Зеленый чай с тонкими нотками сладкого персика

Я не успел даже слово сказать, как Сяобо кинулся на вышедшего из-за кустов человека. Тот успел увернуться от удара посоха и выхватить из ножен свою саблю. – Тао, беги! Я задержу этого демона! Это был Чау Бо. Он оттолкнул меня в сторону и кинулся в атаку на Сяобо. Концы посоха исчезли в рукояти, и вместо них в руках Царя обезьян блеснуло острие меча. – Проклятый колдун! – выкрикнул он и его меч отбил удар сабли Чау Бо. – Да как ты смеешь меня – Царя обезьян, называть демоном? – Тао… Беги-и-и… – шипел сквозь зубы Чау Бо, отбивая удары, – беги, пока я его отвлекаю! – Ты осмелился бросить мне вызов? – орал Сяобо, снова кидаясь в атаку. – Да я разрублю тебя на сотню мелких колдунчиков! От очередного удара меча сабля Чау Бо отлетела в сторону, но он тут же выпустил из руки тонкую светящуюся верёвку. Она обмотала меч Сяобо и вырвала его из рук обезьяньего царя. – Ты думаешь меня это остановит? – взвыл Сяобо. – Меня – Царя обезьян! – и он кинулся на Чау Бо с кулаками. Лица дерущихся были перекошены от гнева. Они скрипели зубами и, тяжело дыша, катались по жухлой траве, колотя друг друга руками и ногами. Я бегал вокруг них, не зная, как разнять дерущихся. Из-за ран я был слишком слаб, чтобы создавать колдовство и действовать им, поэтому решился на уловку. Улучив момент, когда Сяобо окажется сверху, я схватился за кончик верёвки с обезьяньим амулетом. Дёрнув амулет с шеи Царя обезьян, я быстро отскочил в сторону. Яркий свет ослепил Чау Бо, и проморгавшись, он с удивлением увидел маленькую обезьянку, прыгающую и пищащую у него на груди. – Это что, обезьяна старого садовника? – спросил хозяин, пытаясь отогнать от себя озверевшую мартышку. Я подошёл к нему и, взяв обезьянку, протянул Чау Бо руку, чтобы помочь подняться на ноги. – Это мой друг и защитник Сяобо, – улыбнулся я, погладив обезьяну по голове. Сяобо громко пискнул и больно укусил меня за палец. – Ой! – вскрикнул я. – Сяобо, не сердись! Если бы я тебя не остановил, ты убил бы моего хозяина! – Или я прибил бы эту мартышку, – недовольно буркнул Чау Бо, вытирая кровь с разбитой губы. – Я всегда был неплох в фехтовании на саблях, а эта обезьяна просто оказалось крупнее меня. Вот и выбила у меня саблю. И на землю повалила только потому, что я легче. – И за мной вы пошли, потому что соскучились, – улыбнулся я. – Не соскучился, а переживал, – бросил на меня сердитый взгляд Чау Бо. – Путь длинный и трудный, а ты ранен. К тому же я всё ещё твой хозяин, поэтому должен быть рядом. Я хотел что-то возразить, но в этот момент Сяобо выхватил их моих рук верёвку с амулетом и, спрыгнув на землю, закрутился волчком, пытаясь завязать её у себя на шее. – Твоя мартышка совсем обезумела, – хмыкнул Чау Бо, наблюдая за прыжками обезьяны. Я взял Сяобо на руки и, забрав у него амулет, спросил: – Обещай мне, Сяобо, что если я повяжу амулет тебе на шею, ты не бросишься на хозяина с кулаками, – обезьяна запищала, сжав ручки на груди, и я надел ей на шею амулет. Это было моей большой ошибкой. Меня не только ослепило светом, но ещё и придавило к земле тяжёлой тушей Царя обезьян. – А куда делся мой друг Тао? – спросил Сяобо, удивлённо крутя головой по сторонам. – Ты сидишь на нём, – не сдержал смеха Чау Бо. – Ой, Тао-мэ… – Сяобо вскочил на ноги, ударив меня по щеке своим хвостом, – поднимайся! И в следующий раз, когда будешь вызывать великого Царя обезьян, постарайся не держать обезьянку на руках. Оттолкнув от меня Сяобо, хозяин помог мне подняться и, усадив на одеяло, стал осматривать мои раны. – Вот смотрю я на вас, – начал Сяобо, сидя под деревом и лениво пожёвывая сухую веточку, – и никак понять не могу. Что между вами происходит? Этот надутый павлин – твой хозяин, но ведёт себя, словно его хозяин ты. Бегает за тобой, спасает, волнуется. Да ещё и раны лечит. – Я не надутый павлин, а колдун в третьем поколении, – Чау Бо поморщился, снимая с моего плеча окровавленную повязку. – Первым колдуном был мой дед. Он дослужился до звания генерала и, уходя в отставку, получил большой участок земли с персиковым садом. Там он построил постоялый двор. Дело оказалось прибыльным, так как участок находится на перекрёстке больших торговых дорог. Разбогатев, он перестроил постоялый двор в гостиницу. Дальше за дело взялась его дочь, то есть моя мать, а я наследник, и когда-нибудь гостиница станет моей. – Хм… – удивился я. – Столько лет служу вам, но ничего не знал про ваш род. – Я ответил на твои вопросы? – Чау Бо бросил сердитый взгляд на Сяобо. – Теперь твоя очередь. – Я – великий Царь обезьян! – начал Сяобо, гордо подняв голову. – Мой народ столетиями отлавливали ради еды и забавы. Из нашего мозга готовили деликатесы, а живых использовали для развлечения, как игрушку. Несколько лет назад я поднял свой народ против императора и возглавил войско. Но силы оказались неравны. Мы потерпели поражение, а меня взяли в плен. Два года я провёл в клетке, развлекая гостей императора, а несколько лет назад мне чудом удалось сбежать. Меня преследовали солдаты императора, я был тяжело ранен и едва не умер. Но меня спас старый Ши Ллин. Он запечатал мою сущность в амулет и превратил меня в обычную обезьяну. Только так ему удалось спасти мне жизнь. Тряпица с едким настоем больно обожгла рану на моей спине, я дёрнулся и зашипел. Чау Бо нагнулся ниже и начал дуть на неё, смешно раздувая щёки. – И всё же что-то с вами не так, – усмехнулся Сяобо, – вы никак не похожи на хозяина и раба. – Это хорошо, – ответил ему Чау Бо, – нам не стоит этого показывать. Тао ищут солдаты всех кланов. Думаю, что меня тоже ищут. Его удивительное освобождение и мой побег будет легко связать воедино, так что будут искать именно хозяина и раба. Поэтому нам стоит представляться старыми приятелями. – И всё же зачем ты пошёл за мной? – нахмурился я. – Если бы ты остался в гостинице, то никто никогда бы не подумал, что ты причастен к моему побегу. – У меня не было плана идти за тобой, – ответил Чау Бо. – Я хотел лишь освободить тебя и отпустить вместе с Чха на волю. Но когда он отказался бросать службу и следовать за тобой, я подумал, что тебе будет одиноко в пути. Да и на защиту маленькой мартышки я не рассчитывал. Сяобо схватился за рукоятку своего оружия, но увидев грусть в моих глазах, передумал драться. – Чха – тот самый солдат Белого дракона, которого ты любишь? – спросил он меня. – Он глупец, не оценивший счастья, который я ему хотел подарить, – зло прошипел Чау Бо. – Не нужно так о Чха, – я оттолкнул руку Чау Бо и запахнул рубаху на груди. – Он человек чести, поэтому не смог предать своего командира, которому обязан жизнью. – А тебя он предал тоже потому, что честен? – усмехнулся хозяин, отбрасывая в сторону тряпку. – Он не предал меня, – я от злости сжал кулаки и серый дым начал застилать мои глаза. – Мы любим друг друга, и это главное. Наши дороги временно разошлись, но когда-нибудь они снова пересекутся, и мы будем счастливы. – Или вам придётся убить друг друга, – оборвал мою пламенную речь Чау Бо. – Да ты просто не знаешь, что такое настоящие чувства! – взорвался я гневом и выхватил из груди горящий цветок. – А ты слепец, который дальше своего носа ничего не видит! – выкрикнул мне Чау Бо, выпуская из руки светящуюся верёвку. – И это меня вы называли безумным, – усмехнулся Сяобо, поднимаясь с земли. – Может быть, мы лучше подумаем, как найти дорогу? – и, подойдя к нам, он вынул из мешка коробочку с компасом.