Half-Blood Princess

Начало декабря приносит ветер и мокрый снег. Несмотря на то, что зимой в замке всегда сквозит, Элора радуется его огням и толстым стенам каждый раз, когда проходит мимо корабля Дурмстранга на озере, который раскачивается при сильном ветре, его черные паруса вздымаются на фоне темного неба. Она думает, что в караване в Шармбатоне, скорее всего, тоже будет довольно прохладно. Рубеус, замечает она, держит Лошадей Мадам Максим хорошо обеспеченными своим любимым напитком - односолодовым виски; паров, доносящихся из корыта в углу их загона, достаточно, чтобы у всего класса закружилась голова. Это бесполезно, так как они все еще ухаживают за ужасными Скрютами. – Я не уверен, впадают они в спячку или нет.... Рубеус рассказывает дрожащему классу о следующем уроке. – Подумал, что мы просто попробуем и посмотрим, понравится ли им кипа... Теперь осталось всего десять скрютов; их желание убивать друг друга не было вызвано непоседством. Каждый из них сейчас примерно шесть метров в длину. Их толстая серая броня, их мощные, стремительные ноги, их огненные концы, их жала и присоски в совокупности делают скрютов самой отвратительной вещью, которую когда-либо видела Элора. Она уныло смотрит на огромные коробки, которые выносит Рубеус, уставленные подушками и пушистыми одеялами. – Мы просто приведем их сюда, - говорит Рубеус. — И положим, наденем крышки, и посмотрим, что произойдет. Но скрюты, как выясняется, не впадают в спячку и не любят, когда их загоняют в коробки с подушками и прибивают гвоздями. Вскоре Рубеус кричит: “Не паникуйте, сейчас же, не паникуйте!”, в то время как скрюты беснуются вокруг тыквенной грядки, теперь усеянной тлеющими обломками коробок. Большая часть класса — Элора во главе — убегает в Хижину Рубеуса через заднюю дверь. Драко помогает Элоре забаррикадировать вход. Затем черноволосая девушка направляется к окну, встает на цыпочки, чтобы выглянуть наружу, фыркая от удовольствия, наблюдая, как Рубеус и несколько гриффиндорцев сдерживают и связывают девять из скрютов, ценой многочисленных ожогов и порезов. Остается только один Скрют. Чувствуя, что позади неё собралась толпа, Элора приоткрывает окно, чтобы услышать, что они говорят. – Не пугайте его, сейчас же! - Рубеус кричит, когда Рональд и Гарри используют свои волшебные палочки, чтобы стрелять струями огненных искр в Скрюта, который угрожающе надвигается на них. – Просто попробуйте накинуть веревку на его жало, чтобы он не причинил вреда! – Да, мы бы этого не хотели!- сердито кричит Рональд, когда они с Гарри отступают к стене дома Рубеуса, все еще удерживая Скрюта. Элора снова фыркает. – Ну, ну, ну... Это действительно выглядит забавно. Рита стоит, прислонившись к садовому забору Рубеуса, и смотрит на этот хаос. Сегодня на ней толстый пурпурный плащ с меховым фиолетовым воротником, а ее сумочка из крокодиловой кожи перекинута через руку. Рубеус прыгает на Скрюта сверху. Это загоняет Гарри и Рона в угол. – Кто вы такая? - спрашивает Рубеус Риту, надевая петлю из веревки вокруг жала Скрюта и затягивая его. – Рита Скитер, репортер Ежедневного пророка, — отвечает она. Элора хмурится; она испытывает смешанные чувства к этой женщине. В то время как ее статьи вызывают смех, она причинила изрядную долю неприятностей для Гермионы, которую Элора ценит. – Я думал, Дамблдор сказал, что тебя больше не пустят в школу? — говорит Рубеус, хмурясь, слезая со слегка раздавленного скрюта, начиная тащить его к своим собратьям. Рита ведёт себя так, как будто она не слышит того, что говорит Хагрид. – Как называются эти очаровательные существа? — спрашивает она, ее улыбка сияет еще больше. – Скрюты, — ворчит Рубеус. – Действительно? — говорит Рита, явно преисполненная живого интереса. — Я никогда не слышала о них раньше... откуда они у вас? Элора замечает тусклый красный румянец, выступающий из чёрной бороды Рубеуса, и ухмыляется. Правда, где он их достал? — Он такой дурак, — усмехается Драко. – Заткнись, — огрызается Элора, продолжая слушать. – Они очень интересные, не так ли? — произносит Рита. – Не так ли, Гарри? — дразнится Грейнджер. – Что? О, да... ой... интересно, — говорит Гарри, когда Гермиона наступает ему на ногу. Элора ухмыляется. – А, ты здесь, Гарри! — говорит Рита, оглядываясь вокруг. — Значит, тебе нравится заботиться о Волшебных существах? Один из твоих любимых уроков? – Да, — твердо говорит Гарри. Хагрид лучезарно улыбается ему. – Прелестно, — говорит Рита. — Действительно прелестно. Как долго Вы преподаёте? — добавляет она. Элора замечает, что её взгляд скользит по Дину, у которого неприятный порез на одной щеке, Лаванде, чья мантия сильно опалена, Симусу, который нянчит несколько обожженных пальцев, а затем к окнам хижины, прямо на Элору и группу Слизеринцев, которые собрались позади неё. — Второй год, — говорит полувеликан. — Думаю, вы хотели бы дать интервью. Поделитесь своим опытом общения с волшебными существами? Пророк ведет зоологическую колонку каждую Среду, как я уверена, вы знаете. Мы могли бы показать этих.. э-э-э... Бегунков с взрывным концом. — Взрывающиеся Скрюты, —нетерпеливо говорит Рубеус. — Э-э..э...да, почему бы и нет? – О, теперь с ним покончено, — хихикает Драко рядом с Элорой. Черноволосая девушка не утруждает себя тем, чтобы снова заткнуть его, просто хватает свою сумку и выходит из укрытия.

***

– Элора! Будьте внимательны! Раздраженный голос Северуса хлещет, как хлыст, и Элора прекращает то, что она делает, поднимая голову, чтобы смерить его убийственным взглядом. Урок подошел к концу, и, как всегда, приготовив идеальное зелье, Элора достала нож, начав вырезать что-то на деревянном столе перед собой. Это вырезанное изображение Черного озера с ее деревом и гигантским кальмаром, размахивающим своими щупальцами в воздухе. Это выглядит довольно прилично, сказала бы она. Почти так, как если бы это нарисовал настоящий художник. Искусство — ещё одна вещь, которая ей очень нравится, наряду с чтением. Как ещё она должна проводить своё время, когда выполнила домашнюю работу и если не хочет читать? Она рисует, а иногда даже шьет. А теперь она обнаружила, что ей нравится резьба по дереву. — Теперь, Элора, будьте достаточно любезны, чтобы не вести себя, словно ходячая проблема, — Северус отвечает ей язвительным взглядом; Элора чувствует бледные глаза Драко на своем затылке. — Мне нужно кое-что сказать вам всем. Северус вёл себя с Элорой ещё хуже, чем обычно, с тех пор как она набросилась на него. Девушка, естественно, вернула ему это ужасное поведение в десятикратном размере. Теперь она не соблюдает ни одно из "правил", которые он кричал ей на первом курсе. Она постоянно пристально смотрит на него, разговаривает с ним — мерзким, рычащим тоном, все время подходит к нему, ходит за ним по классу и бесконечно раздражает его, рассказывая, какой он дерьмовый человек во многих отношениях. Можно с уверенностью сказать, что он ненавидит её больше, чем кого-либо другого. Но Элоре всё равно. Северус отказался видеться с ней или разговаривать, так что теперь наказание Элоры – отправляться в кабинет Альбуса для "разговора" с ним. Директор просто садится напротив неё, улыбается и спрашивает, не хочет ли она о чём-нибудь с ним поговорить. Она говорит, что не хочет, и каждый раз он просто кивает, говорит “Очень хорошо” и машет ей на прощание. Она не скажет, что любит Альбуса или как-то ему доверяет, но она определенно не ненавидит этого мужчину. – Приближается Святочный бал, —говорит Северус своим шелковистым голосом, который ненавидит Элора. — Традиционная часть Турнира Трех Волшебников и возможность для нас пообщаться с нашими иностранными гостями. Теперь бал будет открыт только для четверокурсников и старше, хотя вы можете пригласить ученика младше, если хотите... Пэнси издает пронзительный смешок. Дафна сильно толкает её локтем в ребра. Северус игнорирует их, за что Элора бросает на него свирепый взгляд; он только что отчитал её, но не доставил им неприятностей. Он всегда был несправедлив к ней, но Элора обнаружила, что это беспокоит её больше, чем обычно. – Наденьте парадные мантии, — продолжает Снейп. — И бал начнется в восемь часов в Рождественский день, заканчивающийся в полночь. Северус демонстративно оглядывает класс. – Святочный бал — это, конечно, шанс для всех нас ... э—э... распустить волосы, — говорит он неодобрительным голосом. Пэнси хихикает сильнее, крепко прижимая руку ко рту, чтобы заглушить звук. Элора закатывает глаза, глядя на девочку. Серьезно? – Но это НЕ значит, — продолжает Северус. — Что мы будем ослаблять стандарты поведения, которые ожидаются от студентов Хогвартса. Я буду крайне недоволен, если слизеринский ученик каким-либо образом поставит школу в неловкое положение. Звенит звонок, и Элора немедленно встает, закидывает сумку на плечо и выходит из класса, не дожидаясь разрешения. Он зовёт её, но она уже вышла за грань кабинета. Девушка пишет своей матери несколько дней спустя, сообщая ей, что она не вернётся домой на Рождество. Её мать, хотя и встревожена, реагирует довольно восторженно в своём ответном письме, спрашивая, с кем она собирается идти на бал, что наденет и тому подобное. Элора улыбается, глядя на петляющий почерк своей матери. Эта женщина —единственный человек, которого слизеринка действительно по-настоящему любит. Она была рядом с Элорой с тех пор, как та родилась, воспитывала её в одиночку. Конечно, у Грейс сложилось впечатление, что Элора прекрасно ладит с Северусом, у неё много друзей в Хогвартсе, и она отлично справляется на всех занятиях. Очевидно, что верно только последнее, но ей не нужно это знать. Элора продолжает рассказывать матери, как все идёт гладко, чтобы не заставлять её волноваться. Она хочет, чтобы Грейс гордилась. Чтобы её мать гордилась ею и верила, что её жизнь складывается замечательно. Поэтому она лжет ей, говоря Грейс всё, что она хочет услышать. Элора решила, что она собирается пойти на Святочный бал после целого дня тщательных размышлений. Сначала она категорически противилась этой идее, полагая, что ночь танцев — самая ужасная вещь в мире, однако затем она пришла к пониманию, что это идеальный способ отомстить Северусу. Её отец, без сомнения, пойдет на Бал, и он также, без сомнения, будет ожидать, что она не появится. Итак, она появится, и она появится красиво, и она появится с партнером, и у нее будет лучшее время в её жизни, просто назло ему.

***

Последняя неделя семестра становится всё более шумной по мере её продвижения. Слухи о Святочном бале летают повсюду, хотя Элора и половине из них не верит — например, в то, что Альбус купил у Росмерты восемьсот бочек подогретого мёда. Некоторые учителя, такие как Филиус, оставляют попытки научить чему-либо, когда их мысли явно заняты чем-то другим; он позволяет им играть в игры на своем уроке и проводит большую часть времени, разговаривая с Гарри о его идеальном Призыве в первом задании Турнира Трёх Волшебников. Другие учителя не так щедры. Ничто никогда не сможет отвлечь Катберта от изучения его заметок о восстаниях гоблинов — поскольку Катберт не позволил собственной смерти помешать продолжению преподавания, Элора полагает, что такая мелочь, как Рождество, не отпугнет его. Удивительно, как он может заставить даже кровавые и злобные бунты гоблинов звучать скучно. Минерва и Аластор тоже заставляют их работать до самой последней секунды занятий, и Северус, конечно же, скорее позволит им поиграть в игры на уроке, чем будет относиться к Элоре как к своей дочери. Злобно оглядывая их всех, он сообщает им, что будет тестировать студентов на противоядия от ядов во время последнего урока. Элора безмерно удивлена, когда Иван подходит к ней у её дерева на берегу Чёрного озера. Она не отрывается от своей книги, когда парень опускается, чтобы сесть рядом с ней, однако — и к её большой признательности — он не прерывает её чтение. Когда наконец заканчивает главу, она запоминает номер страницы и закрывает книгу, смотря на Ивана снизу вверх. Он улыбается ей. – Привет, — говорит он, демонстрируя свои идеальные зубы. — Очень рад видеть тебя. Элора удивляет саму себя, улыбаясь. – Забавно, — она игриво закатывает глаза. — Что ты хочешь? Она не обязательно хочет быть грубой, но ей любопытно, почему он искал её в тот момент, пока она прогуливала урок зелий — она не особенно хочет видеть Северуса. — Разве ты не должна быть в классе? — спрашивает Иван, не принимая её прямой вопрос к сердцу. Это одна из вещей, которая ей в нём нравятся: он не воспринимает её колкости всерьёз. Парень знает, что она такая, какая есть, и не осуждает её за это. – Технически, — отвечает Элора, поудобнее прислоняясь к дереву. — Но учитель ужасен. Она пожимает плечами, и парень хихикает, понимающе кивая. Не то, чтобы он знал, что Северус её отец или что-то в этом роде, но он знает, что Снейп — не самый лучший человек. Элора предполагает, что в последнее время они довольно часто тусовались вдвоем. Иван — первый в жизни друг Элоры. – Я пришел сюда, чтобы поговорить с тобой о Святочном бале, — говорит Иван, отвечая на её предыдущий вопрос. — И спросить, хотела бы ты пойти со мной или нет? Тёмные глаза Элоры расширяются, и она в шоке смотрит на Ивана. Слизеринка не ожидала, что это вырвется у него изо рта — на самом деле, девушка была бы меньше удивлена, если бы он сказал, что ему вдруг захотелось проколоть соски. – Ты хочешь... — недоверчиво бормочет Элора. — Пойти на Бал... со мной? Иван шокирует её ещё больше, громко смеясь. – Конечно хочу! — восклицает он, когда успокаивается, понимая, что она не шутит. — Ты единственный человек, которого я могу здесь терпеть. Элора ловит себя на том, что ухмыляется. – Тогда я рада, что мы на одной волне, — улыбается она. — И да, я бы не отказалась пойти на бал с тобой. Парень счастливо улыбается. Она с удивлением понимает, что говорит серьёзно. В конце концов, теперь, когда она думает об этом, Иван — единственный человек, с которым она не отрицала возможности явиться на бал.