Half-Blood Princess

Элора официально покидает больничное крыло вместе с Роном и Гермионой, полностью выздоровевшими за три дня до конца семестра. Грейнджер продолжает проявлять признаки желания поговорить о Сириусе, но Уизли, как правило, издает "успокаивающие" звуки каждый раз, когда она упоминает его имя. Элора ничего не упоминает о крестном отце Гарри, зная, что если Поттер захочет поговорить об этом, он придет к ней, а не наоборот.  Амбридж покидает Хогвартс за день до окончания семестра. Кажется, она выскользнула из больничного крыла во время ужина, очевидно, надеясь уйти незамеченной, но, к несчастью для нее, по дороге она встретила Пивза, который воспользовался своим последним шансом сделать так, как велел Фред, и радостно выгнал ее из помещения, ударив поочередно тростью и носком, полным мел. Многие студенты выбежали в Вестибюль, чтобы посмотреть, как она убегает по дорожке, и деканы факультетов лишь вяло пытались их удержать.  Настал их последний вечер в школе; большинство людей закончили собирать вещи и уже направляются на праздник по случаю окончания семестра, но Элора еще даже не начала. Самое последнее, чего она хочет, — это присутствовать на Прощальном пиру. Она просто не хочет, чтобы этот год в Хогвартсе заканчивался, каким бы ужасным он ни был.  Это потому, что она получила письмо от своей матери, видите ли, только вчера, когда она с нетерпением ждала возвращения домой больше всего на свете. Но прочтение этого маленького послания в одно мгновение разрушило все это волнение.  Роясь в своих вещах, разбросанных на полу перед ней, она находит записку, которую ей прислала Грейс, и смотрит на нее еще раз, как будто, перечитывая ее снова и снова, слова могут просто волшебным образом измениться.  Дорогая Элора, Я слышала все о том, что произошло в Министерстве, от твоего отца, и хотя я была очень обеспокоена, я очень горжусь тобой за то, что ты поступила правильно. Я также слышала, что Темный Лорд был официально признан, и видела явные последствия того, что как волшебный, так и маггловский мир погрузились в хаос. Поэтому, естественно, я много говорила с твоим отцом о том, что лучшее, что мы можем сделать, — это двигаться вперед в это ужасное время. И мне очень жаль, но мы оба думаем, что для тебя будет лучше, если ты поедешь и останешься со своим отцом на эти каникулы.  Я знаю, ты, наверное, уже злишься из-за этого, но я обещаю тебе, что никогда бы не отправила тебя к нему если бы у меня не было веской причины. И у меня есть несколько веских причин, так что выслушай меня, пожалуйста:  Прежде всего, он заклейменный Пожиратель Смерти, или как там называют последователей Темного Лорда, и поэтому ты будешь в гораздо большей безопасности, если тебя поселят с одним из людей Темного Лорда, чем с магглом вроде меня. Я могу заверить тебя, так же, как Северус заверил меня, что твой отец больше не предан Темному Лорду, как когда-то. Теперь он предан Альбусу Дамблдору, и хотя может показаться, что он работает на Темного Лорда, я обещаю, что он просто притворяется, чтобы обезопасить себя и нас. Кроме того, твой отец знает гораздо больше об этом Темном Лорде, чем я, и у него гораздо, гораздо больше средств защитить тебя, чем у меня, а это значит, что с ним ты будешь в гораздо большей безопасности, чем со мной, даже если тебе ненавистна идея жить с ним.  И не беспокойся обо мне, хорошо? Северус организовал для меня переезд в Австралию, чтобы Пожиратели Смерти не причинилии мне вреда, если узнают, что я имею какое-либо отношение к тебе или твоему отцу. На самом деле, я уезжаю завтра, и одно из моих самых больших сожалений обо всем этом заключается в том, что я не смогу увидеть тебя перед отъездом.  Но твой отец заверил меня, что это к лучшему, как для меня, так и для тебя. Так что мне очень, очень жаль, Элора, я действительно хотела бы, чтобы все было по-другому. Но этого не может быть. Конечно, я буду посылать тебе столько писем, сколько смогу, и я вернусь, чтобы увидеть тебя, как только Темный Лорд будет уничтожен раз и навсегда — я обещаю!  Я люблю тебя больше всего на свете, милая. Постарайся оставаться в безопасности, хорошо?  Я буду очень скучать по тебе, От мамы. Элора еще не плакала. Она знает, что на каком-то этапе это произойдет, но она еще не плакала. В этот момент она слишком поглощена гневом на Северуса, чтобы по-настоящему грустить из-за того, что, возможно, никогда больше не увидит свою мать. Потому что кто знает, действительно ли Волан-де-Морт будет уничтожен раз и навсегда, или он будет править вечно?   Раздраженная, Элора беспорядочно упаковывает свой сундук, просто запихивая туда все свои пожитки и не заботясь о том, что что-нибудь помнется или сломается. В конце концов, сейчас у нее есть более серьезные причины для беспокойства. Например, провести два месяца летних каникул с Северусом… Элора в конце концов заканчивает собирать вещи и медленно направляется к вестибюлю, когда видит, что кто-то впереди прикрепляет записку к доске на стене. Это Полумна. — Привет, – Неопределенно говорит Луна, оглядываясь на Элору, когда она отступает от объявления.  — Почему ты не на праздникие? — спрашивает Элора.  — Я потеряла большую часть своего имущества, — безмятежно отвечает Лавгуд. — Люди берут их и прячут, ты же знаешь. Но поскольку это последняя ночь, мне действительно нужно, чтобы они вернулись, поэтому я развешиваю объявления. Она указывает на доску объявлений, на которой, конечно же, она прикрепила список всех своих пропавших книг и одежды с просьбой вернуть их.  У Элоры возникает странное чувство. Проходит несколько мгновений, прежде чем она понимает, что чувствует себя защищающей Луну и злится на тех, кто причинил ей зло. Если бы у нее были имена этих людей.… О, что бы она с ними сделала. — Почему люди прячут твои вещи? – Спрашивает Элора, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно.  – О... ну...— она пожимает плечами. – Я немного странная, ты знаешь. На самом деле, некоторые люди называют меня "Сумасшедшей Лавгуд.”  Элора смотрит на нее, и новое чувство защищенности усиливается. — Это не повод для того, чтобы они забирали твои вещи, — категорично говорит она. – Тебе нужна помощь в их поиске? — О, нет, — говорит она, улыбаясь, — Они вернутся, они всегда возвращаются в конце концов. Просто я хотела собрать вещи сегодня вечером. В любом случае… почему ты не на празднике? Элора пожимает плечами. — Просто мне не хотелось. — Нет, — говорит Луна, наблюдая за ней своими странно затуманенными, выпуклыми глазами. — Ты уверена, что не хочешь, чтобы я помогла тебе найти вещи? – Спрашивает Элора после минутной паузы.  – Нет, — повторяет Луна. – Нет, я думаю, я просто пойду наверх и съем немного пудинга и подожду, пока все это появится… что ж, приятного отдыха, Элора. — Да... да, тебе тоже..  *** Поездка домой на Хогвартс-экспрессе на следующий день проходит без особых происшествий. Она сидит в купе с Драко, Винсентом и Грегори, все трое все время что-то бормочут и ворчат, в то время как Элора смотрит в окно и в конце концов засыпает.  Когда поезд замедляет ход на подходе к Кингс-Кросс, Элоре еще никогда так не хотелось покидать его. Она даже мимолетно задается вопросом, что произойдет, если она просто откажется выходить и продолжит упрямо сидеть там до первого сентября. Однако когда поезд, наконец останавливается, она поднимает Майло на плечо и готовится, как обычно, вытащить свой чемодан. — Ты в порядке? Драко спрашивает это приглушенным тоном, озабоченно хмурясь, глядя на нее сверху вниз, когда они протискиваются из поезда на переполненную платформу.  — Конечно, – Коротко отвечает Элора. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что ты вообще не разговаривала в поезде, – объясняет блондин, недоверчиво приподнимая бровь. – Ты была сама не своя последние два дня. Элора свирепо смотрит на него.  — Если бы я могла сейчас же убить тебя, я бы это сделала. Драко одаривает ее дерзкой ухмылкой.  — Тогда в чем же дело? Обычно ты так радуешься возвращению домой. Элора колеблется.  – Да ладно, – говорит Малфой, легонько подталкивая ее локтем, — мы теперь друзья, помнишь? Ты должна рассказать мне все. Может быть, я смогу помочь? – Ты не сможешь помочь с этим, – Бормочет слизеринка. – Может быть, смогу, – настаивает Драко. – Что не так? Элора поднимает голову и кивает в сторону чего-то. Проследив за ее взглядом, Драко видит, что Северус и его собственная мать стоят вместе, болтают и, кажется, ждут их двоих. Драко хмурится, но затем его глаза расширяются от понимания. — Ты остаешься с профессором Снейпом? – недоверчиво спрашивает он, и девушка кивает, стиснув зубы. – Черт, Элора.  — Я знаю, – выдавливает она, бросая полный ненависти взгляд на своего отца, который только что заметил их двоих. – Неужели эти каникулы могут стать еще хуже? – Не говори так, а то сглазишь, – Предупреждает Драко, слегка морщась от сочувствия, когда Северус и Нарцисса подходят к ним двоим.  – Драко! – восклицает женщина, делая шаг вперед, чтобы обнять своего сына. По выражению ее глаз ясно, что она борется с тем, что Люциус находится в Азкабане, но решила оставаться сильной ради Драко. — Я скучала по тебе. – Я тоже скучал по тебе, мам, – Бормочет Драко, а затем рискует взглянуть на Элору и Северуса, которые все еще стоят в нескольких футах друг от друга.  Элора скрестила руки на груди и гневно смотрит на своего отца, в глазах которого читается противоречивое выражение. Даже Майло, кажется, почувствовал напряжение между ними двумя и начинает шипеть на Северуса.  — Эта кошка не войдет в дом, – Отчеканивает мужчина. – Тогда я тоже, - бросает вызов Элора. Северус не отвечает, просто поднимает подбородок вверх, как будто пытается спрятать нос подальше от неприятного запаха. Нарцисса, наконец-то почувствовав, что с семьей рядом с ней что-то происходит, решает вмешаться.  – Так это твоя дочь, Северус? – спрашивает она, улыбаясь так широко, как только может. — Элора, да? — Да, верно, — девушка улыбается матери Драко, и весь ее облик мгновенно меняется. — Приятно с вами познакомиться. — О, и мне тоже, моя дорогая, – улыбается она. – Зови меня Нарцисса. Ты дружишь с моим сыном? — спрашивает она, кладя руку на плечо Драко и улыбаясь.  – Да. На самом деле, он очень помог мне в этом году. Хорошо, что он рядом. – Это так приятно слышать! – восклицает Нарцисса. — Может быть, ты сможешь как-нибудь навестить нас на каникулах? Я уверена, ты не будешь возражать, Северус? Отец Элоры хмыкает. — Это прекрасно. – Я бы очень этого хотела, спасибо, Нарцисса, – мягко улыбаясь отвечает Элора, и она говорит искренне. Будет здорово выбраться из дома Северуса и навестить Драко на этих каникулах. На самом деле, визит в дом Драко – это сейчас единственное, чего она с нетерпением ждет. Помимо возвращения в школу в сентябре, конечно. Даже несмотря на то, что технически она только что ушла.  — Ну, попрощайся, Драко, нам пора уходить, – командует Нарцисса, и Драко делает, как ему сказали, подходит к Элоре и обнимает ее на прощание. Ей хочется броситься в его объятия и никогда не отпускать, но она разрывает контакт с большим сожалением. – Держись, — бормочет он ей на ухо, прежде чем отпустить, отступить назад и аппарировать вместе со своей матерью. Исчез, просто так. Элора смотрит на то место, где они стояли всего несколько мгновений назад, и жалеет, что тоже не ушла с ними. Вместо этого девушка поворачивается и пристально смотрит на своего отца, который протягивает ей руку. После того, как она презрительно посмотрела на ладонь, как будто это отвратительно, слизеринка с негодованием принимает руку, скручивающее и тошнотворное чувство аппарирования овладевает ею. Элора открывает глаза и видит, что они стоят на вершины, где линия старых перил отделяет реку позади них от узкой мощеной улицы перед ними. Элора и Северус стоят бок о бок, глядя через дорогу на ряды полуразрушенных кирпичных домов с тусклыми и слепыми окнами.  — Ты здесь живешь? Похоже на свалку.  Северус не отвечает, переступает через дыру в ржавых перилах и начинает переходить дорогу. Элора закатывает глаза, прежде чем как следует поднять свой сундук и последовать за ним по переулку между домами на вторую, почти идентичную улицу. Элора догоняет Северуса как раз в тот момент, когда он поворачивает за очередной угол, идя в двух шагах позади него, пока он углубляется в пустынный лабиринт кирпичных домов.  Наконец Северус шагает по улице под названием Спиннерс-Энд, над которой, кажется, нависает гигантский предостерегающий перст. Шаги Элоры эхом отдаются по булыжной мостовой, когда она проходит мимо заколоченных и разбитых окон, пока не доходят до самого последнего дома, где сквозь занавески в комнате на первом этаже пробивается тусклый свет.  Снейп открывает дверь взмахом палочки и жестом приглашает Элору войти. Она так и делает и входит в крошечную гостиную, которая напоминает темную обитую войлоком камеру. Стены занимают стеллажи, полностью забитые книгами, большинство из них в старых переплетах из черной или коричневой кожи, что, вероятно, единственное, что она ценит в этом месте; потертый диван, старое кресло и шаткая подставка для стола сгруппированы в круге тусклого света, отбрасываемого лампой со свечами, подвешенной на потолок. В этом месте царит атмосфера запустения, как будто оно обычно не заселено.  Северус направляет палочку на стену с книгами позади себя, и с грохотом открывается потайная дверь, показывая узкую лестницу, на которой застыл маленький человечек. — Как ты, очевидно понял, Хвост, моя дочь останется с нами этим летом, – Лениво говорит Северус, и глаза Элоры расширяются.  Мужчина, сгорбившись, спускается по последним ступенькам и входит в комнату. У него маленькие водянистые глаза, заостренный нос и неприятная улыбка. Его левая рука ласкает правую, которая выглядит так, словно заключена в ярко-серебряную перчатку. Элора, конечно, сразу же узнает его: Питер. Предатель, из-за которого Сириус оказался в Азкабане на двенадцать лет. Она гневно смотрит на нее. – Элора! – говорит он писклявым голосом. – Как очаровательно... – Хвост принесет тебе напитки, если хочешь, – говорит Северус. – А потом он вернется в свою спальню. Питер морщится, как будто Снейп чем-то в него швырнул. – Я не твой слуга! — пищит он, избегая взгляда зельевара.  — В самом деле? У меня сложилось впечатление, что Темный Лорд поместил тебя сюда, чтобы помочь мне. — Чтобы помогать, да, но не для того, чтобы готовить вам напитки и... и убирать в доме! – Я понятия не имел, Хвост, что ты жаждешь более опасных заданий, – Вкрадчиво говорит Северус. — Это можно легко устроить: я поговорю с Темным Лордом… — Я могу поговорить с ним сам, если захочу! — Никто не будет разговаривать с Волан-де-Мортом! — Вмешивается Элора, и Питер вздрагивает, как будто его ударили. Северус просто поднимает бровь. — Нет, пока я здесь, – продолжает девушка резким тоном. – Где моя комната? — требует ответа она, поворачиваясь к Северусу.  — Вон там, – коротко отвечает он, указывая на вторую потайную дверь.  Бросив последний взгляд на него, а заодно и на Питера, она проходит, с отвращением оглядывая комнату перед собой. Это очень похоже на крошечную гостиную, в которой есть только шаткая кровать и крошечный деревянный столик. Вдоль стен снова выстроились полки, но все они пусты, и Элора хмуро оглядывает пространство, когда опускает свой сундук, Майло мяукает и спрыгивает с ее руки на неудобную на вид кровать. К счастью, здесь есть окно, так что есть хотя бы небольшой источник света, но оно, похоже, плотно закрыто, к большому разочарованию Элоры. Северус, вероятно, сделал это нарочно до ее приезда, чтобы она не смогла сбежать. Она злится на него. Эти каникулы будут очень плохими — она просто знает это.