О воронах и героях / Of Crows and Heroes

      — Вы хотели поговорить со мной, семпай?       Итачи выглядел таким же невозмутимым, как всегда, но Шоту это нисколько не успокоило. Никогда в своей жизни он так не беспокоился о разговоре, и это включало время, когда ему пришлось говорить с полицией о смерти Оборо. — Да.       Он проклял Итачи и его обычное молчание. Это был один из тех случаев, когда он с распростертыми объятиями принял бы любые темы ни о чем, о погоде например, чтобы отвлечься от своих мыслей.       Блюдо с едой перед ним все еще было нетронутым, в то время как блюдо перед его учеником было почти пустым. Он вздохнул. Как вообще кто-то начинал говорить?       Шота откашлялся. — Хорошо... Речь пойдет о недавней смерти... — Югаса Нанако? Нет, это было слишком безлично. Твоей матери? Итачи никогда не называл ее своей матерью. — Твоего опекуна.       Мягко. Очень мягко, Шота. Ты совершенно не вернулся к своей неловкой подростковой фазе.       Итачи никак не отреагировал, и Шота не знал, должен ли он быть благодарен за это или нет. — С этого момента ты находишься под опекой государства.       Его подопечный медленно моргнул. Это может означать очень многое. — И ты можешь подать заявление на эмансипацию только тогда, когда тебе будет не менее восемнадцати лет. Итак, что ты планируешь на ближайшие два года в связи с этой ситуацией?       Шота, конечно, не собирался навязывать идею Незу Итачи, не спросив в начале его самого. Это опровергло бы весь его аргумент о независимости. — Я не знал, что мне нужно было что-то планировать. — Это не было типичным поведением Итачи. Мальчик (не мальчик), казалось, был в курсе всего, что происходило вокруг него. — Будучи сиротой, ты автоматически попадаешь в приемную семью, а, обучаясь в UA и будучи лучшим учеником, вероятно, за все время существования академии, ты будешь очень востребован среди всех влиятельных семей.       Лицо Итачи стало совершенно пустым. Шота надеялся, что это хороший знак.       Он откусил несколько кусочков никуяки, которые заказал, пока его ученик размышлял, скорее всего, пересматривая все основные и второстепенные планы на свое будущее.       Каково это - жить с таким типом мозга (мышления)? Шота готов был поспорить, что это было утомительно. Всегда пытаться прикрыть любую возможность должно было быть очень напряженно. У него болела голова уже от того, как он пытался приспособить учебную программу к различным причудам своих учеников. Попытка объяснить такие непредсказуемые вещи, как реальность, была тщетным упражнением, не то чтобы это мешало Итачи. Мальчик (все еще не мальчик) все равно просто сделал это.       Он слегка нахмурил брови и снова сосредоточил взгляд на Шоте. — У вас есть предложение.       Конечно, Итачи понял это. — Да, оно есть, но я хочу, чтобы ты знал, что независимо от того, решишь согласиться с этим или нет, это не повлияет на мое положение твоего учителя и наставника. С моей стороны не будет никаких последствий, если ты решишь отклонить мое предложение. Понял? — Да.       Теперь перейдем к самой сложной части. — Идея изначально исходила не от меня, а от директора, хотя с тех пор я тоже пришел к его точке зрения. Он подумал, что с твоей... ситуацией и с твоим отвращением к тому, чтобы находиться в центре чужого внимания, ты бы оценил большую независимость и то, что кто-то не пытается бы превратить тебя в героя, чьей основной задачей было бы просто улыбаться для рекламных баннеров. Поэтому он предложил мне стать твоим приемным родителем, пока не подашь заявление об эмансипации. Я верю, что его слова подразумевали под собой то, что я уже забочусь о тебе, какой бы опрометчивой ни была эта идея, так что это мало что изменит.       Каждый мускул в его теле напрягся во время его небольшой речи, и его немного подташнивало от беспокойства.       Итачи склонил голову набок. — Почему? — Ну. Так как ты уже живешь в общежитии, мне проще будет выполнять свои обязанности...       Его ученик нахмурил брови. — Нет. Я имею в виду, почему Вы заботитесь обо мне?       О. Это был... неплохой вопрос. Почему он заботился об Итачи? — Ты мой ученик, но сейчас это лишь малая часть картины. Вначале мне было просто любопытно, кого я должен был благодарить за то, что все еще жив, но потом... Мне кажется, я вижу в тебе частичку себя. Кем-то, кем я мог бы быть, если бы был намного умнее и менее брезглив. Кроме этого, нет никакой реальной причины. Почему кто-то заботится о другом человеке? Мы не выбираем причины. Обстоятельства складываются сами собой.       Шота никогда по-настоящему не задумывался о причинах своих чувств. Они просто были.       На мгновение воцарилась тишина. — Я в это верю. Точно так же, как чувства между членами семьи, мы не очень-то контролируем это, — в его голосе звучала тоска. — Говоря о семье, я хотел бы прояснить, что у меня нет никаких намерений заменять кого-либо из родителей, которые у тебя когда-либо были. Я бы просто был законным опекуном, и ты не был бы обязан заниматься какими-то семейными делами или чем-то подобным.       Итачи кивнул. Шота поморщился. Весь этот разговор был таким неловким. Где был Хизаши, когда он был так нужен? Он всегда знал, как снять напряжение и заставить всех улыбнуться. — Ну, вроде я высказал всё, что хотел. Тебе не нужно решать прямо сейчас. У нас еще есть немного времени. Проведи свое исследование, а я, как всегда, открыт для вопросов.       Он посмотрел на свою уже осточертевшую тарелку. Он не любил тратить пищу впустую, но в данный момент желудок отказывался что-либо переваривать. — Угощайся, если хочешь. Мне нужно идти.       Итачи моргнул. Верно. Низкие социальные навыки. Он моргнул в ответ. Это должно считаться прощанием.       Всю дорогу до кампуса он чувствовал на своей спине взгляды. Его нисколько не удивило что, когда он поднял глаза, то увидел поблизости трех черных птиц.       Он мог только надеяться, что Итачи сделает правильный выбор, а не то, что сам Шота считал правильным. Примечания: Итачи: *моргает* Шота: О боже, что это значит? Я сделал что-то не так? Я что-то сделал правильно? Месяц спустя: Итачи: *моргает* Шота: Это секретный код? Два месяца спустя: Итачи: *моргает* Шота: Он, наверное, просто не знает, что сказать. Пять месяцев спустя: Итачи: *моргает* Шота: *моргает* Давайте посмотрим, как он попытается это истолковать! Год спустя: Итачи: *моргает* Шота: *моргает* Итачи: *моргает* Шота: *моргает* Итачи: *моргает* Хизаши: "Шота? У вас с Югасой-куном все в порядке?" Шота: "Да, мы только что говорили о том, что нам следует попробовать новый рамен в нескольких кварталах отсюда этим вечером". Хизаши: ???