Цена одного слова.

В стороне на пошатывающейся табуретке сидел Винсент, работая с паяльником. Единственный стул был занят полуночным гостем, так что ему пришлось неудобно подгибать под себя ноги, чтобы балансировать на табурете в позе лотоса. Работать можно.  Вместе они сидят тут уже около часа и Скотт успокоился. Он откинулся на спинку крепкого стула, с широко распахнутыми глазами, чувствуя себя максимально неловко в чужой обители.  В его кабинет Бишоп заглядывал часто, а вот на его рабочем месте, он практически не бывал. С прошлого раза, кажется, не поменялось ничего, но все вокруг почему-то выглядело каким-то неправильным. Его внимание приковывали детали: инструменты, чертежи… а зачем здесь целая полка ножей? Другая полка доверху  забита кассетами. Рядом с диктофоном, неизвестная рация. Внизу целый угол рваного тряпья. Притом, что инструментов для работы было гораздо меньше.  Нет, не сегодня.  Скотт закрыл глаза и попытался даже задремать. Пусть Винсент в своей каморке хранит вообще всё, что угодно. Лишь бы смена поскорее кончилась. — Засыпаешь? — Бросил через плечо Бишоп. Даже не обернулся. Мысли читает? — Может воды?  — Я в порядке, спасибо. — Осторожно ответил Скотт, вдруг почувствовав себя ещё более неудобно. Вроде Винсент на него даже не смотрел, но было ощущение пристального наблюдения. — Думаю….  Я ведь могу поспать?  — Больше не страшно? — Механик встал из-за стола, облокачиваясь на него спиной. На лице заиграла ухмылка.  — А почему должно быть страшно?  — Ты выглядел по-настоящему испуганным. Таким, что даже забыл о любых наших разногласиях. — Винсент усмехнулся, взглянув на хмурого Скотта. Через несколько секунд напряженного молчания, он подмигнул, посылая губами поцелуй.  — Не бойся. Я тоже готов забыть.  Коутон буквально чувствовал, как горит его лицо. В голове вереницей промелькнули все недавние события. Недолго поразмыслив, менеджер сделал несколько шагов в коллеге. Ему хотелось быть ближе, когда он это скажет: — Ты мерзкий. Механик смотрел прямо на него. С прищуром и ужасно пристально. Вдруг, совершенно внезапно, он рассмеялся.  — Не груби, Скотти! Когда ты строишь такую серьёзную мордашку, начинаешь казаться каким-то начальником.  «Хей, босс, вы считаете, что я недостаточно хорошо выполняю работу?» — Было видно, что чужие слова его повеселили.  — Лишите меня премии? Поставите дополнительные смены? Или, может, я могу загладить вину иначе…?~ Теперь уже Бишоп подошёл к нему ближе, протягивая пальцы к лицу. На мгновение он коснулся щеки, круговыми движениями мягко поглаживая кожу. Коутон больно ударил его по руке, вынуждая отпустить. В смятении шагнул в сторону, повернулся спиной… …Он покраснел? — Чёрт, Винс. Извини. —Пробормотал Скотт, через плечо замечая, как коллега с шипением потирает место удара. Именно сейчас почему-то ему приспичило остановиться и задуматься.  — Я не хотел. В последнее время я такой странный. Правда, извини.  — Совсем заработался. — Заключает Винсент, снисходительно улыбаясь.  — Неудивительно, что всякая ерунда мерещится.  Его как будто током прошибло.  — Нет. Ничего мне не мерещилось. — Скотт повернулся. Было видно, как он напрягся.  — Бонни двигался.  — Да-да, конечно. Он мог двигаться. Я вчера его осматривал, возможно настройки сбились и он был в автономном режиме. Но всё остальное…. Ты ведь хорошо понимаешь, что аниматроникам самим на сцену…. — Хватит. Хватит делать из меня сумасшедшего.  Винсент устало вздохнул, убирая с лица пряди волос. Прическа заметно растрепалась и он был вынужден собрать короткий хвост. Все это время они не сводили друг с друга глаз. К удивлению, Скотт подметил, что в коллеге не читалась и капля усмешки. Он вообще выглядел как-то слишком серьезно. — Я все же думаю, что тебе стоит отдохнуть, отоспаться. Может возьмёшь выходные, когда Джереми выйдет на работу?  Коутон снял очки, потёр глаза. Как же он устал… — Сомневаюсь, что когда Джереми выйдет на работу, она у меня вообще останется.  Ты видел новенького? У него теперь все мои обязанности. Меня уволят.  — Не говори глупостей.  Жестом остановив коллегу, Скотт постарался собраться с мыслями, прежде чем начать говорить снова: — Нет, не подумай. Это не из-за… — Парень описал неясный круг в воздухе  —… нас. И всего этого. Просто думаю, что рабочий персонал сокращают. Я замешан в инциденте, им невыгодно меня держать.  — Слушай, я обещал, что проверю всех роботов до завтрашнего дня, а мне ещё нужно посмотреть Фредди. Давай расскажешь по пути?   Менеджер смолк. До него наконец-то дошло зачем Винсент все время сидел здесь — у него же работа. Причём срочная и достаточно непростая. Даже как-то стыдно стало за то, что он его вот так отвлекает. Глупостью всякой.  Перед тем как выйти, Бишоп надел куртку и пошарил по ящикам в столе. Те, кто работают у них достаточно давно, знают, что в коридорах и подсобных помещениях холодно практически всегда.  Взял фонарь и ещё некоторые инструменты, которые разложил по карманам. Скотта брать собой было нечего, поэтому они быстро покинули из мастерскую. Первые минуты он был уверен, что вот сейчас из-за следующего поворота выглянет Бонни. Страх постепенно сошёл на нет из-за чужого присутствия. По крайне мере теперь они вдвоём и справиться с аниматроником будет не так страшно.  На самом деле, ему казалось, что дело вовсе не в громоздкости робота и даже не в том, что их ломать нельзя ни в коем случае. Это был страх иррациональный. Как страх перед высотой, глубиной или тёмной ночью. Словно есть что-то потустороннее, нереальное.  Они проходили мимо призового уголка, когда Скотт снова почувствовал что-то.  Что-то не то.  Быстро заглянув в комнату, он пробежался глазами по полкам, к своему удивлению замечая, что игрушки лежат в другом порядке. Нет, правда, они лежали иначе. Но такого же не может быть?  — Скотт? — Его руки коснулся Винсент, заметив, что коллега отстал.  — Что-то случилось? Выглядишь взволнованным.  — Забыл…. ветровку. — Бросил он, в надежде на то, что расспрашивать не будут.   — Думал, что здесь, но видимо в другом месте. Не бери в голову.  На плечи легла чужая куртка.  — Не понимаю, как ты вообще умудрился замерзнуть в таком тёплом свитере. — Фыркнул Бишоп, упирая руки в боки.  В ответ ему только неловко рассмеялись. Скотт точно знал, что ничего конкретного сказать не сможет, поэтому предпочёл вообще не говорить. Куртка была приятной телу и не сковывала движения, поэтому он просто её оставил. Иначе пришлось бы оправдываться, может возвращаться в мастерскую. Сложно, долго, неловко.  — Ну, что? Будешь рассказывать дальше?  Винсент наклонил голову в бок сверля допытывающим взглядом.  Тут же, вспомнив насколько и ситуация, и переживания его глупые, даже поспешные, он уклончиво пробормотал: — Потом…. Что-то там с роботами, кстати? — Ничего особенного, просто я должен их проверить. Перенастроить немного. — Весь оставшийся путь до сцены он рассказывал. Достаточно непринужденно для того, на чьи плечи взвалили слишком много работы.  — Босс правда не понимает, что это "немного", в масштабах роботостроения, на самом деле, "с ума сойти сколько". Я его не виню, он хороший парень.  Согласно кивнув, Скотт просто шёл следом. Настороженный взгляд больше не заметил ничего странного, и все равно было как-то не по себе. Особенно, когда они расположились рядом со сценой. Винсент долго возился с ключами от каморки, где запирали аниматроников, он же в это время просто смотрел в никуда. Вокруг было так темно, что некоторые предметы даже не разглядеть. Нет, темноты он никогда не боялся, даже в детстве, просто это место временами…. "— Словно сводит с ума?" Ключи.  Какого чёрта он видел Бонни в коридоре, если каморка закрыта на ключ? По плечам пробежались мурашки и он невольно вздрогнул. Даже схватился за голову, стараясь подумать, вспомнить.  Если он видел Бонни, значит дверь была открыта. Если дверь была закрыта, то как он видел Бонни? — Чёрт, я вообще не могу попасть в замочную скважину! Подай фонарик. — Винсент щёлкнул пальцами и выставил руку. Очень быстро он понял, что его не слышат и подошёл ближе.  — Эй, Скотти. Я не вижу ничего….  Что с тобой?  — Ты закрывал двери? — Тихо отозвался Скотт. Казалось, что из головы в мгновение пропали все мысли.  — Конечно. И не открою, если ты мне не посветишь. — Он задержал долгой взгляд на коллеге и шумно вздохнул.  — Что с тобой сегодня такое?  Ну и ну….Тебе правда надо отдохнуть.  Механик подошёл почти вплотную и запустил руку в карман куртки. На мгновение их глаза встретились. Коутон словно очнулся и посмотрел совсем осознано.  Сделав ещё шаг вперёд, Винсент упёрся ему в колено. Нужный инструмент он искал уж слишком долго. Складывалось впечатление, словно он уже давно всё нашёл, просто не спешил вытаскивать. Скотт начал нервничать. Чужие губы сомкнулись в хитрой полуулыбке, тело пробило мурашками. Если бы не ткань куртки, то можно было подумать, что на нем пытаются расстегнуть брюки. Наконец, Бишоп вытащил руку. Не успел Коутон подумать хоть что-то, как она легла шею сзади. Слегка сжав и потянув, заставил менеджера запрокинуть голову назад. Несколько секунд бездействия, а затем горячий поцелуй прямо около уха. Затем ещё один, но только ниже — в районе ключицы.  — Чувствую, уже согрелся. А почему бледный такой? — Невинно поинтересовался Винсент, даже не стараясь скрыть ухмылку.  Тёплые губы на холодной коже в темноте холодных коридоров, возымели какой-то нереальный эффект. Вряд ли он хоть когда-то себя так чувствовал, кроме того самого, первого вечера.  Одно дело, когда ты совершаешь глупость пьяный и совсем другое, когда, прямо в коридоре на работе, это делает твой неподступный коллега.  Они ведь даже не обсуждали произошедшее! Ни тени намёка со стороны Винсента, ни капельки решительности со стороны Скотта. Ничего, но тут его целуют. Путают ещё больше, заставляют чувствовать себя ужасно некомфортно и ужасно жарко. Бишоп всегда был необычным, но сейчас он переплюнул сам себя.  Менеджер делает глубокий вдох, чуть ли не содрогаясь при каждом новом касании, и пытается заговорить: — Да уж….никогда ещё на работе не было так душно.  Ему вторит мягкий смех.  — Кажется я кое-что забыл. — Подмигивает Винсент и его рука настойчиво спускает по бедру к чужому ремню.  Намёк виден сразу и достаточно точно. Скотт не думает, что делает, просто цепляется пальцами за плечи мужчины и тянется к губам. Резко, даже грубо. Такая настойчивость с его стороны даже заставила опешить и поцелуй долго не продлился. Винсент быстро отстраняется, довольно облизываясь.  — Ох, кажется вот он. — Всё происходит  быстро и вот Бишоп демонстрирует фонарик, который вынул из кармана своей куртки. Из кармана своей куртки, который очень удачно находился как раз на уровне ремня.  — Оставь себе, если ещё мёрзнешь.  Не смотря на лукавую ухмылку, он, словно ничего и не было, кивает на куртку и поворачивается спиной. Включает фонарь:  — Ну же, давай поторопимся. Твоя смена может и закончится, но мне ещё работать и работать.  Наконец, осветив замочную скважину, удалось отпереть дверь. Внутри было затхло. Аниматроники были единственным, что ещё не покрылось многолетним слоем чёрной пыли. Было с первого взгляда понятно, что кроме Бишопа сюда никто вообще не заглядывал. Даже сам Скотт здесь бывал всего единожды. Хотя, казалось бы, кто, если не он, лучше всего знает здание пиццерии? Вручив фонарь коллеге, Винсент вошёл. В комнатке было очень мало места, поэтому заходить вдвоём не было смысла. Сначала, правда, он подумал, что механику понадобится помощь — как это он самостоятельно отнесёт в мастерскую такую груду металла? Однако, судя по всему, тот уже приловчился: с такой тяжестью управлялся удивительно аккуратно.  Когда в комнатке стало просторнее, он сделал шаг внутрь. По какому-то наитию или невольному желанию. Взгляд скользил по ярким отполированным корпусам маскотов, но задержался только на одном.  Бонни был далеко от двери, что очевидно сконфузило. Ужасно не хотелось признаваться самому себе в том, что тогда в коридоре никого не было.  Пройдя ещё дальше, практически уперевшись в стену, Скотт внимательно осмотрел аниматроника. На пальцах бархатом лёг слой пыли. Совсем лёгкий, но уже осязаемый.  Коутон сконфуженно скривился, перетирая пыль между пальцев. С каждой новой попыткой объяснить произошедшее, он чувствовал себя всё более сумасшедшим.  Облокотившись на стену и скрестив руки на груди, запрокинул голову назад. Не укладывалось, как вообще такое может быть.  Как такое может быть?  — Тут кажется что-то есть. —  Вдруг очнулся Скотт, спиной почувствовав неровность.  — Знаешь, как будто обои поклеили сверху на что-то.  Пошарив ладонями, менеджер мог предположить, что нащупал дверную раму, может резьбу. Там были пузыри воздуха, словно клеили наскоро.  Вот уж никогда, за столько лет работы, и предположить не мог, что за стеной в каморке может быть…. что-то.   Что-то в планировке, чего он не знал.  Не особо задумываясь об исходе, Коутон нашёл место, где обои отсырели и поддел край. С треском разорвав бумагу, взгляду открылась ещё одна дверь. Только без ручки.  — Что ты там делаешь? — Осветив всю стену фонариком, спросил Винсент. Его лицо вытянулось от удивления.  — Я знаю, что это место не очень симпатичное, но к чему ты весь ремонт здесь попортил?  — Дверь. — Похлопав руки от пыли, протянул Скотт. Он глубоко вздохнул, тут же чихая.  — Я даже не знал, что у нас может быть….такое. С чего бы здесь вообще быть двери? Даже снаружи дополнительной комнаты нет.  Бишоп присвистнул, упирая руки в боки.  Пару минут они молчали, словно решая, что делать дальше. Потом Коутон не выдержал и начал рыться в старых коробках. Тех, что обычно полны отборного хлама. Возможно, где-то там осталась подходящая дверная ручка.  Ещё раньше кому-то было лень всё выбросить и этот откровенный мусор оттащили в каморку. Ей никто не пользовался просто из-за ненадобности. От неё и ключи-то нашли не сразу.  — Ну, и что ты делаешь? — Закатил глаза механик. В его словах сквозило неудовольствие.  — Ты сейчас весь в пыли вываляешься.  — Хочу открыть дверь.  Появившись прямо перед носом, Винсент загородил полки, взявшись руками за чужие плечи. Глаза вновь пересеклись и в этот раз зрительный контакт почему-то напрягал.  — Ты уже весь пыльный. — Смахнув с куртки грязь, он опять вцепился в плечи. Не выпуская. Заставляя смотреть только на себя.  — У тебя с этим проблемы какие-то? — Недоверчиво пробурчал Скотт.  — Астма?  Отпустив коллегу, Бишоп шагнул в сторону, поднимая руки в примирительном жесте. Ничего не сказал даже когда Коутон закатил глаза, но не сдержался — высказался, когда тот продолжил копаться в старье: — На тебе моя куртка. А так да, никаких проблем.  — Забирай тогда.  Приготовившись снимать куртку, он тут же был остановлен: — Спасибо, не надо. — С деланной брезгливостью проворчал механик.  — Копайся в мусоре, если тебе так нравится, а я пошёл.  Быстрым шагом вернувшись к аниматронику, Винсент собирался вновь взвалить на себя Фредди.  — Тебе что, совсем не интересно, что за дверью?  — Мы в любой другой момент может посмотреть что там. Не обязательно же этим заниматься в слепую и в грязи? Можно хотя бы уборщицу позвать, чтобы она вымыла всё сначала. Попросить помочь, я не знаю. — Было отчётливо видно, что разговор его слишком утомляет. Словно он объяснял простые вещи какому-то ребёнку.  — А твоя смена почти закончилась, Скотти. Разве тебе сейчас не надо отдохнуть? Если хочешь послушать меня, то честно говорю: Тебе стоит выспаться.  Прямо перед носом коллеги, Винсент прикрыл дверь в каморку, защёлкивая её ключом.  Солнце и правда уже поднималось, а значит близилось заветное время — шесть утра. Скотт действительно очень устал за этот день. Он почти не спал, толком не работал и вообще чувствовал себя в подвешенном состоянии. Словно сумасшедшим каким-то… — Знаешь? Ты прав. Я просто чертовски сильно хочу оказаться под одеялом. — Выдохнул Коутон, кутаясь в куртку.  — Отличный настрой! Постарайся только в оставшееся время не уснуть на посте. — Винсент взялся обеими руками за аниматроникам, стараясь выбрать ту позу, в которой будет удобнее тащить.  — Я буду за тобой приглядывать  Сразу же после слов он двинулся в сторону мастерской. Неторопливо, максимально осторожно и насвистывая какую-то мелодию. В лучах рассвета Скотт остался совсем один. Не хотелось вообще ничего. Был настолько вымотан и опустошён, что хотелось закричать в пустоту.  Слишком много событий. Слишком много странных событий для одного дня.  Дурацких событий — вот бы их не вспоминать.  Как назло перед глазами замелькал его ночной кошмар. Бонни правда словно выбрался из затхлой каморки и чуть не набросился на него. Ну, не может быть галлюцинация настолько реалистичной. Да и откуда у него вообще галлюцинации? "— Интересно, а может ли хоть что-то подтвердить его слова?" — Вдруг проявилось в голове.  И действительно, если в пиццерии остались хоть какие-то следы присутствия аниматроника вне склада, значит ему не приснилось. Только вот, с первого взгляда всё казалось обычным. Объяснить ощущение, что что-то неправильно, слишком сложно. Неужели только ему одному всё кажется странным?  "— А Джереми?" А ведь правда. Джереми работал в ночные смены всё это время и просто обязан был заметить что-то неправильное.  "— Если это что-то неправильное вообще было." Стараясь лишний раз не думать, Скотт быстро добрался до комнатки, где проводил собеседования, работал над документами и прочей нудной бюрократией. Там пылился его личный телефон — им пользоваться он стал крайне редко, и в личных делах был домашний номер Джереми Фитцджеральда.  Парень устроился к ним недавно, значит папку он не успел закинуть куда-то далеко.  Возиться правда пришлось недолго и вскоре номер был на руках. Скотт нервно накручивал провод на палец, пока не услышал: — Ало? — На другом конце трубки, после протяжных гудков, закашлялся, наверняка Джереми.  Он даже не узнал его голос сразу. — Эээ, мм, это вы, мистер Коутон? Или….ммм, откуда у вас мой номер? — Всё хорошо, Джереми. Да, это я. Только не вешай трубку, пожалуйста. — Да… конечно. Простите, я наверное вам всем доставил неприятности?  — Что? Нет. Нет, я не об этом. Я не совсем по работе. Мы можем как-нибудь с тобой встретиться?  —  Что? Я все ещё дома…. Извините, постараюсь поскорее выздороветь. — Джереми. Это важно для меня. Нам нужно встретиться.  — По телефону никак…? — Нет.  — Ох, хорошо, я…. Простите. Вы же знаете мой адрес? Я ещё не засыпал, но могу подождать вас. Вы приедете сейчас?  Долго думать не пришлось: — Да.  Скотт шумно выдохнул и повесил трубку. Прислонившись к стене он закрыл глаза и медленно скатился вниз.  Чувство вины только только начало накатывать, когда он вспомнил, что разбудил и побеспокоил этого больного ребёнка. Ну, какой из него взрослый? Ещё совсем юный, но уже обязанный содержать себя самостоятельно. Как же он ненавидел всю эту неловкость Джереми и себя, за то, что позволяет себе пользоваться чужими слабостями.  Раз уж они договорились, то больше делать было нечего. Ехать нужно в любом случае.  Схватив впопыхах сумку с комнате охраны, он добежал до заднего выхода. Так было ближе. На улице заметно похолодело и уже стоя на остановке, он просто надеялся что не замёрзнет в сопли. Очередной  больничный компании не нужен.  Выйдя из автобуса в не самом благополучном районе, он с первого взгляда подумал, что приехал не туда. Своими силами определив, что место верное, ведь на взгляд у местных интересоваться дорогой бессмысленно, вроде даже немного успокоился. Судя по-твоему, Джереми жил в глубине района, где не было даже детской площадки, а ближайший магазин находился в квартале. Прежде чем двигаться дальше, он решил в него заглянуть. Купить болеющему хотя бы что-то, в качестве извинений. Выбор был небольшой, поэтому уже совсем скоро он оказался перед нужным комплексом.  Беспрепятственно войдя в парадную, Скотт довольно немало времени просто петлял по этажам. Только на нескольких дверях были обозначения, а остальные стояли чинно, без порядковых номеров.  — Мистер Коутон? — Из-за ближайшей к нему квартиры высунулся Джереми и зябко поёжился.  — Просто…минут пять уже слышу, как кто-то по этажам ходит. Заходите, пожалуйста.  В маленькой квартирке не было уютно, это уж точно. Тесная прихожая и сразу же скудная кухня. Оставшиеся двери, скорее всего, вели в спальню и уборную. Если прикинуть планировку, то комнатами их можно назвать с натяжкой. Так, каморки не больше его кабинета на работе.  — Хотите я вам налью кофе? Джереми неловко мялся позади него, позволив гостю пройти в квартиру вперёд.   — Да, был бы благодарен.  Шмыгая носом он закрыл входную дверь и шурша домашними тапочками направился к кухонным ящикам. Скотт двинулся за ним.  — Послушай меня, Джер… Я же могу тебя называть "Джер"? — Оу… да. Конечно, я не против. — В этот же момент его лицо зардело и он чуть не вылил содержимое кофейника мимо чашки.  — Я кое-что принёс. Надеюсь ты любишь сладкое.  Достав из сумки упаковку вафель с ягодным джемом и пакетик винограда, он положил их на стол. Взгляд Джереми проскользил по подаркам, но на Коутона так и не поднялся. Видимо стесняется.  — Я хотел удостовериться, что у тебя все в порядке. — Подбадривал менеджер, дружелюбно улыбаясь.  — Что у тебя всё хорошо и на работе тоже.  — Вы же сказали, что дело не касается работы… — Да. Оно касается меня и тебя.  Глаза Джереми забегали по комнате, в секунду его лицо так побледнело, словно до этого он и не смущался.  Кажется, разговор предстоит тяжёлый.  — Не переживай, Джер. Просто хочу спросить у тебя про ночную смену. Как тебе? — Скотт неестественно шире улыбнулся, сам того не заметив.  — Не видел ли ты ничего подозрительного на смене? Ну, знаешь, ночью. Ничего странного? — Мистер Коутон? — Парент завёл руку за голову, а свободной придвинул к нему чашку.  — Вы сказали, что это не про работу, значит ничего не украдено, никого увольнять не будут?  — Нет. Конечно нет.  — И…ммм. Не про меня, да? Стараясь сохранять терпение и унять мандраж, Скотт ответил: —Да.  Это кое-что необычное. Странное, я бы даже сказал.  — Мне неудобно об этом говорить, потому что если мы не об одном и том же, то вы посчитаешь меня ужасно глупым и пугливым… — Что тебя напугало? Наводящий вопрос застал Джереми врасплох, и кажется именно тут он понял, что речь идёт как раз о том. О том самом.  — Вы ведь когда пришли на ночную смену, заметили это? Всё так странно и неправильно .— Неуверенно пробормотал хозяин дома, заводя за ухо прядь волос дрожащими пальцами.  — Я имею ввиду… Как они, эм… двигались? — Я видел. Повисло отягощающее молчание. Толи его собеседнику совсем нечего было ответить, толи отвечать он не хотел. Может даже с мыслями собирался, но тишина уже начинала нервировать. На это, правда, мало было что ответить. В конце концов, Джереми мог бы посчитать его сумасшедшим, а этого не произошло.  То, что он видел, было на самом деле.  — Я сначала подумал, что их кто-то включает, чтобы напугать меня. — Подал голос Джереми, поджимая губы. — Потом я понял, что их никто не включал. — Есть кто-то, кто может тебя напугать? — Нахмурился Скотт, быстро выходя из своих размышлений.  — Я…. Джереми запнулся и невзначай уведя взгляд на кофейник наполнил свою кружку и подлил своему гостю.  Что-то тут явно не так. — Я чего-то не знаю? — Решил смягчиться Коутон, чтобы заранее не нагнетать атмосферы. Для верности даже аккуратно положил руку на чужое плечо.  — Нет-нет! Это просто….к слову пришлось. На самом деле меня просто пугают аниматроники после…. После инцидента. Вот я и подумал, что кто-то мог странно пошутить. Ну, тот, кто сделал это с ребёнком… Джереми поднял глаза прямо на менеджера. Было видно, что ему ужасно неловко за то, что он проговорился. Больше минуты парень не выдержал. Опустив грустный взгляд в чашку, Джереми прокашлялся в салфетку, которую достал из кармана. Кажется, сейчас они оба чувствовали себя неуютно.  — Простите, мистер Коутон. — Прошептал Фитцджеральд.  — Я не думаю, что это вы виноваты. Пожалуйста, не обижайтесь, я сказал глупость. Мне не хотелось, чтобы вы думали, что я совсем….странный. Ночью происходят мистические вещи. Я…я просто не могу их объяснить. Иногда мне даже страшно, а вдруг они зайдут в офис охраны…? — Не переживай, Джер. Я что-нибудь придумаю. — Тихо ответил Скотт и снова замолк. Эта аниматронная история набирала такие обороты, что работа в прежние года в бухгалтерии начала ему казаться менее нервозатратной. С учётом того, что с  бухгалтерией у этой пиццерии ежемесячные завалы.  Менеджер всерьёз задумался над тем, чтобы каким-то образом поднять зарплату этому пареньку — Я думаю…. Как ты себя чувствуешь? Когда планируешь выходить на смену? — Ну, я думал… наверное завтра, я подумал…. Ну, потому что и без того уже долго болею. — Джереми поднял виноватый взгляд от своей кружки.  — Мне очень неловко, что я доставил тебе хлопоты и, наверное, полез не в своё дело.  — Отлежись ещё денёчек дома, хорошо? Лишним не будет. Я пока разберусь со всем.   Скотт приложился губами к кружке остывшего кофе. Напиток очень горчил, но менеджер это даже не заметил.