Глава 7. Зови меня Тани
1 декабря 2023 г., 23:42
Прохладный мангровый лес остался далеко позади, чему Витани даже обрадовалась – она успела порядком подустать от полумрака и хлюпанья влажной травы под лапами. Долгожданная охота на равнине придала львице сил и вселила уверенность в том, что к вечеру они с Кайоном обязательно достигнут Древа Жизни.
Конец маршрута и вправду был не за горами (фигурально, конечно, – всё же остаток их пути лежал через гористую местность). Время ещё только близилось к полудню, когда тропа, по которой шли Кайон и Витани, начала набирать высоту, а слева показалось наполовину высохшее русло реки.
Временами дорога становилась слишком узкой для двоих, и путникам приходилось шагать друг за другом. На одном из таких участков пути Витани оказалась впереди Кайона, и тогда он, робко отводя взгляд в сторону, попросил львицу пропустить его вперёд. Витани не стала возражать, но эта странная просьба заставила её немного смутиться. Конечно, не каждому придётся по нраву, когда перед носом маячит чей-то зад, но неужели Кайону было настолько неприятно идти позади неё?
«А с чего бы ему нравилось пялиться на твою задницу?» – мысленно спросила она себя. – «Ты для него всего лишь львица, которую нужно доставить к Древу. Думаешь, это о тебе он мечтал сегодня, когда..?»
О, нет. Сейчас не время освежать утренние воспоминания.
– Эй, Витани, у тебя всё в порядке? – участливо спросил Кайон, поравнявшись с ней. – Ты сегодня не похожа на себя.
Витани усмехнулась. Слава Великим предкам, он не знает причину её задумчивости.
– Да, всё хорошо. Просто... – она замялась, подбирая оправдание, – пытаюсь просчитать вероятность развала Львиной Гвардии в отсутствие лидера.
– Переживаешь, как там Земли Прайда? – на губах Кайона появилась сочувственная улыбка, и Витани в ответ неопределённо качнула головой. – Знакомое чувство. Моё первое путешествие к Древу Жизни тоже было тревожным. Я оставил свой дом, да ещё и этот шрам донимал меня... В глубине души я боялся, что так и не смогу исцелиться.
– А я до последнего надеялась, что сумею вернуть контроль над Рыком без чьей-либо помощи, – сказала Витани и, подумав, добавила: – Ну, разве что кроме Рафики. Старик хоть и назойлив, как термит, но ему дано общаться с предками.
– Нам тоже, – буднично пожал плечами Кайон.
– Что?!
Витани остановилась как вкопанная, не сводя глаз со своего спутника. Что он имеет в виду?!
– Лидер Гвардии может общаться с Великими предками, – с ноткой удивления пояснил Кайон. Похоже, он не ожидал столь бурной реакции на свои слова. – Я редко делаю это, особенно с тех пор, как повзрослел... Но когда я нуждался в мудром совете или напутствии, я всегда мог обратиться к Небу саванны.
– «Обратиться»? То есть... просто позвать?
– Вроде того. Уверен, что ты, как вожак отряда, тоже на это способна.
Витани с трудом сдержала пару крепких ругательств. То есть всё это время она могла просто спросить у неба: «Что происходит с моим Рыком?», и голос какого-нибудь мудреца из-за облаков дал бы ей ответ?!
– А с кем... с кем из львов-предков мы можем говорить? – взволнованно спросила она.
– Рани может общаться со своими покойными родителями, а я – с моим дедом, Муфасой. Думаю, ты слышала про него.
Последняя фраза Кайона вызвала у Витани искреннюю усмешку. Ещё бы она не слышала! Зира любила рассказывать своим детям историю Шрама и Муфасы в качестве сказки на ночь. История эта непременно заканчивалась её горячими уверениями в том, что однажды настанет день, когда их прайд отвоюет Земли Прайда, по праву принадлежащие наследнику Шрама.
Хм... Выходит, Зира – единственный известный Витани покойный предок. На секунду хранительница представила, как взывает к помощи давно почившей матери, и та появляется перед ней, словно живая. Неужели это и вправду возможно?
Как бы то ни было, у Зиры едва ли найдётся для дочери мудрый совет – скорее, она с удовольствием обрушит на Витани целый шквал проклятий.
Львица снова прыснула от смеха. М-да, угораздило же её так не оправдать надежды матери: примкнуть к прайду ненавистного Симбы, стать лидером ненавистной Львиной Гвардии и... воспылать чувствами к ненавистному Кайону.
– Что тебя рассмешило? – поинтересовался Кайон.
– Да так... – она отмахнулась. – Пожалуй, мне не стоит даже пытаться наладить связь с предками. В моём роду не было королей, а вызывать Зиру из преисподней – себе дороже.
– Уверен, не всё так плохо. Советую тебе всё же попробовать, когда... почувствуешь, что нуждаешься в этом.
Витани отрицательно мотнула головой.
– Не хочу нарваться на неприятности, – сказала она. – В последнее время мой Рык ничего другого мне не преподносит.
***
Солнце уже вовсю клонилось к горизонту, когда Кайон и Витани, наконец, ступили на ту долгожданную тропу, которая обрывалась прямиком у края земель Древа Жизни. Впрочем, назвать эту дорогу тропой было бы ошибкой – путники углубились в самое что ни на есть ущелье. Его каменные своды были так высоки, что заходящее солнце тут же исчезло за ними, погрузив всё вокруг в густой полумрак. Кроме того, ущелье оказалось необычайно узким, и Витани всерьёз задумалась, удастся ли ей при желании коснуться двух противоположных стен одновременно. К немалому удивлению львицы, Кайон поведал ей, что раньше эта дорога была ещё ýже – настолько, что по ней не мог пройти Беште. Чтобы не бросать друга на пути к Землям Прайда, Кайон просто-напросто расширил ущелье с помощью Рыка. Услышав это, Витани невольно взглянула на небо. Громадные скалы возвышались над ними так, будто стояли здесь уже тысячи лет, и было невозможно представить, что кто-то в этом мире способен сдвинуть их с места. Возможности Рыка Предков всё больше восхищали львицу, но вместе с тем всё сильнее пугали её. Ущелье обрывалось у очередного горного перевала. Услышав разочарованный стон Витани, Кайон поспешил её подбодрить: – Думаю, после всех гор, что мы преодолели, взобраться сюда для нас не составит труда... особенно, если учесть, что нас ждёт по ту сторону. Дорога через перевал и впрямь далась им довольно легко. Подгоняемая лёгким любопытством, Витани в несколько прыжков спустилась по камням вниз, и когда скалы, наконец, расступились перед ней, львица не смогла сдержать восхищённый возглас: – Древо Жизни! Оно было куда больше, чем Витани себе представляла. Древо возвышалось на приличном расстоянии от них, однако даже издалека было очевидно, что за его громадным стволом могла бы с успехом спрятаться пара-тройка слонов. – Впечатляет, да? – с ноткой гордости отозвался Кайон. Ответить Витани не успела – неожиданно в воздухе послышался звук хлопающих крыльев, заставивший их обоих обернуться. К ним приближалась на редкость странная птица с крошечным клювом, огромными глазами и кисточками на голове, похожими на мохнатые уши. – Привет, Уллу! – радостно поприветствовал птицу Кайон. – Кайон, ты вернулся! – пернатая бесшумно спикировала на землю прямо перед ними. – И твоя спутница... Большие круглые глаза Уллу с нескрываемым интересом переметнулись на львицу. – Та самая Витани, – тут же представил её Кайон. Птица издала короткое глухое «угу», словно осталась удовлетворена его ответом, а затем торжественно произнесла: – Я доложу Ночному Прайду о вашем прибытии. С этими словами Уллу взмыла в воздух, взяв курс на Древо Жизни. – Кто это такая? – спросила Витани, провожая её взглядом. – Похожа на мохнатого попугая, которого расплющило о скалу. – Уллу – сова, – хохотнул Кайон. – И между прочим, здесь обитают существа куда более диковинные, чем она. Вот увидишь, некоторые встречи тебя ещё удивят. Нужно сказать, что в правоте его слов Витани пришлось убедиться почти сразу же, как только они продолжили свой путь к Древу Жизни. Когда они спустились в долину, внимание Витани привлекло одно из манговых деревьев, растущих впереди. Его крона активно раскачивалась и шелестела, свидетельствуя о том, что по его ветвям явно взбирался кто-то крупный. Прямо под деревом на земле валялась кучка спелых манго, в которую время от времени невидимый собиратель подкидывал новые плоды. По мере приближения Витани удалось разглядеть сквозь листву его серый мех и длинные цепкие лапы, в одной из которых был зажат посох. – Рафики?! – опешила она. Кайон проследил за её взглядом. – Не-ет, это Макини, – ответил он с улыбкой. – Помнишь, я рассказывал тебе о ней? Раньше она была ученицей Рафики, а теперь она – наш королевский маджузи. Они подошли ещё ближе, и теперь Витани расслышала, как маджузи, собирая манго, что-то напевает себе под нос. – Ещё один чокнутый мандрил с палкой? – она издала нервный смешок. – Я словно попала в параллельный мир. Надеюсь, у вас здесь нет местных аналогов Тимона и Пумбы? – Обошлось без них, – усмехнулся Кайон. – Хотя... знаешь, наш Банга нашёл себе подругу по имени Бинга. Энтузиазму этих двоих позавидуют любые Тимон и Пумба. – Бинга? О, львы-предки... – Витани картинно воздела голову к небу, и Кайон искренне расхохотался, глядя на неё. Сердце лидера Гвардии отчего-то волнительно подпрыгнуло. Кажется, ей ещё ни разу не доводилось слышать, как вечно серьёзный и собранный Кайон громко хохочет над какой-то дурацкой шуткой. Они поравнялись с деревом Макини, и та, услышав смех Кайона, с удивлением высунула голову из густой листвы, выронив при этом из лап пару увесистых плодов. Манго шлёпнулись на землю перед самым носом Кайона и Витани – к счастью, те вовремя успели отпрыгнуть назад. – Кайон! Ох... прости, – Макини виновато прижала лапы ко рту. – Я и не знала, что ты вернулся! Она торопливо спустилась на землю. – Мы вернулись только что, поэтому считай, что ты узнала первой, – Кайон кашлянул, прочистив горло. – Макини, познакомься с Витани, нашим лидером Львиной Гвардии. Витани сдержанно улыбнулась и склонила голову в знак почтения, как это было принято у львов. Но, очевидно, у молодой маджузи были свои собственные представления о тактичности, потому что та без малейших колебаний обняла львицу за шею и прижала к себе, воскликнув: – Рада тебя видеть, Витани! – а затем она отстранилась, и её мордашка приняла озабоченное выражение. – Погоди-ка... но почему вы здесь вдвоём? Вряд ли ты просто решила заглянуть в гости. – В точку. Не в моём стиле идти пешком два дня, чтобы поглазеть на гигантское дерево. Макини фыркнула от смеха и бросила Кайону одобрительный взгляд, как бы говорящий: «А она мне нравится». – Да, Макини. Всё оказалось хуже, чем мы предполагали, – кивнул тот. – Витани потребуется помощь от тебя и Нирмалы. – Конечно, Кайон! С удовольствием помогу лидеру Гвардии! – заверила своего короля маджузи и с любопытством уставилась на Витани. – Расскажешь, что с тобой произошло? Меньше всего львице хотелось ворошить все те события, что привели её сюда, и Кайон, похоже, прекрасно это понял. – Мы расскажем обо всём завтра, – пообещал он Макини. – Сейчас мы слишком устали... Я ещё должен познакомить Витани с Ночным Прайдом. – Ох... да, конечно. Вам нужно перевести дух, – она смущённо спрятала лапы за спину и покачалась на пятках. – Ночной Прайд как раз собирается на патруль. Если поспешите, застанете их у Древа. – Спасибо, Макини – поблагодарил её Кайон и кивком поманил Витани: – Идём. Когда путники, наконец, достигли подножия Древа, закат окончательно догорел, погрузив королевство в густые вечерние сумерки. От кряжистого ствола отделились несколько тёмных львиных фигур, по-видимому, заметивших Кайона и Витани, а затем тишину пронзил радостный возглас: – Кайон! – и к золотистому льву разбегу прижалась молодая львица с бурого цвета шерстью, в которой Витани без труда узнала королеву Рани. Она никогда раньше не видела избранницу Кайона, даже на рисунках Рафики, но её исключительная красота и королевская осанка позволили бы опознать её среди сотни других львиц. Витани неосознанно сделала шаг назад. Рани была красива, и этот факт совершенно некстати заставил её ощутить укол ревности. – Уллу сказала нам, что ты вернулся. Я так рада! – Рани потёрлась головой о шею мужа. – Кхм... да. Но я пришёл не один. Кайон отступил в сторону, привлекая внимание всех присутствующих к львице, что стояла за его спиной. – Знакомьтесь, это Витани, – сказал он, а затем обернулся к ней. – Витани, это Ночной Прайд: Балио, Сурак, Нирмала и Рани. Члены Ночного Прайда поочерёдно кивали, когда Кайон называл их имена. Совпадение или нет, но все четверо были обладателями тёмной шерсти, отлично маскировавшей их на фоне ночного пейзажа. Глядя на роскошные гривы Балио и Сурака, Витани отметила, что эти двое к тому же явно приходились друг другу родственниками. Ей прежде не доводилось встречать никого со столь же густой шевелюрой. – Рада знакомству, – спохватилась она, осознав, что вот уже несколько секунд молча разглядывает Ночной Прайд. – Твоя проблема оказалась глубже, чем вы могли себе представить? – проницательно осведомилась каштановая львица, за правым ухом которой красовался цветок. Витани вспомнила, что Кайон упоминал имя этой львицы в разговоре с Макини. – Ты права, Нирмала, – подтвердила она. – Кайон сказал, мне понадобится твоя помощь. – Слово короля – закон, – голос Нирмалы звучал смиренно, но в глазах мелькнул озорной блеск. – Сделаю всё, что в моих силах. Кайон фыркнул и с улыбкой покачал головой. Похоже, он всё ещё немного смущался, когда кто-то из близких, пусть и в шутку, упоминал его титул. – Чувствуй себя как дома, Витани, – заключила Рани. – Можешь ночевать вместе с нами, вот здесь. Королева кивком указала на Древо Жизни позади неё. Приглядевшись, Витани заметила расщелину между могучими корнями, ведущую внутрь Древа, и ей сделалось не по себе. Она не могла допустить, чтобы Рани и её прайд стали свидетелями её пугающих ночных пробуждений. И кроме того... Витани невольно представила Кайона, дремлющего в объятиях Рани, и ей не осталось ничего другого, кроме как вежливо отказаться. – О... Большое спасибо за гостеприимство, но я лучше устроюсь где-нибудь в другом месте. Но пышногривый Балио по-своему расценил её замешательство. – Внутри Древа куда просторнее, чем ты думаешь, – заверил он. – Тем более, по ночам нас всё равно там не бывает – мы патрулируем территорию. Лидер Гвардии открыла рот, чтобы возразить, но её неожиданно опередил Кайон: – Витани предпочитает спать одна, – твёрдо сказал он, и изящные брови Рани взлетели вверх. – Располагайся, где пожелаешь, на землях Древа хватит места всем. Если хочешь, завтра я проведу для тебя экскурсию, – предложил он Витани. – Или кто-то из нас может провести, – тут же добавила Рани. – Мы с Сураком и Балио живём здесь с самого рождения и знаем всё об этих местах. Её голос звучал под стать монаршей особе – деликатно и вежливо, а на губах застыла дежурная полуулыбка. Но королева была ещё молода, и ей только предстояло научиться контролировать свои чувства и эмоции, делая их непроницаемыми для всех остальных. Её выдал взгляд. Большие тёмные глаза Рани едва заметно сощурились, пока она внимательно рассматривала Витани. Похоже, её удивила осведомлённость Кайона о том, как именно лидер Гвардии предпочитает спать по ночам. Осознание того, что королева земель Древа Жизни могла разглядеть в ней потенциальную соперницу, неожиданно вызвало приятную щекотку в груди Витани. Чей-то уверенный голос, подозрительно напомнивший ей одновременно Имару, Зури и Тиифу, победно возвестил у неё в голове: «Вот видишь? Даже Рани допускает, что...», – но она не дослушала его, мысленно отмахнувшись. Витани не могла позволить своим глупым желаниям взять над ней верх. Это Кайон, в сотый раз напомнила она себе. Его благородство не позволило бы ему даже взглянуть в сторону другой львицы. Кайон... «... всего лишь лев», – уверенно возразил внутренний голос. – «Или ты не убедилась в этом сегодня утром?» О, да. Нынче утром Витани и впрямь убедилась, что Кайон вовсе не такой безупречный, каким казался ей ранее. Но, чёрт возьми... каким же привлекательным делала его эта небезупречность!***
Тихая лунная ночь уже давным-давно вступила в свои права, но долгожданный сон так и не шёл к Кайону. Молодой король ворочался с боку на бок, вслушиваясь в звенящую тишину. Кроме него внутри Древа никого не было – Ночной Прайд патрулировал границы, а Фули, Банга, Беште и Оно, с которыми он также успел сегодня воссоединиться, уже давно обзавелись своими собственными жилищами. Витани же решила переночевать неподалёку от Древа под раскидистой акацией, которая, по-видимому, напомнила ей о Землях Прайда. Осознав, что его мысли снова незаметно перенеслись к Витани, Кайон скрипнул зубами. Целый день он старательно делал вид, что ничего не произошло, но теперь, впервые за долгое время оставшись в одиночестве, он едва ли мог уснуть от нахлынувшего смятения. Почему этим утром вид мирно спящей Витани пробудил в нём... что бы это ни было? Почему когда он дал волю своей фантазии, в его голове не возникло ни единой мысли о Рани? Значило ли это, что..? «Нет», – отрезал он мысленно. – «Это значит лишь то, что я долго не видел Рани, а Витани была у меня перед глазами каждый день. Она довольно симпатичная львица, поэтому подумать о ней в таком ключе не составило труда». Это объяснение понравилось Кайону. Будучи молодым самцом, он не мог конфликтовать со своей львиной сущностью, требовавшей регулярной близости с самкой. Но теперь, когда он вернулся к Рани, всё должно закономерно встать на свои места. Дожно ведь?.. Мысль резко оборвалась – обострившийся в тишине слух Кайона вдруг различил приглушённый звук львиного рычания. Хм... Ночной Прайд отпугивает чужака? Он навострил уши, гадая, не нужна ли им помощь. Спустя некоторое время звук повторился, на этот раз заставив Кайона распахнуть глаза и поднять голову. Теперь он узнал этот рык. Это была Витани. Ни секунды не раздумывая, Кайон быстро покинул логово и устремился к той акации, под которой Витани устроилась на ночлег. Похоже, её вновь мучили кошмары, и можно было лишь догадываться, чтó она видела в этих снах. Его опасения подтвердились. Витани лежала на траве, свернувшись в клубок, словно от боли. Она тяжело дышала, зрачки под её сомкнутыми веками лихорадочно двигались, а из горла вырывалось прерывистое рычание. – Витани! – вспоминая тот день, когда он впервые нашёл её в таком состоянии, Кайон принялся бесцеремонно трясти львицу в попытке разбудить её как можно скорее. – Витани, проснись! Ну же, проснись! Он чувствовал напряжение, сковавшее каждую мышцу её тела. Оставив попытки растолкать спящую львицу, Кайон обвил лапами её торс и крепко прижал к себе. – Витани! – отчаянно позвал он, почти ни на что не надеясь. Но Витани вдруг дёрнулась, словно от испуга, и открыла глаза. – Кайон... – она упёрлась дрожащими лапами в его грудь, и лев ослабил хватку, уверенный, что она вот-вот оттолкнёт его. Но Витани не отпрянула – вместо этого она с измождённым вздохом уткнулась лбом в его гриву. – Всё хорошо, Тани, – он коснулся лапой её затылка. – Я здесь. – Чёртов Рык! Он... – Витани задохнулась, и Кайон ещё крепче прижал львицу к себе, мягко взъерошив пальцами её чёлку. – Тш-ш-ш... Скоро мы поймём, что с тобой происходит. Древо Жизни обязательно поможет тебе, – шептал он, чувствуя, как тело Витани постепенно расслабляется в его лапах, а дыхание утихает. В какой-то момент наступила тишина, и если бы не слегка неудобная поза, в которой они оба находились, Кайон решил бы, что львица заснула. Одна его лапа успокаивающе поглаживала затылок Витани, а вторая обхватывала её поперёк худой груди. – Ты назвал меня Тани, – глухо сказала она в его гриву. – Что? – он растерянно моргнул. – Так меня называют только самые близкие. Откуда ты узнал? Кайон почувствовал себя ещё более неловко. Он наморщил лоб, пытаясь вспомнить, где прежде мог услышать краткую форму её имени. – Я... Кажется, в то утро, когда я подменял тебя на патруле, кто-то из твоих подруг назвал это имя. Витани подняла голову. – Держу пари, это была Имара, – её голос был спокоен, но в нём ещё слышались отголоски едва заметной дрожи. – Она призналась, что расспрашивала тебя обо мне. Решила, что между нами что-то есть. Фиалковые глаза встретились с карими и, несмотря на холодный свет луны, освещавший всё вокруг, Кайону на миг показалось, будто в глубине глаз Витани мелькнула крошечная искра пламени. Могло ли это быть просто отражением его алой гривы? Лапы Кайона в один миг словно стали деревянными, а сердцебиение предательски ускорилось. Нужно было отстраниться как можно скорее, пока Витани его не почувствовала. Нужно было что-то сказать... но что? – А почему... почему именно Тани? – невпопад выпалил он, размыкая объятия, в момент ставшие крайне неловкими. – Ведь твоё имя происходит от... – «Вита». Ты прав, – Витани перевела взгляд вдаль, туда, где небо цвета индиго уже предвещало скорый рассвет. – В прежние времена, до битвы за Земли Прайда, подруги меня так и звали. Но когда я стала частью прайда твоего отца, я отказалась от этого имени. Теперь мне куда больше нравится «Тани». Кайон задумался. Так вот, как появилось это странноватое прозвище. Должно быть, после того, как Витани присоединилась к прайду Симбы, собственное имя стало вызывать у неё неприязнь, напоминая о бессмысленной вражде, погубившей её мать и старшего брата. – Мне тоже, – после недолгого молчания признался он. – Можешь звать меня так, если хочешь, – разрешила Витани. – Это приглашение в клуб «только самых близких»? – Ага. Считай, что это пароль. Кайон склонил гривастую голову в жесте шутливой благодарности. – Я польщён, – торжественно возвестил он, а затем поднялся на лапы: – Что ж... я, пожалуй, пойду. Витани кивнула. – Спасибо, что разбудил. Снова. – Высыпайся, – Кайон улыбнулся ей на прощание и направился обратно к Древу Жизни.***
Эту поляну они обнаружили пару-тройку лун тому назад, когда вместе прогуливались по землям Древа на закате. Спрятанное в тени листвы и окружённое с одной из сторон непроглядным бамбуковым лесом, это место показалось им превосходным укрытием. С того дня Кайон и Рани возвращались сюда ещё не раз, ведь внутри Древа Жизни было весьма проблематично остаться наедине. Поэтому, когда нынче утром Кайона разбудила влетевшая в логово Уллу и сообщила, что королева Рани завершила ночной обход и ожидает его «на их месте», лев сразу догадался, о чём идёт речь. Не успело солнце подняться на пару пальцев от горизонта, как Кайон уже прижимал Рани к большому мшистому валуну посреди их укромной поляны. – Ну же, Кайон, не медли, – она нетерпеливо выпустила коготки и вонзила их в камень. – Я ведь так долго ждала твоего возвращения... – Значит, можешь подождать ещё немного, – самец огладил лапой её требовательно вздрагивающие бёдра. Вторая его лапа вжималась в спину Рани, припечатывая её животом к камню. Говоря откровенно, Кайон и сам с трудом сдерживал себя, обводя львицу нетерпеливым взглядом сверху вниз, но он предпочитал не спешить, когда дело доходило до близости. Его лапа, лежавшая на пушистой ягодице Рани, медленно переместилась к ложбинке под основанием её хвоста. Королева отозвалась на эту ласку требовательным стоном, вздёрнув хвост как можно выше, и Кайон решил наградить её за терпение. Его палец коснулся нежно-розовых половых губок и принялся мягко поглаживать их. Подушечка пальца тут же стала влажной и без труда нырнула чуть глубже, раздвигая складочки, дразнящими прикосновениями задевая клитор. Кайона всегда завораживало то, как преображается лоно львицы перед спариванием. Его палец скользнул внутрь Рани, и это произошло так естественно, что Кайон осознал это только когда вокруг сомкнулась горячая плоть. – Ах-х! – Рани выгнула спину, и самец принялся массировать стенки её влагалища изнутри. Небо саванны, как же там было горячо... Его собственный член напряжённо дёрнулся, явно намекая, что на месте пальца должен быть он. Возбуждение достигло критической точки. Теперь Кайон, как и Рани, больше не мог терпеть ни секунды. Одним рывком он с силой подмял королеву под себя, нащупал кончиком члена горячее местечко под её хвостом и вошёл в него на всю возможную глубину. Дыхание перехватило, и его стон смешался с громким, полным удовольствия вскриком Рани. Член погружался внутрь неё резкими толчками, добавляя к их стонам звуки ритмичных влажных шлепков. Кайон знал, что не продержится долго, даже если захочет – он слишком давно не был в ней, слишком давно не кончал. Если, конечно, не считать вчерашнего... Нет! Почти испугавшись того, чтó он может вспомнить, Кайон ускорил движения. Кровь застучала в висках, все мысли разом испарились из головы, а ощущение ребристых стенок влагалища сводило с ума. Почувствовав сладостную щекотку, предвещавшую скорый оргазм, Кайон не стал противиться ей. Ещё пара сильных толчков – и его член запульсировал, наполняя спермой узкое королевское лоно. Не говоря ни слова, они рухнули на траву. Сил едва хватало на то, чтобы выровнять дыхание. – Ваше Величество, – томно простонала Рани, прижимаясь к мужу. – Это было волшебно... но слегка жестковато... – Прости, я немного забылся, – Кайон опустил уши и принялся в знак извинения поглаживать её изящные бока. Рани уткнулась носом в гриву на его груди, а затем невозмутимо сообщила: – От тебя пахнет Витани. Лапы Кайона, блуждавшие по её телу, замерли. Он совершенно не ожидал услышать это имя. Перед глазами тут же всплыло воспоминание о минувшей ночи: самая грозная из Львиной Гвардии, вздрагивающая в его объятиях. – Витани? – Да, помнишь... м-м-м... – Рани прищурилась, изображая задумчивость, – та львица, которую ты сюда привёл. – К чему этот сарказм, Рани? – Кайон поморщился. – Мы два дня провели в пути, нас чуть не разорвала стая гиеновидных собак. Вполне возможно, что в какой-то момент на мне остался её... – Запах свежий. Неужели ты не умылся после долгой дороги? – она подняла на мужа пытливый взгляд. – Не было сил, – соврал он, прежде чем успел что-то сообразить. – И ты ничего не скажешь по поводу гиеновидных собак? Номинально Кайон задал этот вопрос лишь для того, чтобы сменить тему разговора, но в глубине души его и вправду слегка задело то равнодушие, с которым Рани отнеслась к его словам. Взгляд королевы потеплел. – Кайон, неужели ты думаешь, что я не волновалась о тебе? Я счастлива, что ты вернулся невредимым, но нельзя отрицать очевидное – ты мастерски владеешь Рыком. Ты непобедим. – Рык – вовсе не решение всех проблем, – с ноткой обиды возразил Кайон, – и Витани тому доказательство. Я привёл её сюда, чтобы оказать помощь, а не... – он красноречиво развёл лапами в воздухе, словно обозначивая то, чем он и Рани только что занимались. – Извини, – львица виновато опустила ресницы. – Думаю, Нирмала уже проснулась. Вы можете начать процесс исцеления прямо сейчас. – Хорошо. Пойду, найду её. Он лизнул Рани в щёку, и та ответила ему ласковым мурчанием, давая понять, что между ними по-прежнему всё хорошо. Кайон, однако, не почувствовал облегчения. Он не понимал, почему решил скрыть от Рани обстоятельства, при которых на его шерсти остался запах Витани. Ведь он всего лишь пытался разбудить её от ночного кошмара, в этом не было ничего... такого. Или было? «Имара решила, что между нами что-то есть», – прозвучал в голове голос Витани, заставив Кайона поёжиться. Он чуть не подумал о ней. Чуть не вспомнил её во время секса с Рани. А ещё, – и Кайон вдруг понял это пугающе отчётливо, – он был действительно не против её обнять. Уходя, золотистый лев поднял голову вверх и поглядел в безоблачное небо. На ум пришёл их недавний разговор: тогда он ошарашил Витани новостью о том, что лидер Гвардии способен общаться с Великими предками. Впервые за долгое время Кайону всей душой захотелось спросить совета у Муфасы. В былые времена наставления деда всегда помогали ему сделать правильный выбор. Но так было раньше. Увы, но Кайон прекрасно понимал, что никакой Муфаса не сможет найти ответа на этот, казалось бы, до смешного простой вопрос. А есть ли что-то между ними?
