Зеленый чай с тонкими нотками сладкого персика

Я замер на месте, глядя в голубую даль. Осознание того, что я тут только гость, и в мире живых у меня есть что-то очень ценное, внезапно отрезвило меня, словно погружение в ледяную воду. – Я должен уничтожить Дракона, – прошептал я, и стал судорожно искать глазами коридор, по которому пришёл в этот мир. Но его нигде не было. Безоблачное голубое небо, стекающее в океан, фруктовый сад, зелёное поле. Это место было прекрасным, но сейчас я хотел попасть на землю и сказочные виды уже не радовали. Тут меня охватила паника. Я побежал по воде, раскидывая лапами назойливых рыбок. Мчался по тёплому песку, оставляя на нём следы лап и хвостов. Спотыкаясь о корни деревьев, давя упавшие плоды, я миновал сад и, оказавшись перед полем, замер, глядя на прозрачные тела людей, сидевших там. Взглянув на свои лапы, я с ужасом заметил, что они тоже становятся прозрачными, и стук моего сердца уже почти не слышен. – Вспомни самое дорогое, что есть у тебя в том мире, – снова послышался голос Двуликого. Я попытался вспомнить свою земную жизнь, но вместо неё в моей голове была пустота. Я сделал шаг вперёд, в зелень травы, смирившись с тем, что теперь тоже буду частью Царства мёртвых. Но тут из-под моих лап вылетели испуганные бабочки и, поднявшись вверх, закружились над головой. И я вспомнил всё. Своё детство, гостиницу, старика Шиллина, лаукэ Лина, ослика Чанг-Чанга и… – Чау Бо! – выдохнул я. – Да! Вот кто мне дороже всего! Бабочки поднялись вверх и полетели в сторону океана. Я кинулся вслед за ними, стараясь не отвлекаться, чтобы опять не забыть о своей любви. Разноцветный крылатый сонм начал кружиться над водой, создавая воронку, которая становилась всё больше и больше, открывая путь в заветный коридор. – Можно ещё вопрос? – обернулся я к Двуликому. – Задавай, – кивнул он. – Как уничтожить коготь? – Его нельзя уничтожить, Лис, – покачал головой Двуликий. – Но как тогда мне победить Дракона? – испугался я. – Ведь если колдуны завладеют когтем, он снова появится на земле! Воронка в воздухе раскрутилась так сильно, что стала поднимать меня, втягивая внутрь. Я всеми лапами пытался удержаться, но сильный ветер понёс меня над водой и затянул в коридор. – Найди мой меч, – услышал я голос Двуликого, – только он может убить Дракона… Последние слова прозвучали так тихо, что были едва слышны. Я кинулся по коридору что есть силы, чтобы скорее вернуться и рассказать всё Чау Бо. Не рассчитав, я с такой скоростью влетел в своё тело, что не сразу смог понять, где нахожусь и кто я. Несколько минут я пролежал на земле неподвижно, испуганно вращая глазами. Когда сознание вернулось, огляделся и с ужасом обнаружил, что когтя в руках нет. Чау Бо тоже нигде не было видно. С трудом передвигая ноги, я поднялся по ступеням и откинул тонкую ткань, решив, что он вернулся в беседку, но и там его не было. Мою голову обожгла страшная догадка. А вдруг всё было лишь игрой? Что если всё это время Чау Бо охотился за когтем, чтобы передать его в руки главы клана? А любовь была всего лишь ширмой, за которую он прятался? В моей душе медленно стала подниматься злость и чёрный дым закрыл от меня лес и пруд. Нет! Этого не может быть! Я взмахнул рукой, отгоняя дым. Даже самый великий из актёров не смог бы так сыграть. Можно быть нежным и ласковым. Можно пылать страстью и пожирать глазами, но сердце не обманешь, оно выдаст твои настоящие чувства и желания. Чау Бо не играл, он любил меня по-настоящему. Об этом говорило его сердце, которое всё это время билось в унисон с моим. Я немного успокоился, но злость не ушла. Она продолжала клубиться, заволакивая всё вокруг едким дымом. Теперь я злился на себя, за то, что мог подумать такое о Чау Бо. И тут мне в голову пришла идея. Воспользовавшись своим состоянием, я достал из-за пояса Хуин Луан, поднёс её к губам и заиграл мелодию. Это было то самое тёмное колдовство, которым воспользовались колдуны, чтобы узнать, где находится последний коготь. Оно помогало увидеть то, что произошло, считывая память места. Чёрный дым медленно пополз из моей дудочки и змейкой скользнул в мягкий мох под ногами. Он полз к пруду, и я увидел на его берегу две тени. Это был Чау Бо, сидевший на коленях, и моё тело. Вот он вздрогнул и на секунду отшатнулся. В моих руках появилась тень когтя. От него шла такая сильная тёмная энергия, что даже в мороке он выглядел настоящим. И тут из кустов к пруду выбежали ещё четыре тени. Это были солдаты, вооружённые мечами. Чау Бо схватил коготь и спрятал его у себя за пазухой. Он осторожно переложил меня на землю и, выхватив саблю, кинулся на врага. Он дрался, как зверь, стараясь отвести от меня неприятеля как можно дальше. Я доиграл мелодию и пошёл за тенями, которые скрылись в лесной чаще. К моему счастью, тени двигались намного медленнее, чем я, и мне удалось без труда их догнать. Чау Бо убегал от своих преследователей в сторону горной реки. Изредка он бросал в солдат заклинания, и это ненадолго задерживало их. Когда он оказался на берегу, я на несколько секунд потерял его из вида. Чау Бо скрылся за высоким камнем и появился вновь уже на другом берегу. Солдаты бежали за ним вброд, и их стало намного больше. Я тоже запрыгал по камням, переходя реку, а когда оказался на другом берегу, застал настоящую битву. Чау Бо грозно размахивал саблей, круша врага, но силы были неравны. К тому же он ещё не оправился от ранения, а бег забрал слишком много сил. Один из солдат ударил его сзади под колени и Чау Бо упал на землю. На него тут же навалились ещё трое и, скрутив верёвками, поволокли по камням. На камнях остались капли крови из открывшейся раны на его плече. Присев, я коснулся пальцами засохшего пятна. В этот момент я почувствовал сильный толчок, от которого упал на колени, едва не распластавшись по земле. – Посмотри, – услышал я за спиной мужской голос, – а мальчишка-то оказался живым. А ты сказал, что он умер. Я оглянулся. Позади меня стояло трое солдат Зелёного дракона и двое Синего. Тот, что стоял ближе всего ко мне, и разговаривал с товарищем. – Он не дышал, – ответил ему тот, – я послушал его сердце. Клянусь, что оно не билось! – Я слышал, что древние монахи умели отделять свою душу от тела, – вступил в разговор третий солдат, – и могло показаться, что они мертвы. Их сердце почти не билось, и дыхание было редким. Нужно было поднести к его губам клинок меча, чтобы убедиться, что он дышит. Воспользовавшись тем, что солдаты отвлеклись разговором, я попытался схватить выпавшую от удара дзань-бао, но один из солдат оказался внимательным и проворным. Он наступил тяжёлым сапогом мне на руку, не дав схватить оружие. – Что вы стоите? – хмуро сказал он своим товарищам. – Он умеет колдовать, играя на дудке. Ещё немного и он превратил бы нас в камень. Давайте обыщем его, свяжем и отнесём во дворец. Пусть солдаты «Чёрного тумана» им займутся. Но я не сдавался. Свободной рукой я выхватил из-за пояса веер и, раскрыв его, резанул солдата по ноге. Тот громко взвыл и отскочил от меня, но другой солдат ударил меня сзади по голове чем-то тяжёлым. Моё сознание померкло, и я провалился в чёрную бездну.