The Walking Dead: Season 2

      Ходячие. Много ходячих. Дохера ходячих!       Дак и Ник бежали по лесу, пока не забежали в какой-то дом. Они почти что выбили двери, но укрыться в доме, не значит быть в безопасности. Как минимум потому что эти самые двери — которые Дак проклинал за то, что у них нет щеколд — нужно было закрыть. — Ник, нужно чем-то подпереть их!       Ник не отвечал. — Ник, ты меня слышишь?! — снова ничего, хотя парень держал дверь и его глаза смотрели на всё вполне осознанно. — Ник!!!       В следующую секунду Ник… Просто встал и ушёл. По крайней мере так выглядело со стороны Дака. — Ник, черт тебя разъеби!       Двери слегка приоткрылись, и с улицы вылезла морда какого-то ходячего. Дак уже хотел как-нибудь выпнуть его, но тут неожиданно появился Ник, подперевший двери ящиком. Судя по большой надписи «Apples», там есть яблоки. Вернее были, если подумать о том, сколько они там лежат. — Ты… с ума сошел? — чуть задыхаясь, спросил Дак. — Мог бы хоть предупредить… — Может быть и сошел… — равнодушно ответил Ник. Слишком равнодушно. Он будто в ушёл не просто в себя, а ещё плотно захлопнул дверь, запер на ключ, приделал шпингалет, закрыл на него, закрыл цепочкой, заколотил доской, а после забаррикадировал каким-нибудь шкафом. — Эй, эй, эй! — Кеннет пощелкал пальцами рядом с лицом Ника. — В депрессию не впадать. Я слышал это вроде как заразно, — попытался пошутить. — Почему ты оставил моего дядю? — похоже что он его вообще не слушал. Пит был единственным, кто вообще поддерживал Ника в этом мире. Неужели он считает, что Дак мог помочь ему? И что бы они — Дак, Клем и Пит — делали в лесу? — Потому что к нему пошла Клем. — Она же совсем маленькая… — Знаешь, как люди говорят? Буря дубы ломит, а тростник стоит себе! — но Ник снова его не слышал. — А какая теперь разница? Мы же всё равно умрём рано или поздно. Сегодня, завтра или через неделю. Мне всё равно. Они наверняка мертвы.       В эту секунду Дак едва ли не схватился за лопату, чтобы врезать Нику, а потом сказать, что так и было. И пусть он удержал себя от идеи с лопатой, желание врезать ему никуда не делись. — Скажешь ещё что-нибудь подобное, я тебя пристрелю. — Валяй.       Дак зло встрепенулся и пошёл осматривать этот домик. Посмотрев в треснутое окно, он ничего не увидел, кроме разве что ходячих. Обратив внимание на другие ящики, он обнаружил, что там лежит еда. Правда вся сгнившая, что очень огорчает. Увидев какую-то штуковину, выглядевшую как две бочки, железный ящик и две трубки, Дак присел напротив неё и потрогал трубочки. — Что это? — Самогонный аппарат. — Воу… Видимо, он не в самом лучшем состоянии… — А у тебя глаз-алмаз. — Заткнись.       Зайдя между стеллажами, Дак не обнаружил ничего на первый взгляд. Но отодвинув фанеру, он нашёл огромные залежи чего-то очень странного… — Эй, что это там у тебя? — Не знаю, — ответил Дак, вертя в руках какую-то банку. — Похоже на… маринад? Или как там это называется? Соленья? — Дай-ка сюда, — сказал Ник, протягивая руку.       Дак подошёл к нему и протянул банку. Парень тоже немного повертел ее, после решил открыть, что вышло на удивление просто. На месте Ника Кеннет-младший не стал бы пить сомнительную жижу из банки, но у Ника своя программа. — Ви́ски, — отрапортовал Ник, после того как его встряхнуло от одного запаха алкоголя. После этого он отложил банку и сказал: — Похоже мы тут надолго. Я не знаю как ты, пацан, а я бы вздремнул. — Да, пожалуй.       Дак лёг возле ящика, которым Ник подпёр дверь, и медленно стал проваливаться в дрёму. Ему очень хотелось сегодня обойтись без кошмаров.

***

      Звон стекла. Вас тоже бесит звук битого стекла? Вот Дак возненавидел его в эту ночь. Чудом уснув, не получив ни единого кошмара (как и хорошего мечтательного сна), Дак естественно не выспался. Виной тому был даже, наверное, не сколько твердый, неудобный и холодный пол, сколько добанный идиот Ник, решивший побить бутылки от нехрен делать. — Ты что творишь?! — прошипел не хуже любой гадюки Дак. — Этим звуком ты привлечешь мертвецов! — А, — равнодушно зевнул (ответил, подал признак жизни?) Ник, — пусть приходят. Мы всё равно обречены. Только это виски и осталось, — после этих слов он передумал кидать неизвестно какую по счёту банку в стену, открыл ее и выпил. — Выпьешь со мной? Твой первый и последний раз, ха-ха, — он ответил, будто находится на грани истерики. Впрочем, может быть он не далек от правды. Но пить это Дак не собирался. Да, отец частенько мог собраться в компании рыбаков пропустить по стаканчику, но мать предпочитала принимать алкоголь только во время какого-нибудь события, Новый год, день рождения или ещё что-нибудь. — Откажусь от твоего предложения, хочу иметь трезвую голову на плечах. — Ну, — Ник сделал глоток из банки, — как знаешь.       Дак осмотрел помещение вновь и, заглянув в окно, увидел, что большинство ходячих разбрелось. — Нам нужно выбираться отсюда. — Нам? — странно спросил Ник. — Да, нам. Не хочу это признавать, но самому мне не уйти. Так что поднимай свою пьяную задницу, мы возвращаемся домой и точка!       Конечно, он может уйти сам. Но Дак надеялся, что это как-то отразится в Нике, даст ему стимул идти дальше. Парень лишь переменился в лице, но продолжил сидеть. — К черту, — неожиданно для Дака и, скорее всего, для себя тоже, Ник встал с пола и с банкой в руке отодвинул ящик баррикадирующий дверь. — Что ты делаешь? — не осуждающе, а больше с любопытством спросил Дак. — Ну… Мы же бежать собираемся? — Так и есть. — Смотри, вот мой план: мы выходим и тихо проходим мимо оставшихся ходячих. — Звучит слишком просто… — Порой простой план — самый лучший план. — Надеюсь, что ты прав.       Выйдя из хижины, Дак и Ник заметили нескольких мертвецов. Спокойно и тихо пробираясь мимо ходячих, один из них всё-таки заметил живую еду. Ник поднял руку с банкой из-под виски, но Дак жестом показал, что не стоит этого делать и, достав свой складной нож, подросток попытался одним точным ударом в голову убить ходячего. К сожалению, пусть и небольшая, но разница в росте была, поэтому продолжительная борьба пусть и увенчалась победой Кеннета, но она привлекла своим шумом других мертвецов, желающих отведать плоти. — Черт, — ругнулся Ник. После чего он снова удивил Дака, выбежав на небольшую полянку к множеству мертвецов, крича и привлекая их внимание, — Уходи, Кеннет!       Но Дак, не Дак, если не ослушается, поэтому, запустив стрелу в голову одного из ходячих и услышав треск, когда она сломалась, юноша побежал в сторону Ника. — Я же сказал тебе уходить! — громко проговорил Ник, находясь спиной к спине к Даку. — У меня своих бросать не принято! — Угххх, — зарычал Ник, а после его вытолкнул из круга. — Я сказал тебе уходить! Найди наших!       На этот раз, Дак решил не испытывать судьбу и, поломав у себя в голове, как можно оставить товарища в бою одного, побежал к реке — месту, откуда можно направится к дому.

***

      Почти за целый день, что его не было, река так и не потеряла этот зловещий запах смерти. Трупы по-прежнему лежали, не двигаясь, а вода журчала, обрызгивая близ лежащие камни. Это место не нравилось Даку. Будто здесь произошло убийство всей его семьи, начиная от родителей, заканчивая бабушками и дедушками в восьмом колене. Кеннет уже хотел искать путь домой, как его вдруг окликнули: — Дак, стой там!       Это был Люк. Боже, ну хоть кто-то знакомый и дружелюбный. Рядом с чем-то обеспокоенным Люком шел Элвин. Мужчина был с винтовкой в руках, как и Пит несколько часов назад, готовый уберечь друзей и себя от любой опасности. — Дак, ты как? Где остальные? — спросил Люк, когда подошёл поближе. — Ник на этом берегу в хижине в лесу, больше не скажу, — ответил юноша. — А Клем и Пит? Вы их видели? Они в порядке? — Прости, малой, но мы думали, что ты что-то знаешь… — расстроенно сообщил Элвин. — Элвин!       Неожиданно со стороны леса раздался голос Ребекки. За ней шел Карлос, что-то яростно шепча ей на ухо, от чего женщина яростно отмахивалась. — Бека! Что ты здесь делаешь? Карлос, что она здесь делает?       Пусть Ребекка и беременна, но дошла до мужа она быстрее. Она от беспокойства даже бросила на землю винтовку, которую несла в руках, а после повисла на муже с объятиями. Карлос же, опустив пистолет и увидев Дака, немного расслабился и описал следующие события. Оказывается, Клементина уже добралась до убежища и осталась одна с Сарой. Спросив про Пита, Кеннет очень расстроился и за себя, и за Ника, узнав, что мужчина был укушен и остался там, где он скрывался с Клем от ходячих. — Тогда предлагаю сходить за Ником… — начал было Люк, но Карлос прервал его. — Сначала мы вернёмся домой, — строгим и нетерпящим возражений тоном заявил доктор. — Но Ник… — начал было Дак, но Карлос его даже слушать не стал — приготовив пистолет, он пошел в сторону дома.       Дак естественно не очень доволен таким результатом, но, несмотря на свою подростковую безбашенность, он понимал, что идти выручать Ника в одиночку или даже вместе с Люком — это гиблое дело, всё могло закончиться даже не начавшись. — Эй, Дак, — подросток удивлённо глянул на Люка, тот до этого момента называл его только Кеннетом, но, по правде говоря, он уже не против, что бы его так называли, — я хотел сказать спасибо, что хотя бы попробовал уговорить Карлоса. И что… присмотрел за ним там. — Он тоже за мной присматривал. Мы лишь защищали друг друга. — Всё равно спасибо, — Люк немного улыбнулся и взлохматил левой рукой волосы на голове Дака. Юноша же назмурил брови, выражая недовольство, но спустя пару секунд его напущенность растворилась в тихом смехе, который Кеннет так и не сумел сдержать. От этого Люк также посмеялся.

***

      Спустя какое-то время небольшой отряд добрался до своей базы. Карлос едва ли не бежал вперёд, боясь за свою дочь. Если быть честным, Дак не понимал зачем так беспокоится, ведь там Клементина. Да, ей всего одиннадцать, а Саре пятнадцать, но первая знает о выживании и о том, как постоять за себя, едва ли не лучше всех присутствующих. Даже в их команде, Клем-Дак, девочка всегда была более спокойна и, что уж таить, сообразительна, чем её более старший друг. Все уроки выживания от Миста, Омида и Кристы дети впитывали, как губка воду. Поэтому ситуация должна быть реально дерьмовой, чтобы Клементина не справилась. — Пап! — Сара, услышав звук двери, сразу выбежала в прихожую. Карлос быстро обнял дочь и долго держал её. За это время Клементина тоже спустилась, кого-то ища взглядом. Увидя Дака, она широко улыбнулась и хотела подойти, но голос Сары её прервал: — Сюда приходил человек… — Что?! — Карлос посмотрел на дочь взглядом полным непонимания, который сменился на гнев и уже был обращён Клементине. — Я же просил никого не впускать! — Эй, полегче, мужик! — сказал не менее гневно Дак, но его придержал Элвин, взглядом прося не усугублять ситуацию. — Я и не впускала его! — в том же тоне ответила Клементина. А позже сделала своё фирменное выражение лица, которое за последние дни она использовала слишком часто «а-ля, мне похуй». — Он сам вошёл. — Да, это правда! — заговорила Сара. Хоть какой-то от неё прок. — Клем пыталась закрыть дверь, но он помешал ей!       Но не смотря на защиту девочки в виде его собственной дочери, Карлос напора не сбавлял. — Он назвал своё имя?! Как его зовут?! — Карлос был где-то между паникой, гневом и истерикой, что явно не укрылось от Люка. — Мужик, серьёзно, угомонись! — повысил голос на доктора парень. — Поспокойнее спрашивай! Она просто маленькая девочка! — Он не сказал своё имя! — всё же ответила Клементина. — Я, видите ли, «слишком грубая маленькая леди»! — жестами и голосом обладательница бело-голубой кепки попыталась кого-то спародировать и, кажется, по реакции Ребекки, у неё получилось. — Клем, ты запомнила как он выглядел? — спокойным тоном, но явно не таким спокойным голосом спросил Люк. — У него была зелёная куртка… — вспоминала Клем. — С меховым воротником? — с опаской спросил Элвин. — Да… Да, вроде это был мех… — Клем повела глазами куда-то вверх и в сторону, будто вспоминая что-то.       Остальные после ее слов начали говорить о плане, который подразумевал их уход отсюда. Клем за это время продолжила смотреть взглядом на группу и, видимо не заметив Ника, посмотрела на Дака и пожала плечами, мол, где он? Дак уклончиво кивнул на спорящих взрослых и губами сказал: «Пото́м».       Закончили обсуждать уход из этого замечательного места на том, что Клементине и Кеннету-младшему рассказали о Уильяме Карвере, о котором группа упомянала пару раз. Естественно с их слов Карвер был страшным человеком, настоящим маньяком и тираном. Больше всего Дака расстроило, что они должны идти с ними, так как вышеупомянутый Карвер почти уверен, что группа Карлоса остановилась здесь, и видел в этом же доме Клементину, поэтому вместе у них будет больше шансов, чем если дети пойдут своим путём.       Клементине и Даку было почти нечего собирать, поэтому они занимались своими делами: Клем рассматривала чудом уцелевшую фотографию Ли и сушила свои вещи, которые нашла около мертвого падальщика, Дак же клал в самодельный колчан новосделанные самодельные стрелы. Пит не заслужил такой кончины. Но уже поздно что-то решать. Он скорее всего мёртв. После этой мысли Дак грустно усмехнулся, понимая, что частично Ник оказался прав. Пит и правда уже где-то бродит в обличие мертвеца. — Дак, — позвала его Клем. — Смотри, что нашла.       Посмотрев на подругу, Дак увидел часы. Очень в хорошем состоянии, юноша бы дала сказал в отличном. — Где взяла? — На тумбе лежали в одной из комнат, — преспокойно ответила девочка, пряча часы в рюкзак. — Воруем, юная леди? — с ухмылкой спросил Дак. — Да каждый мимо них раза четыре прошёл, — пожала плечами она. — Так я и не спросила: где Ник? — Где-то около хижины… Надеюсь… — уже не так весело ответил подросток. — Смерть Пита сильно ударит по нему, — грустно проговорила Клементина. — Он справится, — почти со стальной уверенностью ответил Дак. — У него есть Люк, он поможет ему. — Очень на это надеюсь.

***

      Тихий лес всегда привлекал Дака. Такой безмятежный, спокойный, словно не видит никого. Помогает сильным, губит слабых, а потом наоборот. Непредсказуемый, как завтрашний день. Да, из-за этого Карвера им и лишнего шагу ступить нельзя, но Дак, под предлогом охоты, отправился в одиночку — только лишь Клементина хотела пойти с ним, однако Кеннет убедил подругу, что волноваться не стоит.       Всё же, от части, Дак не врал, когда говорил, что пошёл охотиться. Прямо сейчас у него висела тушка мелкого зайца и какая-то птица. Прямо сейчас юноша тихо крался к ничего не подозревающему зайцу, который в своё удовольствие трапезничал каким-то корешком. Вот правая рука уже зарядила лук, левая поднимается выше, на уровень плеч, будто примеряясь к добыче. Пальцами правой руки Дак плавно взял тетиву и начал растяжение. Лук немного кружил вокруг цели, а в правом плече потихоньку покалывает сустав. Его стандартные ошибки, о которых вечно твердил Мист. «Напряги мышцы спины, держи руку», «Плавно заводи плечо. Плечо — не локоть», «Не расслабляй спину». И тому подобное. Пальцы удачно расслабились, позволяя сделать, пусть слегка испуганный, но хороший выстрел. «Испуганный выстрел — правильный выстрел» — так бы сказал Мист.       Подбирая уже мертвого зайца, Дак, размышляя об этом, был в чём-то не согласен. Мист пусть и был хорошим лучником, но он был им как спортсмен, а не как охотник. Может сейчас старший друг и сам не согласен со своим высказыванием. — О чём мечтаешь?       Размышления Дака оборвал неожиданно появившийся Люк. Как и многие другие парень был вымотан минимум дней пять. В прочем, так и есть. — Мы отправимся дальше где-то через полчаса, — продолжал Люк, подходя к юному лучнику. — Дак? — Да, да, я здесь. Просто… — Думаешь о том, что бы ты сделал, если бы ушли с Клементиной одни?       Это было немного не то, но Кеннет тоже об этом думал. Несмотря на то, что он и Клем решили идти с этими людьми и помогать им, мысль об уходе от них невольно проникала в голову. Его ответом Люку послужил тяжёлый вздох. — Я знаю, что вам не очень то и нравится здесь, — начал Люк, — но ты помнишь о произошедшим с вами без взрослых? — Это была катастрофа, — невесело усмехнулся юноша. — Я не думаю, что я или Клем уйдём от вас, только при… особых обстоятельствах. — Например? — слабая улыбка тронула губы Люка, от чего хозяин мачете казалось бы мог очаровать ближайшего мертвеца и пригласить на ужин. Хотя… С последним справился бы и Дак. — Например… Мы могли бы встретить кого-то из старых друзей, — Дак и Люк к этому моменту уже давно держали путь к небольшой стоянке группы, находящаяся у большого моста. — Вы вроде говорили, что все ваши друзья мертвы, — осторожно начал Люк. — Мы всё ещё не знаем, что случилось с Омидом, Кристой и Мистом. Ещё у нас была подруга в Саванне, Молли, может, она встретит нас где-то по дороге. А может Гленн…       Ни одного из перечисленных Дак старался не забывать. О первых трёх и речи не шло — они только-только разделились друг с другом. Молли иногда всплывала в голове, но Гленна Дак почти забыл. Единственное, что он помнил о доставщике пиццы с корейской внешностью, что… Это доставщик пиццы с корейской внешностью… Как бы это глупо не звучало. — Об этом Гленне вы не говорили… — будто что-то вспоминая, ответил Люк. — Мы его знали где-то около дня, не больше, — просто пояснил Кеннет.       Оставшийся путь прошел в тишине. Дак даже в каком-то смысле отключился, выпал из мира, пока шёл. Когда он и Люк добрались на стоянку, юноша отдал Элвину двух зайцев и птицу, перья которой он просил не выбрасывать. И вот, находясь в лагере, Дак с помощью небольшого огня и своего складного ножа по максимуму старался выпрямить некоторые ветки, затачивал их, а позже прикрепилял тонкой ниткой перья к самодельной стреле. Кеннет-младший настолько увлекся процессом, что даже не заметил, как ушли Люк и Клементина. Стружка за стружкой Дак аккуратно вытачивал тонкую ветку, превращая в ничем не примечательную, но смертельно опасную стрелу. Когда юноша имел за спиной восемнадцать готовых к использованию стрел, он наконец оторвался от занятия. — Ладно, народ, я проверю их там, а вы подтягивайтесь помаленьку, — Ник размял свои конечности после долгого пребывания на одном месте, взял винтовку и пошел в сторону моста.       Когда они нашли Ника в том доме, казалось, что он уже всё, умер. Но вопрос этой не очень сообразительной головы, есть ли у Люка аспирин, дал Даку понять — Ник нажрался. Все хотели объяснить Нику, что Пит был укушен, что он погиб, но парень, обведя всех взглядом, не заметив дядю, грустно закивал, опустил голову и пробормотал что-то вроде извинений Питу. Что именно Дак не услышал.       Посмотрев на свою группу, которая понемногу сворачивала лагерь, и не заметив Клементины, подошёл к Элвину, задавая волнующий его вопрос. Тот лишь удивился, как так юноша проспал этот момент, и ответил, что девочка вместе с Люком пошли проверять обстановку впереди. Дак быстро собрал все свои вещи, которые успел разложить, и с нетерпением, ровно таким же как когда-то ожидал дня рождения, ждал окончания сборов группы. — Так все готовы? — спросил Карлос. — Перекличка. Элвин, Ребекка? — Здесь, — тихо, но слышно подал голос мужчина. — Сара? — ответом ему послужило прикосновение руки дочери к ладони Карлоса. — Здесь. И Дак? — Да здесь я, здесь, пошли уже скорее, — пробухтел юноша достаточно слышно, чтобы вызвать у Ребекки небольшой смешок, и впереди всех пошёл к мосту.       На полпути они услышали выстрел. Дак резко вспомнил тот вечер, когда на них напали падальщики, когда их с Клементиной жизнь вновь переменилась. Он со всех ног уже хотел помчать, но шпалы, на которые уже вышла группа, прогнили, и Кеннет провалился, если бы не Карлос, успевший подхватить Дака в последний момент. — Фууу… спасибо. — Аккуратнее в следующий раз.       После этого группа шла по металлическому каркасу — безопасней как никак. Перейдя мост, они стали свидетелями какого-то спора между Люком и Ником, перекрикивая друг друга о каком-то выстреле. Клементина же недобро, почти зло, смотрела на Ника. — Тебе не следовало этого делать! — кричал Люк. — Он не намеревался ничего делать! — Не будь наивным, Люк! Он бы выстрелил в любой момент! — аргументировал свои действия Ник. — О чём вы? — спросил Карлос, находящийся ближе всех остальных. — О том, чего делать не стоило, — злобно глянул на друга Люк. — Да если бы я… — Заткнись, Ник, — даже Дак, путешествовавший с Клементиной долгое время, не знал, что она может говорить таким твердым, злым и непоколебимым тоном. Парень, к которому обращалась девочка, посмотрел на неё как на предательницу. — Я знаю, что видел.       Ник ушёл в сторону скамейки у ранее не замеченного Даком домика и стал внимательно разглядывать землю. Клем села на бревно, отдохнуть после небольшой заварушки на мосту, которую разгребали они с Люком. Карлос же отозвал Люка в сторону поговорить о чём-то. Сара присела рядом с Клем и завела разговор, который девочка неохотно, но поддержала. Элвин и Ребекка присели на то же бревно. Невольно Дак усмехнулся поведению взрослых и подошёл к домику.       Открывая дверь помещения ему открылась следующая картина: небольшая комната обвешанная горнолыжными плакатами, повсюду валялись банки из-под консервов, раскладушка, небольшой ящик, пару фотографий. — Это он, — неожиданно за Даком появилась Клементина. Она указала на человека азиатской внешности, который был показан на фотографии. — Он даже не поднимал винтовку… Держал её, но… Но не угрожал…       Даку было нечего ответить. С одной стороны хотелось защитить Ника, сказать, что смерть Пита повлияла на него куда сильнее, чем они думали. А с другой — облить его оскорблениями, мол, чего ты хотела от неуравновешенного парня? Но не один из вариантов не казался правильным. Поэтому он и молчал. — Да, — ответила Клем на его молчание, — я также думаю…       После этого Клементина присела напротив ящика и попыталась его открыть, но, похоже, он заперт. — Черт, — ругнулась девочка. — Может твоя лопата поможет? — А может это?       Хорошо осмотрев ещё раз столешницу, Дак нашёл на ней хороший охотничий нож, Мист бы точно взял себе. Подобрав его, Кеннет передал его Клем. — Да, это тоже поможет.       Клементина переняла предмет и достала из ножен. Даже такие профаны в этом как Дак и Клем смогли оценить этот нож. Прорезиненная рукоять приятно лежала в руке, небольшая защита кисти даже почти не выделялась на ноже, а о лезвие, казалось бы, можно порезаться, просто взглянув на него. Поддев им заклёпку ящика, Клементине открылось содержимое. Внутри лежало несколько фотографий, книг, а также две банки консервированных бобов. — Так тот парень не врал… — в комнату вошёл Элвин и увидел всё содержимое комнаты. — Да, не врал, — ответила Клементина, кинув мужчине банку в руки.       Ловко поймав консерву, Элвин грустно смотрел на банку. По мнению детей, пусть в этой группе никто и не был подлым ублюдком, но самым добрым и при этом сильным, во всех смыслах этого слова, они считали Элвина. Пусть тот слишком часто шёл на поводу у жены. Отчего-то у мужчины появилась улыбка на лице, и, на немного вопрошающий взгляд детей, он повернул банку лицевой этикеткой к ним. На ней была изображена девочка лет десяти с тёмными волосами, заплетённые в два коротких хвостика. — Одно лицо, — улыбнулся мужчина. Дак после этого едва не засмеялся, а Клементина надулась, в тиху́ю угражая другу кулаком, на что тот только сильнее зашёлся беззвучным смехом. Неожиданно Элвин стал более серьёзным, чем пару секунд назад. — Ребят, слушайте… Ребекка она… Как бы… ест за двоих… А еды, ну, не сказать, что много, поэтому может оставим это между нами?       Клементина посмотрела на Дака и кивнула в сторону Элвина, безмолвно спрашивая, мол, что нам убудет? Дак лишь согласно пожал плечами. Элвин, наблюдая за этими двумя, заулыбался не сколько от того, что они согласились помочь ему с едой для жены, сколько от их совместных переглядок. Те же, в конце концов, согласно и одновременно кивнули головой мужчине. — Спасибо, ребят. Мы этого не забудем.       После этого все трое вышли из домика. Клементина, недолго подумав, пошла к Нику, Элвин — к Ребекке. Дак же взял из общего рюкзака отвёртку, решил слегка подкрутить складной нож, ибо он потихоньку стал расшатываться. К сожалению или счастью, закончил он с этим быстро, поэтому, чтобы не скучать, юноша снял импровизированную тетиву с лука, а позже попробовал надеть обратно. После пары таких тренировок он окончательно снял тетиву, пока это не пригодится в ближайшем будущем. Уже скоро после этого он просто сидел и смотрел на мост. Спустя пару минут к нему присоединилась Клементина. — Сколько время? — от скуки спросил юноша. — Не знаю, — легко ответила Клементина, подкручивая свой складной нож оставленной Даком отвёрткой. — У тебя же были часы? — Это оказались часы Пита, — ответила девочка, проверяя работоспособность ножа. — Так что я отдала их Нику. Ему нужнее. — Да, пожалуй.       Через десять минут Карлос объявил о продолжении пути и группа, собрав последние силы в кулак, пошли в гору. Ещё на мосту там был какой-то дом, похоже горнолыжная база. Лично Даку всё равно, главное — что б сухо было.

***

— Ох, ну когда мы уже… взберемся.? — с отдышкой спросила Ребекка. — Кажется, уже Бек, — слегка поддержал её муж. — Люк, как там? — Совсем немного осталось, — ответил парень. — Тут, кажется, кто-то хорошо забаррикадировался. Нам повезло: там должно быть тепло и сухо, а может даже припасы есть. — И всё же мне не спокойно, — проворчал Карлос. — Люк, иди посмотри с подъёмника есть там кто внизу. — Ладно, Клем, Дак, идём, поможете.       Дети быстро устремились за парнем, который стоял у опоры подъёмника, думая, как бы взабраться. — Как думаете, сможете подняться? — спросил Люк. — Ну… Наверное, — неуверенно пожал плечами Дак, наблюдая за высотой лестницы. — Да, скорее всего, — почти что уверенно ответила Клементина. — Это не труднее, чем забраться на домик на дереве, — попытался подбодрить детей Люк. — У меня был домик на дереве… — улыбнулась немного Клем. — Ну вот. — …я ненавидела его. — Оу…       Несмотря на этот диалог, Клементина довольно быстро согласилась залезть на подъёмник. С ракурса Дака и Люка лестница была не самой надёжной, поэтому юноша даже не пытался представить все глазами Клем: у него бы точно началась паника. В один момент Клементина едва не соскользнула с лестницы. — Воу-воу, аккуратно! Если что — я тебя поймаю! — кричал Люк Клем, а после добавил: — Наверное…       В конце концов, девочка добралась до верхушки, но крики со стороны здания заставили оглянуться оставшихся внизу. Кто-то громко спорил с их группой. — Дождись Клементину, — сказал Люк. — Потом особо не вылазьте — это может быть опасно. — Серьёзно? — спросил про последние Дак, но Люк уже убежал к группе. — Я вижу там свет! — крикнула Клементина. — Люк? Дак? — Клем, спускайся, у нас ЧП!       К счастью, этим детям дважды повторять не надо. Поэтому, услышав друга, девочка аккуратно, но быстро спустилась по лестнице и впилась вопрошающим взглядом в Дака. — Кажется, в этом доме есть выжившие. — Тогда пойдем поговорим с ними, — просто ответила Клементина. — И что мы сделаем? — Ну, мы же дети. Какие люди будут бить тех, у кого есть дети? — Много кто… — А из адекватных? — А таких осталось немного…       Закатив глаза, девочка пошла в сторону споров. Дак, тихо выругавшись, пошёл за ней. — Дорогуша, если ты не заметила, я беременна! — видимо Ребекка пустила в игру свой главный козырь, но, похоже, он не сработал. — Да мне особо без разницы, я не начну диалог, пока вы не опустите пушки! — крикнула видимо женщина из той группы. — Делайте, что она сказала! — послышался до жути знакомый голос, но Клем не поняла, чей он. А Даку показалось, что он сходит с ума. — Ты слышала? — Что?       Но Дак не спешил объяснять. Он почти побежал к месту конфликта, желая скорее убедится в своей правоте. В порыве этого непонятного чувства Дак едва не сбил Элвина и Карлоса, чем вызвал их недоумение и недовольство, Клементина от него не отставала.       Первые пару секунд мужчина в зелёной куртке и с отросшей бородой не замечал, кто пробился в первые ряды. Отметил и перевёл взгляд опять на слишком назойливого парня с мачете. Но потом пришло осознание. Он вернул взгляд на детей — детей! — и уставился на них, открыв челюсть и едва не роняя винтовку. — Кенни! — первая опомнилась Клементина и понеслась в объятья старого — во всех смыслах этого слова — друга. Дак же стоял, глупо улыбался и едва ли не плакал. — Стоп, вы знаете это… — но не успел Люк договорить, как Дак понёсся, роняя лук, как и Клем пару секунд назад: — Папа! — Вопрос отклонён, — с улыбкой прокомментировал ситуацию Люк. — Сынок, Клементина, Господи… — сам Кенни видимо не до конца отршёл от осознания того, кто перед ним. Его сын и дочь лучшего друга. Живые и невредимые.       Ни люди Карлоса, ни люди Кенни не сумели нарушать эту идиллию, длившуюся несколько долгих секунд. В конце концов, Кен присел перед ними на колено и спросил что-то, что было слышно только им: — Это хорошие люди? — Иначе нас бы здесь не было, — улыбнулся Дак, всё ещё не вытеревший слёзы при виде отца. Живого и невредимого. Кто бы мог подумать, что он смог пробиться через ту толпу ходячих? Да никто. Даже Мист и Ли посчитали его покойником.       Кенни поднялся на ноги и опустил винтовку. Ещё раз посмотрев на новоприбывших, он объявил: — Похоже вы как раз к ужину, — он улыбнулся, и Дак, наблюдая за ним, на секунду решил, что он вернулся в прошлое, каждый день замечая эту улыбку и тёплые отцовские глаза. — А мы… не помешаем? — спросил Карлос. — Более уверен, что нет! — весело заявил незнакомый мужчина. Он был одет в брюки и новогодний свитер, сам был немного полноват. Лицо выделялось довольно странным сочетанием залысины и, кажется, самых густых бровей на ближайшие восемь километров. — Пожалуйста, проходите! — тепло улыбнулась женщина с темной кожей и в голубой куртке. Клементине показалось, что она чересчур много смотрит на Кенни и с опаской (если не смотрит вовсе) поглядывает на Дака.       Зайдя вовнутрь помещения, все раскрыли свои рты в немом удивлении от того, насколько просторным было это место, стояла рождественская ель, а ещё везде висели гирлянды, которые горели бледно-желтыми и нереально красивыми огоньками. Это наводило на ещё одну мысль. Здесь есть электричество. — Всё это мы нашли на складе этой горнолыжной базы, — пояснила женщина в голубой куртке. — Не думаю, что нам удастся открыть лыжный сезон, но может хоть Рождество отпразднуем как надо. — Благодаря ветряной мельнице у нас есть электричество, — продолжил Кенни. — А наш единственный и неповторимый Уолт готовит просто замечательные блюда каждый день! — Звучало как реклама, — усмехнулся Люк. — А теперь попрошу вас оставить ваши вещи здесь, — Кенни показал рукой на скамейку у входа, но группа не была намерена оставлять свои вещи, в том числе и оружие, в таком простом месте. — Не хотелось бы попасть в ловушку, — Ник невзначай поправил ремень винтовки на плече, а Карлос «сбивал грязь» возле кобуры своего пистолета. — Вы можете ручаться за этих людей? — Кенни не обратил внимание на действия Ника и Карлоса, также как и на недовольные взгляды Люка, Элвина и неизвестной женщины, когда он задал этот вопрос.       Вот и настал, наверное, один из самых значимых моментов для них. Обсуждая, можно ли верить этим людям, Клементина и Дак так и не пришли к единому мнению. Поэтому, что делать с этим, им придётся решать по одному. Хотя оба понимали: что бы не сказала Клементина, слова Кеннета-младшего будут преподнесены выше, чем слова девочки. Поэтому, бросив короткий взгляд на Ника, Клем перевела его на Дака, спрашивая, «что теперь делать?» Сам юноша не знал, как ответить на такой вопрос, но, зная отца, Кенни может ждать ответа долго. Так что, глубоко вздохнув, Дак ответил: — Боюсь, что не за всех… — ответил Дак. Люк бросил немного разочарованный взгляд на детей, и они ответили ему сожалением в глазах.       Кенни понимающе кивнул и посмотрел на остальных участников группы. Ему уже не впервой приходилось сталкиваться с вроде порядочными людьми, которые оказывались жестокими убийцами и маньяками. Чего одни Сент-Джоны стоят… Но почему дети едва ли не извинялись за сказанные Даком слова? Может ли быть, что лишь один человек совершил ошибку? Вон, тот большой мужик вроде подбадривает паренька помоложе. Может ли быть, что он сделал что-то такое, что дети сочли за опасность? Решив, что отданный в последний момент Мистом топор, всё ещё будет при нём, Кенни подошёл к скамейке и оставил рядом с ней свою винтовку.       Люк, улыбнувшись, также подошёл к скамейке и оставил своё мачете. Остальные также оставили там своё оружие. Кенни, заметив, как дети смотрят на него, подмигнул и пригласил в свои крепкие медвежьи объятия, в которые они без вопросов кинулись. Когда все оставили свои вещи, всё разбрелись по базе: Уолт, как его назвал Кенни, готовил ужин, Сара и незнакомая женщина пошли за ёлочными игрушками, Элвин, Ребекка и Карлос сидели на втором этаже, Люк и Ник засели недалеко от Уолта, а Кенни, его сын и Клементина устроились на мягком красном диванчике у камина. — Что ж, признаться, я уже и не надеялся встретить вас, — почти прошептал седой мужчина. — А когда думал, встречу ли я вас, представлял, что с вами будет и Ли.       Дети тут же поникли, а брови Кена взлетели вверх, а в глазах читалось чёткое понимание того, что он сказал и перед кем. — О, Господи, прости, Клементина! — попытался извинится мужчина. — Я совсем… — Ничего, — грустно вздохнула девочка. — Он… Он ведь… Не хотел, чтобы мы грустили, да? — в уголках ярких янтарных глаз Клементины застыли маленькие жидкие стёклышки, готовые выкатиться в любой момент, но девочка быстро сморгала их и утерла рукой. — Не хотел, — согласился мужчина. — А ещё ты всё носишь эту грязную старую кепку, — на этот раз Кенни почти посмеялся, слегка ударив пальцем по козырьку головного убора Клем. Девочка хотела чуть-чуть съязвить, но Дак прервал её своим замечанием. — Как и ты всё ещё носишь этот старый топор.       Мужчина аккуратно достал из-за пояса топор Миста. Тот почти не изменился. Лишь немного почернела рукоятка, а само лезвие местами поцарапано и даже видно, где граница предыдущей заточки. — Надеялся его увидеть вместе с вами, — Кенни сказал это, не отрывая взгляда от Мстиславского топора, — Мист мне жизнь спас, без этого топора, я бы точно далеко не ушёл. — Я думаю, ты себя недооцениваешь, — улыбнулась немного Клементина. — Он тоже тебя везде искал первые две недели. — Что с вами случилось? Почему вы оказались с этими ребятами? — Кенни явно был озадачен этими вопросами. Но дети поняли, что его волнует также и третий вопрос: «Где Омид, Криста и Мист?» — На нас… напали… — начал Дак. — Так уж вышло, что нас было не пятеро, а шестеро, — на немой вопрос отца, тот поспешил ответить, — у Омида и Кристы родился сын. — Да ладно! — улыбки Кенни не было предела, а потом, ровно через секунду, он вспомнил, что его сын рассказал, что на них напали, и улыбки как не бывало. — Из-за этого еда, вода и прочее заканчивалось очень быстро, — продолжала Клементина. — А выходить за припасами мог только Мист. Только на его дичи мы и жили. — Мы всё время были в пути, пытались найти Веллингтон, — на последнем слове Дак сделал акцент, как будто бы высмеивающий. — Сам Мист жил от нас едва ли не обособленно, почти параллельно с нами. Он приходил раз или два в неделю приносил припасов и опять уходил. Мог задержаться на пару дней, но не больше. — И в один из таких дней, когда он только-только ушел, на нас напали падальщики. Мародёры, — пояснила Клементина. — Один из них заметил нас с Даком и погнался за нами, мы слышали выстрелы, но задели ли кого-то, убили, этого мы не знаем. — Единственное, что мы видели — вернее Клем видела, — продолжил Дак. — Когда мы, отступая, упали в реку, Клем заметила, что Мист выбежал за нами с мачете в руках, но что с ним случилось после мы не знаем. — Вы так сказали про Миста будто он вас убить пытался, — грустно посмеялся мужчина. — И всё же я надеюсь, что нет, — совершенно неожиданно в разговор вклинилась незнакомая, всё ещё непредставленная женщина. — Кенни так много рассказывал о вас и ваших друзьях, что я не хочу и думать о том, что Мист вас предал или того хуже. — Он, чёрт его побери, русский, — махнул рукой Кен. — Такие без повода не предают… Ох, где мои манеры! Прошу представить вам, Сарита, моя девушка, — Сарита неловко улыбнулась детям, несколько задержав взгляд на Даке, и кивнула головой. Клементине сразу стали понятны все короткие взгляды женщина на её друга, который в свою очередь широко улыбнулся отцовскому счастью и весело переводил взгляд с отца на Сариту.       Дак, не убирая улыбки, протянул женщине руку и, когда та тоже сделала это, аккуратно пожал её. — Чёрт, как же я рад, что вы здесь, — радостно, даже с каким-то мечтательным вздохом, сказал Кенни. — Рождество встретим, на лыжах покатаемся… — Я ни разу не каталась на лыжах, — немного стыдливо опустила глаза Клементина. — Значит, будем с тобой учится вместе, — улыбнулась Сарита. — Кто-то сказал лыжи? — неожиданно для всех в разговор вошёл Люк с улыбкой на лице. — Мы с Ником тоже раньше любили погонять, но так, по-любительски. — Был бы тут Мист… Он бы нас всех прямо сейчас научил бы кататься даже без снега, — слегка усмехнулся Дак. — Как же? — заинтересованно спросил Кенни. Он не помнил, чтобы тогда ещё подросток говорил о умении ездить на лыжах. — Он раньше где-то два года занимался этим как спортом, — пояснила Клементина. — Мист рассказывал нам об этом во время путешествий.       После разговор прервался, потому что каждому надо было заниматься своими делами: Кенни помогал Сарите, которая не нуждалась в помощи, перетаскивать ёлочные игрушки из склада, но, не смотря на уговоры, мужчина всё равно таскал коробки заместо женщины, на что та усмехнулась: — Джентльмен, — Сарита, с улыбкой на губах, взяла коробку помельче и пошла за бойфрендом, украшать ёлку вместе с Сарой.       Люк пошёл проверить Ребекку и Элвина, Клем и Дак присоединились к украшению Рождественского дерева. — Вот молодцы, — ещё шире улыбнулась Сарита. — Осталось повесить самое главное украшение, — пальцем Сарита указала на верхушку ёлки, до которой можно достать со второго этажа. — У нас дома, на каждое Рождество, на вершине висел ангел. — Клементина, не могла ли ты подняться и повесить игрушку? — Конечно.       Пока Клементина поднималась наверх и вешала ангела, Дак ещё раз осматривал помещение взглядом. Красота, уют и покой. Словно и не было ничего плохого. Иногда Кеннет-младший ловил себя на мысли, что хорошо, что всё это произошло. Ведь тогда бы он не встретил Клементину, Ли, Миста и многих других. Но с другой стороны, тогда была бы жива мама. От воспоминания о матери в глазах защипало, но, справившись с этим, Дак мимолётно утёр слезы и сел на ближайшую лавочку. — Уолтер, Мэттью сегодня присоединиться к нам? — спросила Сарита. — Да, вроде, он говорил о чём-то подобном. Я на него тоже готовлю на всякий случай. — Кто этот Мэттью? — спросил Дак оказавшегося рядом Кенни. — Друг Уолтера, — просто пояснил мужчина. — Хороший парень, хотя он мне не нравился по началу… Подозрительно добрый. Но позже мы с Саритой узнали, что эти двое просто не могут без доброго отношения ко всему.       Дак снова задумался. Снова вспомнил момент на заправке. Девушка хотела украсть их припасы, да даже потянулась к оружию! А Мист лишь поймал её за этим и едва потянулся к стреле, просто прогнав её. Чем он руководствовался: добротой или простым милосердием? — О чём задумался, сынок? — Около полутора лет назад на одной заправке мы встретили девушку. Перед тем, как мы её заметили, она хотела украсть вещи и оружие Клементины. А когда я её заметил, Мист… Просто отпустил её. Даже не поднял оружия, не бросил угроз вдогонку… Просто: «Проваливай»… И я не понимаю, почему… — Почему он пощадил её? — Да, — устало вздохнул Дак — Он просто верит, — сказал Кенни. — Несмотря на то, что это делает едва ли не каждый человек сейчас, убийство для таких как Мист или Уолтер не является выходом. Да, они могут убить. Но они хотят до последнего сохранить то, что было до апокалипсиса. Мир в обществе. Человечность. Именно Уолтер и Мэттью показали мне, что выживать не достаточно. Нужно уметь жить в этом мире. И я надеюсь, что именно за такими людьми будет будущее… — Ужин готов! — тем временем сообщил Уолт.       Кенни сразу пошёл за стол с Саритой, а Дак решил немного подождать Клементину. Всё, что ему объяснил отец… Над этим надо подумать. Люк, Ник и остальные тут же сели за другой стол. Уолт проходил мимо каждого и выдавал им рагу из консервированных бобов и мясо кролика, которое добыл Кеннет-младший. — Ребят, сюда! — Клем, Дак, садитесь к нам! — одновременно раздался голос с обоих столов, гостей и хозяев. Недолго думая, дети пошли за стол Кенни, что, в принципе, очень легко объяснялось.       Когда дети сели напротив Кенни и Сариты, к ним в ту же секунду подошёл Уолтер. Он выдал каждому по порции и с тревогой глянул за окно: Мэттью ещё не пришёл. Попробовав блюдо мужчины, Клементина и Дак начали активно есть, а Кенни пошутил про приём бобов в пищу, что запустило несколько реакций присутствующих: Сарита напомнила мужчине, что за столом такие шутки не приличны, Уолт закатил глаза, Клементина слегка улыбнулась, а Дак подумал, что даже по этим глупым шуточкам он скучал. — Ну, детишки, — Кенни перешёл на шёпот и быстро глянул на соседний стол. — Кто у них главный? Этот… Люк? — Кенни, — попыталась одёрнуть своего парня Сарита, но тот лишь попросил жестом её немного помолчать. — Люк славный парень, мне он нравится, — ответила Клем и продолжила есть. — А жизнь вы бы ему доверили? — всё же с небольшим пристрастием спросил Кен. — Мы уже и не раз, — также спокойно ответил Дак и продолжил есть. — Что «уже и не раз»? — снова, который раз за вечер, неожиданно для всех появляется Люк, а вместе с ним Ник. — Вспоминали приключения, — уклонился от ответа Кенни. — Насколько вы планируете остаться? — Думаем завтра выйти с утра пораньше, — ответил Люк. — Соберём вещи да пойдем. — Хорошо, у ребят будет время попрощаться.       Люк посмотрел на Кенни полными недоумения глазами. Кто с кем прощается? Какое время? И только пару секунд спустя Люк понимает, что Дак точно останется — ведь тут его отец. Неужели Клементина тоже решила остаться? — Я думал, что мы пойдём все вместе, — предпоследнем слове Люк сделал явный нажим, обращаясь словом и взглядом к немолодому мужчине. — Послушай-ка сюда, — Кенни от злости стукнул ладонью о стол и выпрямился. Сарита положила свою руку ему на плечо, но, дёрнув плечом, Кенни сбросил её, — я долго не видел свою семью и хрена с два я позволю ещё кому-нибудь разделить нас снова! Поэтому ты не пойдёшь с ними никуда, потому что это, блять, мой сын! Это, черт тебя дери, дочь моего лучшего друга! Моего брата! — конечно, Клементина была очень польщена такими словами о Ли и о ней самой, но слушать ругань Кенни и Люка не хотелось вовсе. Кто-то немного дёрнул за рукав кофты Клем, этим неким оказался Дак, указывающий, что чуть вдали её подзывает Уолтер. Сам Кеннет-младший решил остаться, чтобы в случае перегрева ситуации вмешаться.       К слову, никого останавливать в избиении или убийстве не пришлось. Спустя несколько минут Кенни встал с грохотом изо стола и вышел на улицу, прихватив с собой винтовку. Люк просто продолжил злобно сверлить дверь взглядом. Вздохнув, Дак присел у того же камина и смотрел на него пока его кто-то не потревожил. — Дак! — позвал громким шепотом и потряс за плечо уже успокоившийся Люк. — Чего тебе? — немного хрипло ответил юноша. Видимо, он сумел задремать. — Кажется, я понял, кто такой Мэттью… — на вопросительный взгляд Дака Люк протянул ему фотографию в рамке. На ней были изображены на фоне горы Уолтер и какой-то мужчина азиатской внешности. Снова взглянув на Люка, Дак дал ясно понять, что он не въехал. — Это тот парень, которого Ник застрелил на мосту, — парень понизил голос до едва слышимого шёпота, и теперь Дак понял в какое дерьмо они попали. — Что будем делать? — Идей нет… — Ник знает? — Ник знает, что? — как неожиданно для троянцев вышли греки из деревянного коня, так и для Люка с Даком неожиданно появилась Клементина. Видимо их напряжённость девочка поняла по-другому. — Что? Мальчишеские тайны? — вместо ответа Дак протянул ей фотографию. Быстро осмотрев её, Клементина сделала глаза по десять центов и посмотрела на друзей. — Это Мэттью, — в голосе Люка теперь не было и капли сомнений. Теперь он был уверен в своих выводах. — Нужно рассказать Нику, — подала голос девочка, — а потом он сознается. Они разозлятся, но он скажет правду! — полушепотом восклицала Клем. — Ты с ума сошла?! Старик ему голову отсечет за это! Не в обиду, пацан, — Люк по делу говорил. Шанс того, что Кенни не убьёт Ника после этого есть, но какой? Может он и вовсе роль судьи, выносящего приговор, передаст Уолтеру? И что тогда, надеется на его доброту? Кенни уже рассказывал — Уолт готов идти на жертвы со стороны людей. Не всегда, но готов. Каков шанс, что Ник останется жив? — Вы это тут о чём шушукаетесь? — теперь уже сам Ник присоединился к разговору. Дак решил не церемониться вовсе — только обсуждаемый подошёл к ним достаточно близко, юноша взял фотографию из рук Клементины и передал Нику. — Господи… Что теперь делать? — Ты должен ему всё рассказать… — определённо Клементина решила попробовать сделать всё честно и без утайки. Однако Люк видимо не считал так. — И что из этого выйдет? «Простите, я убил вашего друга?» — Как-то так, — кивком согласился Дак. — В любом случае… — вздохнул Люк, а потом открыл глаза, будто ему кто-то внутревенно воткнул адреналин. — Клементина, нож Мэттью! Спрячь или избавься от него! Если он его не видел это может помочь отсрочить дело.       Пусть Клем и не поддерживала такой план, избавиться от ножа согласилась. Она ушла за ножом, а потом вышла на улицу — может быть выбросить его. За ней вышел Ник, тот подумал, у неё нашлись проблемы с избавлением от улик. Люк и Дак решили присесть на ближайшую скамейку немного выдохнуть. — В какое дерьмо мы вляпались… — Люк устало потёр переносицу и облокотился руками на колени. Ответом ему послужило только вздох Дака, который посчитал, что слова сейчас точно лишние.       Неожиданно со всех сторон послышался странный шум, в основном он шел с окон справа, но никакой связи Дак уловить не смог. — На улицу! Живо! — Кенни как всегда оперативно уже с готовой винтовкой выбегает на улицу. За ним бежали Карлос, Элвин и Сарита. Люк и Дак, прихватив своё снаряжение, также побежали за ним.       На выходе был расстроенный Уолтер, испуганный Ник и напряжённая Клементина. В руках Уолтера Дак увидел тот самый нож и понял причину задержки ребят. — Лопости мельницы вертятся слишком быстро и шумно! — перекричал шум Кен. — Я, Люк и Дак отойдём налево, сдержим ходячих там! А вы отключите питание мельницы!       Всё разбежались. Дак, зарядив стрелу и тщательно прицелившись, расслабил пальцы на тетиве, но сильный ветер и, возможно, неправильное выполнение выстрела отправило стрелу в грудь мертвецу. Раздражённо выдохнув, Дак повторил попытку, и она уже вышла удачной, если не считать двух сломанных стрел. Взяв на сушку ещё одного, юноша вновь сделал выстрел, но стрела влетела прям в лоб ходячему, что с одной стороны убило его окончательно, а с другой — то же самое сделало со стрелой. «Спокойно» выдохнув, Кеннет-младший убрал лук за спину и достал лопату. В голове у Дака уже сложилась отличная система боя для него и Клементины, осталось проверить эту систему на практике. Немного обходя ходячего, Дак ударил лопатой прямо по колену мертвеца, от чего тот упал им на землю, что сделало гнилушку уже слишком уязвимой. Разобравшись таким образом с тремя, Дак совсем не заметил ещё одного сзади. — Дак, за тобой! — крикнул Кенни, но юноша уже не успевал обернуться. Однако вместо того, чтобы впиться в плоть Кеннета-младшего, ходячий просто упал. Виной тому послужил Люк, пронзивший череп мертвеца мачете. — Спасибо, — благодарно кивнул Дак. — Будь внимательнее, — в шутку погрозил пальцем Люк и тут же вернулся в бой, где ему помог управиться Кенни, вышибив мозги двум ходячим за выстрел.       Зачистка продолжилась. Дак был уверен: если бы не дождь, они давно бы смогли скрыться от мертвецов в их же крови. Разобравшись со своими «друзьями», имея ввиду ходячих, юноша оглянулся на остальных. У отца проблем не возникало от слова совсем, а вот у Люка, кажется, начинаются проблемы. Отбиваясь от семерых разом, парень не замечает, что со спины к нему подходят ещё трое. Попробовав приманить их свистом, Дак отвлёк двоих из них и ещё одного со стороны. Но последний всё упорно продолжал идти к Люку. Вонзив лезвие лопаты прям в середину переносицы, Дак думал уже сломя голову бежать к Люку, ибо крикнуть ему что-то не хватало дыхания. Но в последнего, третьего, ходячего прямо в висок вонзается топор. Люк, услышавший свист летящего предмета, немного прифигел, увидев эту картину. Посмотрев в сторону Кенни, Люк увидел еле заметный кивок и сделал то же самое. Дак тем временем, сморщившись от вони очередного ходячего, который, судя по виду и запаху, сгорел не так давно, с силой ударил по голеностопу так, что тот упал на землю. Быстро его добив, Кеннет-младший посмотрел по сторонам. Это всё. Люк выдернул топор Кенни и хотел подойти к старику. — Это было про… — начал было он, но его прервали выстрелы. И не просто выстрелы, а пулемётеые, мать его, очереди! По быстрому взгляду на Кенни, можно было легко понять — такого оружия у них нет. — Люк, Дак, отойдите немного в лес и будьте на стрёме, я погляжу, что случилось, — с этими словами Кенни побежал в небольшую будку рядом с горнолыжной базой, даже не прихватив свой топор.       В следующие длительные минуты, Дак и Люк были свидетелями попыток Кенни спасти остальных. Юноша несколько раз порывался пойти, но Люк его осаживал, говоря, что с луком против автоматов не попрёшь, и Даку приходилось это признавать. Люк всё пытался расслышать, кто перекрикивается с Кенни, но долго не мог понять из-за приличного расстояния. — Я ведь могу так всю ночь! — услышали они наконец. Этот голос не показался Даку дружелюбным, а по лицу Люка так это вообще был самый страшный человек на свете. — Карвер… — прошептал он. И если раньше Дак мог подумать, что он по колено в дерьме, то теперь мог смело поднять уровень до подмышек. Вся их группа в заложниках у человека, которого боялась такая маленькая, но сильная духом и опытом компания.       Выстрелы прекратились. Долгое время они вглядывались и вслушивались, почему, но, увидев, как открывается будка, где сидел Кенни, они поняли, мужчина по какой-то причине сдался. Карвер пригрозил Клементине? Сарите? Отчего ещё мог сдаться отец? Нехватка патронов? Догадок могло быть вагон и маленькая тележка, но вывод один. Люк и Дак должны спасти их одни.