнаара открыв рот уставилась на голубые огоньки, которые медленно спускались с неба и подплывали к каждому студенту, зависнув в воздухе только на мгновение. — Бал окончен! С кафедры прогремел неистовый шепот. Огоньки устремились к студентам, проникая внутрь через грудь.