Half-Blood Princess

Тишина снова поглощает всех. Каждая голова поворачивается, каждый взгляд, кажется, находит Гарри, чтобы удержать его застывшим в сиянии тысяч невидимых лучей. Затем фигура поднимается из-за стола Слизерина, Пэнси поднимает дрожащую руку и кричит: — Но он там! Поттер там! Кто-нибудь, схватите его! Прежде чем Элора успевает заговорить, происходит массовое движение. Все гриффиндорцы встают лицом к слизеринцам. Затем встают все пуффендуйцы, почти в тот же момент, когда и когтевранцы. — Спасибо, мисс Паркинсон, — произносит Минерва отрывистым голосом. — Вы покинете Зал первыми вместе с мистером Филчем. Остальная часть вашего факультета может последовать за ним. Раздается скрежет скамеек, когда слизеринцы выходят, оставляя позади только Блейза и Элору. Элора ловит взгляд Гарри, и он благодарно кивает ей. Она кивает в ответ, но тяжело сглатывает, зная, что единственная причина, по которой она осталась на месте, — это то, что она хочет снова увидеть Драко и знает, что он придет с другими Пожирателями Смерти. — Когтевранцы, следуйте за мной! Постепенно четыре стола опустели, остались только люди, достигшие совершеннолетия и готовые сражаться. Кингсли выходит вперед на приподнятую платформу, чтобы обратиться ко всем, кто остался.  — У нас осталось меньше получаса до полуночи, так что нужно действовать быстро! План сражения был согласован между преподавателями Хогвартса и Орденом Феникса. Профессора Флитвик, Спраут и МакГонагалл собираются отвести группы бойцов на три самые высокие башни — Когтеврана, Астрономическую и Гриффиндора, — где у вас будет хороший обзор, отличные позиции для работы с заклинаниями. Тем временем Ремус, Артур и я отведем группы на территорию. Нам понадобится кто-нибудь, чтобы организовать защиту проходов в школу...  — Похоже, это работа для нас, — говорит Фред, указывая на себя и Джорджа; Кингсли одобрительно кивает.  — Командиры сюда, мы разделим учеников! Элора оглядывается по сторонам, медленно пробираясь вперед вместе с Блейзом, но потом она кое-что замечает: Гарри исчез. Ушел. Исчез из Зала. И по какой-то причине ее инстинкты кричат, чтобы она пошла и нашла его.  — Мне так жаль, – шепчет она Блейзу, сжимая его руку. — Я должна идти.  — Элора, подожди! Элора! — кричит он ей вслед, но она не оборачивается, вбегая в Вестибюль, все еще переполненный эвакуирующимися студентами. Она позволяет увлечь себя вместе с ними вверх по мраморной лестнице, но наверху спешит прочь по пустынному коридору. Страх и паника затуманивают ее мыслительные процессы. Она пытается успокоиться, сосредоточиться на том, куда мог пойти Гарри.  Крестраж. Это то, что ему нужно. Диадема Когтеврана. По крайней мере, теперь он знает, что ищет. Дело в том, что он не вернется в общины Когтеврана. Но куда еще можно пойти?  Чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, Элора мчится по коридорам в поисках каких-либо признаков Гарри и отчаянно пытается сообразить, где он может быть. После нескольких минут безуспешных попыток она поворачивает за угол обратно в вестибюль, посмотрев на часы. До полуночи осталось пять минут. Черт. Ей нужно найти Гарри, и быстро.  Охваченная паникой, она заворачивает за угол и врезается в кого-то. – Гарри! — вскрикивает Элора. Он обнимает ее. Парень явно только что что-то обнаружил, но прежде чем девушка успевает спросить его об этом, она видит вспышки света вдалеке и слышит странный, пронзительный крик. Она смотрит на часы: уже полночь. Битва началась.  — Где Рон и Гермиона? — спрашивает Элора, ее сердце бешено колотится.  – Хороший вопрос. Пойдём. Они вместе спешат по коридору. Элора слышит движение в коридорах вокруг: бег, крики; через окна она видит больше вспышек света на темной территории.  — Куда мы направляемся? – Я точно не знаю, – отвечает Гарри, делая еще один случайный поворот, – но Рон и Гермиона должны быть где-то здесь.  Первые жертвы битвы уже разбросаны по всему проходу впереди: две каменные горгульи, которые обычно охраняют вход в учительскую, были разбиты на части проклятием, которое вылетело через другое разбитое окно. Их останки слабо шевелятся на полу, но Гарри и Элора перепрыгивают через них.  Помона с грохотом проносится мимо, за ней следует Невилл и полдюжины других, все они в наушниках и несут что-то похожее на большие растения в горшках.  — Мандрагоры! – кричит Невилл Гарри и Элоре через плечо, не останавливаясь, — Собираюсь перебросить их через стены — им это не понравится! Гарри мчится дальше, Элора следует за ним по пятам. Они пробегают портрет за портретом, и нарисованные фигуры мчатся рядом с ними, волшебники и ведьмы в оборках и бриджах, в доспехах и плащах, втискиваясь в полотна друг друга, выкрикивая новости из других частей замка. Когда они доходят до конца этого коридора, весь замок сотрясается, и Элора понимает, когда гигантская ваза со взрывной силой срывается с постамента, что она находится во власти чар более зловещих, чем чары учителей и Ордена.  Гарри и Элора пробираются по дрожащим коридорам, держа палочки наготове. Они заворачивают за угол и обнаруживают Фреда и небольшую группу студентов, включая Ли и Ханну, стоящих у другого пустого постамента, чья статуя скрывала потайной ход. Они прислушиваются к скрытому ходу. Фред что-то кричит, когда замок снова сотрясается, а Гарри и Элора пробегают мимо, ликующие и напуганные в равной мере. Они пробегают еще по одному коридору, а потом повсюду появляются совы, миссис Норрис шипит и пытается ударить их лапами, без сомнения, чтобы вернуть птиц на место.… А потом они сворачивают за последний угол и с криком смешанного облегчения и ярости видят их: Рона и Гермиону, оба с руками, полными больших, изогнутых, грязно-желтых предметов, Уизли с метлой под мышкой.  – Где вас только носило? — закричал Гарри. — Тайная комната, — ответил Рон. — Какая… комната? — Это Рон, это его идея! — захлебываясь, рассказывала Гермиона. — Полный блеск, правда? Когда ты ушел, я спросила Рона, а если мы найдем следующую штуку, как мы с ней покончим? Мы ведь до сих пор ничего не сделали с чашей. И тут его осенило! Василиск! — При чем тут… — Что-то, способное уничтожить крестраж, — просто сказал Рон.  Взгляд Элоры падает на предметы, зажатые в руках Рона и Гермионы: огромные изогнутые клыки, вырванные, как она теперь понимает, из черепа мертвого Василиска.  – Но как вы туда проникли? — спросил он, переводя глаза с клыков на Рона. — Ведь для этого нужно говорить по-змеиному! — Он и говорил! — прошептала Гермиона. — Покажи им, Рон! Рон издал странное приглушенное шипение. — Я ведь слышал, как ты открывал медальон, — сказал он извиняющимся тоном. — У меня получилось не с первого раза, но, — он смущенно пожал плечами, — в конце концов мы туда вошли. — Он был просто великолепен! — сказала Гермиона. — Великолепен! — Так вы… Вы… — Мы уничтожили очередной крестраж. — Рон достал из-под куртки искореженные остатки чаши Пуффендуя. — Гермиона разбила ее клыком василиска. Я решил, что должен уступить ей, — у нее еще не было случая получить это удовольствие. — Ты гений! — закричал Гарри. — Ерунда, — сказал Рон, хотя выглядел очень довольным собой. — А у тебя что новенького? В это время наверху раздался взрыв. С потолка посыпалась пыль. Все четверо посмотрели наверх и услышали отдаленный крик. — Я знаю, как выглядит диадема, и я знаю, где она, — быстро проговорил Гарри. — Он спрятал ее там же, где я когда-то спрятал свой старый учебник по зельеварению, там, где все веками прятали всякий хлам. Он думал, что, кроме него, ее никто там не найдет. Пошли. Стены снова задрожали. Он повел Элору, Рона и Гермиону через замаскированный вход на лестницу обратно в Выручай-комнату. Теперь здесь никого не было, кроме трех женщин: Джинни, Тонкс и пожилой волшебницы в странной шляпе. Элора сразу узнала в ней бабушку Невилла. — Все целы? — хором спросили Джинни и Тонкс. — Вроде да, — ответил Гарри. — Остались еще люди в проходе в «Кабанью голову»? Комната не может изменяться, пока в ней остаются люди. — Я прошла по нему последняя, — сказала миссис Лонгботтом, — и запечатала вход, потому что, мне кажется, сейчас небезопасно оставлять его открытым. Аберфорт покинул свой трактир. Вы видели моего внука? — Он сражается, — ответила Элора. — Разумеется, — гордо сказала старая леди. — Простите, я должна идти к нему на помощь. И она с поразительной быстротой зашагала к ступенькам. Гарри взглянул на Тонкс: — А я думал, вы у матери с малышом Тедди. — Я не могла вынести неизвестность… — У Тонкс был подавленный вид. — Ты не видел Римуса? — Он собирался вести группу бойцов на территорию замка… Тонкс без слов бросилась вон. — Джинни, — сказал Гарри. — Прости, но нам придется попросить и тебя выйти. Совсем ненадолго. Потом можешь заходить обратно. Джинни, судя по всему, страшно обрадовалась, что ее выпускают из укрытия. — Потом ты должна будешь вернуться в Выручай-комнату! — крикнул он ей вслед, пока она бежала по ступенькам вслед за Тонкс. — Ты должна будешь зайти обратно! — Погодите минуту, — резко сказала Элора, — Мы кое-кого забыли! — Кого? — спросила Гермиона. — Эльфов-домовиков, они ведь все внизу, в кухне, так? — Ты думаешь, нам стоит поднять их на борьбу? — спросил Гарри. — Нет. Я думаю, что мы должны предложить им эвакуацию. Мы ведь не хотим, чтобы повторилась история с Добби? Мы не имеем права заставлять их гибнуть за нас… Раздался грохот — это Гермиона выронила клыки василиска. Подбежав к Рону, она закинула руки вокруг его шеи и поцеловала прямо в губы. Рон бросил на пол клыки и зажатую под мышкой метлу и ответил на ее объятие с такой горячностью, что даже оторвал Гермиону от пола. — Нашли время! — негромко сказал Гарри, и когда ничего не происходит, кроме того, что Рон и Гермиона еще крепче сжимают друг друга и раскачиваются на месте, он повышает голос. – ЭЙ! Здесь идет война! Рон и Гермиона отрываются друг от друга, все еще обнимаясь. – Я знаю, друг. — Рон выглядел так, будто его только что ударили по затылку бладжером. — Поэтому сейчас или никогда, понимаешь? При этих словах сердце Элоры замирает. Потому что Рон прав. Сейчас или никогда. Но Драко нигде не видно, и они не встречались уже несколько месяцев. Так что, может быть, "сейчас" больше не будет. Может быть, никогда не будет. Никогда. От этой мысли у нее скручивается живот.  – А как же быть с крестражем? — крикнул Гарри. — Вы не могли бы… немного подождать, пока мы не отыщем диадему? — Да… ты прав… прости, — сказал Рон. Они с Гермионой стали подбирать клыки василиска, оба залившись густым румянцем. Когда они вчетвером вышли в коридор, стало ясно, что за несколько минут, проведенных ими в Выручай-комнате, положение значительно ухудшилось: стены и потолок ходили ходуном, воздух был наполнен пылью, а в окнах мелькали красные и зеленые вспышки, долетавшие до подножия замка. – Мне нужно место, где все спрятано, — взмолился Гарри, и, когда они пробегали мимо в третий раз, в стене появилась дверь. Едва они переступили порог и закрыли за собой дверь, шум битвы смолк: их обступила полная тишина. Они оказались в помещении размером с большой собор и похожем на город. Его башни состояли из предметов, спрятанных здесь тысячами давно покинувших Хогвартс школьников. — Неужели он не понял, что сюда может войти любой? — спросил Рон. — Он думал, что он один такой, — ответил Гарри. — Ему просто не повезло, что и мне в свое время нужно было кое-что спрятать… Сюда, — добавил он. — Я думаю, она там… Он обошел чучело тролля и Исчезающий Шкаф, который Элора помогла Драко починить в прошлом году с такими катастрофическими последствиями; Однако Элору по-прежнему не волнуют последствия, она просто хочет вернуть Драко. Гарри колеблется, не в силах вспомнить, куда идти дальше.  — Давайте разойдемся, — предложил Гарри. — Ищите каменный бюст старика в парике и короне! Он стоял на буфете, это должно быть где-то поблизости… Они разбегаются по проходам; Элора слышит, как шаги остальных эхом отдаются среди высоких куч хлама, бутылок, шляп, ящиков, стульев, книг, оружия, метел, летучих мышей… Она углубляется все глубже и глубже в лабиринт, ища предметы, которые узнала по своему предыдущему посещению комнаты. Ее дыхание громко отдается в ушах, но затем все внезапно становится пугающе тихим, и кажется, что сама ее душа дрожит.  — Поттер, стой! Голос. Этот голос. Драко. Он здесь.  Элора резко останавливается и разворачивается, начиная бежать обратно тем же путем, которым пришла, обратно на звук его голоса.  — Где моя девушка, Поттер? – звучит снова голос Драко, из-за возвышающейся груды предметов впереди.  – Потерял ее, да? Но это не имеет значения, ничто из этого не имеет значения, потому что тогда Элора поворачивает за угол… – Драко! — кричит она, ее голос наполовину застрял в горле.  Он бежит к ней — а потом она оказывается в его объятиях, вдыхает его запах, крепко обнимает, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Девушка смотрит на него снизу вверх. У него темные мешки под глазами, и он выглядит так, как будто не спал и не ел нормально неделями, но ей все равно, потому что он вернулся, он здесь, он снова с ней, и это все, что имеет значение.  Она обнимает его за шею и крепко целует, чувствуя, как Малфой крепко обнимает ее, притягивая как можно ближе. Ее не волнует, что Гарри вздыхает от очередного поцелуя, произошедшего у него на глазах, ее не волнует, что Винсент и Грегори раздраженно ворчат, вероятно, желая убить ее только за то, что она есть. Элора вернулась к Драко, он здесь с ней, целует ее, и она никогда не чувствовала себя счастливее, даже если вокруг них идет война.