Цена одного слова.

Холодные кирпичные стены, кое-где отделка деревом. Скотт за барным столиком свесил ноги. Залезать на него неудобно, носки ботинок еле дотягиваются до цветастой плитки. За окном ветер и медленные люди. Он делает глоток кофе, морщится. Делает еще один глоток.  Все мысли сосредоточены на двух вещах, перетекают одна в другую попеременно. Иногда так задумается и долго ничего вокруг не замечает. Хоть завтракает он, хоть на работе руководит. Сейчас около шести утра и ему так сильно нравится это время. Никого практически на улицах еще нет. В кафе никого практически нет. Он сидит один прислонившись к кирпичной стене, держится пальцами за голову.  Хорошо как-то. Прохладно.    — Не слышишь что ли? Тебе кофе сделали. — Из-за спины выходит Винсент с подносом. Садится на стул рядом.    На подносе низенькая кружка с мокко, какая-то румяная булочка, сигарета, маленький стаканчик с яркой зеленой жидкостью.    — Ты моё кофе что ли пил? — Смеётся Винсент. — Не дождался?    — Все уже остыло, так что. — Жмет плечами Скотт.     — Ты свое пей, пока не остыло. И ешь. — Коллега пододвигает тарелку с булочкой.    — Да зачем это…. — Коутон мнётся, но берет в руки. Запивает уже своим кофе.  — А ты что будешь?    Винсент одним глотком допивает всё из остывшей кружки. Даже не морщится. Выуживает из кармана зажигалку, накидывает на плечи куртку: — Наблюдай.  Бормочет он, держа в зубах сигарету.    Вышел на улицу, остановился специально рядом с окном. Закурил. Выпускает в морозный воздух густые облака дыма. И двух минут не прошло, как он скурил сигарету, прокашлялся, сплюнул на асфальт и зашел обратно.  Тут же подхватил стаканчик с яркой жидкостью. Полоскал несколько секунд и сплюнул в кружку из под кофе.  Демонстративно повернулся на Скотта. Подмигивает.    — И что это? — Глупо улыбнулся Коутон, доедая булочку.    — Еще немного виски и был бы идеальный завтрак. — Шмыгает носом и тяжело кашляет.  — Бодрит. Лучше не повторяй.    — Твое лицо — это нечто.    — Сигарета без фильтра. — Ухмыляется Бишоп.   — У меня так дедушка завтракал.    — Ты псих, Винс. — Ухмыляется в ответ.    — Это ты псих. Кто в такую рань встает?    Пожимает плечами. Мешает ложечкой пенку в мокко.  За окном уже светлеет. Людей прибавилось.    — Я хотел прийти на работу пораньше, повозиться с документами. — Скотт допивает кофе. Подумывает взять собой еще.    — Я только от туда. Возился с аниматрониками.    — Можешь идти домой тогда. — Пожимает плечами, уводит взгляд на улицу.    — Зачем позвал?    — Вдруг хочешь составить мне компанию. Но раз ты устал….   — Еще одна сигарета и я весь для тебя.    В голове все мысли сосредоточены на двух вещах. Перетекают одна в другую.  Сейчас они пойдут на работу, разгребут документы. Куча счетов, куча долгов. Спасибо, предыдущий начальник, огромное. Разберутся с этим. Одна брешь закроется и все крохотные мысли сбегутся к оставшейся теме. Этого он не вынесет.  Кто они друг другу?   Несколько секунд сидит. Напряжённо давит взглядом стекло напротив. Сжимает ручку кружки. Винсент вертится на стуле, шарит по карманам. Хочет докурить. Отправить его что ли купить еще кофе?    — Винс. — Ловит чужую ладонь, накрывает сверху своей. Прижимает к столу.   Тот аж на месте замер. Медленно повернул голову.    — Давай поговорим? — Перебирает пальцами. Не отпускает руку.    — Как взбредет тебе что-то в голову, так ты и сходишь с ума. — Винсент закатывает глаза. Обреченно стонет.  — Что?    — Я тебе нравлюсь?    — Блять.    Захотелось вдруг так сильно ударить его по лицу. Даже пожалел, что сдержался. Покрепче сжал ладонь. Угораздило его связаться с таким придурком. Психом.  Скотт и сам нормально коммуницировать не умеет, а этот…. Хуже еще.    — Я хочу курить. — Свешивает голову совершенно обреченно и вздыхает, как в последний раз.  — Отпусти. Хочу курить.    — Возьми свои грёбаные слова назад. — Шипит сквозь зубы Коутон.    На него смотрят, как на рыбу говорящую.    — А?    — Слова свои возьми назад. Нечего при мне ругаться.    — Премии лишишь? Господин начальник, сэр.    Чуть надавливает и стискивает пальцы так, что Бишоп удивлённо охает. Пауза.  И он улыбается, как ни в чем не бывало.  Гаденько так. Прямо ему. Прям назло.    — Блять? — Пробует Винсент. Прощупывает почву. Слева от него Скотт выглядит так, будто уже способен убить.  — Ясно, понял. Ам. Съел? Ну, обратно забрал! Какая разница? Успокойся, дорогой.     Все замерло разом. Слух разрезало приятное и милое обращение. От удивления даже несколько раз моргнул, прикрыл лицо ладонью.  Невыносимый. Бесящий. Придурок несчастный. Манящий.    — Плачешь что ли? — Интересуется Бишоп. Почти серьезно даже. Впервые за разговор.    — Нравлюсь? — Отнимает от лица руку.    — Успокойся ты. Нравишься. Наверное.  Иначе бы не общался.    — Господи спасибо.    Такой тяжелый, но долгожданный выдох. Ничего не случилось, вроде, но как же свободно. Винсент постукивает костяшками по столу. Взбалтывает мутную голубую жидкость в кружке.  Скотт сидит с улыбкой такой дурацкой. Безумный какой-то. Как же хорошо-то, Господи.    — Мы любовники? — Фаза первая преодолена. Теперь он так просто не остановится.    — А мы на работу не опаздываем? — Приподнимает бровь Бишоп. Кидает прищуренный взгляд на часы.     — Да. Чёрт.    Или остановится.  Вещи собирают быстро. Одеваются тоже. О второй чашке кофе мысли сами куда-то улетают. Просто потому что держаться могут лишь за две вещи: работа и…..это.  На счет этого волноваться уже не надо. Винсент сказал всё, что он представлять только мог. Даже больше.  На автомобиле они добрались быстро, еще семи утра не было. К ним навстречу из заведения вышел Джереми. Сначала показалось, что он покурить. Хотя… не курит же? Подумалось, что сбежать хочет.  Да, нет. Тоже не про него.    «— Проветриться только. Душно….» — Уклонился парень. Хотя, может и не соврал. Выглядел опустошенным, вот и всё.  Устал наверное, работа же не лёгкая. За опоздание перед ним, конечно, извинились. Может, ему надбавку сделать? И честно, и не обидно.    Стоило зайти, как Фитцджеральд  уже был готов уходить. Когда только успел?  Он странно смотрел на них и вдруг Винсент поздоровался.  Винсент обычно ни с кем не здоровается. Джереми только пискнул, пробубнил что-то невнятное и убежал. В последнее время он нервный. Примерно после больничного своего.  Не важно! Потом об этом. Когда-нибудь однажды.  Работа.    Работы было много. Бесконечная документация, куча квитанций, горы счетов. За всё буквально! Держать это кафе не очень-то и прибыльно. Максимум поддерживать в среднем состоянии, отдавать зарплаты и себе чуть-чуть остается. Так это же и не бизнес никакой, а так…. Не дело это и он так не хочет!  Как хорошо, что начальник теперь он. Выбрать другой курс, развиваться стремительнее. Больше и больше прибыли!  Тут буквально рукой дотянуться и уже сказка, другая жизнь совсем.  Тянуться, правда, надо через завалы бумажек, но ладно. Несколько дней и управится. Бессонных дней, бессонных ночей. Что-то его график не сильно меняется, ха-ха…. Это на первое время, а уж потом! Потом можно вообще на работу не выходить.  Нет, конечно, он так делать не будет. Труд нужен всегда и каждому, будь ты хоть трижды миллионер. Скотт еще ни разу, но почему-то было такое чувство, что еще немного и..! Буквально сказка.  Уже другая жизнь.    Этому месту тоже не помешала бы "вторая жизнь". Сначала ему казалось, что эта идея просто назойливая и глупая, но ведь если так подумать! Просто переехать в какое-нибудь другое здание? Там где больше людей ходит, даже если по площади оно меньше будет.    — Хей, Винс. — Скотт оборачивается через плечо. Его коллега все это время сидит на диване, подпирая голову ладонью.    — Да, мистер босс, сэр? — Взъерошив волосы, он выпрямился, широко зевая.  — Может быть вам принести кофе, шеф?     — Нет, ты что. — Коутон прыснул со смеху. Пусть Винсент чаще бесил его, но иногда все-таки смешил. Вот такой двоякий человек. — Просто хотел узнать твое мнение. Если мы например переедем?    — А мы съезжались?    — Боже, Винс, нет. — О! А теперь уже бесит.  — Я говорил про пиццерию. Что если мы всем составом, с грузовиком аниматроников и прочим хламом просто съедем и откроемся на новом месте?    — Ты же не уточнял. — Винсент пожал плечами, широко улыбаясь. Вот он своей шуткой был точно доволен.  — Переезд? Допустим. Где мы найдем подходящее помещение?    Никаких допросов, отговоров, закатываний глаз. Неужели Бишоп правда согласится так просто…и все? Вместо привычных бесполезных подколов.  Он не заболел случайно? Может сонный слишком, чтобы иронизировать?    — Ты даже не спросишь почему я решил переехать? — Скотт несдержанно рассмеялся, не веря происходящему. Ждал подвоха.  Для него все было затянувшейся шуткой, не более.    — Да кто я такой, чтобы спорить с начальником. — А Винсент правда шутит, только вот по теме. Можно сказать, что даже поддерживает.    Забавно. Необычно.  Коутон усмехается и сидит. Не возвращается к работе — всматривается в чужое лицо. Тот просто листал какой-то журнал, делал пометки. Укладывал карандаш за ухо, когда особенно вдумчиво вчитывался. Мурлыкал что-то про себя. Зевал.  Что ж….правда необычно.  Почувствовав себя уже как-то неловко от такого пристального наблюдения, Скотт опускает глаза в свои бумажки. Снова резюме. Им все еще нужен новый персонал, хотя, если они всё-таки планируют переехать, то старые объявления придется снять. У них же не будет пока точного адреса нового заведения. Зачем дезинформировать людей?     «Хуанита Гибсон. Уборщица. В ночь»   Хах. А они могут ей перезвонить. Может и недолго, но она будет им полезна.    «Хелен Стил.  Официантка. Без опыта.»   Нет. Дальше.    «Николас Миллер.  Механик. Практика»   В ручке кончаются чернила. Да, спасибо. Как раз тогда, когда он действительно сел работать. Коутон посмотрел на стопку резюме, затем на ручку. Снова на стопку бумаг. Через вздохи и возмущения заползает под стол, где стояла большая коробка канцелярских товаров. Достает стерильный шприц и пузырек чернил.  Винсент вдруг перестанет шуршать страницами и в упор смотрит на него.      — Ты чего? — Скотт шуршит упаковкой. Из бумажки появляется игла в защитном колпачке.    Винсент сглатывает.    — Блять, ничего… — Отворачивается. Пялит в стену, крепко прижимая к себе скрещенные на груди руки.    Скотт встает к столу, тянется рукой к пузырьку с чернилами. Взгляд Бишопа впился в острие иголки. Кусает щёки. Уголки глаз блестят.  Ничего не щелкнуло и Коутон продолжает. Наполняет шприц чернилами, выдавливает в пиалу. Наполняет, выдавливает, наполняет-выдавливает. Винсент поджимает губы, плечи подрагивают.    — Что такое? — Интересуется аккуратно, но не прекращает. Любопытно же.    — Зачем ты это делаешь?    — Ручку хочу заполнить.    Бишоп в ответ согласно кивает. Отворачивает голову.    — Ты уколов боишься? — Коутон не унимается.    — А разве кому-то понравится, если ему под кожу что-то загонят? Звучит, как настоящая пытка.    — Иголок боишься?    — Блять, Скотт. Что-то острое и тонкое под кожу. Это же пиздец.    — У тебя всегда ножичек в кармане куртки. На брелке от ключей второй висит. В сумке сразу несколько носишь.    — И что?   — Тоже острое, нет?   — Что всё-таки насчет нашего переезда-съезда? — Вдруг отозвался Винсент, покусывая кончик карандаша.    — Я пока только предложил. У меня даже места на примете нет. — Скотт буквально зеркалит его, только жуёт губы.  — Надо поискать объявления, вдруг кто-то сдает или продает площадь, но точно не сегодня. Работы хватает.   — Одного переоткрытия будет мало.    Скотт вздрогнул и повернулся. Винсент сидел все так же на диване, максимально непринужденно, но почему-то звучал так, словно говорил серьезно. Не случайно бросил какую-то фразу, как делает обычно. Словно у него есть какой-то план и он вынужден его отгадывать.    — Правда? Чего же тогда еще нам не хватает? — Развернувшись прямо на кресле, он демонстративно подвинул стул ближе к дивану. Что ж, мистер механик, если тебе есть что сказать в сфере бизнеса — валяй.  — Наша главная проблема в плохой проходимости места.    — Или в том, что здесь проще от скуки удавиться, чем отпраздновать детский утренник. — Бишоп только улыбнулся, не отрываясь от перелистывания журнала.    — В каком смысле?    — А что, ты не видишь разве? — Наконец-то журнал был отброшен в сторону, Винсент встал на ноги, потягиваясь и похрустывая позвонками.  — Здесь нет веселого ни-че-го. Поезд всех трендов прошел мимо станции Фредди фазберс пицца, унылое ту-ту. Если раньше здесь были инновационный технологии, то что сейчас мы можем предложить? Старый ремонт? Унылых аниматроников?    — Вообще-то, они довольно популярные! — Упорно оправдывался Скотт, словно его задели за живое.   — Вообще-то, они убили ребенка. — Пожал плечами Винсент.   — Сомневаюсь, что если не делать ребрендинг, то мы протянем, ммм… хотя бы пол года.    Ему казалось, словно они условились не затрагивать эту тему. Может, не прямо на словах, но! Можно же было подумать, догадаться, что говорить об этом не стоит. Какое бы лицо ни было в этот момент у Скотта, Винсент особенно не реагировал. Сказал прямо и всё тут. А дальше думайте, как хотите.  Между ними снова возникло облако неловкости и затянувшаяся тишина, но Коутон всё-таки решил нарушить ее первый:   — И что нам делать, например? Предлагаешь построить новых аниматроников?    И ответ его поразил.    — А давай. — Винсент оскалился.  — С меня зверушки, с тебя здание. А вот уже вместе мы обязательно должны поискать, что нынче нравится детям. Чем их завлекают в других ресторанах! У меня как раз на примете есть одно кафе….   — Так, стоп. — Скотт еле сдержал себя он нервного смеха.  — Ты меня приглашаешь на свидание?    — Неееет, ты что.    — Да ты что! То есть, только рабочие моменты? — Ухмыляется Коутон.    — Только рабочие моменты. — Ухмыляется Бишоп.