Зеленый чай с тонкими нотками сладкого персика

Ужин оказался таким же скромным, как и быт монастыря – печёный редис, овощная похлебка, рисовая лепёшка и напиток из ягод. Как нам объяснил всё тот же Кун, все продукты выращивают сами монахи на небольших угодьях, расположенных на другой стороне острова. После ужина Кун отвёл меня в беседку, где уже ждала Я Вен. Она сидела за низким столиком и пила ароматный чай, запах которого показался мне знакомым. – Вы хорошо устроились? – спросила она, протягивая мне пиалу с чаем. – Всё прекрасно, благодарю, – поклонился я и с удовольствием сделал глоток. – Что это за чай? – спросил я, вдыхая знакомый запах. – Это зелёный чай, – ответила она, – но я в него добавила немного сладкого персика. – Хм… – усмехнулся я, – зелёный чай со сладким персиком. – Персик придаёт ему приятный аромат и немного сглаживает горечь, – кивнула Я Вен. – Тебе понравился ужин? – Немного не хватало мяса в похлёбке, – ответил я. – Это в тебе говорит Лис, – тихо рассмеялась настоятельница и налила мне ещё чая. – Скажите, вы действительно знали Двуликого? – задал я вопрос. – Да, – кивнула она. – Какой он был? – продолжил я расспрашивать. – Он был очень сильным и мудрым человеком, – Я Вен задумчиво посмотрела вдаль и поставила пустую пиалу на стол. – Человеком? – удивился я. – Легенды имеют свойство немного преувеличивать, – ответила она. – Двуликий был человеком, но обладал немыслимой внутренней силой, делающей его почти всемогущим. – Но говорят, что у него было два лица, – возразил ей я. – Разве человек может иметь два лица? – О-о-о… – улыбнулась Я Вен, – это интересная история. Правители некоторых стран относились с презрением к тому, что наш правитель – человек. И тогда Двуликий приказал своему механику сделать специальную маску. Это было зеркало, которое крепилось к голове и делило лицо надвое. Двуликий раскрасил своё лицо так, чтобы одна его половина была страшной и сердитой, а вторая доброй и улыбчивой. Потом он надел зеркальную маску и вышел к послам. Те решили, что у императора два лица. – Но легенды говорят, что он был богом, – не успокаивался я. – Боги бессмертны, – вздохнула Я Вен, – а Двуликий погиб, сражаясь с Драконом. – Вы говорили про медитацию, – перёвел я тему разговора. – Как это мне поможет войти в Царство мёртвых? – Что есть медитация? – начала урок Я Вен. – Это отделение сознания от тела. Что есть смерть? – Тоже отделение духа от тела, – догадался я. – Значит, медитация – это тоже смерть? – Не совсем, – покачала головой Я Вен. – Когда человек умирает, его душа уходит в Царство теней. А при медитации душа витает недалеко от тела. – Хм, – задумался я, – если при медитации можно вернуть душу в тело, почему её нельзя вернуть из Царства мёртвых? – Чисто теоретически можно, – кивнула Я Вен, – но для этого нужно очень много сил. Ни один колдун или монах не обладает таким количеством внутренней энергии. А теперь сядь удобнее, положи руки на колени и закрой глаза. Я подчинился и сделал всё, что говорила мне настоятельница – принял нужную позу, закрыл глаза и приготовился к медитации. Пытался слушать звуки природы, старался расслабиться и ни о чём не думать, но так и не отделил сознание от тела. – Ничего страшного, – улыбнулась Я Вен. – Некоторые ученики работают над техникой годами. – У меня нет столько времени, – возразил я. – Здесь у тебя столько времени, сколько нужно, – улыбнулась женщина. – А сейчас можешь пойти отдохнуть. Завтра мы продолжим занятия. Я пошел к дому, в который нас поселили, и на лавочке в тени душистой акации застал Сяобо и Эфзи, мило воркующих о чём-то. – Сяобо! – шёпотом окликнул я друга. Тот обернулся и едва заметно махнул мне рукой, чтобы я ушёл. – Где Чау Бо? – снова зашептал я, высунувшись из-за кустов. – Он пошёл к водопаду, – ответила мне Эфзи, улыбнувшись. – Думаю, тебе стоит с ним там встретиться. – И дать нам насладиться тишиной, – добавил от себя Сяобо, одарив сердитым взглядом. Я не стал им мешать и пошёл по дорожке на звук падающей воды. Это было действительно райское место. Солнце уже клонилось к горизонту и окрашивало лёгкие облака в розовый цвет. На ярком голубом небе они казались сладкой ватой с соком вишни, хотелось протянуть руку и оторвать от них кусочек. На деревьях пели птички, услаждая слух нежными голосами. Воздух был наполнен ароматами цветов, а мягкая зелёная трава стелилась под ногами, приглашая пройтись босиком. Я скинул сапоги и ощутил тепло, идущее от земли. Сорвав цветок с роскошного куста жасмина, я втянул носом сладкий запах и, улыбнувшись, зашагал дальше. Водопад был не такой величественный, как в оазисе у старой черепахи, а вода падала в небольшое озеро, заросшее огромными листьями и цветами лотоса. Я походил вдоль берега, но Чау Бо не нашёл. Скинув с себя платье, я забрался в воду и с удивлением отметил, что она вовсе не ледяная. Длинные стебли лотоса приятно щекотали тело, а пугливые стрекозы летали над головой, принимая меня за цветок. Я немного посидел в воде и собирался уже выйти на берег, как вдруг услышал плеск. Из-за прозрачной пелены водопада вышел Чау Бо и направился в сторону берега. Он был абсолютно голым. Его загорелое тело блестело в лучах заходящего солнца. Длинные пряди чёрных волос, выбившиеся из небрежного пучка, струились по плечам. Крепкие ноги осторожно ступали по каменистому дну, а лицо выражало блаженство. Он остановился в нескольких метрах от меня и вынул из пучка длинную заколку. Волосы чёрным водопадом упали на спину и он, вытянув длинную шею, тряхнул головой. – Ты? – удивлённо поднял он брови, увидев меня, сидящего по подбородок в воде. – Прикройся, – ответил я, опуская глаза и надеясь, что он не заметил моих горящих щёк. – Что ты тут не видел? – засмеялся Чау Бо и, подняв с земли своё платье, накинул его себе на плечи. – Отвернись, – буркнул я, медленно выходя из воды. – Что я там не видел? – снова засмеялся он, но послушно отвернулся. – Тут монахи делают прекрасное вино из вишни. Я выпросил у них пару бутылочек. Хотел расслабиться и отдохнуть. Не хочешь ко мне присоединиться?