Клетка для божества

Венти с тревогой смотрел на вошедшую в комнату Лизу. Непонятно, чего ожидать от колдуньи. Она то верит ему, то выспрашивает всё на свете, то устраивает проверки. Очевидно, она близкий человек для Дилюка, он очень ей доверяет, а значит, если его сочтут опасным или что-то в этом духе, то, скорее всего, остаться возле Дилюка не получится. — Прости меня. Отец Дилюка затеял эту проверку, не верит он, что бывают такие добрые люди. Я не была готова к тому, что за тобой охотятся такие серьёзные колдуны. — Ты всё ещё считаешь меня добрым? Лиза вздохнула. Увиденное не укладывалось в её голове, она тщетно пыталась понять, зачем Венти скрывается в личине человека и что задумал. — Я просто хотела быть уверенной, что ты не причинишь зла Дилюку. Поклянись. И я дам клятву, я буду хранить твою тайну, смогу заставить Барбару молчать и даже найду слова, которыми закрою рот отцу Дилюка. Старый пройдоха впутал меня во все это, полнейшая же глупость. Венти недоумённо посмотрел на колдунью. Как та могла даже подумать, что он опасен для кого-то настолько близкого. Но с другой стороны, её предосторожность даже правильная. (Прим. Беты: так-то Венти реально может быть опасен. Я не разбираюсь в Геншине, но сила ветра не слабее силы огня) — Ты так беспокоишься о Дилюке. Я рад что у него такие близкие друзья. Было бы неплохо, чтобы и я стал твоим другом. Разумеется, я, бард Венти, божество ветра и воздушной стихии Барбатос, клянусь всей своей силой, бессмертием и сущностью, что не задумал ничего дурного, не причиню умышленно или неумышленно вреда ни тебе, ни Дилюку. (Прим. Беты: очень интересно. То есть, Венти может причинить вред родителям Дилюка (хоть они этого заслуживают), Кейе и Барбаре? Понимаю, что это просто придирка, но клятвы божества должны внятней формулироваться) Прим. Автора: В этом то и суть. Клятву он дал по отношению к тем, в ком уверен. Юноша накрыл ладонью руку колдуньи и та слегка поморщилась, на мгновение стало больно. Лиза посмотрела на прожжённую перчатку, на ней виднелся узор, словно рисунок: крылья, скипетр и драгоценный камень. Миниатюрная копия герба божества, она сотни раз видела подобные на старинных изображениях и в храмах соседнего королевства. — Прости, что больно. Сейчас я слишком слаб, чтобы лишить тебя неприятных ощущений. Даже лиру сейчас не получается призвать. Чем же они меня так ранили, меня сложно обезвредить. — Почему ты сказал, что и мне не хочешь причинять зла? Я была бы рада, чтобы у Дилюка было всё хорошо, но сейчас нет. Всё же книга не лгала, да и я не ошиблась. Ты очень добрый, просто умеешь постоять за себя и близких. Вернее… — колдунья замялась, подбирая слова, но бард с виноватым видом её перебил: — Вернее, Венти и Барбатос разные сущности, которые достаточно сильно различаются. Но они оба никогда ни тебя, ни Дилюка, не обидят. Да и в принципе, я давно позабыл, что божество. Так, летаю иногда и немного колдую для души. — Чёрт! — Лиза встала с кресла и словно не степенная, русоволосая красавица, а истинная ведьма, обернулась вокруг себя, будто пытаясь увидеть что-то, понятное только ей. — Невнимательная порой. Впрочем, ты совершенствуешься. Прошу прощения, божество, что подслушиваю, — король то ли шутливо, то ли уважительно поклонился сидящему на постели Венти, выходя из-за завеси, которая скрывала потайную дверь. Пожилой мужчина почему-то напомнил Венти лиса. Величественный, внимательный мужчина с благородными чертами лица в противовес своему внушительному виду обладал хитрым взглядом прожжённого плута. Венти понял — Кейя порой смотрел так же. Да уж, а казалось, от короля у Кейи во внешности, кроме роста, ничего нет. — Если вы расскажете обо всём Дилюку, я буду вынуждена сделать всё, чтобы вам не поверили, — хмуро сказала Лиза, словно невзначай стараясь держаться возле Венти. — Леди Минчи, не надо меня так ненавидеть. Не я отправил ваших мать и отца на костёр, так решили священники. Порой и король бессилен. — Тогда почему его сын спас её дочь? Он был младше меня и пока все смотрели на то, как мою семью казнят, встал на мою защиту! Я не доверяю вам, никогда не буду. И я не позволю разрушить их отношения! Старый король тихо засмеялся. Лиза сцепила зубы. Этот человек всегда будто потешался над ней, ловко лавируя между своими словами, решением церкви и прочими. Когда-то он пожертвовал её родными, только бы успокоить церковников и убили бы, пожалуй, даже её, если бы Дилюк не вмешался, в свои-то десять лет проявив невероятное упорство, отстаивая её, уже тогда пятнадцатилетнюю, начинающую ведьму, с упорством лучшего адвоката столицы. — Лиза, ты умница. Ты поступаешь очень правильно. Я знаю, ты предана моему сыну всей душой. А сейчас, верное решение, если в его ближайший круг общения попадет божество, как я понял, по уши влюблённое и после восстановления сильное, то лучшей поддержки Дилюку и не найти. Слева божество ветра, справа лучшая колдунья столицы, позади сильнейший отряд рыцарей и целый двор, который не то что на колени упадёт перед сильным правителем — на многое пойдёт, только бы страна, а значит, и они сами процветали. Колдунья ухмыльнулась. — Думайте, как хотите. Я не буду использовать друга. Дилюк сам себя защитит, я же помогу, если надо. Венти вашей пешкой не станет. Я же сказала, тайна будет сохранена. Венти слушал перепалку с единственным желанием — уйти отсюда подальше. Так было всегда, когда люди узнавали, кто он такой. Похоже, старый король из той породы людей, которые любили и умели использовать все возможности. — Я не такой дурак, чтобы раскрывать тайну божества. Барбатос. Едва ли нет священного свитка, в котором рассказывали, насколько может быть мстителен бог. И я уж точно не такой дурак, чтобы лишать своего сына такой дружбы, — пожилой мужчина хитро ухмыльнулся, — в конце концов, нам наследников Кейи на десять поколений хватит, Дилюк может расслабиться. Лиза опять сцепила зубы. Венти молча ждал, когда мужчина уйдёт. Почему-то он чувствовал двойное дно в словах отца Дилюка. Он вроде бы действительно опасался за сына, но в то же время будто играл с ними, пытаясь выяснить всё, что ему нужно. — Надеюсь, вы скоро поправитесь и на нашу шутку зла держать не будете, — напоследок сказал король уходя из комнаты. Лиза выдохнула. Венти устало лёг на постель. Ну и денёк. — Ты тут ещё? Долго его мучить будешь? Венти, тебе поспать нужно! — Дилюк появился почти сразу после ухода короля. Молодой мужчина гневно посмотрел на колдунью. Женщина закатила глаза, подошла к барду и улыбнулась. — Оставляю вас одних. Но, я так понимаю, не для шалостей, тебя сейчас в ватку укутают и будут усыплять. Спокойной ночи. Женщина щёлкнула слегка покрасневшего и недовольного юношу по носу и вышла из комнаты. Дилюк осторожно сел рядом с пострадавшим. Венти молчал. Почему-то королю показалось, что юноша в шоке после случившегося. На самом деле Венти тщетно пытался понять, как поступить дальше. Обычно, когда хоть какой-то намёк появлялся на то, что заподозрили, какая у него истинная сущность, он исчезал тут же. А сейчас всё так сложно. Старый король не внушал доверия. История Лизы и вовсе выбила землю из-под ног, как такое возможно, чтобы её семью уничтожили ни за что. По хорошему, надо было уходить. Срочно. Можно вернуться в поместье баронессы, Амелия и её семья укроют его даже от Дилюка, до тех пор пока магия не вернётся в полной мере. Но как же оставить Дилюка? Он к нему так привык, не просто привязался, а действительно полюбил. — Не беспокойся. Я больше не оставлю тебя в опасности. Я не ожидал, что отец решит устроить нечто подобное. Ещё и Барбару втянул с Лизой. Вот от Лизы не ожидал. Хотя, с другой стороны, она всех спасла. Венти всё так же молчал, стараясь незаметно комкать плед, но от Дилюка не укрылась эта нервозность. — Мне лучше уйти, — наконец выдавил из себя Венти, тщетно пытаясь наскрести у себя решительности хоть чайную ложку. Оставаться рядом с Дилюком опасно даже самому новому королю. Вдруг опять кто-то нападёт? Божество-то, конечно, спасёт, но как потом сам король отреагирует? — Венти, не бойся. Я смогу защитить тебя. — А вдруг это всё опасно? Вдруг действительно рисковать придётся? Я не могу тебе рассказать, почему так вышло. Просто… Не могу. Дилюк внимательно посмотрел на юношу. Вздохнул. — Лучше я уйду. Аловолосый отвернулся. Эти слова больно резанули по ушам. Очевидно же, Венти не особо хочет доставлять им проблем, а рассказать мешает страх. И вытаскивать, почему и как Венти стал чьей-то целью, Дилюк не хотел. Вот только внутри помимо таких рациональных вещей дёрнулось глупое опасение, вдруг бард действительно просто хочет уйти. — Хорошо. Уходи от меня, если ты чем-то недоволен или злишься. Но оставь за мной право о тебе присматривать, пока не выясниться, чем я могу тебе помочь. Венти вжал голову в плечи. Нет. Он так не может. Пусть это неправильно, но никуда он не пойдёт. Зачем делать Дилюка несчастным? Да и себе жизнь портить. — Прости меня. Больше никогда таких глупостей не скажу. Прости, пожалуйста. Никуда не пойду, пока сам не прогонишь. Я тебя люблю, прости. Дилюк сам не ожидал, что Венти проявит такую прыть. Юноша метался, принимая решения и, кажется, любые страхи были надуманными. Бард вжался в него всем телом, суетливо целуя в нос и в щёки. Забавный, какой же странный. — Вот и договорились. Побудешь тут, пока не выздоровеешь, а потом будем думать, как поступить дальше. А сейчас, действительно ложись, отдохни. Я с тобой побуду. Венти закивал. Всё равно как-то, что будет дальше. Ну его, думать о том, что случится завтра. Сейчас он может блаженствовать, уложив свою голову на колени мужчины, пока тот заботливо укрывает его, гладя по волосам. *** Венти выдохнул с облегчением. Сейчас жизнь казалось сказкой, не меньше. Дилюк приходил к нему так часто, как мог. Ночевал всегда рядом, а когда был занят, то можно было отправиться к Лизе, которая за последние дни стала действительно родной. Это восхительно, когда кто-то становиться таким близким. Венти никогда бы не мог подумать, что кто-то, помимо Чжун Ли, сможет стать настоящим другом. Про такой подарок судьбы, как Дилюк, и вовсе он не мечтал. — Ты умница, что приходишь. Показываться на глаза остальным не советую, промолчат, но зачем Дилюку лишние слухи? Кейи с его шутками хватает. — Да. Но… — Так выходит, ты летаешь. Тогда, Барбаре и старому королю ты сказал, что скучаешь и я не поняла, о чём именно, но так на небо глянул — у меня всё сжалось. И я придумала, как можно поступить. Колдунья поправила свою роскошную шляпу и начала копаться на полке. Несколько секунд она искала что-то, а затем со счастливым возгласом достала старый, деревянный браслет. — Я не уверена, что это подействует не на человека, но точно знаю: если носить этот браслет, то твою магию человек, даже обладающий артефактами, не заметит. Если выехать за город, когда подлечишься, сможешь попытаться отвлечься. Венти сел на стол, рассматривая деревянную вещицу. — Сандаловое дерево. Освященное мной, лет эдак… — Венти задумчиво посмотрел в потолок, — Я давал его Чжун Ли несколько веков назад. Он говорил, что потерял его. Идея хорошая, спасибо, Лиза! Колдунья села за стол. Любопытно. Молодая женщина достала из ящика замысловатую бутылку и два фужера. Несколько секунд она протирала запылившийся хрусталь, а затем открыла бутылку. Венти охнул. Да быть такого не может! Это же… — Да-да. Вино из одуванчиков. Ну у тебя и вкус, все редкое любишь, — хмыкнула колдунья и тут же засмеялась, — даже Дилюк у нас особенный. А насчёт вина, я вчера в одном свитке вычитала. Колдунья закашлялась. — И приносили святому Барбатосу жрецы лишь вино из одуванчиков да вишнёвый ликер, зная: божество не примет ни серебра, ни золота, отвергнет самые дорогие камни и меха, оскорбится за кровавые жертвы в его честь. Венти засмеялся. Ведьма, словно заправская актриса, поклонилась юноше, разливая янтарный напиток из бутылки. — Ну раз ты создал такой амулет, почему же не можешь сделать ещё один? — Создавать нечто настолько серьёзное сложно, отнимает много времени. Этот браслет набирался силы больше двух веков, я делал его в подарок другу. Колунья подошла к окну. Солнечная, тёплая погода. Лето постепенно вступало в свои права. Март в этом году выдался холодным, только сейчас в самом конце, словно благоволя молодому королю, после коронации стало совсем тепло. — Ни на что не намекаю, но ровно через месяц у Дилюка будет день рождения. Итак, что подаришь? Венти запнулся. Хорошо, что Лиза сказала, вот же беда, чтобы такого выбрать, чтобы угодить Дилюку? — Хотя сделай проще. Минуточку, — колдунья взмахнула палочкой, на столе появилась бирюзовая ленточка. Русоволосая красавица быстро повязала его на шее юноши. — И всё. Держу пари, когда на тебе останется только этот самый праздничный бант, это станет лучшим подарком. И не надо делать такого лица, я ночевала в шатре поблизости и всё прекрасно слышала. Слушай. А пойдём на улицу? Погода чудная. (Прим. Беты: Венти с его любовью к алкоголю похож на греческого Диониса. У Диониса, если вспомнить, тоже тёмная сторона была)