Клетка для божества

Наверное, этого и боялся Венти. Что может случится нечто подобное. Им придётся обсудить то, что произошло несколько минут назад. Ещё и, для начала, наедине. Дилюк, облокотившись об стену своего порядком разрушенного кабинета, смотрел на Венти. Пока слабо удавалось поверить в то, что он видел несколько минут назад, те крылья и тот внешний вид, до безумия похожий на его супруга. А вот взгляд — виноватый, напуганный, был порядком знаком. Хотя нет, даже когда он напился с Лизой, настолько испуганно не выглядел. — И? Почему ты молчал? Я не терплю ложь, ты знаешь. — Я не врал. Просто я… — Венти вздохнул, — Я действительно часто забываю, кто я такой. Ты нашёл меня тогда, спас и я как-то сразу влюбился. Я совсем ни о чём не думал, а потом рассказать было будто и поздно. Вдруг ты испугаешься, вдруг тебя это не устроит, в облике бога у меня характер бывает тот ещё, вдруг ты меня бросишь, — последнее было произнесено вконец перепуганным тоном. — Я, кажется, предельно ясно давал понять, как я к тебе отношусь. — И всё же! — возмутился Венти, — Я не врал тебе больше. Да и ты сам сказал, что тебе всё равно, что в моём прошлом. И я решил молчать, пока получится. Хоть это и было сложно, я хотел тебе всё рассказать. — Ясно. Почему ты не выходил из замка? Тебя считают моим заложником, — хмуро спросил Дилюк, отгоняя от себя странное ощущение, будто он цепляется за любой способ поскандалить. — Небо. Я старался туда не смотреть. Глупо, конечно, но я скучал по полётам. Когда ты рядом, как-то не думал почти, а когда тебя нет, наваливается всё, мне тяжело. Вот я и, как мог, держался подальше от него. С Лизой в библиотеке или с Альбедо в лаборатории. Дилюк вздохнул. Чувство вины накатывало с неимоверной силой. Но всё же Венти был виноват. В голове был сумбур, всё ещё не верилось в то, что он видел. — Ну и полетал бы. — Меня бы раскрыли. И всё бы разрушилось. Я дал себе слово быть с тобой, пока это возможно. — Так много сложностей. Мне нужно всё обдумать. Я оставлю на тебя гостей, хорошо? Дилюк ушёл. Венти осторожно сел на диван, засыпанный штукатуркой и кусками камней. Разбросанные книги. Жаль, Дилюк любил свой аккуратный кабинет, зачем только разнесли так сильно? Из стены зияла большая дыра — Моракс ударом крыла сделал. Надо было идти к друзьям, выяснить, как они, почему искали его, но сил не было. Он и сам был как эта разваленная комнатка, внутри всё рассыпалось. *** За столом было непривычно тихо. Только Альбедо иногда бросал задумчивые взгляды на принца-божество, но и это длилось недолго. Моракс уже выглядел как Чжун Ли и вел себя куда сдержанней, форма дракона позволила ему «выпустить пар» и он чувствовал себя совершенно спокойно и даже виновато. — Вам нужна моя помощь? — Пожалуй, тебе наша. Сирилл с ума сошёл, ещё немного и всех уничтожит, тиран хуже Декарабиона. Люди страдают, нужно немедленно спасать всех. Возможно, тебе придётся возглавить свой регион. Венти зло посмотрел на Чжун Ли, поджав губы. Лиза хмыкнула, редко когда Венти выглядел таким волчонком. Сяо, сидящий рядом, даже маску не снял, за столом в компании людей ему явно было неудобно. — Я сотни раз говорил, я и правление — вещи несовместимые. Я ничего не могу сделать. Отворилась дверь. Венти повернул голову — в зал вошёл Дилюк. Мужчина молча сел рядом, словно ничего не случилось, как обычно спокойный король принялся за ужин. Венти вздохнул и сказал опять. — Я и правление — вещи несовместимые. — Да, мне казалось, ты и замки — вещи несовместимые, ты и сидеть на одном месте — вещи несовместимые, — развёл руками старый друг. — В тебе много раздражительности, Чжун Ли. — Разумеется. Ты ведешь себя более чем безответственно, но к этому я привык, ты бросил свой народ без поддержки, вот что плохо. Тебя люди обожают, на тебя надеются, а ты… — Ворчишь как старый дед. Ты тоже не правишь, и что? — фыркнул Венти. — Правительница моего королевства умная, талантливая женщина, на которую можно положиться. Я пришёл помочь тебе и людям, — упрямо продолжил Чжун Ли. Венти уткнулся взглядом в тарелку. Ситуация. — В воздушном королевстве действительно беда. Соседи они беспокойные, говорят, Сирилл с ума сошёл, — задумчиво сказал Дилюк, — ты действительно крайне безответственен. Хорошо, я не брал с тебя слова помогать мне и на правах моего супруга ты бездельничал, игнорируя свой титул, но оставить целый регион без помощи, наедине с тираном — это хуже, чем вся твоя ложь. Венти, открыв рот, уставился на Дилюка. Рагнвиндр спокойно и даже отрешённо посмотрел словно сквозь мужа, обидев последнего до глубины души. — Я не бездельничал. Просто управление — это не моё, — в который раз повторил Венти, чувствуя мороз по коже. — Алкоголизм и легкомысленные баллады — наше всё, — хмыкнул Моракс. — И что ты предлагаешь делать? Дилюк отрезал кусочек стейка. Венти наблюдал за его каменной миной, нахмурившись, как обиженный ребенок. — Очевидно, помочь людям. Признаться, я рассматривал вариант обратиться к другим странам-соседям, чтобы разобраться с проблемой в воздушном королевстве. — Ты всё ещё на меня злишься? Дилюк отодвинул тарелку. — Да. Ты изводил сам себя сомнениями, тем, что всего на свете боялся и молчал, опасаясь разрушить наши отношения. Поступок глупый, но в чём-то тебя можно понять. Проще говоря, сам написал драму, сам сыграл в ней главную роль. Я чётко дал понять уже давно — я тебя люблю и принимаю со всеми недостатками и чудачествами, окажись ты монстром из бездны — так уж и быть, я это приму, если ты мне расскажешь. Но ты оставил целый народ на произвол судьбы, а вот это уже плохо. И молчал, усугубляя ситуацию. Мне интересно, кто ещё был замешан и знал правду о тебе. Венти открыл рот. Ну какая же заноза. Лиза сделала глоток из кубка, она себя ничем не выдала. — Хорошо. Я принимаю твои слова. Теперь ты знаешь, с чего такие мины корчишь? — С того, что если ты попросишь меня помочь — я помогу. Дилюк говорил такие тёплые и полные поддержки слова самым обыденным тоном. Смотрелось странно. — Кстати, прошу прощения за вторжение, я хочу извиниться. Мы действительно за него беспокоились, он мастер находить неприятности, — чувствуя, что Дилюк оплот здравомыслия, обратился к нему Чжун Ли. — Я принимаю ваши извинения. — Я понял, — вполголоса буркнул Венти, взявшись за рукав рубашки Дилюка, как ребёнок, обращающий на себя внимание взрослого. — Прости. Но ты тоже знаешь, проблемы там если будут какие-то, не скрывай, теперь ты в курсе, я могу тебе помочь. Дилюк вздохнул. Венти отвёл взгляд. М-да уж. Божество, конечно, но характер… — Спасибо, я скажу, если понадобится твоя помощь. — хмыкнул Рагнвиндр, — Если у тебя или твоих друзей есть идеи, необходимо их выслушать. Если, конечно, на меня ещё раз не нападут. — Сяо за меня беспокоился. Он добрейший человек, вы ещё поладите. Насчёт идей — всё просто. Нужно тайно пробраться к Сириллу и отобрать мои артефакты. — Звучит проще некуда, — с иронией сказал Дилюк, — я почему-то уверен, что он не захочет тебе их отдавать. — Согласен. И уничтожить их будет сложно. В чём я хорош, так это в изготовлении сильных талисманов и артефактов, — довольно сказал Венти понимая — звучит это очень неуместно, но после того как по нему хорошенько потоптались, хотелось хоть как-то отыграться. — Верно. В этом плане ты даже сильнее меня. Но вот почему они волшебным образом попадают не в те руки — загадка и мистическое стечение обстоятельств. Иначе и не скажешь, — хмыкнул Моракс. Сяо слушал выпады в сторону Венти с каменным лицом. Ему всё не нравилось. От того, что простые люди смеют позволять себе подобные высказывания в сторону святого Барбатоса, до нападок Моракса. Но если Властелин камня мог себе это позволить хотя бы на правах старого друга, то куда лез этот «король»? Барбатос позволял ему слишком много. Впрочем, как и многим другим. — Тебе с нами сложно. Мог бы поесть, как обычно, в тишине. — Я хотел вас поддержать. — Не надо себя насиловать, я рад тебя видеть, я мог бы потом с тобой перекусить. Как прежде. Венти как-то проигнорировал совершенно злой взгляд собственного мужа и смеющийся Кейи. Юноша действительно был рад видеть своего адепта, хоть и обескуражен ситуацией. — Ладно. Действительно, ситуация зашла в тупик. Надо забрать артефакты. Потом всё остальное. Чем раньше, тем лучше. Туда сутки лететь, но действовать придётся скрытно, так что чем незаметней, тем лучше. — Через перевал в Изури до границы меньше полудня. У Сирилла бардак, могут напасть и в принципе я против того, чтобы ты ехал куда-то без меня. Сяо, сцепив зубы, молчал, хотя так хотелось сказать, что, как минимум, у Барбатоса есть один защитник, как максимум, если божество разозлить — мало никому не покажется. — Вот как. Хорошо. Я с тобой ещё ни разу не путешествовал, думаю, это будет даже интересно. Чем раньше отправимся, тем быстрее вернёмся. Сяо, я буквально чувствую твоё недовольство. Не мучай себя, не надо. — Благодарю. Я хотел бы вас сопровождать. — Ну конечно! Тебе давно нужно проветриться и со мной тебе будет лучше всего. Уж я-то знаю, как твои мрачные мысли развеять, — сказал Барбатос, улыбаясь Сяо. Лиза умоляюще смотрела на Венти. Дилюк не то что ревновал, по лицу не понять, но, кажется, медленно выходил из себя, недовольный ситуацией. — Боюсь вклиниваться в эту милую беседу, но Дилюк тебя сейчас на мондштадский флаг порвёт, — хмыкнул Кейя, глядя на Сяо. — Альберих, прекрати нести чушь. Ты едешь с нами. Исключительно во имя сохранения столицы от твоего поведения. За главного в Фавониус останется Джинн, со всем остальным прошу заняться Альбедо. Лиза, ты знаешь свои полномочия. — Я буду подстраховывать и появлюсь, если надо. — Лучше выехать вечером. Переночуем в пути. Мне нужно отдать дополнительные распоряжения. *** Мондштадту объявили, что какой-то дракон заблудился и врезался в башню, но вовремя был ликвидирован рыцарями. Волнения, конечно же, были, но несерьёзные: люди знали — Дилюк не допустит беды на своей земле. Лиза косилась на Дилюка, злого и сосредоточенного, который собирал необходимое для тайного похода. Сейчас король походил на свою же молодую версию, вспыльчивую и откровенно не умеющую держать себя в руках. — Ты знала? Лиза вздохнула. — Не совсем. Я не могла ничего сказать, с меня взяли клятву. Но я всегда знала, что он тебя любит. — Кто этот Сяо и почему вертится под ногами? Венти крайне близко с ним общается, да и сам «помощник» на него так смотрит, как… — Как на бога? — подсказала колдунья, взмахом руки проверяя последний амулет. Небольшая вспышка ослепила женщину и та цокнула языком. — Ну и концентрация магии. Амулеты переполнены, работать будут мощнее, чем обычно, рекомендую быть осторожнее. Дилюк сел за стол. Выводит из себя всё. И он сам собой недоволен, ведь в случившемся есть доля его вины. Нельзя так. Но и Венти, что он скрывает? Черти бы всё побрали, как он мог оказаться архонтом? Не укладывается в голове, что его Венти, ласковый и капризный, — божество и способно на настоящие чудеса. К магии все привыкли, видели чудеса Лизы и знали, на что способна алхимия, но Венти, нет, Барбатос, крылатый, быстрый, просто дух перехватывало от его истинного облика. А Моракс? В облике дракона, словно персонаж баллад или легенд, чего стоит его выходка? — Я понимаю, давать советы права не имею, но не стоит так всё воспринимать. Нужно понять его мотивы. Одно мы знаем точно — он любит тебя. — Он ветреный и… — И ни на шаг от тебя не отходил. Знаешь, может это путешествие заставит тебя посмотреть на всё с другой стороны. Я бы наоборот была довольна тем что меня любит настоящее божество во всех смыслах этого слова. Ты же видел его, он не просто удачная находка он чудо и это чудо слушает тебя, дарит все свое время. Не ревнуй. Не отталкивай от себя, просто будь рядом. Дилюк сложил руки на груди. Легко Лизе говорить. — Меня то он любит, но тебя так же считает другом. — И я счастлива такому доверию. Я надеюсь, это путешествие будет удачным. Я приду, если понадобится. *** Идиотская ситуация. Иначе и не скажешь. Кейя чувствовал себя не то что не в своей тарелке, как минимум, словно в тюрьме. Все ехали в молчании, изредка Венти что-то спрашивал у Чжун Ли и продолжал ехать дальше. Ему пришлось вернуться в свой божественный облик, только крылья исчезли; Сяо, поклонишись богам, попросту растаял в воздухе, предупредив, что его нужно только позвать в случае чего. — Тихо. Как в склепе. Когда ты был просто бардом, это было веселее. — Да. Поэтому я и люблю им оставаться. — Мы едем уже шесть часов и вы оба молчите. Знаешь, когда Дилюк молчит, это ещё ничего, но когда ты… Венти покосился на Дилюка и вздохнул. Ещё и от поездки на лошади всё тело болело с непривычки. Рагнвиндр покосился на мужа. Вымотался. Божество, ничего не скажешь, еле на лошади держится. — Полагаю, лучше всего устроить привал. Утром мы уже будем на границе. Ехать через лес ночью — так себе затея, лошадям и Венти нужно отдохнуть. — Тебя приравняли к лошади? — хмыкнул Альберих, пытаясь разжечь хоть какую-то беседу. — Не пытайся нас стравить, не выйдет. — О да, у вас с первого дня знакомства полное взаимопонимание. Кстати, я только сейчас заметил. Мы ведь в том самом лесу, возле гор которого тебя нашли без сознания. Моракс посмотрел на Венти. Дилюк объехал на Алексисе мужа и, спрыгнув, помог тому спустится с лошади. — Просто любопытно, как так вышло. Ты же архонт. Вы вроде бы бессмертны. Ты специально так попался, чтобы с Дилюком познакомится? — Архонты бессмертны. Но этот облик уязвим чуть меньше, чем человеческий, но всё же. Есть вещи, которые могут ранить даже меня. — Ого, а ты уже поставил себя на уровень выше, чем человека? Венти потёр озябшие руки. Ну и осень. Не осень, а зима! Даже снег пошёл, пусть и редкий. Дилюк, с безразличным видом осмотревшись, достал из сумки палатку. — Нужно собрать ветки. Я разожгу костёр. — С радостью отправлюсь. — дружелюбно сказал Моракс, — Венти бы, конечно, избавил нас от ветра, но применять нашу магию сейчас опасно. Чжун Ли, спрыгнув с лошади, погладил красавицу по носу, почесал за ухом, и, достав из сумки лакомство, угостил её. — На меня напали маги бездны. Я был вымотан, они почти уничтожили дракона. Пока его лечил, они подкрались и, — Венти сжал руки в кулаки, — я даже до лиры не дотянулся, а их количество артефактов меня сбило с толку. Куда уж перевоплотиться. То, что я бессмертен — не значит, что меня нельзя обездвижить, лишить силы, а я не буду в агонии вечность. — Ненавижу. Надо было с ними покончить, как говорил Сяо. — С хаосом невозможно покончить. Как бы мы не старались, это часть мира и уничтожить их попросту нереально. Наша задача сдерживать и не больше. Моракс хмыкнул. Венти, поправив пальто, пожал плечами. Поездка его измотала и озябший, уставший он выглядел так незнакомо и серьёзно — становилось не по себе. Вспоминались времена второй великой битвы архонтов, в которой участвовал Барбатос. — Говорят, если исчезнут архонты, исчезнет и бездна, — вмешался Кейя. — Сказочки из Кэнриаха, их любит распускать Фатуи, чтобы настраивать людей против нас. Не особо успешно, но всё же бывает собирается отряд фанатиков и приходится с ними разбираться. Полагаю, Барбатос расскажет, что будет, если исчезнут архонты, уж он-то в курсе. Юноша покосился на друга. — Тебе нужна моя флейта. Сяо тоже. Вы теряете равновесие. Когда отогреюсь — помогу. И хватит нести свой серьёзный бред. — Да, флейта бы не помешала. Если ты не забыл, как на ней играть — милости просим, буду рад. Ну а пока пойду за дровами. Кажется, будет очень холодно. — И что будет, если исчезнут архонты? — Равновесие будет нарушено и мир погрузится в тьму. Мы не только боги, мы нечто важное для этого мира. А наши Адепты — стражи и без них люди останутся без помощи. Два мира схлопнутся в один, возможно, и Селестию затянет и тогда всё закончится ужасно для всех. Ладно. Я постараюсь быть полезным. Мне надо поискать глазурную лилию, они цветут в такую погоду. — Глазурных лилий хватает в Ли Юе, да и какой цветок будет цвести в такой холод. — Тот, который нужен для талисманов. Я буду недалеко. Венти поправил капюшон и направился куда-то в сторону. Чжун Ли проводил друга взглядом. Ну вот, теперь он немного походит на прежнего Барбатоса. Прошло не так много лет, но как же изменился старый друг. Не иначе как влияние этого парня, но как так вышло? Явно не простой человек, что бард, что божество очень внимательно подбирал людей, которых подпускал к себе. Дилюк явно чем-то выделялся, раз его подпустили настолько близко. Сколько знал Моракс Барбатоса, был в курсе забавных увлечений божества, но все они заканчивались в лучшем случае шутками и улыбками. Дальше объятий на прощание Барбатос никого не подпускал, честно признавшись, что не сможет видеть смерть человека, которого полюбит. Сейчас-то что произошло? — Делаем ставки, заблудится или замёрзнет? — Если он никуда не подевал своё кольцо, ничего с ним не случится. — Ну вот. Я ставлю на то, что и заблудится, и замёрзнет. А вы? Моракс посмотрел на руки, мотнул головой. Опять он потерял чувство времени. Дело плохо. То срывы, то выпадение из времени, он словно застывал каменным изваянием, не замечая ничего вокруг себя и мог так стоять несколько часов, падая только от усталости. — Я? Не знаю. — Это какой-то талант, больше часа так стоите, — хмыкнул Кейя. — Его так долго нет. Плохо. Надо искать. Дилюк покосился на Моракса. Странный и это мягко сказано. Нет, у каждого в голове свои тараканы, но архонт явно чудак. — Нашёл. И новости у меня плохие. Сяо видел магов бездны у перевала. Это большая удача, что на тебя не напали. — Или же это им невыгодно. Или же боятся, — предположил Альберих. Венти пожал плечами. Он замёрз, так что чуть не растерял охапку цветов по пути. К огню он буквально подбежал, протягивая руки к костру. — Нужно быть осторожней. — Сяо уже разобрался. Надо провести с ним беседу на тему, что иногда не стоит выдавать своего присутствия. Они заметят пропажу целой группы магов, придётся перед тем, как будем ночевать ставить защиту. Моракс, сядь к огню, пожалуйста. — Вот как? — Это просьба старого друга, а не попытка с тобой поссориться. Я согрею руки и сыграю. Моракс мысленно сосчитал до десяти. Как же ему не нравилась данная ситуация. Отсутствие баланса действовало на нервы, порой ему даже кошмары снились, о тех, прежних временах. Порой он и чувствовал себя как тогда. Нельзя было ни на шаг подойти к грани безумия и если самообладание не выдерживало, то оставался один выход. Успокоить могла только музыка Барбатоса. Может, бардом он был не самым лучшим, просто талантливым, но он единственный, кого признала своим хозяином флейта гармонии, умеющая привести в чувство даже самых свирепых существ. Тихий звук привлёк своё внимание. В тусклом освещении костра было видно только слегка склонённую голову Барбатоса, держащего в руках флейту. Ветер должен был ему мешать, но он мгновенно стих, когда божество продолжило играть, словно повинуясь своему властелину. Звук стал немного громче. Засияли бутоны на цветках лилий, засветились голубоватые точки-крошечные снежинки, а музыка, тихая и очень нежная, заворожила, околдовала и, прикрыв глаза, ты забывал обо всём. Моракс тихо подошёл к играющему, присаживаясь на свою походную сумку. Венти, не открывая глаз, продолжал играть и флейта в руках пела, словно шептала о тайнах мироздания и самом важном, гармонии и равновесии во всём. Дурные мысли растворились, внутри стало так тёпло, легко и будто не было никаких проблем. Есть только спокойствие. Дилюк слышал лиру Венти. Не раз тот напевал легкомысленные песенки или занятные баллады и это было замечательно, но не сравнить с тем, что он услышал. Словно слепой, прозревший в одно мгновение, увидевший всю прелесть этого мира, он слушал, не веря, что всё это создавал его супруг. Альберих стоял возле Дилюка и не заметил, как появился тот парень с копьём в руке. Он так же, как околдованный, слушал архонта, сняв маску и протянув руку вперёд, силясь поймать светящийся от магии снег, больше похожий на странных светлячков, крохотных и хрупких. Барбатос убрал флейту от губ. Тяжело, совсем не так, как прежде, посмотрел на собравшихся. — Они нас заметили. Но, кажется, нападать не станут. Флейта тревожится, но не серьёзно, больше соскучилась. — Спасибо, — тихо прошептал Сяо и архонт тепло улыбнулся в знак поддержки. Он знал, какие демоны съедают свет души адепта и увы, не мог его спасти, но мог облегчить эту ношу. — Никогда не мог понять, как она выбрала тебя. Флейта любит спокойных и твёрдых духом, а ты маленький мятежник, даже среди архонтов выделялся своей человечностью, милосердием. Но когда ты играешь, я понимаю, почему многие артефакты, драконы и магия тебе подчиняются, ты олицетворение мира со всеми плюсами и минусами, сама суть. Барбатос разжал руку, позволяя флейте исчезнуть. Медово-карие глаза Чжун Ли горели живым золотом, он явно был всем доволен. — Немного не так. Лично моё мнение. Но кто я такой, чтобы спорить с таким стариком, как ты, — архонт развёл руками, — теперь скрываться нечего. У перевала нас ждут, что дальше, понятия не имею. — Ой ли, молодой, — удовлетворённо сказал Чжун Ли, — я обернусь драконом, мне так проще будет. Тебе тоже облик барда принимать нельзя, копи энергию. Барбатос посмотрел на Дилюка. Удивлённый, но, кажется, уже не такой недовольный ситуацией. Мужчина снял с себя шубу и набросил на архонта, прижав к себе. Сяо посмотрел на такое святотатство едва ли не в шоке, но, благо, умело сдержался, пробормотал, что будет неподалеку. — Мне любопытно, на что ты еще способен, так, на будущее. То, что я услышал, ни одна сирена так не очаровывала своей музыкой, как ты. — Сирены, — Барбатос уткнулся в плечо Дилюка, — они жестокие убийцы, эксплуатирующие такое чудо, как музыку. Но твой комплимент я оценил.