Совращение Небес: В Землях Хаоса

****

Моракс, он же Великий Дух Земли, Рекс Ляпис, Чжун Ли, Властелин Камня, Бог Контрактов, Бог Войны, Гео Архонт… сколько же имён у него было? Только за это перерождение набралось больше десятка. "Я должен был переродиться и забыть обо всём, почему этого не случилось?" Воспоминания всё ещё возвращаются оборванными лоскутами, приходится искать им место в картине, полной дыр – однако делать это хочется всё меньше. Ведь чем больше он вспоминает, тем сильнее испытывает отвращение. Его заставили забыть, кто он есть! Заставили прислуживать людям! Этим копошащимся тварям… "Нет, тварями были те, что вырубали леса, выжигали химикатами поля и равняли горы с землёй, а потом приходили ко мне, возмущаясь, когда я поднимал их обратно…" Да, Гуй Чжун показала ему, что не все люди спят и видят, как бы уничтожить собственный мир, заигрывая с основополагающими законами вселенной, что есть те, кто пытается очищать реки и леса, помогая выживать связанным с ними элементалям и восстанавливая природный баланс. Баланс, который… всё-таки был непоправимо нарушен. Хаос вторгся в их земли. Моракс всей душой не желал вмешиваться в дела людей, но под угрозу уничтожения попали не только они, но и весь мир, так что когда представился шанс сохранить хотя бы его клочок, у уцелевших Хранителей, Великих Духов, просто не осталось выбора. Но многие из Великих погибли, и неизвестно смогут ли возродиться в этом изъеденном скверной мире… Моракса же заставили шесть тысяч лет провести без перерождений! Надругались над его сутью! Превратили в сторожевого пса, верящего в какой-то там Небесный Порядок и страшащегося смерти! А потом ещё и убили. Но что тогда произошло? В возвращающихся воспоминаниях есть многое, даже чувства, но всё равно они словно чужие, так что Мораксу трудно понять свои действия в прошлом. Почему он так противился гибели? Ведь перерождение – естественный порядок вещей, и даже если он забыл об этом, всё равно подсознательно чувствовал, как будет правильно поступить. Но почему тогда до самого конца продолжал колебаться, цепляясь за какого-то человека? Наглого, бесцеремонного, лицемерного… …но в то же время преданного, стойкого и отчаянно стремящегося доказать миру собственную силу. За те несколько дней, что они провели в Землях Хаоса, стало ясно, что Аякс совсем не изменился после получения Сердца Бога, полностью соответствуя воспоминаниям о себе. И как бы Моракс не пытался смотреть на него, как на обычного младшего из младших, странная связь между ними становится всё очевидней. Но Элея права: где это видано, чтобы Великий Дух имел отношения с человеческим существом? Ладно, младшие духи… хотя и их игры в людские семьи всегда казались Мораксу извращённой затеей… но зачем ему из прошлого понадобился парень, который не может даже родить? Учитывая, что и с человеческой девушкой завести ребёнка вряд ли бы было возможно? "Но он забавный" За прошедшие дни Мораксу успело понравиться тепло его рук. Его голос с напускной смешинкой. Его грустные глаза, его бравада и смех, его усилия вести себя, словно равный… Его неожиданная сила и готовность защищать до конца. Да, Аякс доказал, что способен постоять за себя и даже защитить Великого Духа – как бы ни унизительно это было признать. И в какой-то момент у Моракса мелькнула мысль, что этому младшему можно доверять. Однако человек остаётся лишь человеком, даже если его тело прошло длительные изменения и приняло гнозис, искусственно превратившись в более могучее существо… Отрезанный от позаимствованных сил, Аякс оказался слаб – но вместо того, чтобы признать эту слабость, он проявил заносчивость и непримиримость, вызвав гнев султанши Сарама. И подобное поведение… да, кажется, оно не нравилось Мораксу из прошлого тоже. Так что Аякс сам виноват. Виноват, но… До сих пор что бы Аякс не делал, всё было ради Моракса. Трудно забыть убаюкивающее тепло, что грело его ещё в форме элементаля. Моракс тогда не осознавал, кто он и что он, но почему-то стремился к Аяксу. Искал у него защиты. И пока спал в его теле, не беспокоился ни о чём. "Вероятно, если бы не Аякс, я бы… не смог сохранить форму элементаля и растворился бы без следа". Опять это сожаление. Несомненно, было бы лучше исчезнуть, оставив людей наедине со своими проблемами. Элея права, у них опять назревает война – а он уже достаточно навоевал по чужой прихоти, и Аякс, скорее всего, помогает ему лишь для того, чтобы вновь втянуть в чужие разборки… [Я буду любить вас даже в следующей жизни!] Канал между душами пропускает не только мысли, но и потаённые чувства – это гарантия искренности. Удивительно, как этот канал вообще смог установиться между ними ещё в те времена, когда Аякс был человеком, но ещё удивительнее, как неосторожно Аякс воспользовался им: грубо, коряво, практически крича на всё ментальное поле… Его чувства вошли в Моракса порывом осеннего ветра. "Не понимаю. Но мне любопытно." Да, всего лишь любопытство – так Моракс решил оправдать свой интерес к этому младшему. А вовсе не из-за тех возмутительных вещей, которыми они занимались в прошлом. Вообще, что касается подобных воспоминаний, Моракс предпочёл бы их не возвращать, но вид раскрасневшегося Аякса, беспомощно распластавшегося на полу, разбудил в нём тревогу, смутно осознанную и требующую действий. Хотя буквально недавно Моракс испытывал только гнев. Ему не понравились игры Элеи, как и её угрозы. Однако он решил, что будет благоразумнее попытаться вразумить младшую устно, не подвергая опасности остальных своих компаньонов… Но вот они остались одни, и происходящее приняло странный оборот. Аяксу удалось застать его врасплох. "Разве мы хоть раз делали это так?!" Но если Моракс попробует возмутиться, младший точно поймёт, что он ничего не забыл! Пыхтение, непристойные шлепки и стоны… Из-за спермы между ног довольно скользко, Аякс уже кончил один раз, но всё равно продолжает долбиться, головка его члена проходится по мошонке и основанию члена Моракса, который затвердел – затвердел непроизвольно, налившись густой кровью и требуя большего… Создавая это тело, Моракс вовсе не собирался полностью уподоблять себя человеку с точки зрения физиологии… но видимо, всё-таки уподобил. И потому сейчас возбуждён. Аякс упомянул про "занятие любовью", однако то, что происходит, больше похоже на звериное спаривание. Унизительно ощущать себя в роли добычи. К тому же выглядит и ощущается всё это грязно… но довольно естественно. Как будто им обоим вполне нормально вот так вот прижиматься друг к другу и истекать телесными жидкостями. И потому Моракс продолжает покорно лежать, глядя в потолок. Порой по его телу пробегает приятная дрожь, но и она тоже заставляет испытывать унижение. Ни одно существо до сих пор не смело обращаться с ним подобным образом: ни шесть тысяч лет назад, ни тысячу… Хранителя Созидания боготворили люди, боготворили духи… однако сейчас его бёдра покрыты слюной и спермой, а младший, ещё совсем недавно бывший человеком, всё трётся и трётся об него, сгорая от первобытного возбуждения. Да, Аякс не сам довёл себя до такого безумного состояния. К тому же Моракс позволил ему делать это с собой. Но в тех самых воспоминаниях всё происходило иначе… и, кажется, тогда Мораксу было намного приятней. – Прости… этого всё-таки недостаточно… Полуневнятное бормотание поначалу не вызывает никакой реакции, кроме облегчения, ведь Аякс замер. Но пару мгновений спустя Моракс широко распахивает глаза, почувствовав, как в него пытаются впихнуть то, что только что тёрлось о внутреннюю сторону бёдер. – Я постараюсь… всё сделать правильно… Аякс задыхается. Его движения суетливы. Член выскальзывает из дрожащих пальцев, даря Мораксу время на осознание происходящего – но когда он рывком поднимается со стола, упругая головка как раз проталкивается внутрь. При этом Аякс подхватывает Моракса под колени и дёргает на себя, вновь роняя спиной на стол, и его член проникает ещё глубже. До этого Моракс уже чувствовал там его пальцы. Но от пальцев не было больно. "Неужели Аякс так же страдал, когда я делал это с ним?!" Член вбивается всё глубже и глубже. "Нет, нет, должно растянуться… к тому же у Аякса внутри было особое место… у меня тоже должно быть…" Моракс прислушивается к движением младшего и выгибает спину, направляя проталкивающуюся головку в определённую точку в районе основания своего члена, только с внутренней стороны. "Да… так значительно… лучше…" – Знал бы ты, как давно я хотел это сделать… И вновь какие-то бормотания. Нет, Мораксу всё равно, кто там и что бормочет. Даже если процесс стал немного приятней, он всё ещё унизителен. Внутри начинает саднить, внутренности сжимаются и сотрясаются от каждого толчка… У Аякса закатываются глаза, когда он кончает в очередной раз. Но кажется, не в последний. Хотя розовый узор на его плече, проявившийся после укуса инугами, уже значительно побледнел. "Потерплю ещё… ещё немного…"