Неприкосновенная территория.

      На улице дует сильный ветер. Он срывает оставшуюся на деревьях листву, сметая её на грязный, пыльный асфальт. Хотя сейчас он скорее мокрый, благодаря этому сложно сделать шаг таким образом, чтобы не ступить кроссовком в лужу. Многие проходящие мимо люди матерят эти треклятые лужи, а ведь ещё пару дней назад выпадал белый снежок… Антон понимает их, потому что сам постоянно поскальзывается и чуть ли не падает в эти обманчиво-маленькие ебучие водоёмы. Ничерта они не маленькие — стоит поставить одну ногу и ты провалишься, будешь долго лететь к самому центру Земли.       Антон стоит посреди Невского проспекта, держа в руках небольшой букет пурпурной сирени, в которую втиснулся разбавляющий это сиреневое облако белый ландыш. Картина выглядит до боли милой, но, чтобы не выглядеть последним идиотом, он решает дойти до ближайшей скамейки. На улице тепло даже без шапки, а прохладный ветер приятно колышет немного кудрявые волосы из стороны в сторону. От этого незамысловатого явления природы приходится постоянно поправлять падающую на глаза чёлку. Небольшой букет ложится на скамейку рядом с Антоном, а сам он убирает руки в карманы, чтобы сильно те не морозить. Для головы на улице не так холодно, а вот носу, рукам и ногам тепла всегда мало.       Подтянув шарф повыше и вытащив из кармана телефон, Антон проверяет время. Торопиться ему некуда, но где-то под рёбрами есть какое-то шаткое чувство, что его сегодняшняя компания пытается затеряться в толпе или вообще планирует не прийти. Это чувство неизвестности будто пронзает, но режим ожидания уже включён, а без какого-то итога уходить Антон не собирается. Надо будет — пройдёт к Арсению домой.       На горизонте всё ещё пусто. То есть, если быть точнее, Арсения Сергеевича на этом горизонте не видно. Чтобы сильно не скучать, парень открывает ленту и периодически меняет руку, которой держит гаджет, чтобы пальцы в конец не окоченели. Ветер, даже спустя такой короткий отрезок времени, усилился настолько, что уже вовсю продувал тёплую ветровку. Вероятно, нужно было просто немного походить, чтобы немного разогнать кровь по всему телу.       Антон пришёл гораздо раньше назначенного времени, но он не жалеет об этом, потому что это его самостоятельное решение — страдать по тому, что он уже долго сидит на этой грёбаной скамейке и Арсений вообще никогда не придёт.       Мимо проходит парочка, держась за руки и мило перешёптываясь о чём-то обыденном. Их темой, скорее всего, учитывая не очень хороший слух Антона, является какая-то рабочая рутина. Но то, с какой улыбкой эта парочка обсуждает, кажется, сложную работу, они рады лишь тому, что могут с кем-то поделиться событиями уходящей недели. Они садятся на лавочку, находящуюся недалеко от Антона. И это удобно, потому что теперь он может спокойно отвлечься от долгого ожидания на чужие приятные разговоры.       Их разговоры, от дневной усталости и вечернего одиночества плавно перетекают в тему приближающегося праздника. Новый год для всех является очень важным праздником, как повод для подведения итогов, только эта парочка выглядит не очень довольной скорым новым годом. Девушка начинает рассуждать о значении этого праздника в жизнях многих людей, иногда активно размахивая руками, но парень с ней точно не согласен. Он отвечает ей банальностями, пытаясь утихомирить её объятиями или короткими поцелуями. Из хода разговора Антон выясняет, что имя девушки — Алина, а парня зовут Женя. Они очень нестандартная пара для спокойных и серых улиц центра Питера, но от этого они… всё равно вписываются в эту атмосферу.       Как и Арсений.       Антон немного устаёт от подслушивания чужих обыденных дел, достаёт наушники из внутреннего кармана, опускает руку, придерживая букет, а другой включает перемешку в вк. Песни текут одна за одной и он даже не замечает, что в какой-то момент проваливается в не глубокий сон.

***

      — Сука!       Первое, что раздаётся в квартире Арсения, когда он смотрит на часы на телефоне. Кажется, что на его не самой святой душе свет точно не сошёлся клином, потому что каждый раз, когда в жизни что-то налаживается, жизнь подкидывает ему повод ошибиться.       Люк, до этого мирно лежащий рядом, подпрыгивает на кровати, а его тёмная шерсть моментально встаёт дыбом. Он испуганно смотрит на хозяина, находясь в утренней прострации. Обычно Люк спит гораздо больше, однако сегодня этот подъём становится для него сплошной неожиданностью.       Успокаивая животное медленными поглаживаниями Арсений мысленно оценивает свои шансы, чтобы добраться на встречу без сильного опоздания. У него будет не более пятнадцати минут, чтобы сослаться на долгую дорогу в метро, перевод бабушки через дорогу или срочный выгул котов. Где-то их действительно выгуливают, только вот Попов в своё время взял котят только чтобы они сидели дома и были с ним на постоянной основе. Его кошки никогда на это не жаловались.       Кеша спит в раковине, поэтому Арсению приходится умываться в душе, чтобы не помешать ещё чьим-то сновидениям. Он быстро чистит зубы, моет голову, порывается даже кофе выпить, но понимает, что такими темпами он никуда не успеет, а заваривать три в одном в следующий раз он будет только под дулом пистолета или в аду, если его туда сошлют. Конечно, с его-то кармой — сошлют.       Вчера его мысли надолго заняли душевные терзания о том, в чём стоит пойти на… встречу. Это нельзя назвать свиданием. Для этого ведь нет ни единого повода, даже если посмотреть на ситуацию с разных сторон. Для этого нет и не может быть повода.       Под копошение со стороны Кеша всё же просыпается и сонным калачиком движется за трясущимся хозяином. У него развивается не совсем объяснимая паника. Вернее, только он не может её объяснить, но по громкому мяуканью можно судить, что даже кошки понимают что тут и как обстоит. Арсений очень часто поражается, что ему достались очень умные и понимающие кошки. Знают, когда подойти, а когда лучше отсидеться в ванной.       За своими размышлениями по поводу одежды он теряет ценные десять минут времени, и по его не точным подсчётам, а так же примерному онлайн-расписанию метро, опоздает он минут на двадцать, а то и на двадцать пять. Поэтому он вытаскивает из шкафа неизменную футболку, которую ему когда-то подарила одна из его самых лучших учениц в старом-добром Омске. Для него этот город остался не самым добрым, однако ученица и после выпуска часто его навещала, что навевает только тёплые воспоминания.       Дорога до метро занимает у него чуть больше десяти минут быстрым шагом, который сложно однозначно назвать бегом. Это скорее бег с перерывами на быстрый шаг, так будет гораздо точнее. В подземке настоящая толкучка, а без кофе только сильнее хочется спать, поэтому он садится на первое попавшееся на глаза свободное место и засыпает, надеясь доспать за эту, кажется, бесконечную дорогу.

***

      В кафе очень тепло и много людей. Весь воздух пропитан пряностями, шоколадом и запахом кофе, который очень сильно давит на виски, вынуждая поморщится от неприятных ощущений. Пять человек стоят в очереди на кассу, за которой работает приятного вида девушка. Антон ждёт минут пять, потому что все посетители, по всей видимости, оказываются постояльцами этого заведения. Антон конкретно в этом месте впервые, хотя довольно часто выезжает в центр, чтобы насладится прекрасными видами. Иногда его семья и друзья думают, что он во всём найдёт эстетику, даже в неровно лежащем мусорном пакете, что в принципе недалеко от реальности.       Антон достаточно долго рассматривает предложенные напитки, так как практически никакие названия ему незнакомы, кроме самых стандартных вроде эспрессо или капучино.       — Может вам подсказать? — предлагает бариста, выставляя законченные напитки на стол справа от неё. Она одета в стандартную форму тёмно-коричневого цвета с чёрной рубашкой под ней. Антон с детства и до сих пор питает любовь к чёрным рубашка на девушках, мужчинах и вообще всех.       — Если можно… — тихо отзывается Шастун, рассматривая её с ног — точнее того, что он видит — до головы. Ему достаточно сильно симпатизирует её стиль: волосы чуть ниже плеч красиво вьются на концах, а так же имеют очень красивый градиент, переходящий из каштанового в светлый блондинистый оттенок. Она сама напоминает стаканчик с кофе, только перевёрнутый.       — Чай, кофе? — улыбчиво интересуется она, потирая руки о фартук, после чего устраивает голову на этих самых руках. Антон не может не улыбнуться ей в ответ. Ему приятно, что даже несмотря на уставший вид, девушка всё равно участливо готова ему помочь.       — Кофе, два, — говорит он, практически не задумываясь над сказанным. Мысль о том, что Арсению Сергеевичу кофе тоже понабиться, появляется только после высказанных мыслей. Постоянно такое случается само собой.       — У нас скоро пойдёт новогодняя акция, — многообещающе начинает она, но весь её запал в момент пропадает и она, будто что-то переосмыслив, говорит следующее, — Правда от основного меню такие напитки отличаются только добавлением корицы или имбиря. Давайте основное посмотрим, — она нащупывает под прилавков меню-карту и выкладывает её лицом к Антону, — Я бы посоветовала вам с добавлением шоколада, — девушка, на бейджике которой значится ёмкое «Женя», указывает клиенту на напиток, чем-то похожий на стандартный итальянский латте, только молоко здесь используется шоколадное.       — Интересно… — заключает парень, рассматривая все ингредиенты напитка. Очереди за ним нет, что достаточно странно, потому что людей заходило в кафе очень много. — Очень сладкое?       — Не очень, хотя изначально к нему прилагается сахар.       — Моккачино чем-то напоминает, не находите?       Женя пару секунд смотрит на него немного удивлённо. Видимо, она не ожидала встретить кого-то, кто разбирается в напитках. Учитывая количество выпитого за жизнь кофе, Антон вполне может назвать себя разбирающимся в базовых напитках.       — Нет, в моккачино шоколад подавляет всё остальное, так им ещё и сверху посыпают, а здесь его не так много. Разумеется, если хотите, его всегда можно добавить, — она чуть отодвигается, позволяя увидеть за собой множество топпингов, который, как постоянно видит Антон, добавляют обычно в мороженое.              — Хорошо, давайте два шоколадных, но в один добавите карамель?       — Желание клиента — закон, — снова улыбается она, а её улыбка не выглядит такой уж рабочей и натянутой. Скорее всего ей действительно приятно вести этот не очень уж значительный диалог. — Минут семь подождите. Можете взять что-нибудь поесть, если хотите. У нас готовят потрясающие корзинки! Они маленькие, недорогие и не очень калорийные. На прилавке можете посмотреть, Кстати, что насчёт имён? Как стаканчики подписать?       — Э-э… Можете просто позвать Антона, я откликнусь. Если так можно…       — Можно. Хорошо, сделаем, — на этот раз Женя окончательно отворачивается от прилавка и уходит чуть поодаль, чтобы приготовить заказанные напитки.       Антон, чтобы не стоять дураком с цветочками у прилавка, уходит к столику у окна. Спать на улице, оказывается, очень холодно, потому что пока ты мирно спишь на скамейке, есть вероятность мерзкого мелкого дождя, который будет неприятно оседать на лице. Причёска, какой бы она ни была, терпит тотальный крах.       Такой парень и зашёл в кафе: растрёпанный и мокрый. Хорошо, что букет не сильно намок, хотя за это можно поблагодарить лишь чуткий сон Антона, во время которого он чувствует и слышит всё. Не так уж и сильно он, собственно, спал.       Арсений заметно опаздывает, но Шастун почему-то уже и не особо волнуется по этому поводу. Если он не придёт, значит так надо. Будет немного обидно и неловко, но если уж так произойдёт, то ничего страшного в этом не будет. Вероятно, у него есть какие-то свои дела, о которых он просто забыл предупредить или скажет о причине своего отсутствия потом.

***

      Волосы безвозвратно растрёпываются, пока Арсений бежит до первой попавшейся на глаза крыши. Вода с каждой секундой всё больше впитывается в ткань пальто, отчего бежать становится труднее. Но в конце-концов он достигает хоть какой-то крыши и вытаскивает телефон из кармана джинс — в кармане пальто он бы уже давно промок и хорошо, что Арсений обладает каким-то объёмом серого вещества и перекладывает телефон в джинсы.       С сегодняшнего дня Арсений перебарывает своё очень злопамятное «я», потому что он всё ещё не может отойти от того случая с фотографиями, но всё-таки снимает блокировку с некого Антона Шастуна в инстаграме. Это единственная социальная сеть, в которой ему действительно легко ориентироваться, обычное совпадение, что именно в ней Антон бесит больше всего. arseniyspopov Антон, где ты пропадаешь? Я пришёл, но тебя нет, а на улице дождь…

antshast

Извините, я в кафе

Если вы видите «Шоколадницу», то заходите туда, я кофе взял

:)

      Арсений оглядывается по сторонам, пытаясь разобрать что-то за стеной дождя и заляпанных очков, и действительно видит через дорогу нужное ему кафе. Он стремится добежать туда как можно скорее, но зябкое ощущение никуда не пропадает, даже когда он заходит в кафе и чувствует тепло. Так же вошедшего гостя окутывает куча приятных запахов, которые смешиваются во что-то невообразимо приятное. Он вообще любит всё, что хорошо пахнет.       Девушка за баром подмигивает, пока к нему подходит другая работница кафе, помогает снять пальто, хотя без него гораздо холоднее. С другой стороны, говорят, что всё мокрое нужно сразу снимать, иначе заболеть недалеко.       — Здравствуйте, меня зовут Соня, могу я вас проводить к столику? — спрашивает девушка, поправляя свои длинные рыжие волосы, заплетённые в высокий хвост.       — У меня здесь друг должен быть. Я, наверное, найду, — неуверенно говорит Арсений, быстрым взглядом рыская по залу. Антона не видно, но он, возможно, сидит дальше от входа.       — Хорошо, если что — зовите, — девушка последний раз улыбается и уходит к другому столику, чтобы разобраться с, кажется, недовольными гостями.       Арсений тянет футболку вниз, зябко ёжится и всё-таки решается пройти вглубь. На самом деле запах уже через пару минут кажется очень приторным, как будто в любой момент начнёшь задыхаться, но Арсению даже как-то слишком просто это даётся.       Антон действительно оказывается в глубине кафе, бездумно попивая кофе из высокого картонного стакана. Такой же стоит рядом с ним и ожидает… чего-то. Заметив учителя, Антон оживает, смотрит с улыбкой и безостановочно машет. Такая картину безусловно вызывает умиление у вошедшего, и Арсений в порыве даже машет ему в ответ, чем вводит ученика в ступор. Пару секунд он просто молча наблюдает за Арсением, так и не опустив руку, но после отмирает и всё-таки здоровается.       — Здравствуйте! Дождь как нельзя кстати, да? — невесело усмехается парень, выглядывая в окно. Ему кажется, что дождь закончится не скоро, хотя по погоде его вообще не обещали.       — Привет, Антон. Это точно, я весь промок… — конечно, промок он не весь, благо — футболка и джинсы остались более-менее сухие, однако пальто действительно мокрое насквозь.       — Сильно? — его интонация сменяется на обеспокоенную, а сам он пододвигается ближе, чтобы точно услышать ответ на вопрос. Антону всегда важно, чтобы его друзья были живы и здоровы и обычно он всё делает ради этого, поэтому его обеспокоенное поведение вполне объяснимо.       — Я — не ты. Не сильно, не волнуйся. Ты кого-то ещё ждёшь? — Антону становится немного грустно от того, что Арсений в компании с ним почти никогда не говорит "мы", но всегда обращает внимание на то, что есть он, а есть Антон, и они не пересекаются. Пока что.       — Нет, это вам, — Антон чувствует себя настоящим джентльменом, единственное, что его беспокоит, это вкус, который Арсению может не понравиться. Будет обиднее всего, если после первого глотка он скажет, что ему не понравилось.       Он не выглядит шокированным, но точно удивлённым. Попов никогда не ожидает таких поступков, просто потому что раньше такого не было. Арсений не решается припираться, что играет на руку самолюбию Антона. Каждый раз он будто снова и снова расцветает.       Кстати о цветах…       — Арсений Сергеевич, а вы цветы любите? — Антон сильнее сжимает в руках низ букета, пытаясь унять своё беспокойство. Будет очень неловко, если Арсений узнает о таком подарке и он снова ему не понравится. Хотя… кофе ему определённо нравится.       — Вполне, обычно у меня такие вопросы не спрашивают. И, Антон… — физик вздыхает, отваживаясь на серьёзный для себя шаг. Ко второму кругу его жизнь не готовила, однако… чем чёрт не шутит? Быть друзьями — не так уж и плохо, как может показаться на первый взгляд, — Раз уж ты так активно напрашиваешься в друзья, то переходи уже на «ты», — эти слова вылетают удивительно спокойно, хотя внутри Арсений трясётся осиновым листом.       Антон кидает на него выразительный взгляд, но потом отворачивается к окну, улыбаясь без остановки и наблюдая за заканчивающимся дождём. Однако Арсений не начинает смеяться, не меняется в лице, а просто ждёт, размеренно делая глоток за глотком. У Антона с каждой секундой сильнее загораются глаза, улыбка на пару секунд пропадает с лица, только чтобы вернуться обратно. В такие момент его легко можно сравнить с маленьким щенком, в зубах у которого находится вкусняшка. Но даже такая ожидаемая реакция не мешает ему в момент тушеваться и тать непробиваемой стеной, которая только и делает, что ищет в словах подвох.       — Я так не могу, — осторожно начинает Шастун, медленно складывая руки на груди. Его движения замедленны, потому что он боится напороться на тот ответ, который ожидает. В глубине души заседает чувство, которое надеется на серьёзность слов Арсения Сергеевича.       — А как ты можешь? — ехидно спрашивает учитель, расслабляясь от этой забавной атмосферы. Главенство над ситуацией никогда не заставляет его испытывать что-то похожее на расслабление, хотя в данный момент обстановка и замешательство Антона складываются во вполне себе дружеские посиделки, на которых расслабиться достаточно легко.       — Это как-то неожиданно.       — Как и вопрос о цветах, — тут же находиться Арсений, мимолётно обращая внимание на односторонние гляделки баристы и их с Антоном столика.       — И что? Мне просто называть вас Арсением? — Попов возвращает свой взгляд на ученика и пожимает плечами.       — Можно Арс. Или, действительно, Арсений. Как тебе будет удобно, — в его арсенале нет сокращения «Сеня», по вполне очевидным причинам, о которых в момент данной встречи он думать не хочет. Это первый раз, когда рядом с человеком Арсения не придаётся воспоминаниям о прошлом. — А что насчёт цветов?       — Да я… В общем, это вам, — Антон собирает в кулак весь свой страх и мысленно показывает ему знак «стоп». Надо же сохранять хоть какое-то самообладание. Он протягивает Арсению через стол небольшой букет, опуская голову вниз, чтобы учитель не увидел смущённого лица перед собой.       Тем временем у Арсения у самого начинают гореть то ли уши, то ли щёки, то ли всё лицо. Он, как дурак, пялится на этот маленький букет, и не может понять, какое чувство его одолевает больше: смятение или… смущение. Пожалуй, цветы ему дарят крайне редко, поэтому на них не вырабатывается никакая реакция.       Молчание давит на Антона невыносимым грузом и он всё-таки поднимает голову, ощущая смущение ещё больше. Он не хотел вогнать в ступор Арсения, однако, именно это у него и получилось.       — Простите, если вам не нравится, то всё окей, я не возлагал на него никаких надежд.       — Нет, спасибо. Я просто не ожидал, что… ты подаришь мне цветы. Мне и в школе-то их редко дарят, а без повода так и вовсе… никогда.       Сложно сказать, что конкретно этот букет лежит на этом столе без единого повода. Повода может и нет, но подтекст точно есть. Конкретно эти цветы на языке цветов значат: сирень — первая любовь, сомнение, а ландыш — надёжность. Антон невербально спрашивает и приводит аргументы. Конечно, сам он мало в это разбирается, однако той продавщице он был готов доверить мир.       — Они очень красивые… Ты сам выбирал? — Арсений поднимает букет поближе к себе, разглядывая цветы, на которых ещё остались крохотные капельки недавнего дождя. По-особенному сложно осознавать, что он держит в руках цветы, подаренные Антоном.       С каждой минутой нахождения вместе всё сложнее называть эту встречу не свиданием.       — Не совсем, мне девушка больше советовала, чем я сам смотрел. Все были банальные вроде роз или хризантем, а я думал над чем-то другим… — «более особенным», что так и осталось в мыслях Шастуна.       — Я не изучал язык цветов, но… — кажется, будто сердце Антона в этот момент пропускает удар один за другим. Как-то сразу становиться не до шуток, потому что именно этого в его планах не было и нет. — По-моему сирень это вечность?       — Наверное, что-то вроде того… — Шастун моментально выдыхает весь воздух из лёгкий, потому что ему очень сильно везёт конкретно сегодня и конкретно в этой ситуации. Лучше притвориться, что он дурачок, который в цветах тоже не очень разбирается. Так просто будет лучше, — Я в этом тоже не разбираюсь.       — А ландыш?       — Надёжность или честность. Разные источники интерпретируют значения цветов по-разному, — заумно отвечает Шастун, пытаясь блеснуть несуществующие знаниями. Эту фразу он пересказывает со слов продавщицы из цветочного.       — И ты всегда честен? — Арсений ухмыляется, раздумывая над последующей судьбой цветов. Выбрасывать такое милое чудо он не планирует, однако и поставить в вазу — значит дать им пару дней жизни.       — Относительно, — расплывчато отвечает Антон, не особо заботясь о сказанном. Он врёт, как говориться, редко, но метко. Точно попадает во все цели и так почти всегда.       Каждый из них размышляет о чём-то своём. Антон думает об Арсении, а сам Арсений думает о том, что Люк любит живые цветы, но любит он их только в виде пищи. Сложно же им будет ужиться вместе…       Антон вот уже всё время, проведённое вместе с учителем, говорит себе, что это точно свидание. Ему очень хочется в это верить и он верит, но что в голове у Арсения — непонятно. Он боится туда залезать, боится быть в этом отдельном мире лишним, но в то же время при мысли о вторжении в этот мир в голове тут же вскипает адреналин, который требует больше времени с Арсением, больше взаимодействие, касаний, мыслей. Больше Арсения в жизни.       Арсений, скорее, старается вбить в свою голову, что это как раз-таки не свидание. Получается, мягко говоря, не очень удачно.       — Арс?       — М? — Арсений тут же отрывается от просмотра ленты. Обычно Паша часто пользуется этим именем, однако теперь стоит привыкать к новому голосу.       — Мне нравится это сокращение, — Антон просто оповещает об этом. Это высказывание не требует какого-то ответа или реакции, но, тем не менее, парень её получает — искреннюю улыбку, которую Арсений использует настолько редко, что почти никогда.       Только дома, с котами, с теми, кому он может довериться. Арсений не готов делиться с Антоном всем, но если тот спросит — Арсений будет стараться не увиливать. Ему не плевать на эти взаимоотношения. И, может быть, Алёна в своё время действительно была права: стоит брать ответственность за то, что Арсений медленно, но верно влюбляется. Снова те же грабли в том же огороде, но внутри есть какая-то необъяснимая уверенность, что всё будет не как в прошлый раз, что всё не закончится очень печально.       Но тут же возникают вопросы. А примет ли Антон всё то, что было с Арсением раньше? Не пойдёт ли осуждение со стороны? Что будет, если кто-то узнает?       Эти вопросы Арсений растворяет в последнем глотке уже холодного напитка. Ему очень понравилась карамель, хотя в меню он такого не помнит. Не вечно же ему думать о проблемах, он человек взрослый и живёт по принципу «решай проблемы по мере их поступления». Попов помнит эти слова со времён студенчества. Правда потом его заставляют переосмыслить этот взгляд и говорят, что он — проблема. Арсений этого почти не помнит, потому что мозг до сих блокирует всяческие воспоминания о тех не очень светлых деньках.       Женя, стоя за стойкой и потирая подносы от всякой грязи, попутно наблюдает за парочкой, которая уже собирается уходить из кафе. Антон подбегает к ней, желает хорошего дня. Она не знает, кто эти двое друг другу, но ей было бы интересно понаблюдать за ними, поэтому в последний момент она просит у Антона инстаграм, чтобы в будущем списаться. Она в Питере совсем недавно, а найти таких хороших на первый взгляд людей оказывается очень сложной задачей для несостоявшегося специалиста по маркетингу. Женя получает заветные буквы, желает удачного дня, на прощание помахав и Арсению.       — Было бы круто погулять на их свадьбе, да? — в её размеренные мысли врывается Соня, поправляя свою рыжую копну волос, собранных в хвост.       — Я бы на нашей свадьбе была рада погулять… — намеренно-безучастно говорит девушка, за что получает громкий шик в свою сторону.

***

      Антон впервые настолько рад держать кого-то за руку и смотреть далеко за горизонт, надеясь разглядеть там что-то прекрасное. Его поэтичная душа поёт, а сам он подтягивает красный тёплый шарф выше, на пару секунд закрывая красный — не факт, что от холода — нос. От нахождения рядом с кем-то, вроде Арсения, ему в любом случае тепло. Или он до последнего будет делать вид, что ему тепло, потому что портить такой момент он не хочет.

«И не спрашивай, как дела

Едет башней мой Вавилон».