To the Horizon

Наступил день свадьбы Элда и Майи. Празднество это было безвкусное, безобразное, нелепое и идеальное одновременно; никто никогда не видел такой кошмарной гулянки и в тоже врямя такой счастливой пары. Музыка, возможно, была чересчур громкой, напитки чересчур крепкими, а Элд по-прежнему щеголял своей козлиной бородкой (парень так и не сбрил её, поскольку выяснилось, что Майя любит его таким, какой он есть, несмотря на все имеющиеся у него недостатки [как например, козлиная бородка]).… всё было так, как и должно было быть. Петра, Ауруо, Гюнтер и Леви были приглашены на свадьбу в качестве самых близких друзей со стороны жениха, ну а со стороны невесты Майи были приглашены её подружки из медицинской школы. Гюнтер, неловко себя чувствующий в своём парадном синем костюме, открыл папку в которой лежали несколько листов с заранее заготовленной им речи шафера. К его большому огорчению, Петра, Ауруо и Моблит разрисовали ему все листы очень реалистичными, анатомическими точными изображениями пенисов и мошонок, на которые парень старался не смотреть, когда выходил на сцену, готовясь выступить. Как их учитель полового воспитания, он гордился этой детальной анотомической точностью, но как их друг он был просто взбешён. Дешёвые украшения отбрасывали разноцветные блики на танцпол, в мерцании факелов их оттенки менялись словно в калейдоскопе, освещая сменявших друг друга танцующих. Петра, которой уже приходилось бывать на свадьбе, чуствовала себя вполне уверенно, кружась в танце среди гостей в центре зала. Рал всё ещё была такой же неуклюжей, как и раньше, тем более, что из-за своих протезов ей приходилось двигаться более осторожно, но если она теряла равновесие, рядом всегда оказывался кто-то из друзей, не дававший девушке упасть. Петра попала в руки Ханджи, которые порывались танцевать танго, а потом её перехватил Конни, которому хотелось танцевать вальс и так от одного друга к другому другу, пока играла музыка. Она не очень хорошо владела своим телом, но это не смущало её. Когда весь репертуар весёлых песен был исчерпан, музыканты перешли к исполнению более медленных мелодий, после чего часть гостей покинуло танцпол, в то время как оставшиеся немного смущаясь протягивали друг другу руки, приглашая на танец. — Хочешь потанцевать со мной? —спросила Петра, глядя ему прямо в глаза, счастливая просто от того, что видит перед собой его лицо, мягко освещённое приглушённым светом. Ауруо Боссард замялся, пытаясь подобрать нужные слова. —Конечно, — пробормотал он и на этот раз уже она повела его на танцпол. Поначалу Петру охватило чувство страха и неуверенности. Этого мужчину она знала большую часть своей жизни. Они всегда были друг у друга на виду и всё делали вместе… их судьбы были неразделимы, вот почему ей так не хотелось всё испортить. Но теперь, оказавшись в его объятиях, Петра ощутила такое умиротворение, какое ранее никогда не испытывала. Эти двое шли словно по канату, натянутому на большой высоте, но она точно знала, что они никогда не упадут. Потому что теперь всё было так, как должно быть. Всё так, как и должно быть. — Ты просто нужен мне в качестве опоры, — сказала она, пытаясь быть серьёзной, но улыбка выдала её. — Я теперь часто падаю. — Запала на меня? Верно? — пошутил Ауруо. Но этой своей шуткой, как всегда немного глуповатой, он пытался скрыть своё истинное отношение к ней. Ведь правда заключалась в том, что для него она всегда была самой прекрасной девушкой на свете Неужели это всё по настоящему? Выжить за Стенами, проведя целый месяц в окружении Титанов, а теперь быть здесь вместе с Петрой, обнимать её, смотреть ей в глаза и видеть в них взаимное чувство — от всего этого у него перехватывало дыхание и кружилась голова. У Ауруо проскользнула мысль, что выжить среди монстров было куда легче. ""Я так и не смог сказать ей то, что давно должен был сказать"" — подумал он, в точь в точь, как и тогда, когда она лежала при смерти. ""Я обязан это сделать."" — Петра Рал, ты удивительная, — прошептал Ауруо, когда она ещё теснее прижалась к нему, словно пытаясь укрыться в складках его заимствованного у приятеля, тщательно выглаженного костюма. Просто вот так, быть рядом с ней, прижиматься друг к другу, покачиваясь в медленном танце — ради всего этого стоило жить. Он снова был голоден. Но в то же время и сыт. Она покачала головой, застенчиво улыбнувшись в ответ на его комплимент, впервые прозвучавший с такой искренностью. — Не веришь мне? Видела бы ты себя сейчас. Я… Я самый везучий в мире парень. — Хм, пожалуй у самого везучего в мире парня, все десять пальцев были на месте. — Ох. И то верно. — Теперь не сыграешь на фортепиано и не посчитаешь на пальцах. Обидно. — Тебе не стоит слишком беспокоиться о том, что я смогу или не смогу делать своими пальцами, Рал, — прошептал он ей на ухо, проводя рукой по её спине. Внутри у неё всё затрепетало. — Ладно, — сказала она, попытавшись сменить тему (Правда, её всё время отвлекали), — Кто с кем пойдёт домой? Давай я начну. Гюнтер и Моблит. — Однозначно. — Элд и Майя. Ауруо закатил глаза. — Разумеется. Он крепче обнял её и притянул к себе, зная, к чему она клонит. — Леви и Эрвин. Он прикоснулся к её подбородку и проподнял лицо девушки так, чтобы их взгляды встретились. Рал, увидев его карие глаза, полные любви и безусловного обожания, уверенно закончила. — И Ауруо с Петрой. — Хм. Похоже мне повезло. Потом он поцеловал её, после чего она окончательно уверилась в том, что на самом деле повезло ей. *** Петра раньше спала с парнями. И не раз. Невысокого роста, довольно симпатичная, очень темпераментная… в ней было какое-то такое сочетание качеств, которое делало её неотразимой для мужчин Парадиза. Так что опыт у неё был. Но ничего, совсем ничего из прежнего опыта, не подготовило её к тому, что вот-вот должно было произойти у них с Ауруо. Он так долго, так долго был в неё влюблён (и Петра так давно, так давно его любила), что сама мысль о том, что всё это было напрасно и она не понравится ему, наполняло девушку страхом. Ведь ей очень не хотелось его разочаровать. Но когда парень поцеловал её и они вместе упали на кровать, стремясь стать ближе друг к другу, настолько, насколько это вообще возможно, Петра вдруг почувствовала себя совершенно особенной. Каждым своим прикосновением он давал ей понять, как она прекрасна, как важна для него и как любима. Это было такое удивительное и потрясающее ощущение, что у девушки просто захватывало дух. Она была ослеплена его красотой и не могла оторвать от него взгляд. Петру охватило такое сильное вожделение, что даже если бы они занимались этим вечно, ей всё ещё было бы мало. Было бы мало его. — Я не могу без тебя, — сказала она ему, снова чувствуя себя испуганной и беззащитной, как и тогда, когда он лежал перед ней, еле живой в той богом забытой хижине. Он сорвал с неё платье, прижал к себе и поцеловал в шею, одновременно лаская все её тело уверенными руками. От его прикоснодиинвений кожа девушки внезапно стала невероятно чувствительной. — Боже, Ауруо… Где-то в глубине души у неё зашевелился страх, когда она подумала о безобразных рубцах от ожогов и шрамах, испещрявшими белесыми полосами всё её тело, словно тропинки протоптанные в полях. Но когда Ауруо обнял девушку и стал перецеловывать все её шрамы по очереди, опасения испарились, ведь ему была нужна она, только она, не туманный мираж, не идеальный образ, не отвлечённая идея, а именно она. Колебаний больше не было. Петра отстегнула протезы, чтобы не поранить его. Она не чувствовала себя незащищенной, хотя и была обнажена, однако когда деревяшки упали на пол, девушкой овладело ощущение полной беспомощности. Но он ещё крепче прижал её к себе, не потому что чего-то боялся, бояться больше было нечего. Ауруо больше не было страшно. Он был жив. — Боже, ты идеальна, Петра, — прошептал он, двигаясь внутри неё. Когда они занялись любовью его голос изменился, став более низким и хрипловатым. — Ты потрясающая. Ты такая красивая. Она не могла найти подходящих слов. Ей хотелось сказать так много, но мысли путались и к тому же он постоянно отвлекал её, покрывая шею девушки нежными поцелуями, поэтому единственное, что она смогла пролепетать: "Ауруо, ты мой лучший друг". Он рассмеялся и осторожно взял её лицо в свои ладони. — Очень на это надеюсь. Ауруо немного ускорился и все мысли снова вылетели у неё из головы. — Тебе хорошо? Всё её тело напряглось, она изо всех сил притягивала парня к себе, погрузив пальцы ему в волосы. Весь облик Петры, выгибающийся дугой от каждого его прикосновения, её нежно-розовая грудь, всё это казалось Ауруо чем-то запредельным. Стоны срывавшиеся у неё с губ казались ему сладчайшей музыкой и каждая нота этой мелодии звучала всё восхитительней и восхитительней. Они сильно шумели. Однако ему было наплевать. — Очень, — честно ответила она. — Передай мою благодарность тем женщинам, с которыми ты был до меня.… они привели тебя в отличную форму, Ауруо. Он снова рассмеялся. Боже, она могла бы вечно слушать его смех. — Ты просто восхитительна, — сказал он, страстно целуя её в губы. Петра, которая обычно всегда знала, что сказать ему в ответ, на этот раз не смогла найти нужных слов. Она опять тонула, но сейчас она тонула вместе с ним, утопая в нём. А близости всё равно было недостаточно. Как такое могло быть вообще возможно? Они были настолько близки, насколько могли, но ей всё равно было мало. Чувства захлестнули её и она, не владея собой, могла лишь безостановочно повторять: "Ауруо, Ауруо, Ауруо." — Скажи мне, тебе это нравится? — умолял он её, еле сдерживая себя. — Пожалуйста. Пожалуйста. — Боже, Ауруо… я и не думала, что ты можешь быть таким, — пролепетала Петра. Его стоны удовольствия и всё ускоряющийся темп, дали ей понять, что она на верном пути. — Раньше я не испытывала ничего подобного, но теперь понимаю, что мне нужно, — выдохнула Петра и закрыла глаза. — Это то, чего я хочу. Это то, чего я всегда хотела. Напряжение во всём её теле стало настолько сильным, что она готова была разрыдаться. Волны возбуждения накатывали на девушку и погружали в такую пучину страсти, что у неё захватывало дух. Одной рукой он вцепился ей волосы с силой прижимая к себе, а другой обрабатывал её клитор, с такой настойчивостью, что она почувствовала себя полностью в его власти. — Ауруо, ты для меня "всё". Сразу после этих слов, перед глазами Петры вспыхнула знакомая ослепительная белизна. Каждая мышца в её теле напряглась, дыхание сбилось, сердце на мгновение замерло, веки затрепетали и когда он наконец излился в неё, она изогнулась, в последнем порыве откидывая голову назад. *** Позже, когда они уже спокойно лежали в постели, Петра нежно провела пальцами по предплечью Ауруо. Она много раз видела его без рубашки и даже полностью голым; в условиях постоянной походной жизни, среди разношёрстного армейского люда, не было места излишней стыдливости и застенчивости. Но на этот раз девушка могла не торопясь изучить каждую его чёрточку, каждую ямку и бугорок. Ей не нужно было отворачиваться, да она и не собиралась. — Тебе понравилось? — спросил он, перебирая пальцами её волосы. Взгляд полуприкрытых глаз Ауруо, был сонным и умиротворённым. Она молча кивнула, всё ещё изучая его тело. — Ты получил то, что хотел, не так ли, Боссард? — Нуу, мне казалось, ты тоже этого хотела, — парировал Ауруо. — Это ведь лучший секс в твоей жизни, верно? — спросил он, приподняв бровь. Так оно и было, но она не собиралась ему в этом признаваться . — Да, сгодится. — Сгодится?! Он рассмеялся и крепко обняв, прижал её к себе. — Боже, ты неисправима, Рал. — Не напрашивайся на комплименты, Ауруо. Она пыталась выглядеть серьёзной и невозмутимой, но ей помешала его жизнерадостная улыбка. — И что теперь? — спросил Ауруо и в глазах у него заблестели весёлые искорки. — Мы сейчас с тобой что-то вроде "Друзей с привилегиями" или… Парень хихикнул, когда она попыталась столкнуть его с кровати и изловчившись снова заключил её в свои объятия, наградив долгим страстным поцелуем. — Я люблю тебя, Петра, — сказал он. — Видишь, нет ничего плохого в том, чтобы признаться мне в любви, когда я нахожусь в полном сознании и слышу тебя, — сказала она, прикоснувшись пальцем к его щеке. — Ну вообще-то, я тебе уже по-всякому признавался. Он начал считать на оставшихся восьми пальцах. — Вчера я купил и принёс мыло, которое ты заказывала, а когда мы обедали, отдал тебе большую часть бутерброда и…ээ...что там ещё? Ах да: я тащил тебя на спине сотню миль, чтобы спасти твою жизнь, чёртова лентяйка. — Ага и всю дорогу ныл по этому поводу. — Всё ещё думаешь, что справилась бы без меня? — Я в этом просто убеждена. Какое-то время они молча обнимали друг друга, наслаждаясь моментом. Затем Петра взяла его лицо в ладони и повернула так, чтобы их глаза встретились. — Я тоже тебя люблю. Ауруо ничего не ответил. — Чёрт возьми, долго же мы собиралась, — фыркнула она, прижимаясь к нему. — Я же должен был убедиться, что ты та, которая мне нужна, — с сонным видом пробормотал он. — Впрочем, окончательное решение ещё не принято. — Тоже самое можно сказать и в отношении тебя, придурок. И вообще, ты так и не ответил на тот вопрос, который я задала тебе, когда мы были ещё там за Стенами… — Серьёзно? Это когда ты слёзно умоляла меня быть твоим парнем? — Я не умоляла! — Да брось. На тебя было просто жалко смотреть, — поддразнил её он. — Что ж, я могу и передумать. Она попыталась выглядеть суровой. — Не знаю, хочу ли я встречаться с тем, кто отрезал мне ногу. — Согласен, это вполне справедливая причина для отказа. — Ты имеешь право, сказать что-нибудь в свою защиту, Ауруо. Он снова поцеловал её. — Этого достаточно? — Нет, — упрямо сказала она. — Н-у-у, или да. — Помнится, ты ещё недавно говорила мне, что я для тебя "всё"? — Это было сказано в порыве страсти! Мало ли чего я могла наговорить! — Верно, Верно. Тогда я тоже отказываюсь от всего сказанного, — засмеялся Ауруо. В этот момент Петра с удовольствием почувствовала, как его умелые руки начали осторожно перебирать её волосы, а потом опускаясь всё ниже, ласково заскользили по бёдрам. Как так вышло, что он был рядом с ней все эти годы, а она даже не думала, что её друг может быть способен на такое? Петра посмотрела на Ауруо и встретившись с ним взглядом увидела перед собой кого-то очень знакомого и в тоже время совершенно незнакомого. Это был мальчик, с которым она подралась в том переулке. Это был кадет, с которым она вместе тренировалась. Это был солдат, с которым она сражалась бок о бок, сражалась там за Стенами. Это был мужчина, который несмотря на все препятствия, донёс её до дома, рискуя своей жизнью ради неё. И это был друг, готовый на всё, лишь бы она была счастлива, бескорыстно любивший её и дававший ей, в этом жестоком мире постоянной войны с Титанами, ощущение безопасности. — Я хочу тебе кое в чём признаться, — прошептала она, снова становясь серьёзной. — Когда ты был…ээ …когда ты был в коме, — он поморщился при этом напоминании, — я думала, что ты умираешь. — Мне жаль, — тихо сказал Ауруо. Было ясно, что он переживает не из-за того, что мог умереть, а из-за того, что причинил ей боль. — И Я… Удивительно, но несмотря на то, что он в данный момент держал её в своих объятиях, пережитый тогда страх снова нашёл лазейку и пробрался ей в душу. — И я решила освободить тебя от данного тобою обещания. Если вдруг, тебе пришлось бы уйти. Мне казалось, что ты уходишь. Ауруо почувствовал ком в горле и не найдя подходящих слов, только крепче прижал её к себе. — Конечно, я рада, что ты остался, — всхлипнула она. — Я тоже рад, — сказад он и прижал её к своей груди. — Ты ведь больше не оставишь меня, правда? — спросила Петра и в этот момент она была предельно искренна и совершенно беззащитна. — Мне хватило и одного раза. — Я обещаю. Слово разведчика, — серьёзно сказал он. Она удовлетворённо кивнула, для неё этого было вполне достаточно. — Ну что ж, я тоже тебе это обещаю. Но поскольку это были не кто-нибудь, а Ауруо с Петрой, она не удержалась и добавила: И ещё, ты можешь пообещать мне, что больше не будешь себя подрывать? Это был явно не самый умный поступок с твоей стороны. — Зато, я был очень крут в тот момент. — Ты вогнал себя в грёбаную кому! — Ладно, Ладно. Я обещаю. Но только если, — он погрозил ей пальцем, — ты в свою очередь пообещаешь мне, что когда тебе снова понадобится моя помощь, чтобы сходить в туалет, ты не будешь мочиться каждые пять минут. — Тебе обязательно это сейчас обсуждать?! — Петра, мы умирали от обезвоживания. И тем не менее, мне казалось, что я насчитал не меньше десяти раз за ночь. Какого чёрта. — Чудно! — И у нас будет десять детей! — Трое. — Пять. — Чудно. А теперь перестань доставать меня и дай мне поспать. — Я тоже тебя люблю, — рассмеялся Ауруо. Петра задула свечу, но даже в темноте она чувствовала, что он всё ещё улыбается. У него было такое же ощущение. Это была неизведанная земля, пространство за горизонтом, но если с кем-то и попадать в беду, то во всём мире не было более подходящего для неё человека чем он… никто иной..., только он. — И я тоже тебя люблю.