Понедельник

Как оказалось, место находилось в порту, откуда уходили паромы и «ракеты». Баки попросил Стива подождать, а сам отошел переговорить с охранником, который просто махнул рукой в сторону контейнеров. Пришлось ехать туда. Спросив еще пару сотрудников, Баки притормозил у вагончика, служившего прибежищем для работников складской части. Из вагончика он вышел в сопровождении парня в униформе и яркой бандане на голове. Тот завел его за вагончик, и оттуда оба появились с обмотанными скотчем картонными коробками в руках. Вещей оказалось довольно много: еще пара коробок, какие-то плоские пакеты в оберточной бумаге и длинный сверток в старом покрывале, обвязанный бечевкой. Все это Баки сложил в кузов. Потом поблагодарил, пожал руку на прощанье и запрыгнул в кабину. — В аэропорт? — спросил он. — Это что за вещи? — подозрительно спросил Стив. — Такис передал кое-что с паромом, просил забрать. Полежит у нас пока. Стив подумал, что в квартире и так хватало вещей, но придержал мнение при себе. В конце концов, Баки лучше знать, он здесь живет уже не первый год, а Стив — без году неделю. Дорога до аэропорта вышла занудной, слишком много машин, пробки, заторы, постоянные гудки и вопли водителей… У Стива даже в голове начало гудеть. Баки припарковался на бесплатных местах, где стоять можно было не более пятнадцати минут. — Иди за чемоданом. Если задержишься, стой прямо тут, — велел он. — Я выеду, объеду кругом и вернусь, подберу тебя. — Может, лучше запаркуемся? Баки фыркнул. — Вот еще. Очень надо. Стив пожал плечами. Он надеялся, что все сотрудники аэропорта говорят по-английски, по крайней мере, настолько, чтобы понять, о чем идет речь. К счастью, чемодан ему отдали без проволочек. Пришлось, правда, заплатить пошлину за то, что его катали в Америку и обратно, зато из аэропорта Стив вышел, таща за собой свой набитый личными вещами кофр. Грузовичка не было, пришлось Стиву постоять минут десять, пока Баки ездил по округе, но зато потом они смогли, наконец, поехать домой. — Нужно сначала в спальне место приготовить, — сказал Стив, когда они доехали до дома. — Точно. — Баки почесал в затылке. — Тогда перетаскаем мелочи сначала. Ноги Стива отнеслись с возмущением к тому факту, что нужно опять ходить по лестнице, да еще и таская небольшие, но увесистые коробки. Занеся их в квартиру, он опустил их на пол и волоком потащил в гостиную. Носить он больше ничего не мог. И не хотел. Баки внес чемодан, останавливаясь на каждой площадке и жалуясь. — Признайся, что в нем твой брат-близнец, — сказал он, добравшись до квартиры. — По весу соответствует. Стив смущенно пожал плечами. — Там книги, — признался он. Баки непонимающе уставился на него. — Ты поехал в отпуск с чемоданом книг? Стив вздохнул. — У меня на носу магистратура. Мне нужно готовиться. Я хотел читать их на пляже, например… — Нормальные люди в отпуске отдыхают, — сообщил ему Баки. — Так, поможешь мне матрас вытащить? Это оказалось той еще задачей. Во-первых, матрас был тяжелым. А еще большим, а спальня — нет, и места на разворот в ней почти не было. И под кроватью было полно пыли. Топчась в ней, Стив начал чихать и чуть не уронил матрас на себя. Кроме того, из матраса торчали пружины… — И куда его? — тяжело отдуваясь, спросил Стив. — Вниз? — А там куда? — резонно возразил Баки. — Нужно придумать, куда. Давай пока в прихожей поставим. Стив повертел головой. — А в эту соседскую комнату нельзя? На время. Соседа же пока все равно нет. Баки дернулся. — Нет, — медленно ответил он. — Нет, туда мы ничего… ничего не будем ставить. Стив удивился, почувствовав. что Баки говорит с какой-то странной интонацией. Объяснить свои ощущения Стив бы не смог, но почувствовал беспокойство. Они перевернули матрас на попа и прислонили к стене, так что он прикрыл дверь в «соседскую» комнату. Казалось, Баки испытал при этом неподдельное облегчение. Потом они целый час тащили новый матрас наверх. Сначала Стив держал снизу, а Баки тянул вверх, но в какой-то момент Стив не удержал, и матрас неумолимо пополз по ступеням, чуть не придавив самого Стива. Тогда они поменялись, но теперь Стив не всегда вписывался в углы и разбил локоть. — Прежде чем его положить на кровать, надо помыть пол, — хрипло сказал Стив, с трудом ловя воздух ртом. — Там пылища. Они сидели на площадке между первым и вторым этажом. — Да плевать, — замученным тоном отозвался Баки. — Может, тебе и плевать, а у меня в детстве была астма. Я не хочу заработать приступ, это, знаешь ли, малоприятно. У меня и ингалятора нет. Баки застонал. — И пыли там на три покойника, не меньше, — продолжил Стив. — Почему это на три покойника? — не понял шутки Баки. — Моя мама так говорила. Она объясняла, что, поскольку мертвецы обращаются в прах, то у меня под кроватью праха минимум на одного мертвеца. А тут три, не меньше. Баки засмеялся. Идея о мертвецах под кроватью показалась ему очень веселой. — Там в прихожей есть встроенный шкаф. В нем стоит пылесос. Давай ты пропылесосишь, а я пока воды наберу и потом помою. — Договорились. Но прежде чем они добрались до пылесоса, им пришлось подняться еще на три лестницы, волоча матрас на своих загривках. На радость не осталось сил. Стив кое-как собрал пыль старым пылесосом, ревущим как «Боинг» на старте. Баки принес ведро воды и старую майку в качестве тряпки. Вскоре пол под кроватью блестел. Зато сразу стало видно, какой грязный пол вокруг нее. — Вот так я и знал, — уперев руки в бока, сказал Баки. — Это как реакция ядерного синтеза. Стоит ей начаться… Пришлось мыть и остальной пол тоже. Потом ждать, пока просохнет, а потом тащить уже матрас. К счастью, тот лег как родной. Только когда он и правда подошел, им пришло в голову, что стоило тщательно измерить кровать, перед тем, как нести матрас наверх. А если бы не поместился или оказался маловат? Представлять себе такой ужас не хотелось. Помыв руки, Стив сменил все постельное белье, а Баки отправился отдавать грузовик, пообещав вернуться как можно быстрее. Стив принял душ, подумал, не приготовить ли чего, но он так устал, что еле стоял на ногах. Ему даже не хотелось распаковывать собственный чемодан, а коробки и свертки, которые они сложили в углу гостиной, совершенно вылетели у него из головы. Раздевшись донага, чего никогда не позволял себе ни дома, ни в общежитии, Стив лег на свежезастеленный матрас, обнял подушку и отключился.

*

Вернувшись домой, Баки позвал Стива еще от двери, но не услышал ответа. Балансируя коробкой с салатом, пакетом с гиросом и бутылкой вина, Баки заглянул в гостиную, потом в кухню и, наконец, добрался до спальни, хотя ему пришлось протискиваться мимо торчащих как щупальца пружин старого матраса, перекрывающих коридор. Стив спал, лежа ничком на кровати. Уже начали опускаться сумерки, и его нетронутая загаром задница сияла, напоминая полную луну. Баки полюбовался на зрелище, хмыкнул и, оставив еду на подоконнике, пошел в душ. У него ужасно разболелась рука. Он принял сразу две таблетки обезбола, хотя врач ему твердо рекомендовал не превышать дозу. Вскоре он ощутил, что голова начинает кружиться, а глаза слипаются. Зато мучительные боли в плече, локте и между ними ослабли до терпимого уровня. Едва обтеревшись и не одевшись, он вернулся в спальню, упал рядом со Стивом и вырубился. Они проснулись так же, как и заснули. Одеяло валялось на полу, но и без него было жарко. Стив повернул голову и застонал. Казалось, у него болела каждая косточка, каждая самая крошечная мышца. — Что? — вскинул лохматую голову Баки. — Бо-ольно, — простонал Стив. — Я и не знал, что даже ступни могут болеть… Баки разухмылялся, а потом ловко оседлал Стива, устроившись чуть ниже ягодиц. — Сейчас я устрою тебе сеанс по одному из трех универсальных методов лечения, — объявил он: — Массаж всем телом. Стив хрюкнул. — Боюсь спросить, что же с остальными двумя, — приглушенно сказал он, когда Баки начал разминать ему шею и плечи. — Никаких секретов, — самодовольно заявил тот. — Ведерная клизма и засос во всю рожу. Стив засмеялся и застонал одновременно: мышцы живота мстили ему за вчерашнее. — А можно без клизмы? — с надеждой спросил он. — Можно, — ответил Баки. — Но тогда придется два засоса. — На это я согласен, — прошептал Стив, выворачивая голову. Баки наклонился и поцеловал его. — Половинная доза для начала, — сказал он. — А теперь лежи спокойно и расслабляйся. Закончить полноценный массаж по универсальной методике помешал телефон. Он зазвонил, и Баки сполз с кровати, чтобы ответить. — Хей, хей, хей, — приветствовал он кого-то. — Ты уже здесь? А когда? Круто, круто. Отлично. Конечно встречу. Без проблем. Стив поднял голову. Баки стоял, привалившись плечом к стене и смотрел в окно, постукивая краешком смартфона по зубам. — Что такое? — спросил Стив. — Я забыл положить гирос в холодильник, но, думаю, его вполне еще можно съесть, — невпопад ответил Баки. — А вот салат наверняка испортился. — Я про… — начал Стив, но Баки уже направился к двери. — Пойду чайник поставлю, — бросил он через плечо. Стив опустил голову на матрас. И что это только что было?

*

Весь день Баки вел себя преувеличенно весело, даже по его собственным меркам. Потащил Стива гулять, отвез к Парфенону, фотографировал на телефон. Время от времени он морщился, потирая левое плечо или локоть, но на все вопросы либо отшучивался, либо говорил, что потянул руку накануне. Стиву казалось, что за этим крылось что-то большее, но он не хотел настаивать. Слишком хорошо был день, да и потом, Баки был взрослым и сам принимал решения. Если он говорил, что все в порядке, Стив не собирался с ним спорить. Он не раз уже рассматривал левую руку Баки, восхищаясь и татуировкой, и тем, как искусно она была нанесена, следуя мускулам, движения которой заставляли ее выглядеть живой. Но на ярком свете становилось заметнее, что она кое-что скрывала. Шрамы, длинные, извилистые, некоторые явно хирургические, некоторые — неровные, широкие — после несчастного случая. Баки как всегда надел майку и поверх рубашку, которую не застегивал, и Стив видел только предплечье. Почему-то ему казалось, что плечо наверняка выглядит еще более искореженным, однако до сих пор ему как-то не приходило в голову присматриваться. С другой стороны, Баки почти не оставлял ему времени. Они полазили по камням, потом отправились на пляж, искупались, пообедали, повалялись, переваривая обед, еще раз искупались… Потом Баки затащил Стива в кабинку для переодевания. Такие выкрашенные в голубой и зеленый кабинки были на всех пляжах. Они стояли группками, и двери в них запирались на простую щеколду. От песка до края кабинки было сантиметров сорок, вполне можно было проползти при желании. И сверху заглянуть тоже не составляло труда, никакой крыши, даже сетчатой, не предполагалось. И вот в такую вот кабинку Баки втянул Стива, посадил на скамью и потянулся к его плавкам, которые Стив наконец-то смог обновить, достав из обретенного чемодана. — Ты что делаешь? — забеспокоился Стив. — Отдаю должок, — ответил Баки, прижимаясь к животу Стива поцелуем. — Какой должок? — Баки добрался до пупка и обвел его языком. — Не здесь же! Это… — Если ты не будешь орать, — прошептал Баки, — никто ничего не заметит. Или, думаешь, мы тут первые? Стив, если честно, ничего не думал. Он боялся, что кто-нибудь дернет слишком сильно за дверь, и та распахнется, и их застанут в недвусмысленной позе. Или какой-нибудь любопытный ребенок пролезет в кабинку сквозь щель под стенкой. Или озабоченный подросток вскарабкается на скамейку и заглянет сверху… — Я просто слышу, как громко ты боишься, — оторвавшись от кромки плавок, которые он еще не стянул со Стива, сказал Баки. — Каждую твою мысль. Забей на них. Всем плевать, никто тебя не укусит. Ну, кроме меня. С этими словами он куснул Стива за внутреннюю сторону бедра, и тот подавился воздухом. Если бы существовал титул короля минетов, то Стив несомненно присудил бы его Баки. Тот умел восхитительно работать языком, лишая его способности соображать, так что все сомнения вскоре улетучились под напором ощущений. Всякий раз, когда Стив почти-почти добирался до наивысшей точки, Баки выпускал его член изо рта и отвлекал, мелко целуя то живот, то ноги, поглаживая икры ладонями. На третий раз Стив отчаянно застонал и попытался удержать голову Баки на месте. — О, кто-то, кажется, распробовал… — запрокинув голову, засиял улыбкой Баки. — А как же мораль? И люди вокруг? — Баки, пожалуйста, — зашептал Стив, — пожалуйста, мне нужно и… — Скажи мне, как сильно тебе нужно, Стиви. Во взгляде Баки появилось что-то темное. Стив поежился, ему внезапно стало холодно. — Может, не стоит… — сказал он. Баки моргнул. Взгляд изменился, потеплел, выражение лица стало почти нежным. Казалось, в нем сработал какой-то переключатель. — Прости, — произнес он и прижался щекой к бедру Стива. — Прости, я, наверное, слишком на тебя насел… Да, именно это Стив и ощущал. Слишком много всего. Сейчас, когда он был трезв, ему было тяжело расслабиться. В отличие от Баки, явно получавшего удовольствие от опасности, Стива она опустошала. Он потерялся в моменте, но потом… А если бы кто-то услышал их разговор? Несмотря на жаркий день, пот, выступивший у него на лбу и спине, ощущался холодным. Он попытался приподняться, но Баки мягко удержал его на месте. Он смотрел на него так… открыто, с такой надеждой, с таким… восхищением. Этот взгляд — уже не в первый раз — наполнил Стива счастьем. Никогда еще ничего подобного он не ощущал. Чувство было сродни тому, какое он испытывал на рождество или день рождения, получая в подарок именно то, что ему хотелось, но намного, намного интенсивнее. Баки наклонился и обхватил член Стива губами, на этот раз действуя размеренно и спокойно. Помогая себе рукой, он очень быстро довел его до развязки, которая, однако, не доставила Стиву такого удовольствия, как он ожидал. — Глупо было, — сказал ему Баки, поднимаясь. — Это не считается. Стив ничего не ответил, сосредоточенно натягивая плавательные шорты.

*

После не слишком удачного минета они еще раз посетили кабинки, но теперь только чтобы переодеться. Идя к стоянке, на которой оставили мотороллер, Баки сказал: — Сегодня кое-кто прилетает… Нужно встретить. И наверняка зайдет к нам в гости. Надеюсь, ты не очень устал. Стив устал и, если честно, никого не хотел видеть. Но решил этого не упоминать. Он чувствовал себя странно виноватым, словно не оправдал возложенных на него ожиданий. И еще раз становиться «синим чулком» был не намерен. — Купим вина? — предложил он. С вином все было проще. — Обязательно, — ответил Баки. — Мы заедем домой? Стиву ужасно хотелось принять душ. После купания кожа сохла и чесалась, и, кажется, у него сгорели плечи. — Да, конечно. Баки выглядел слегка рассеянным. Стив брел, опустив голову, даже не думая ни о чем, но ощущая внутренний диссонанс. — Эй, Стив! — позвал его вдруг Баки откуда-то сверху. Стив вскинул голову. Баки балансировал на очередной стене, узкой и довольно высокой. Ступал по ней, раскинув руки, подобно канатоходцу. — Ты… — У Стива внезапно пересохло во рту. Это не было весело. Это было опасно. Конечно, не смертельно опасно, но… — Баки, слезай. Вместо того, чтобы спрыгнуть, Баки побежал по стене вперед, ловко ставя одну ступню перед другой и опасно кренясь то на одну, то на другую сторону. Полы его расстегнутой рубашки развевались. А потом он оступился. Стив видел, как нога Баки соскользнула с края стены, как он взмахнул руками, словно собирался взлететь, а потом он рухнул вниз, упав на правый бок. «Слава богу, не левый», — мелькнула у Стива мысль, и позднее он сам даже не мог объяснить, почему так подумал. К тому моменту, как он добежал до Баки, тот уже сел и со стоном тер ребра. — Идиот! — налетел на него Стив и чуть не пнул со злости. Теперь, когда он видел, что Баки отделался ушибами и царапинами, страх сменился яростью. — Но я тебе нра-авлюсь, — пропел Баки, подражая героине Сандры Буллок. — Ты меня-а люби-ишь. — Глупости. — Стив присел на корточки. — Как ты поведешь мотороллер? Мотороллер Баки все же повел, но до самого дома Стив опасался, что Баки не справится с управлением. Он отправил его в душ первым, а когда Баки вышел, лишь для приличия придерживая полотенце у гениталий, усадил на край кровати и принялся промывать ссадины перекисью. На одну, особенно широкую, возле локтя, даже наклеил две полоски пластыря. Баки смотрел на все это как на забаву. Сам он, казалось, абсолютно плевал на подобные мелочи.