Цена одного слова.

После разговора с Винсентом уже прошло две недели.  И… ничего.  Скотт был уверен, что после подобного поведения его на следующий же день увезут в полицию. Скотт был уверен, что Винсент молчать не будет и обязательно расскажет о том, что он натворил.  Проходили дни и они просто молчали. Не переговаривались на работе, не курили вместе на улице. Не смотрели даже друг на друга.  Когда кончилась первая неделя, Коутон был уверен, что они поговорят. Либо он наберется смелости, либо коллега сам подойдёт в один из дней. В этот промежуток времени как раз пришло извещение из  суда, где были выдвинуты требования, после которых заведение вновь может открыться. "Мистер Фазбер" усталый, но счастливый, обьявил самые главные на первом же собрании: 1.Выплата компенсации.  2.Публичные извинения.  3.Тех.проверка всех маскотов компании.  Последним конечно же был занят Винсент. Последнее время с начальством он общался достаточно тесно, но все равно большую часть времени занимался аниматрониками.  Целыми днями и часто до поздней ночи. Теперь виделись они редко.  Скотт не скоро это заметил, потому что вновь был погружен в работу. Пока только в техническом режиме, но заведение работало. Была кухня, игровые автоматы и через день марионеточные выступления.   Всё шло относительно неплохо, пока в один из дней не пришёл новый сотрудник.  «— Кристиан Джонсон, приятно познакомиться. Добро пожаловать в семью «Фредди Фазберс пицца».  Это шеф нашей кухни. Это Кендра — она хостес. Полагаю, что с ней ты больше всего будешь работать. Это наш Скотт — менеджер по набору персонала, менеджер по финансам… в общем, обучать тебя будет именно он. Ещё у нас есть механик, но думаю с ним вы пересекаться будете редко. Ещё раз добро пожаловать в мир радости и детских улыбок. Зайди ко мне в кабинет часам в трём, а пока он в твоём распоряжении, Скотт. Всем спасибо за собрание.» Коутон остался с ним один на один.  С их новым менеджером зала.  А раньше это была его должность.  Он не знал, что и подумать. Совершенно опустошённый знакомил новенького с персоналом зала, объяснял нюансы, отдал расписание выступлений и поставок на кухню. Отвёл за кулисы. Дал послушать кассеты. Провёл экскурсию. Выдал униформу… Да не может он так дальше, чёрт возьми!  Откуда этот Кристиан взялся? Почему он такой раздражающий? Почему его наняли?  Что Скотт сделал не так, чтобы его заменили? Коутон мог бы предпочесть просто показывать, как заполнять финансовые отчеты, проводить диагностику рабочего каста, сводить кассу, но его изнутри жгло.  В мыслях было только одно: кажется его планируют уволить.  Сначала менеджер зала, потом персонала, потом Кристиана поставят и на финансы. Черт возьми, он эту схему знал.  Этот период его жизни кончится, завершится глава, перевернётся страница и они никогда больше не вернётся. Компания не примет. А он, Скотт, наконец-то спокойно купит себе кофе на последнюю зарплату и повесится на кухне. Лично его зарплата была ещё сносной, учитывая сколько макулатуры он исписывал каждый месяц, что нельзя было сказать о других. От уборщицы и до работника зала зарплата не превышала тысячи долларов. Охранникам ночной смены  платили и того меньше. По-хорошему, им бы стоило иметь двух охранников дневной и двух ночной, чтобы они работали посменно. На деле за креслом дневной охраны сидел Мейсон, но чаще там было пусто. На ночной смене только недавно появился Джереми. Неужели с такой текучкой кадров им правда выгодно его увольнять?  И плевать, что лучшие его годы были потрачены на "Фазберзс компани", плевать на все эти усилия и потраченные нервы. Зря, и буквально ни за что. Неужели всё только из-за одного инцидента? По всей видимости Бишоп его всё-таки выдал, но не полиции.  — Мистер Коутон? — Рядом послышался голос новенького. Уже за то немногое время вместе он понял, что этот парень ужасно дотошный. Доставучий.  — Это всё, что нужно заполнить? — Нет, Кристиан. Ещё этот бланк. Возраст, место жительства, образование. — Сквозь зубы процедил Скотт, утыкаясь в бумаги.  — Можно просто Крис. Мы с вами вроде  одного возраста.  Ответить он не успел, потому что в кабинет залетела Кендра. От неё пахло сигаретами.  — Стояла я сейчас такая на улице…. — Скотт красноречиво закатил глаза.  — Да перерыв был у меня, успокойся! Вижу, что к пиццерии идёт охранник этот новый. Подросток ещё который. Весь в соплях, синяки под глазами. Спросил, можно ли к тебе сейчас зайти.  — Пусть заходит, конечно.  Кендра зажала в пальцах новую сигарету и растворилась в темноте коридоров.  Кристиан быстро повернулся на него. По нему было видно, что он готов задать ещё миллион вопросов.  — Мне нужно знать всех людей на посту охраны?  — Нет. — Коутон снял очки и потёр переносицу.  Спустя несколько минут давящего молчания, к ним зашёл Джереми. При одном только взгляде на него можно было сказать, что Кендра даже приукрасила. Парень выглядел очень плохо. В маске, закрывающей лицо он особенно сильно был похож на болезненного ребёнка. Худощавый и бледный.  — Извините, мастер Коутон. Я не смог найти ваш номер, поэтому пришел сам. Извините, не хочу вас заразить, правда. Думал, к вечеру мне полегчает… Его прервал громкий кашель.  — Боже, Джереми. — Подскочив из-за стола, Скотт подошёл к парню и положил ему на плечо руку.  — Сходи в уборную и возвращайся ко мне. На ночь на даже не думай выходить.  Такое решение показалось ему правильным. Состояние у него было отвратительное, того гляди упадёт в обморок. Тем более, что Мейсоном ничего плохого не случится, если он выйдет на дополнительную смену. От работы ещё никто не умирал.  — Надо сходить к "Мистеру Фазберу". — Коротко бросил он Кристиану, собирая со стола некоторые бумаги.  — Можешь заполнять дальше, скоро вернусь.  — Я уже закончил, тем более… который час? Кажется уже ближе к трём. Мне тоже надо в его кабинет.  Прижав документы к груди, Скотт показал палец вверх и вышел из комнаты. День сегодня определённо не задался. Сначала этот Кристиан, потом вообще Джереми. Страшно представить, что будет за персонал, когда его уволят. Вряд ли Крис в таком возрасте сумеет взять на себя такую ответственность. Опыта маловато.  — Я войду? — Постучав в дверь начальника трижды, громко спросил менеджер.  — Это ты, Скотт? Входи, конечно.  «Мистер Фазбер» сидел за столом. Рядом лежала записная книжка, несколько личных дел и стояла кружка кофе. Только пройдя дальше внутрь он заметил, что они были в кабинете не одни. На маленьком диванчике сидел Винсент с чашкой в руках. Он лениво откинулся на спинку в совершенно расслабленной позе. Его взгляд тут же упал на Коутона, скользя по всему телу. Стало даже как-то неуютно.  — Ты что-то хотел? — Подал голос "Мистер Фазбер".  — Чего задумался-то? — Да-да, конечно. — Отвернувшись от Винсента, он прошёлся ко столу и положил бумаги.  — Я тут закончил с отчетами и Кристиан, кажется, заполнил все документы. Ещё… тут пришел Джереми, который с поста ночного охранника. Попросил больничный.  — Пусть берет, если нужно.  Таким довольным, даже весёлым, Скотт его не видел уже очень давно. Начальник сидел  с полуулыбкой на губах и даже бумажная волокита его не раздражала.  От этого почему-то было не по-себе.  — Тогда, мне попросить Мейсона выйти ночью, «Мистер Фазбер»?   — Нет. Думаю в этом необходимости нет…. Мы звонили в больницу, в целом его скоро выпишут.  Может быть ты выйдешь сегодня на смену, как в старые добрые, а? У тебя это отлично выходило, Скотт.  «— А кто тогда сейчас на посте?— Промелькнуло у Коутона в голове. Странно.  Он же был уверен, что Мейсон должен был выйти на работу. Перепутал? Что-то с памятью? Совсем теряет контроль на ситуацией?» — Так, что скажешь, а? — Думаю он слишком устал, "Мистер Фазбер". — Внезапно раздался голос со стороны дивана.  — Ему не помешал бы покой.  — Так пусть отдыхает. Ты ведь всё объяснил Кристиану, не так ли? Сходи отдохни до ночи, Скотт. Лишним точно не будет.  "Ему не помешал бы покой"; "Лишним точно не будет" — Покручивал у себя в голове диалог раз за разом, стараясь понять, ну почему все это так странно звучит. У них всегда были хорошие отношения с "Мистером Фазбером". Отличные, можно сказать.  Почему тогда его вновь отправляют на ночную смену? Это конец? Вот примерно с этого момента он должен себя уволенным считать? Судя по всему, он отработает пока Джереми не выйдет с больничного и тогда уже будет выгнан.  Отдохнуть ожидаемо не получилось. Удалось задремать на часик, но потом он все ещё думал. Голова раскалывалась.  Из дома он вышел в 11 вечера. Его окутала приближающаяся морозная ночь. Так холодно, хотя ещё ноябрь. Ёжась в слишком лёгкой для такой погодки ветровке, он сильно не торопился. Пиццерия была недалеко. От вида здания, погрузившегося в сумрак, веяло какой-то таинственностью и вкусом металла. Не совсем то сочетание, которое хочется ощущать при посещении семейного кафе. Однако, именно таким оно ему запомнилось, когда он впервые устраивался сюда. Выходил на ночные смены, сладил за помещением. Подсчитывал все убытки, искал что сломалось. На мгновение даже показалось, что он вернулся во времени.  Атмосферу ночной пиццерии, с темными коридорами, отражениями на разрисованных стенах, бликами фонарика, просто не передать словами. На крыльце курила Кендра. Она ёжилась и тяжело втягивала щеки, когда делала затяжку. Он подошёл поближе, они обменялись кивками.  Им не было необходимости держать строгий деловой стиль в общении друг с другом, они знакомы уже достояно прилично, чтобы не обременять себя этим. Вне работы, разумеется.  — Ключи.  Скотт взял их и бросил в сумку. Морозный ветер пронизывая насквозь, не давал сосредоточиться на мыслях. — Как дела? — Тихо поинтересовался он.  — Ничего особенного. — Усмехнулась девушка, держа сигарету в зубах.  — Думаю уволиться.  — Сколько уже лет? Кендра рассмеялась.  На парковку заехал потрёпанный автомобиль. Водитель мигнул фарами.  — Мне пора. До завтра. — Она похлопала его по плечу и направилась к машине.  Мужчина изнутри открыл ей дверь, а когда авто тронулось, она продолжила курить в открытое окно. Коутон зашёл внутрь здания запираясь на ключ. На подкорке сознания заныло. Какие же они всё-таки разные.  Пока оставалось ещё несколько минут до официального начала смены, Скотт обошёл большую часть помещений. Как в старые времена, он посчитал себя обязанным проверить, что день прошёл без происшествий.  Заглянул по пути в офис охраны в раздевалку, пролистал журнал пометок. Уже в офисе снял с себя верхнюю одежду, оставаясь в домашнем свитере. Взял собой только сумку и фонарик.  Вскоре, правда, пожалел о своём решении, когда вышел из отопляемого офиса  — коридоры были не только темными, но и холодными. Ещё оставалось проверить запасную комнату и несколько служебных помещений.  После проверки, планировал ненадолго задержаться в своём кабинете. Кроме бумажек ничего интересного или важного не было.  Просто подумал, что раз уж времени свободного предостаточно, он не сильно нарушит правила, если кое-что из срочного заполнит прямо сейчас. Все это были лишь отчеты, которые Скотт научился щёлкать не задумываясь: Посчитать цифры, написать стандартные фразы. Шаблонное заполнение.  Спустя час его путь наконец-то лежал за кулисы. Туда должны были отнести все декорации, которые сейчас не использовались. На сцене, как всегда стояли аниматроники, но перед самым коридором туда, в голове что-то щёлкнуло. Не совсем осознавая зачем, он свернул в комнату с куклой-марионеткой. Пересчитав оставшиеся игрушки на полках, проверив заперта ли касса, он словно очнулся. Вдруг резко, ни с того ни с сего, посмотрел на музыкальную шкатулку.  Что-то во всем этом обыденном ему казалось не совсем правильным. Перфекционист внутри него разрывался от негодования, но что именно? Он поправил съехавшие очки и снова взглянул на комнату.  Нет. Определённо что-то не то.  В горле отдалось чувством тревоги, по коже пробежал морозец.  Без паники! В его отсутствие просто могли что-то переставить. Ему не нужно контролировать всё, что здесь происходит. Всё хорошо.  За кулисами отдавало сыростью, там не часто проветривали. Декорации давно могли отсыреть и он говорил об этом начальству не раз. Тот, разумеется, не сильно заботился о том, чтобы принимать эти слова к сведению. Возможно, у него были дела поважнее.  Ну, а свой минимум Скотт выполнил — декорации на месте и кажется даже не повреждены. Он осматривал последнюю, ту, что на колёсах, когда услышал металлический лязг.  Хмыкнул, покрутил корпус подшипника, встал на ноги и качнул декорацию в сторону, чтобы проверить ролики. К своему удивлению звук он услышал, но спустя секунд десять, после того, как колёсико прокрутилось. Звук такой же, как и раньше. Только намного громче.   Долго не думая, Скотт вышел из-за кулис.  Снова металлический лязг. Теперь уж совсем недалеко от него. Тогда-то ему и подумалось, что  в здании он может быть не один. Эта догадка пронзила его насквозь и на ватных ногах, он поспешил к офису охраны — там должна быть кнопка вызова полиции. Руки нещадно тряслись.  Обходя каждое место, где бы он мог оказаться на видном месте, прижавшись к стене вплотную, его воспалённый от переживаний мозг вдруг заставил нервно усмехнуться. Наверняка ни разу, ни за одну смену, Джереми не встречал действительно взломщиков, ради которых ночную охрану и нанимают вообще.  А вот ему везёт на подобную чертовщину лучше любого. Чертовски везёт. Этот день становится ещё лучше и лучше.  Он находился в коридоре около офиса с западной стороны, в то время, как из комнаты для вечеринок показалась массивная фигура аниматроника, что даже в темноте отливала синевой. Раздался очень громкий металлический лязг, из-за чего Скотту пришлось буквально зажать уши. Было слишком хорошо слышно, как эта огромная машина обрабатывает задачи и приводит в движение каждую часть своей конструкции.  Коутон несдержанно рассмеялся от того, насколько успел напугать себя. Аниматроник уставился на него,  повернув голову.  — Хей, парень. Кто тебя вообще забыл выключить после выступления? — Скотт облегченно выдохнул.  — Узнаю и уволю к чертям.  Бонни был его любимым аниматроником с детства и пусть эта модель явно была не самой лучшей с точки зрения дизайна, главное, что детям нравится…. Как-то неловко его мысли оборвались на половине, когда он вновь услышал скрежет по металлу и заметил, что аниматронная фигура движется прямо на него. А ведь эту махину ещё как-то придётся отключать, в одиночку.  Невольно, он шагнул назад, потом ещё раз. Расслабленная атмосфера начала сменяться на удушающую. Голубой кролик со смешным бантиком уже не казался таким уж милым. Бонни сорвался с места не в привычном своём темпе, а на какой-то фантастической скорости. Скотт вскрикнул и отскочил в сторону.  Начали закрадываться мысли, что что-то здесь не так.  Кукла впечаталась в стену. На свой страх и риск, Коутон обошёл самкота со спины. Бонни вновь повернулся, смотря на него своими чёрными пластмассовыми глазами.  "— Посему аниматроники вообще на сцене? " — Резкой мыслью пронеслось у него в голове.  "— Я сам помогал запирать их в сервисной…".  Нарастала паника. На дрожащих ногах он сделал над собой усилие и дошёл до конца коридора. Все это время аниматроник наблюдал за ним. Чёрт возьми, наблюдал! Так пристально, будто ждал чего-то.  Совсем немного оставалось до следующего  поворота и он упёрся спиной в стену, сконцентрировав все своё внимание на Бонни и том, чтобы успокоиться. Он даже не знал где именно остановиться, было страшно оглядываться по сторонам.  Так, если он прямо сейчас не возьмёт себя в руки, то ничем хорошим это не кончится!  В это было трудно поверить, но кукла действительно будто бы выждав нужный момент, бросилась в его сторону так, как по идее не должен двигаться аниматронный механизм.  Скотт закричал.  Дальше всё произошло за какие-то секунды. Рядом с ним открылась дверь. Он быстро дёрнул головой. Его за талию ухватили тёплые, живые руки. И всё.  Совсем  недавно он ещё стоял в темном холодном коридоре, а уже сейчас его слепит свет в душной каморке. Это была комната обслуживания. Дверь в неё сейчас защёлкивал Винсент.  Перед глазами все ещё стояла пластиковая маска Бонни, на которой красовалась неестественная улыбка и чёрный неживой взгляд. Коутон обнял себя за плечи.  — Хей, хей. — Мягкий голос пытался вывести его из шока. Бишоп положил руку ему на плечо.  — Всё хорошо? Ты не поранился?  Коллега слегка потряс его, несильно ущипнул за руку и снова вцепился в плечи: — Ну же, Скотт. Всё уже хорошо.  — Всё хорошо…. — Пробормотал менеджер, даже не чувствуя, как шевелит губами.  — Боже, Скотти.  Винсент притянул его к себе, обвивая руками. На этом нервы уже не выдержали и, позволив себе уложить голову на чужую грудь, Коутон почувствовал, как слезятся глаза. Длинные волосы щекочут шею. Бишоп легонько отодвинул его, аккуратно снял очки и снова прижал к себе.  Фиолетовая рубашка пахнет парфюмом, совсем чистая и сейчас впитывает слёзы. Чужая ладонь зарывается в волосы и мягко перебирает прядки. Сердцебиение другого человека удивительно хорошо успокаивает.  — Он двигался. — Бесцветно пробормотал Коутон, отстраняясь от Винсента. Давно он не чувствовал себя настолько…потерянным? — Да, он двигался. — Поспешил его коллега заверить.  — Тебе лучше?  — Это ты включил аниматроника? — Скотт напрягся. Как же он надеялся, что ошибается. Если окажется, что это всё дурацкая шутка, он просто не выдержит. — Нет.  И это было очевидно; — Винсент слишком ревностно относится к своей работе и без лишней надобности не притрагивается к аниматронным механизм. Сам не трогает и никому не позволяет. Эти модели слишком новые и ужасно дорогие, так что он всегда относится к ним очень бережно.  — Но они были на сцене.   — Не может быть. Я отношу их в сервисную после ремонта. — Винсент заметил, что коллегу всего трясёт. Он аккуратно взял его руки и положил на свои щёки. — Скотти, ты только не нервничай. Дотянувшись губами до чужих пальцев, мягко расцеловал, заглядывая прямо в глаза. Крупно вздрогнув, Коутон потупил взгляд в пол.  — Но он двигался. Он включился сам? Я видел их на сцене.  — Никого нет на сцене, Скотт. А Бонни… должно быть сбой. Знаешь, такое бывает часто. Кто-то из них просто берет и уходит. Глупость, да?  Бишоп рассмеялся, но по нему было видно, что что-то не так.  "Должно быть сбой" — это не достаточно. Он обязан найти что-то логичное. В мистику Скотт не верил, но… сейчас идти проверять свои догадки по поводу аниматроников всё-таки не хотел.  С Винсентом они до сих пор стояли совсем близко и сейчас это мало смущало. Успокоиться он все ещё не мог, поэтому прижался ближе, вновь уложив голову на чужую грудь. Хотя, прекрасно знал, что будет жалеть, но сейчас он так отчаянно нуждался в том, чтобы почувствовать кого-то живого.  К удивлению, коллега молчал. Не было даже понятно вспоминает он их предыдущую ссору или давно всё отпустил. Быть может злорадствует. Скотт всё-таки к нему вернулся.  Как же это слабо звучит….