Утешение

— Баджи! Я тут! Я кричу ему что есть мочи и машу ему рукой, подняв ее вверх, к голубому небу. Он улыбается и машет в ответ. Красный цвет быстро сменяется на зелёный, и толпа двигается по полосатой зебре перехода. Мы сталкиваемся посреди дороги и крепко обнимаемся. Так давно не виделись, и нам нужно столько всего обсудить. Те же чёрные длинные волосы, внимательные глаза и широкая улыбка. Как же хорошо видеть его таким радостным, счастливым, после всего того, что случилось. — Малышка Ви! А ты здорово подросла! — замечает он, чуть отстраняясь и разглядывая меня. Я смотрю в ответ и улыбаюсь. Мой взгляд скользнул на его куртку, и я заметила под курткой Тосвы чёрный глок. Чёрт, выглядит внушительно. — Сам-то как изменился! Всего 3 месяца, а тебя можно узнать только по длине волос, — съязвила я, улыбнувшись во все 32. — Если ты не хочешь, чтобы это стало последним, что ты увидишь, нам лучше уйти с дороги, — улыбнулся Баджи и потянул меня за руку на тротуар. Мы неслись по улице, просачиваясь через толпу, и ничто не могло нас остановить. Пробежать ещё пару проулков, и вот мы уже в нашем любимом месте. Кафе «Азаки» находилось в очень укромном переулке, и сюда редко кто заходил. Это единственное место во всем Токио, где можно выпить настоящий американский ванильный коктейль. И он просто божественный. Достаточно сахара, лёгкий аромат ванили и прекрасные сливки сверху. Ради минутного наслаждения мы готовы отдать все, что у нас есть. Наш столик у окна. Все та же милая официантка. — Что закажите? — улыбается и спрашивает она, узнав в нас постоянных гостей. — Давно вы у нас не были. — Да, были заняты, — отвечает ей Баджи и кидает взгляд на меня, улыбнувшись уголком рта. Обычно мы ходили сюда не одни. Мацуно Чифую был с нами. Но сейчас его нет, а мы остались такими же, сидим на том же месте, и кажется, что ничего не изменилось. Но это всего лишь иллюзия. — Мне его не хватает, — говорит Баджи, в миг погрустнев, и переводит взгляд на окно. На его карие глаза падает пелена слез. Я кладу свои руки на его. — Мне тоже, нам всем его не хватает. Баджи тяжело вздыхает и вновь натягивает улыбку. — Ну, рассказывай, чем ты занималась эти три месяца? Я пускаюсь в долгие рассказы о своих приключениях с Вальгаллой, поездке в деревушку на севере Японии, и о том, как я теперь живу. Баджи внимательно слушает, иногда улыбается и посмеивается. Брови его неизменно остаются стянуты к переносице. И это очень мило. Вообще Баджи очень милый. Как-то раз, ко мне пристал какой-то гопник из Мебиуса, (тогда он ещё существовал). Следовал за мной по пятам до самого дома, выкрикивая неприличные фразы в мой адрес. Но когда мы подошли к моему дому, у калитки стоял Баджи. — Мне тут птичка начирикала, что какой-то хер пытается к моей подруге пристать. Мебиусовец сразу развернулся и на всех парах бросился прочь. Таким устрашающим он был до одного случая, который изменил наши жизни. И жизнь Чифую, в том числе. Но сейчас не об этом. Мы ещё долго сидели и болтали обо всем на свете. Время летело быстро, и мы не заметили, как день начал клониться к вечеру. Мы допили наши коктейли, расплатились за счёт и двинулись в сторону спортивной площадки, на которой мы постоянно зависали. Мы одни на довольно большом футбольном поле. Здесь открывается шикарный вид на закат. Мы скинули с себя куртки, постелили их на землю, уселись рядом и продолжили наш разговор. Желтый гигант садился за горизонт, уводя за собой день и пуская на небосвод ночь. — Знаешь, я так его любил, — задумчиво пробормотал Баджи, устремляя взгляд в небо. В его глазах отражались миллионы звёзд. Я любовалась его красотой и умиротворённостью. — Надеюсь, ему там хорошо. Я приблизилась к нему. Он повернул голову в мою сторону, и я поцеловала его так, как не целовала никого в жизни. Это был не поцелуй любовников, сходящихся друг по друге с ума, это был поцелуй верности, привязанности и исключительно высокого чувства – любви. Два подростка сидят на огромном футбольном поле. По их щекам катятся вполне реальные слёзы, а их души сплелись воедино. Возможно, читатель узнает, что случилось с Чифую, и что так связало Баджи и Ви вместе. Но пока, двое друзей останутся сидеть на своих куртках и по-прежнему будут любоваться синим небосводом.