Когда умерла любовь, ты стал моим спасением...

Наконец всех участников позвали на сцену, Дима тут же накинул на плечи Тамары меховую короткую шубку, после чего вместе с гримером старательно и аккуратно поправлял длинные локоны певицы, наслаждаясь возможностью поухаживать за возлюбленной. Тамара же ловила нежным взглядом каждое движение партнёра, но делала это максимально незаметно. — Приветствуйте наших участников! — объявила Алла Борисовна, которая едва скрывала раздражительность из-за поздно начавшихся съёмок. — Вот они! Теперь уже восемь пар! — Герои нового фильма: восемь женщин… — поддержал соведующую Галкин. — И восемь мужчин, — подхватила его идею Пугачева. — Итак! — выдерживая небольшую паузу, начал Максим. — Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев! Актёр не сводил взгляд с возлюбленной, тем более, что с высоты собственного роста ему открывался просто прекрасный вид в декольте своей невесты, и сейчас он всё больше ощущал «ломку» диеты, на которую его посадила Тамара, не позволяя прикасаться к своему телу под покровом ночи, благоволящей абсолютной страсти, которая закипала в нём подобно вулкану. Услышав её имя из уст ведущего, Дима тут же посмотрел на певицу, ожидая каким же будет её приветствие, но она лишь немного, самую малость склонила голову и отклонилась немного назад, поэтому мужчина последовал примеру партнерши, поклонившись зрителям. Тамара широко улыбалась и чувствовала на себе взгляды Дюжева, прекрасно понимая, что реверанс откроет партнёру и без того роскошный вид в вырез её платья, а оказаться в его объятиях на диване в гримерке ей больше не хотелось, слишком запретной и недопустимой была их выходка на съёмках прошлого выпуска. Однако мысли всё равно путались, заставляя страстную и желанную внутреннюю натуру чрезвычайно радоваться, что она одним лишь своим видом сводит мужчину с ума. Воспоминания захлестывали с головой, а тело вспоминало каждое движение мужских пальцев, расшнуровывавших корсет этого платья, словно желая повторения, тоненькая бретелька предательски сползла вниз. А Тамара снова улыбнулась своим мыслям, догадываясь, почему Мама именно это платье ей упаковала в чехол для выступления, похоже сегодня Инна Владимировна решила самолично подтолкнуть дочь и будущего зятя к примирению. Пока Рудова и Колдун преподносили на суд зрителей и жюри свой номер, Тамара сидела в артистическом баре, Дима занял место не рядом с ней, а за спиной певицы, Гвердцители немного смутилась и покраснела, понимая, что он попросту любуется ею. Но сегодня съёмки ладились тяжелее, между выступлением каждого последующего дуэта, был перерыв не меньше получаса, поэтому Тамара и Дима, выступавшие вторыми, уже стояли за кулисами и ждали, пока их пригласят на сцену, пользуясь свободной минуткой, гримеры норовили подправить макияж или прическу участникам. Манера представляемся участников у Галкина была всегда довольно насмехающаяся, но в этот раз, «укол» был сделан не в адрес Народной Артистки Грузии, а досталось её партнёру: — Вот уже не один месяц длится наш конкурс, — подглядывая в текст, начал Максим. — И очень давно уже наши звёздные пары появляются на экране и естественно поползли какие-то слухи… Все участники с интересом посмотрели на ведущего, ожидая к чему же он ведёт, никто из артистов даже не догадывался с чьей именно лёгкой руки сценарий представления участников сегодня выглядел именно таким образом, но за всем этим стояла одна весьма проницательная особа, уже догадавшаяся о многих амурных тайнах закулисья шоу. — Так вот, мы не стали ждать пока кто-то придумает про наши дуэты слухи и решили опередить их всех и сами придумали сплетни про все наши дуэты… Максим старался смотреть и на участников, но взгляд постоянно возвращался к тексту, к этому выпуску он подготовиться не успел. — Итак, дорогие друзья, — Галкин почему-то стал оттягивать оглашение этой пары, ему явно не всё написанное нравилось. — Следующими нам порадует дуэт Дмитрия Дюжева и Тамары Гвердцители! Вот какой слух ходит про них у нас в закулисье, слушок такой… да… Максим старался смягчить сказанное, понимая, что подобные слова могут вызвать просто взрыв газетных заголовков, если кто-то примет их за чистую монету: — Поговаривают, что в ознаменование их первого совместного выступления Дмитрий подарил Тамаре кольцо с рубином, потом на Новый год он подарил ей серьги с изумрудами… Оскар Кучера немного ошалел, не веря своим ушам, это были уж слишком явные сплетни. — На Рождество колье с бриллиантами, — едва сдерживая смех, продолжал Максим, предвкушая скорый финал написанного. — На День Святого Валентина Дима подарил Тамаре букет гвоздичек… Это вызвало всеобщий смех, Дюжев же за кулисами закатил глаза, стараясь держаться уверенно и не реагировать на насмешки юмориста. Но Тамара очень тонко чувствовала настроение партнёра и немного приподнявшись на носочки, тихо уточнила: — Когда ты прилетел ко мне в Омск? Дима только сейчас вспомнил, что это было 14 февраля, и широко улыбнулся, лукаво глядя на певицу, она смущённо покраснела и добавила: — Мне твой подарок очень понравился… — Дело в том, что внезапно где-то задевался глянцевый журнал, из которого Дмитрий так бережно вырезал все предыдущие украшения! — закончил Максим. По залу прокатился довольно редкие смешки. — Хотя бы тебя не коснулся в этих речах… шут гороховый… — немного приобняв певицу за пояс, улыбнутся Дюжев, которого задевали слова в адрес его возлюбленной. — Итак, дорогие друзья, Дмитрий Дюжев и Тамара Гвердцители! Но своих любимцев зрители встретили бурно, тем более каждый теперь норовил углядеть, действительно ли в дуэте имеет место роман. — Знаменитый шлягер — Дилайла, в своё время успел перепеть наш знаменитый блестящий перепел, — Алла сделала паузу, словно подкалывает она сейчас не участников шоу, а бывшего мужа. — Филипп Киркоров. Зрители зааплодировали, раздались смешки, и следом, словно дожидаясь этой реакции, Пугачева продолжила с нескрываемым оценивающим тоном: — Ну, посмотрим, как перепоет Филиппа Киркорова этот замечательный дуэт: Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев! Дилайла! — Ну держитесь! — прошептал уже заведённый Космос, готовый прямо сейчас веселиться на сцене на полную катушку. Их взгляды с партнёршей пересеклись, и они уверенно вышли на сцену, Тамара сегодня была полностью ведомой и ей всё больше и больше нравилась эта роль: быть слабой и нежной женщиной за спиной сильного и надежного мужчины. Пара вышла на центр сцены, вставая не слишком близко друг к другу, чтобы не подтверждать уже и так расползающиеся словно змеи под первыми тёплыми весенними лучами солнца сплетни об их романе. — Дочь родилась у шарманщика доброго Карла, — довольно громко начал Дмитрий, обращаясь к зрителям. — Папа счастливый не знал как ребёнка назвать. Дюжев уже стал даже рукой помогать дирижеру, руководя музыкантами: — И под шарманку… не уставал он и ночью и днём напевать. Тамара смотрела на партнёра и всё тело налилось теплом, таким раскрепощенным он на сцене предстал впервые. Певица даже немного улыбнулась, однако платье предательски напоминало, что Дюжев тогда снимал его крайне неосторожно, бретелька вновь сползла, Гвердцители поспешила незаметно её поправить, затянуть платье получше, к сожалению не позволяли, ни время и ни место. — Лай-лай-лай, Дилайла! В унисон пропел дуэт, певица очень охотно подхватила движения партнёра ладонью, следуя за ним. Заметив это, Дима не удержался от соблазна подойти к любимой поближе, мимолётно касаясь вытянутой рукой её открытого плечика. — Лай-лай-лай, Дилайла! От Тамары прикосновение не укрылось, и она продолжила подпевать куплет, поворачиваясь к партнёру и улыбаясь ему. — Скоро втроём — шарманка, ты и я — с песенкой этой всю землю пешком обойдём. Гвердцители вступила в сольный кусок, замечая к огромному внутреннему разочарованию — Дима убрал ладонь из-за её спины, этот заботливый жест дарил ей уверенность, которую так хотелось иметь, будучи на сцене сольной эстрадной певицей. — Бедная улица, слушая песенку Карло. Дима тут же в такт мелодии стал аплодировать, призывая зрителей повторять за ним, ещё и мысленно удивляясь, почему это они не догадались до этого сами? Ведь поёт его невеста! — Этот нехитрый мотив начала напевать. Продолжила Тамара и повернулась на последних словах к Диме, протягивая к нему ладонь, словно ожидая его дальнейших действий на сцене. — И как и прежде! Подхватил Дюжев строчку своей партнерши. — Лайлою девушку стали все называть. Гвердцители повернулась к Диме и серьезно посмотрела на него, его поведение сейчас больше напоминало влюблённого поклонника, который просто не сводил с неё глаз и веселился, в его глазах была казалось бы целая тонна чертят, а лицо не покидало абсолютно задорное юношеское озорство! И эти карие омуты тут же смягчили серьёзный настрой Тамары, ей был непривычен такой стиль поведения на сцене, привыкшая ещё с консерватории к серьезному подходу к работе, сейчас она окончательно и полностью доверилась Диме. — Лай-лай-лай, Дилайла! Улыбка не покидала лица дуэта, а зрители уже давно стояли, аплодирую паре. — Лай-лай-лай, Дилайла! Тамара ловила каждый взгляд партнёра, чтобы их движения на сцене казались внешне хотя бы отрепетированными. — И кто умел, и даже не умел, песенку эту насвистывал всюду и пел. Даже Алла Борисовна не удержалась и стала тихо в такт аплодировать, отмечая совершенно новый жанр для дуэта, поющего только глубокую лирику. — Годы промчались, давно уж нет старого Карло. Сольно пропел Дюжев и так наклонился к зрителям, словно рассказывал им чрезвычайно важную и сокровенную историю. — Где его дочка, никто Вам не сможет сказать. Подхватила свою строчку Тамара, в отличие от Димы, она на сцене почти не двигалась. — Но, как и прежде, песню о ней продолжают вокруг напевать. Дима почувствовал смятение партнерши и поспешил в два шага преодолеть между ними расстояние, привычно протягивая ладонь ей за спину. Этого жеста хватило, чтобы у Гвердцители вновь спала бретелька с левого плеча. — Лай-лай-лай, Дилайла! Тамара между строчек песни поспешила её вновь поправить, а Дима тем временем уже «разошёлся»: — Все вместе! — скомандовал он, обращаясь к залу. — Лай-лай-лай, Дилайла! Тамара ощущала невероятный прилив, оказывается петь столь легкие песни, непривычные для её репертуара, довольно просто, если рядом на сцене такой партнёр как Дюжев. И вот он снова рядом с ней, только теперь стоит совсем близко, так, что плечом Гвердцители касалась его пиджака. — Пусть пролетели с той поры годы, — Песенке этой стареть не дано никогда. Они настолько остро чувствовали друг друга, находясь так близко, что даже их движения и эмоции очень совпадали, на последних словах строчки, Дима немного отошел и раскрыл руки, его глаза буквально кричали: «сейчас», Тамара кивнула ему и отвела в сторону ладонь с микрофоном, накидка, прикреплённая от плеча к браслету на запястье тут же распрямилась. Певица закружилась на месте, Дима повторил за ней, буквально не в силах отвести от неё взгляд, он при малейшем движении по кругу всё равно выворачивал голову в сторону певицы, любуясь своей зеленоглазой сиреной в развевающемся платье. Он остановился и протянул ей ладонь, словно приглашая, Тамара тут же вложила свою кисть в его, смотря на актёра с обожанием, безоговорочно даруя согласие на что угодно. Дима буквально вывел певицу на середину сцены, словно представляя всем свою возлюбленную, подтекст этого жеста не укрылся от Гвердцители, и она даже удивленно приподняла бровь, хотя тут же лицо украсила искренняя улыбка. Они повернулись друг к другу и продолжили исполнение песни, но их руки, словно жили своей жизнью, норовя снова соприкоснуться и никогда не размыкаться. — Но, как и прежде, песню о ней продолжают вокруг напевать. — Лай-лай-лай, Дилайла! На припеве пара повернулась к залу, Тамара сияла, в то время как Дима, всегда старавшийся на их выступлениях не заслонить своим ростом маленькую, а оттого ещё более хрупкую грузинку, сейчас же стоял в метре от неё, выпрямившись в полный свой рост и рукой продолжая даже подмахивать и залу и большой телевизионной аудитории. — Лай-лай-лай, Дилайла! На последней ноте, Дима немного повернулся к Тамаре боком, певица вначале замешкалась, а после подхватила: тоже поворачиваясь к нему полу боком, соприкасаясь своим плечиком с крепким плечом актёра. — Пусть пролетели с той поры года, — Песенке этой стареть не дано никогда. Но Дима довольно быстро занял привычное место: рядом, но не слишком близко с певицей и вытянул к ней ладонь, не касаясь её обнаженного плеча, но уверенный, что она чувствует тепло его руки. — Но песенке этой стареть не дано никогда! Пара закончила выступление вокализом Тамары, который она исполнила специально для Димы, полностью развернувшись к нему и отклоняясь немного на спину, буквально раскрываясь перед партнёром, последний аккорд и Гвердцители взмахнула рукой, к которой крепилась накидка, словно крылом лебедя, оставляя для всех в воздухе послевкусие её шарма и обаяния, поправляя в очередной раз сползшую за этот вечер бретельку платья. — У-у! — присвистнул в конце Дима, скорее сходя с ума от потрясающе красивой Тамары, чем от их совместного номера. Понимая, что этим полностью себя выдал, он рассмеялся в микрофон и тут же поспешил его убрать, смотря на партнершу с нескрываемым обожанием. — Спасибо! — Дмитрий поблагодарил зал. И словно верный рыцарь занял место совсем близко с Тамарой, уже открыто и без стеснения, обнимая её за лопатки. Все их подтексты и переглядки заметила Примадонна и убедилась, что сплетни придуманы были совершенно верно, этот дуэт буквально искрился флюидами влюбленности. И это осознание заставило Аллу хохотать, ведь им с Максимом не приходится хотя бы прятаться, в то время как дуэт, стоящий сейчас на сцене всеми силами скрывал свои отношения, о которых не подозревал и не судачил за кулисами уже разве что только ленивый и слепой. — Дмитрий Дюжев и Тамара Гвердцители! — хохоча представила их ведущая, подходя к паре. Грузинка кивнула Пугачевой, немного склоняя голову. — У нас сегодня было уличное пение! Уличное! — поспешил объясниться Дима, чтобы не возникло лишних вопросов. — Ой! Не знаю! — Алла едва могла говорить от смеха, она протянула руку к Тамаре, направляясь обнять. Гвердцители сделала несколько шагов навстречу, позволяя себя обнять, и немного отводя лицо в сторону, чувствуя ладонь Пугачевой на своих длинных волосах. Дима старался с улыбкой наблюдать за этим, хотя в глубине души ревновал, что даже подобные объятия сейчас достаются не ему, а Примадонне. Отстраняясь, Алла специально задела рукой ту самую бретельку, всё не дававшую Тамаре покоя во время выступления, певица поспешила вновь поправить её. А Дима вмиг посерьёзнел, стараясь настроиться на серьёзный лад, понимая, что смех ведущей уж слишком надолго затянулся. Пугачева подала ему руку, но актёр лишь пожал её, не став как прежде целовать. Зал стоя скандировал «Молодцы!», продолжая аплодировать. — Молодцы, конечно, молодцы! — Примадонна поддержала зрителей, понимая что их мнение по факту тоже решающее на шоу, помимо естественно её весомого слова. — Но меня что-то такой смех разобрал! Алла посмотрела сначала на Тамару, и грузинка тут же смущённо постаралась прикрыть декольте рукой и как бы невзначай поправила бретельку. Далее ведущая перевела взгляд на Дюжева тут же рассмеялся, хотя ему всё больше не нравилось, что Пугачева заняла место между ним и его партнёршей. Его тянуло к Тамаре, к её улыбке, к волне обаяния, исходящей от этой удивительной женщины. — Я… с моим воображением… я представила, что Вы на открытии какой-то очередной олимпиады… — Алла с трудом подавляла рвущийся наружу смех. Дуэт тут же улыбнулся, переглядываясь друг с другом и снова возвращая взгляд на ведущую, ожидая продолжения её речи. Однако Диме это нравилось уже всё меньше и меньше, он даже положил руку себе на пояс, готовый отстаивать выбор их сегодняшнего репертуара. Алла это очень четко ощутила, пылающий вулкан темперамента от высокой фигуры Дюжева исходил чрезвычайно остро. Поэтому она продолжила говорить, обращаясь уже только к Тамаре, хорошо зная об её интеллигентном воспитании: — Штата там… или не знаю… страны, штата Дилайла — Лай-лай-лай! Дилайла! — немного коверкая язык, исполнила Примадонна. — Просто ещё знамёна в руки! Бурно жестикулируя продолжала Пугачева. — Ну гимн просто! Гимн! Дюжев сжал зубы, хотя лица не покинула улыбка, недовольство в нем уже закипало. — А может её надо было как-то лирично… — продолжала Алла делать замечания исполнителям в довольно шуточной манере своего гражданского мужа по совместительству соведущего. — И не лай-лай, а Лайма! Дима оценивающе окинул Пугачеву взглядом, в его глазах явно читалось ТАКОЕ неодобрение поведением и словами ведущей, что актёр уже стал подумывать как бы оттеснить Аллу подальше от Тамары. Которая ещё и внимательно слушала эту критику, высосанную просто из воздуха! Однако, он тут же выдохнул, когда увидел, как партнерша попросту смеётся над словами Пугачевой, хотя и понимал, что в глубине души, её очень задевают подобные слова в их исполнение композиции. — А смотри, как сейчас зал споёт! — словно указывая, что её авторитету подвластны и зрители, Алла вышла вперёд, оставляя Тамару у себя за спиной. Пугачева приложила даже ладонь к микрофону, заигрывая с залом, как бы доверяя им всем страшный секрет: — Лай-лай-лай, где Лайма? Гвердцители с широкой улыбкой поправила бретельку, понимая, что попытки Аллы обсмеять их номер слишком комичны и не достойны внимания, хотя осадочек на душе всё же это поведение оставило. Замечая, что жених уже буквально на сцене испепеляет ведущую взглядом, Тамара подмигнула ему, стараясь безмолвно указать на то, что Пугачева сейчас саму себя показывать нерадивым шутом. Дима не разжимая челюсть, выдохнул, снова поправляя пиджак в яркой степени недовольства, он приподнял руку, собираясь нехотя снова поруководить музыкантами. — Три-четыре! Лай-лай-лай… В унисон начали Алла и Тамара, и в этом дуэте Дима остро ощутил гордость и превосходство: голос его обожаемой невесты был чист и звонок, в отличии от осиплого тембра Примадонны. — Где Лайма? — Пугачева резко повернулась к грузинке, оказавшись почти вплотную. Гвердцители инстинктивно отклонилась немного назад, в то время как Дюжев недовольно повернулся и держа микрофон подальше от лица, недовольно и довольно угрожающе хмыкнул. Тамара же была так счастлива в эту секунду, забывая на мгновение даже о выходках ведущей, ведь Дима защитил её, ясно показывая как с ней недозволенно никому обращаться. Алла тут же пошла на попятную, оборачиваясь к актёру и видя его чрезвычайно недовольное лицо. — Ну где же? — уже в спину ей спросила Тамара. — Где? — сразу же за невестой повторил уже в микрофон Дюжев. Дуэт буквально выбил Примадонну из седла, она очень растерялась, особенно видя как чертовски недоволен актёр, но её положение на сцене перед жюри и зрителями поспешил спасти Максим: — Я здесь, — пародируя голос Вайкуле, отозвался он из бара. Дуэт на сцене усмехнулся, в то время как улыбка посетила и лицо Гарика, которого забавляло, как легко пара поставила ведущую в ступор. Он прекрасно понимал, что Дюжев уже едва способен сдерживать свои истинные чувства к Тамаре на публике, как истинный мужчина и защитник, готовый броситься на любого, даже косо посмотревшего в сторону его избранницы. — Где Лайма? — продолжала Алла, чтобы последнее слово осталось за ней. — Я здесь! — отзывался Максим Галкин. Похоже линия осмеивания участников шоу принимала всё больший оборот у ведущих и организаторов. — Ну где же, Лайла? — прищурившись и отвернувшись от Пугачевой, спросил Дима. — Где-где? В Вологде? — раздасовано закончила Алла, смотря на хохочущую Гвердцители. Похоже из всего трио, находящегося на сцене, подобные подколки и упреки в адрес исполненной песни внешне не задевали только Тамару, но только Дюжев знал, что за внешней улыбкой и радушием партнёрша прячет свои истинные чувства. — Я думаю, может она там? В артистическом баре? — поворачиваясь только к Гвердцители, предложила Алла, игнорируя Дмитрия. Актер же невольно поправил короткие волосы, понимая, что перед выступлением его осмеял Галкин, а сейчас на сцене Пугачева пристала к Тамаре. Он впервые в жизни задумался о том, чтобы покинуть шоу… — Может быть… — немного посмеиваясь, Гвердцители поддержала слова ведущей. Кожей чувствуя взгляд Дюжева, Алла наклонилась поближе к Тамаре и словно заговорщически, но довольно громко в микрофон произнесла: — Привет Максиму от меня передай! Ведущая словно решила подразнить Дмитрия ещё больше, хотя её и саму порой выбивало из равновесия излишнее внимание Галкина к Гвердцители, но увидеть ревнивый взгляд партнёра грузинки уж очень хотелось! — Обязательно! — рассмеялась в ответ Гвердцители. Алла поспешила покинуть дуэт, а актёр наконец-то смог беспрепятственно подойти к невесте. — Дмитрий Дюжев и Тамара Гвердцители! — объявила Алла, указывая ладонью себе за спину, где стоял дуэт. Пара наконец-то взялась за руки и поклонилась, покидая сцену. — Привет Максиму передай от меня! — передразнил Дима Пугачеву. — Перестань, — ласково взяла его за руку Тамара и запрокинула голову, нежно смотря на актёра. — Ты же и сам понимаешь… это шоу… Певица покраснела, чувствуя волны обожания, исходящие от актёра и снова поправила предательски сползающую бретельку. — Что случилось с платьем? — лукаво и одновременно заботливо уточнил Дима, подмечая столь пикантную деталь на протяжении всего их выступления. — Сняла неудачно… в прошлый раз… — едва шевеля губами, поведала Тамара, краснея и замечая, что к ним приближаются гримеры. Гвердцители тут же накинули на обнаженные плечи меховую накидку, а Дима немедленно спохватился: — Тамарочка, лучше шубу Вам принести? — Не нужно… спасибо… — певица очаровательно улыбнулась жениху, а в уголках её глаз Дюжев мог поклясться, что видел лукавство и что-то ещё. — Или мой пиджак тебя больше устроит? — шепнул ей на ушко актёр, спрятав губы в копне её темных локонов, пока они медленно шли к бару. Тамара аж вспыхнула и прищурилась, намекая, что Дима уже переходит границы дозволенного, учитывая количество людей вокруг. Пока голубки медленно направлялись в бар, едва слышно выясняя отношения, Матецкий обратился к ведущей, уже занявшей своё привычное место на съёмках шоу, вспоминая одно из первых исполнений этой песни на российской эстраде. У Владимира впервые создавалось впечатление, что он единственный что-то не знает, о чём уже догадываются все ведущие, члены жюри и другие участники, однако в слухи о романе Гвердцители и Дюжева, уже витавшие их уст в уста особенно смелых сплетников, он не верил. Тамара и Дима наконец-то добрались до бара, Максим их очень радушно принял, с интересом и ожиданием глядя на Тамару, но встретившись с прищуром Дюжева быстро понял, что обещанный на сцене «привет» ему певица не передаст. Грузинка с удивлением посмотрела на партнёра, чувствуя исходящую от него ревность, ей было приятно чувствовать эти флюиды, разумная ревность приносила «флёр» в отношения, но главное было не допустить перехода её в нечто более серьёзное, приводящее к скандалу и разрыву. Дима же постарался взять себя в руки, хотя был заведён уже казалось выше любых верхних границ исчисления. — Итак, у нас Дмитрий Дюжев и Тамара Гвердцители! — представил их ведущий, повернувшись полностью к певице, едва не касаясь её колен своими. Галкин не стесняясь опустил взгляд в декольте грузинки, стараясь пока собраться с мыслями, однако вырез и корсет платья Тамары его очень отвлекали. Певица улыбалась и не могла сдержать рвущийся наружу смех, кокетничать и чувствовать на себе внимание мужчины было приятно как и любой женщине, но другое осознание кружило ей голову ещё больше: Дюжева сводит с ума один лишь её взгляд. — Между прочим, в связи с новым прочтением, которое придумала Алла Борисовна, этой песне, да, — Максим снова смотрел только на Тамару, игнорируя Дмитрия. — Лай-лай-лай, где Лайма? Я знаю как продолжить эту песню! Он коснулся локтя Гвердцители своей ладонью, но тут же убрал, указывая на Дюжева рукой. — Вот спойте сейчас, только со словами «Где Лайма?» — Лай-лай-лай… — только начал дуэт, как Дима сбился, он не мог без музыки поймать ритм, в то время как у Тамары это было врожденным даром. Певица рассмеялась забавному коллапсу, а довольный Максим тут же стал дирижировать ими, норовя пальцами прикоснуться к руке или накидке Гвердцители. — Лай-лай-дай, где Лайма? — Я здесь! — пародия Вайкуле, закончил Галкин. — Лай-лай-лай, где же Лайма? — заглушая свою партнершу продолжил Дима, подаваясь вперёд корпусом и стараясь оттеснить Максима. Тамара, оценив поведение Дюжева, предпочла исполнить только бэк-вокал, решив просто подождать, пока мальчики наиграются. — Но Вы вдвоём, Вы не со мною, — цитируя строчку песни из репертуара Вайкуле, пропел Максим, намекая, что все уже и так догадываются о любовных взаимоотношениях дуэта. Тамара рассмеялась в микрофон, Дюжев тоже моментально расслабился, понимая, что конкурент на его возлюбленную не претендует уж столь явно, хотя и позволяет себе двусмысленные намеки и жесты в её адрес. — Такая… новая версия, — пояснил Максим, радуясь, что у Дмитрия уже более миролюбивый настрой, чем прежде. — Похоже! — самодовольно отметила Пугачева, видя на большом экране, как ревниво ведёт себя Дюжев. — Спасибо, Алла! — продолжая пародировать Лайму, ответил Максим, поворачиваясь к дуэту и снова устремляя взгляд на Тамару. — Значит так… Не выходя из образа, продолжил юморист, но тут же спохватился, замечая, что певица перед ним в напускной скуке, опустила взгляд на свои руки. — Ой, извините, — продолжил Максим уже своим голосом. — Ну, честно говоря, Вы рискнули, Вы всё время какие-то грустные песни такие пели, трагические, про расставание, что у нас было? Адресуя последний вопрос Тамаре, Максим даже повернулся к ней корпусом. Дюжеву же ударило по слуху словосочетание «у нас», актёр ещё больше выпрямился и поспешил поднести микрофон к губам, ведь к их дуэту с Тамарочкой Галкин не имеет никакого отношения. Подсознательно Дмитрий понимал, что его ревность абсолютно напрасна и возможно излишняя, но после совершенных ошибок, он очень боялся потерять свою любимую, поэтому старался отсекать от неё любых возможных кавалеров и претендентов на внимание и даже на мимолетный взгляд зелёных очей грузинки. — Юнона и Авось, — глядя на свои руки стала перечислять Тамара, поднимая глаза на ведущего, в которых уже не было искорок смеха. — Шербургские зонтики… — Мы — эхо, — Дима тоже вспомнил одно из их с Тамарой выступлений, там более, что сегодня партнерша была в том же платье. — Мы — эхо, мы вечное эхо друг друга! — бурно поддержал Максим, намекая, что об их романе и так уже все знают, зачем прятаться. — Когда мы были молодые! И вдруг! Вдруг эта песня про сестру Буратино! С заразительной улыбкой поведал Галкин, чем вызвал такую же реакцию и у сидящего рядом дуэта. Причём Дима даже рассмеялся, а услышав голос Тамары, тут же обернулся к партнёрше. — Нет, это про бедный район…- возразила Гвердцители ведущему. — Нет, это про сестру Буратино! — вступил с ней в дискуссию Максим. — Неаполя… — Тамара постаралась хотя бы закончить мысль, но женщину немного задело, что Галкин её перебил. — Ну, девочка которая, — уже наклоняясь поближе к певице, продолжил ведущий. — Дочка папы Карла… — Карла… она сестра, да? — всё же уточнила Тамара, замечая, что тон Максима уже не был насмехающимся. — Мало кто знает, что после того, как «Золотой ключик» закончилась сказка, он из старого березового комода, сделал себе дочку, — рассказал Максим, буквально не сводя глаз с Гвердцители, в глубине души радуясь, что затронута была тема, в которой он мог быть «на коне». — Дочку… понятно, — отводя глаза в сторону, певица приняла предысторию их песни из уст Галкина. — Главное, что нам удалось спеть эту уличную песню, — вмешался Дима, чтобы отвлечь ведущего от столь пристального внимания к его партнёрше. Тамара тут же опустила глаза и смущённо стала потирать переносицу, понимая, каким же однако ревнивцем оказался любимый партнёр и мужчина. И поспешила поддержать его, подсознательно желая показать на публике, что в дуэте они единой целое и разделять их нельзя. — Конечно! — Гвердцители с небольшим лукавством и превосходством посмотрела на ведущего, поворачиваясь сразу к Диме и показывая на него ладонью — Зал пел вместе с нами! — активно жестикулируя, продолжил Дюжев, воодушевленный поддержкой партнерши. — Конечно! — повторила Тамара, вспоминая, что сегодня именно актёр командовал на сцене. — Всё получилось прямо… Но договорить Дмитрию не позволил ведущий: — Нет, Вы прямо руководили! — заметил Максим, повторяя движения актёра рукой на сцене. — Лай-лай-лай! Ну не знаю… Как-то неопределённо закончил ведущий, и эта интонация не понравилась Дмитрию, который поспешил вмешаться, наклоняясь к ведущему: — Никто из анекдота не почувствовал себя пьяной собакой, заметьте! — качая пальцем перед его носом, Дюжев подразумевал не только комментарии их выступления, но и поведение ведущего и его заигрывания с Тамарой. — А что это за анекдот? — удивленно спросил Максим, немного отклоняясь назад. В то время как Гвердцители с нескрываемой улыбкой и даже гордостью в глазах за любимого, наблюдала за двумя мужчинами, переводя глаз с одного на другого. — Помните, когда пришла собака, — Дима посмотрел на партнершу и его охватила волна нежности, в которой он буквально мог утонуть, настолько тёплыми и искрящимися были зеленоглазые очи певицы. — Домой возвращается, и… Кто-то из участников понял о чём говорит Дюжев и стали хохотать, Тамара тоже улыбнулась, понимая, что партнёр мастерски перевёл тему в совершенно другое русло. — Где ты была? Я… Я… и… лай… лай… лай… — очень правдоподобно заскулил Дмитрий, наклоняясь в сторону возлюбленной, которая смотрела на него с трудом скрывая обожание и любовь. Понимая, что ему нечего возразить или добавить, Максим решил перейти к оглашению оценкам: — Итак, уважаемые члены жюри, пожалуйста, Илья Резник! — Ну, я скажу, что, — начал издалека подбирать слова поэт, вспоминая как на съёмках прошлого выпуска пара страстно целовалась, а сейчас столь весело и раскрепощенно вела себя на сцене. — Я был очарован предыдущими дуэтами… Резник искоса посмотрел на Пугачеву, которая с каждым днём оказывала всё большее давление на членов жюри. — Замечательные, проникновенные до слёз трогающие… Дима сощурился, понимая, что такая длительная предыстория перед оценкой, явно не сулит им десяткой, Тамара же надела привычную маску доброжелательности, стараясь принять любую из четырёх оценок достойно. — Это было не лучшее выступление этого, излучающего положительную энергию дуэта… — словно произнося именно то, что хотела слышать Алла, Резник всё равно решил пойти ей наперекор. — Но всё равно это десять баллов! Бесспорно! Зал взорвался овациями, в то время как Тамара пыталась соотнести слова поэта с его оценкой, замечая, что такой контраст уже появляется в устах жюри не первый раз при выставлении оценок именно их дуэту. — Спасибо, — медленно произнёс Максим и снова повернулся к Тамаре, любуясь её декольте. — Мы уж думали пять! — с иронией заметил Дима. Гвердцители тут же рассмеялась, тем более партнёр протянул к ней руку и наклонился, чтобы увидеть глаза своей любимой красавицы. Понаблюдав несколько секунд за «прелюдиями» пары, Максим огласил следующего члена жюри: — Барбара Брыльска! — Одиннадцать не дам! — между строчек высказала своё недовольство польская актриса, которую восхищали лирические композиции, исполняемые этим дуэт и подкрепляемые их собственными чувствами друг к другу, они делали музыку действительно волшебной и исцеляющей души людей. — Но десять без никаких! Барбара напоследок косо посмотрела на Гарика, намекая ему, что после увиденного несколько часов назад он просто не имеет права сейчас занизить им даже бал. — Спасибо! — в унисон ответили Максим и Дима. А Тамара смущённо поправила бретельку, ей показалось, что пани Брыльска будто уже давно как женщина прочитала её саму и испытываемые ею чувства к партнёру: — Спасибо! — мягко и в полголоса отозвалась Гвердцители. — Полосатый человек, Гарик, — представил Галкин следующего члена жюри. Следуя примеру Резника, комик начал издалека: — Я как раз хотел поговорить с Дмитрием Дюжевым о Тютчеве… Мартиросян выбрал этого поэта не просто так, именно ему принадлежали высказывания о «слепоте» любви, что она как и все человеческие страсти порождена хаосом, необъяснима и всеобъятна как тёмные грозные стихии природы. — Гарик, я не понимаю, ты что выучил пару стихотворений? — тут же стал подкалывать своего конкурента по ремеслу Галкин. Тамара улыбнулась, опуская глаз вниз, смущение было причудливо смешано с удивлением и интересом, куда же заведёт этот диалог, потому что ей в голову приходили мысли только о вечной теме поэзии — любви. Но грузинка даже не догадывалась, что именно об этом между строк и говорил Гарик, уверенный что Дмитрий как театральный актёр его обязательно поймёт. — Ты знаешь, я к сожалению, не знаю ни одного стихотворения Тютчева, и хотел бы с радостью послушать их в исполнении Дюжева, знаменитого российского актёра, — закончил Мартиросян. — Спасибо за комплимент, Гарик, — стараясь сохранить лицо, но мгновенно понимая абсолютно весь подтекст комика, Дима постарался как-то оттянуть время ответа, потому что ему в последние месяцы никакие стихи кроме как про любовь не были интересны, они даже не приходили ему в голову, сложно думать о чём-то другом, когда рядом была та, к которой так неистово тянулось сердце. — Я, к сожалению, не помню как начинается… — Люблю грозу в начале мая, — специально уже напрямую указав на разрушительные природные явления, вмешался Гарик. — Подожди… — стараясь вспомнить хоть что-то из поэзии заявленного автора, откликнулся Дима. — Когда весенний первый гром, как долбанет из-за сарая, протянешь ноги за углом! — закончил за Дюжева Галкин, опасаясь, что актёр сейчас зачитает какую-нибудь эпопею поэзии. Дмитрий рассмеялся, но в тоже время был очень благодарю ведущему, тот явно неосознанно его выручил. Тамара поддержала настроение своего партнёра, хотя так и не понимала, почему любимый ничего не ответил на столь странную просьбу, не относящуюся к их выступлению. — Будем считать, что это ранний Тютчев, Максим! — улыбаясь, ответил Гарик. — А теперь к нашему конкурсу, я скажу очень серьезно, дело в том, что уже отметили этот факт, что дуэт Гвердцители/Дюжев он… его как бы можно охарактеризовать словами: грустная грусть, печальная печаль и дождливый дождь… Пара переглянулась, Тамара перевела взгляд на ведущего, буквально не сводившего с неё глаз, но почти сразу отвела их в сторону. — Всё время были грустные романтичные лиричные песни, — Гарик только сейчас понимал, чем именно был обусловлен выбор такого репертуара у этого дуэта. — А сейчас они спели весело и как отмечает сам Дмитрий по уличному, вот как бы на улице. Я хочу сказать, что действительно это не самое лучшее выступление этого дуэта, но мне понравилось как легко и по вокальному точно это всё было сделано! Поэтому я поставлю 10 баллов! Спасибо! — Сложно сформулировал, — был вынужден признать Максим, наблюдая, что только один человек понял, что же на самом деле хотел сказать Гарик и этим человеком был Дюжев, который слушал с очень серьезным видом. — Но нам главное результат! Пожалуйста, Владимир Матецкий! — То, что получилось, конечно далеко от песни Тома Джонса «Дилайла» это другая песня, она прикольная, смешная, действительно, надо было делать перебивку, и действительно это подучилось не 100%, но и я присоединюсь к своим коллегам, как-то не хочется ставить девятку, потому что уж очень хороший дуэт, — Матецкий был уверен, что в этой паре просто совпали голоса, не более того, но запутанные и двусмысленные речи других членов жюри посеяли в его сердце непонятные сомнения. — Поэтому десять баллов! — Спасибо большое и того 40 баллов! — закончил ведущий. Пока Максим объявил других участников пара сидела в баре, сегодня съёмочный день был слишком запутанным и не собранным, поэтому Гвердцители и Дюжева даже забыли позвать на интервью после выступления. Наконец через почти 5 часов съёмочный день объявили оконченным, уставшие артисты направились по своим комнатам. Как только дуэт оказалась в гримерке Тамары, за ними уже спешили гримеры, но Дима уловил момент и прошептал любимой на ушко: — Останься в этом платье… я заслужил второй шанс снять его с тебя…