Зеленый чай с тонкими нотками сладкого персика

Ужин удался. Мясо зайца, которого поймал и приготовил Сяобо, было нежным и сочным. К тому же у нас осталось вино, и мы решили запить им славную еду. Сяобо пил, как заядлый пьяница, мне же хватило всего пары глотков, чтобы меня развезло. Мы с Царём обезьян стали горячо обсуждать прошедшую битву, нахваливая смелость и мастерство друг друга, и только Чау Бо сидел перед костром молчаливый и хмурый. Он вертел в руке чашу с недопитым вином и задумчиво смотрел на огонь. Угомонились мы лишь под утро. Я и Сяобо начали готовиться ко сну, а Чау Бо поднялся на ноги и, взяв в руки мешок, стал собирать в него свои вещи. – Ты куда? – пьяно улыбнулся ему я. – Давай немного поспим, а то вино было таким крепким, что я вряд ли смогу удержаться в седле. – Я ухожу, – коротко сказал он и, закинув мешок за спину, направился к выходу. – Эй, Чау Бо, – попытался остановить его я, – ты обиделся за то, что мы нахваливали свои заслуги? – Нет, – обернулся он, – просто тебе не нужна больше моя помощь. Теперь ты сможешь сам за себя постоять. Да и Сяобо тебе поможет. Он отличный воин и верный товарищ. – Чау Бо, о чём ты говоришь? – удивился я. – Мы же с тобой с самого детства вместе. – И что хорошего ты от меня видел? – усмехнулся он. – Да, однажды я спас твою жизнь. А теперь ты отплатил мне тем же. Так что мы квиты. – Но ты мой хозяин и я должен… – начал было я, но Чау Бо порылся у себя за пазухой и вынул оттуда какую-то бумажку. – Я больше не твой хозяин, – он протянул мне листок и вышел из пещеры. – Да оставь ты его… – недовольно буркнул Сяобо, – пусть идёт, куда хочет. От него одни проблемы. Но я его не слышал и с удивлением изучал бумагу, которую дал мне Чау Бо. Это была вольная. В ней было сказано, что хозяйка гостиницы «Персиковый сад» Сюэ Бо дарует юноше по имени Тао свободу. И что он может покинуть её владения в любое время. – Он выкупил мою свободу у матери, Сяобо, – сказал я Царю обезьян, складывая лист. – Тем более пусть уходит, – снова ответил Сяобо, сладко зевая, – он теперь тебе никто. И он прав, мы справимся без него. – Ты не понимаешь, – я с раздражением взглянул на Царя обезьян, – он нужен мне. С этими словами я схватил свой тёплый плащ и выбежал на улицу. Я догнал Чау Бо через несколько минут. Он оставил свою лошадь нам и пешком шёл по дороге навстречу восходящему солнцу. – Чау Бо! Остановись! – окликнул его я и схватил за лямку мешка. – Останься! У тебя не осталось ни одной ливы и тебе некуда идти. Если ты пойдёшь домой, то тебя схватят, как моего пособника. И на этот раз госпоже Сюэ Бо не хватит денег, чтобы тебя откупить. – Разве на свете мало мест, куда я могу отправиться? – улыбнулся мне Чау Бо. – Я могу пойти, например, в Ой Ю, и устроиться там в гостиницу слугой. Буду застилать кровати постояльцев и выносить за ними ночные горшки. – Не говори глупостей, – разозлился на него я. – Ты можешь пойти с нами и помочь найти Город Которого Нет, а потом мы поднимемся на летающую гору и найдём там монаха. – Зачем? – пожал плечами Чау Бо. – Вы и без меня с этим справитесь. – Ты нужен мне, Чау Бо! Я так привык к тому, что ты рядом и можно поговорить с тобой о чём угодно, например, обсудить прочитанную книгу или просто рассказать, что у меня на душе. В конце концов, я могу накричать на тебя, когда мне плохо. Или улыбнуться твоей шутке, когда грустно. – Я так важен для тебя? – спросил он, внимательно глядя мне в глаза. – Я тоже тебя по-своему ненавижу, – улыбнулся я. – К тому же сейчас мне не помешает хороший и преданный друг рядом. – Пожалуй… – хитро улыбнулся Чау Бо, – я останусь, раз так. Сказать по правде, идея с грязным бельём и ночными горшками мне была не очень по душе. Обняв за плечи, он повёл меня обратно в пещеру. Сяобо уже громко храпел, свернувшись около костра. Я снова разложил на полу свой плащ и на всякий случай забрал у Чау Бо его мешок, положив себе под голову. – Ты что не ложишься? – удивился я, заметив, что он сидит у стены и вертит в руках коробочку с компасом. – Я выспался на несколько дней вперёд, пока был под действием бон-бон, – ответил Чау Бо. – Ты спи, а я пока подумаю, как нам найти путь в Город Которого Нет. – Можно тебя спросить кое о чём? – я улёгся поудобнее. Чау Бо молча кивнул, и я продолжил: – Как тебе удалось уговорить госпожу Сюэ Бо отпустить меня? Зная её, уверен, это было нелегко сделать. – Ты прав, – кивнул мне Чау Бо, – мать всегда была женщиной деловой. Но я знал её слабость – она никогда не могла устоять перед звонкой монетой. Так что я просто выкупил у неё твою свободу. – Как выкупил? – приподнялся я от удивления. – Она хотела сделать из меня лаукэ и я бы принёс ей много лив. – Ну, вторая её слабость – это я, – довольно улыбнулся Чау Бо. – А теперь объедини тысячу лив и любимого сына. Я упросил её продать тебя мне и заплатил за тебя. – Откуда у тебя столько денег? – я даже рот открыл от удивления. – Я копил эти деньги с того дня, как впервые тебя увидел, – сказал Чау Бо. – Я просил мать, чтобы она не покупала мне подарков на праздники и дни рождения, а давала деньгами. А потом, когда стал ей помогать, то потребовал, чтобы мне, как управляющему, платили жалование. Вот так я и накопил целое состояние. – И все эти деньги ты копил, чтобы выкупить меня и дать свободу? – снова задал я вопрос. – Нет, – грустно покачал головой Чау Бо, – я просто хотел, чтобы ты принадлежал только мне. Чтобы ты был полностью в моей власти и чтобы выполнял все мои приказы. Но когда я понял, что за эти деньги могу получить от тебя только покорность, решил отпустить на свободу. – И когда это случилось? – нахмурился я. – Когда ты предложил себя в обмен на лаукэ, – нахмурился Чау Бо. – Я выкупил тебя ещё до его казни, но не успел отдать вольную. Я ещё несколько минут лежал с открытыми глазами, пытаясь понять, что же чувствую к этому человеку. Его поступки всегда были настолько противоречивы, что мне трудно было понять – друг он мне или враг. Но за последнее время он открылся мне с такой стороны, о которой я и не догадывался. Он просто помогал мне, зная, что я не отвечу на его чувства. Он спасал меня, вытаскивал из сложных ситуаций только за то, что я есть. И даже зная о моей любви к Чха, он сделал меня свободным и хотел отпустить с ним. Мысль о Чха немного отвлекла меня от мыслей о Чау Бо. Моя любовь к нему была жива и всё ещё согревала душу. Вспомнив прекрасный образ этого мужчины, я стал медленно уплывать в мягкие объятия сна. И вот я уже видел высокую гору, а у её подножия – густой зелёный лес и огромную поляну, наполненную яркими красками цветов и сладким запахом мёда. Я стоял среди этого летнего великолепия и вдыхал жаркий аромат. Цветы на лугу танцевали дивный танец, подчиняясь музыке тёплого ветра, рыбки в пруду весело плескались, обдавая прохладными брызгами лицо, а над головой кружилась бабочка, мягко трогая своими крылышками мои волосы.