Зеленый чай с тонкими нотками сладкого персика

Я содрогнулся, когда из-за камня появилась голова старухи. Её редкие седые волосы были мокрыми, а на сморщенное бледное лицо стекали капли воды. Но страшнее всего были её глаза. Вернее, их отсутствие. Старуха смотрела, не моргая, пустыми чёрными глазницами, и это приводило в ужас. Переборов страх, я шагнул вперёд и, поклонившись, сказал провидице: – Благодарю, банчи, мы прекрасно добрались. Только лошадь моего друга укусила змея, и он повредил ногу. – А ты смелый, – беззубо улыбнулась провидица. – Как твоё имя, Лис? – Тьен Тао, – ответил я. – Со мной мои друзья Чау Бо и Сяобо. – Царь обезьян и любящее сердце, – покачала головой старуха. – Но почему при вас нет Сунь Вуконга? – Меча Двуликого? – удивился я. – Но в легенде ничего нет про меч. – Ха! – засмеялась провидица. – Легенды – это всего лишь сказки для детей. Подойдите ближе и вы из первых уст услышите правдивую историю. Камень, за которым пряталась старуха, стал поворачиваться, и мы с ужасом отшатнулись назад. Из озера в нашу сторону плыла черепаха, а на её длинной морщинистой шее была человеческая голова. – Да-да-да… – вздохнула провидица, – сейчас я выгляжу именно так. Но в молодости я была так хороша собой, что сам Дракон вздыхал по мне, а я служила ему верой и правдой. Люди почитали меня и молились, как на божество. Но моё колдовство было чёрным, и все свои предсказания я делала на крови. Самые сильные из них были на крови девственниц. Я своими руками перерезала им горло и смотрела, как кровь медленно стекает в чашу. Но однажды мне не повезло. Это случилось незадолго до поражения Дракона. Он призвал меня, чтобы я предсказала исход битвы, и передал в мои руки юную деву. Откуда я могла знать, что пленница – дочь великого орла Гуй Чжи, друга и соратника Двуликого? Поколдовав над кровью девы, я предсказала Дракону его скорое поражение и, разозлившись, он прогнал меня прочь. Дракон был повержен, как я и предсказывала. Его последователи разбрелись по миру, собрав вокруг себя кланы колдунов. Мне же некуда было идти. Я жила тем, что предсказывала будущее на рыночных площадях за жалкие дархи. И вот однажды я забрела на гору и там встретила великого орла Гуй Чжи. Узнав кто я, орёл рассвирепел и выклевал мне глаза. Он проклял меня, сослав на этот остров в пустыне и превратив в черепаху. Я не могла покинуть оазис и прожила тут несколько сотен лет. Поначалу я ещё выползала из пещеры и плавала в водах озера у водопада, но с возрастом силы стали покидать меня. Так я превратилась в то, что вы сейчас видите. – А зачем Шиллин послал нас к вам? – удивился я. – У меня есть то, что заставит орла Гуй Чжи вам помочь и перенести на летающую гору, – ответила провидица. Её голова ненадолго скрылась в воде, а когда она вынырнула на поверхность, в черепашьей лапе лежал небольшой серебряный колокольчик. – Это единственное, что осталось от дочери Гуй Чжи. За право обладать этим он поможет вам, – улыбнулась старуха. – Но почему орёл просто не поможет нам? Он же был другом Двуликого? – спросил у неё Чау Бо. – Потеряв дочь, а затем близкого друга, Гуй Чжи улетел в горы и, став отшельником, отрёкся от этого мира, – закивала головой старуха. – Ну, а вы? – нахмурился я. – Почему помогаете вы? – Я слишком много причинила зла за свою жизнь, – вздохнула провидица. – Конечно, помогая вам, я не спасу свою душу. Но хотя бы умру с мыслью, что поспособствовала благому делу. – А вы можете предсказать, что нас ждёт? – спросил Чау Бо. – Если твой Лис даст мне свою кровь, то смогу, – засмеялась старуха. – Кровь девственника всегда была очень ценной. – Девственника? – удивлённо посмотрел на меня Чау Бо. – А почему бы нам просто не воспользоваться компасом? – подал голос Сяобо. – По нему мы и сможем добраться до места, где спрятан коготь. – Глупая мартышка! – ударила лапой по воде провидица. – Компас показывает место на земле. Это во-первых. Как вы подниметесь на гору без крыльев? Это во-вторых. И в-третьих… зная, насколько люди могут быть глупы и любопытны, я уверена, что каждый из вас колол палец о шип в компасе. – Вы правы, – вздохнул я. – А компас показывает человеку дорогу лишь один раз, – старуха повернула свои пустые глаза в сторону Сяобо. – Так что не задавай больше глупых вопросов, обезьяна! Начинало темнеть, и мы решили отправиться в путь на рассвете, чтобы отдохнуть и подготовиться. Провидица привела нас в пещеру, смежную с гротом, а затем принесла немного свежей рыбы. Мы разожгли огонь и, насытившись запечённой в углях рыбой, стали готовиться ко сну. Сяобо улёгся в самый дальний угол пещеры и тут же захрапел. Мне не спалось, и я вновь залюбовался красотой птичьего профиля Чау Бо. Почувствовав мой взгляд, он открыл глаза и, повернувшись ко мне, спросил: – Почему ты не спишь? – Меня мучает один вопрос, – начал я разговор. – Ты до сих пор сомневался в моей невинности? – Сомневался, – ответил он, с усмешкой глядя на меня. – Ты слишком горяч, чтобы быть девственником. – Что это значит? – насторожился я. – Я помню, как ты смотрел на меня, когда помогал переодеться, – Чау Бо сел на каменный пол, скрестив ноги. – И когда ты купал меня, я видел твои взгляды. А сегодня в озере ты чуть было… – Ничего там не было! – воскликнул я, подскочив на полу. – Я просто подхватил тебя, чтобы ты не упал. И раньше я смотрел на тебя с восхищением и трепетом, как и положено верному рабу! – А можно чуть тише? – подал из угла голос Сяобо. – Тут люди пытаются отдохнуть. – Ты не человек! – крикнул я ему, не оборачиваясь. – Дай нам поговорить. – А-а-а… – сонно протянул Царь обезьян, – но когда начнёшь кидаться огненными цветами, постарайся не подпалить мне шкуру, – он отвернулся к стене и снова захрапел. – Что, – усмехнулся Чау Бо, – сейчас ты снова начнёшь дымиться? – Почему ты постоянно пытаешься вызвать во мне злость? – нахмурился я. – Или может быть тебе нравиться видеть меня пышущим огнём, в облаке чёрного дыма? – Нет… – вздохнул Чау Бо, – мне это вовсе не нравится. Меня пугает твоя тёмная сторона, но я тешу себя надеждой увидеть и твою светлую сторону, – он снова улёгся на пол и закрыл глаза. – А теперь спи… Но уснуть я не мог. Мне вспомнился сегодняшний день и неловкий момент, когда я обнял Чау Бо и прижал к себе. Тогда наши сердца вдруг стали биться в унисон, и я растворился в этом звуке. Мы на долю секунды стали одним целым и всё вокруг исчезло, словно во всем мире остались лишь мы одни. Вспомнив, как Чау Бо смотрел на меня, в груди зашевелилось какое-то новое чувство. Оно было мягким и тёплым, словно пушистый зверёк. Я прижал руки к сердцу и, громко вдохнув, выпустил его на волю. В воздухе появилась полупрозрачная белая бабочка. Она мерцала в полутьме пещеры и, трепеща крылышками, летала вокруг меня. Я протянул к ней руку, и бабочка села на кончики моих пальцев. Недолго полюбовавшись этим странным колдовством, я отпустил бабочку и она, взмахнув крыльями, полетела в сторону Чау Бо. Присев на его грудь, она дрогнула и растворилась в воздухе, оставив после себя шлейф из мелких искр.