Совращение Небес: В Землях Хаоса

****

Альбедо следил за Элеей очень внимательно. Оскорблённая до глубины души, Наместница зачем-то нашла предлог, чтобы побыть в компании вторженцев, хотя Альбедо ждал, что она удалится в противоложенный конец своего Сада. Ни о чём особенном в её присутствии не говорили, даже Тарталья с Дилюком не стали демонстрировать особых умений, хотя явно подрались не для вида. Но Элея наблюдала за всем происходящим с жадным вниманием, пусть и маскировала его то презрением, то недовольством. А потом внезапно исчезла. Буквально только что направилась к озеру, но когда Альбедо вновь посмотрел в ту сторону, уже никого не увидел. Так что к ремонтируемому монстрами жилищу он направился не столько для того, чтобы оставить Кэйю и Дилюка наедине, и не для того, чтобы помочь слугам Элеи… Но и просто начать открыто искать её было бы странно, вот и пришлось включиться в ремонтный процесс. Экономя силы, чтобы не спровоцировать Камень, Альбедо поднимался всё выше, помогая то тут, то там, пока не убедился, что Наместницы на месте стройки нет. Тогда куда она подевалась? Энергия Гео Архонта чувствовалась со стороны уцелевшей яблочной рощи, неужели Элея увязалась за ним? «Вполне вероятно…» Альбедо потратил около получаса, кружа вокруг Моракса и Тартальи. Он старался быть незаметным, чтобы не потревожить архонтов, явно занятых важными делами, и всё же не нашёл ни следа хозяйки Сада. «Может, я зря волнуюсь?» Время шло. Дурное предчувствие заставляло нервничать всё сильней. А Элея никак не находилась. Он проверил ещё несколько рощ, заглянул в пару бараков, где, кажется, жили слуги чином постарше, потом вернулся к озеру и, особо ни на что не надеясь, вновь добрался до верхнего этажа. Откуда и заметил нечто странное через недоделанное окно. «Показалось или…» Покинув здание и вызвав гео цветок, Альбедо приглушил его сияние и спустился почти до самого дна ущелья, чтобы случайно не привлечь внимание раньше времени — облетел соседнюю скалу и начал медленно подниматься, стараясь свести манипуляции со стихией к минимальному. Когда же почти достиг вершины, услышал голос, приглушаемый порывами ветрами, и всё же довольно отчётливый: — …сможешь. Всё должно быть не так сложно. — Тебе-то откуда знать?! И почему именно сейчас? А если я хочу повеселиться подольше? Возмущённая, раздосадованная Элея общалась с кем-то, кого Альбедо уже встречал, только издалека не смог рассмотреть, лишь два силуэта на каменистой вершине скалы. Альбедо же сейчас застыл в паре-тройке метров под ними, прилипнув к отвесному склону спиной. — Повеселиться? То есть, я правильно понимаю, что твой Сад не захватили, а ты сама их любезно приняла у себя и даже радушно жарила для них рыбу? — … Из-за порыва ветра ответ Элеи расслышать не удаётся, но складывается впечатление, что её больше беспокоит тайный визит собеседника, чем испытанное недавно унижение. — …повеселишься ещё, — снова становится слышно голос мужчины. — Тянуть больше нельзя. — Что-то раньше вы никуда не торопились… — Раньше было «раньше». Альбедо не исключал вероятности, что Владыки попытаются связаться с Элеей — но она так уверенно заявляла, что они не смеют к ней приближаться… что причин для беспокойств просто не было. Как же наивно! — А если мальчишка соврал? И архонты по-прежнему виляют хвостами перед Валиалом? Кто, как не он, пообещал стереть вас в порошок, если увидит? — А то ты сама как будто не в курсе… Элея, не держи нас за дураков. — Не понимаю, о чём ты. — Ой, да ладно-о. Думаешь, никто не знает, что ты частенько наведываешься в гости к людишкам? Ай-ай-ай… вещички таскаешь в свой миленький домик, а с нами даже словечком не обмолвилась, как там дела обстоят. — С чего бы мне- Фраза обрывается хрипом, будто горло Наместницы сжали. Затем всё тот же мужской голос угрожающе продолжает: — Не забывай, благодаря кому жива до сих пор. С вершины скалы осыпается несколько мелких камней, будто кто-то подошёл к самому краю или бросил что-то туда. Альбедо сжимает меч, чувствуя, что должен вмешаться, однако против Владыки ему придётся применить Камень — а значит, вновь ощутить, как безумие охватывает разум. «Ещё рано… я должен научиться лучше контролировать это…» — Не напоминай! — вскрикивает Элея. — Если ты забыл, я- — Только попробуй, — раздаётся надменный и в то же время предостерегающий смешок. — Знаешь же, что с тобой будет, если со мной что-то случится. Или с кем-то из нас. — Замолчи. Наверху устанавливается тишина, но ненадолго, ибо Элея продолжает: — Не смей приказывать мне! И не смей меня трогать! — Гх-рх! — Не кипятись. Я сделаю, что должна, раз уж вы наконец повысовывали головы из своих жоп! Да, я давно в курсе, что Тейват ослабел, Селестия уже не так сильна, а новые архонты настроены к ней скорее враждебно — но с какой стати мне было распространяться об этом? Разве вы не тешили себя, играя низшими в войнушки? И что? Теперь захотелось настоящей Войны?! Да сколько угодно — мне нет никакого дела ни до людей, ни до вас. Я открою вам путь. Но потом, будьте любезны оставить меня в покое! Кажется, Элее наконец-то удаётся выговориться. Её же собеседник послушно хранит молчание — сколько ни прислушивайся, но больше наверху не раздаётся ни звука. Альбедо отзывает меч, догадавшись, что встреча подошла к концу, и больше девушке ничего не угрожает. «Нам надо поговорить. Я должен отговорить её…» Как вдруг что-то бьёт в спину. Опустив взгляд, Альбедо видит толстый коготь, вылезший из живота. Но как? Позади же скала… Хотя, нет, это не коготь, а что-то вроде стержня из железного песка. Сознание уплывает, сил удерживаться на уступе не остаётся, и тело устремляется вниз, прямо в пропасть. Удара после затяжного падения Альбедо почти что не чувствует, однако органы чувств отказывают не полностью: пусть сквозь туман, но он видит, как почти тут же кто-то приземляется рядом. Тёмный силуэт выглядит странно, а когда приближается, в нём смутно угадывается очертания хрупкой девушки, сидящей на плече коренастого мужчины. — Тц… Спрыгнув на землю, Элея подходит к Альбедо. Тот лежит на животе и даже не может повернуть голову, чтобы взглянуть девушке в лицо. — Он ещё жив? — раздаётся за её спиной. Похоже, Элея уже отменила приказ, запрещающий Владыке говорить. — Еле-еле… Трудно понять, досада или сожаление звучит в женском голосе. Но едва гость делает шаг, Наместница тут же приказывает: — Не трогай! — Он предупредит остальных. — И что? Боишься? Теперь Альбедо чётко видит профиль мужчины и гаечный ключ, висящий у него на груди. Он был прав: они уже встречались. Это никто иной, как Миллинелли. — Выживи, — доносится словно бы сквозь туман. — Выживи и найди меня… Кажется, Элея приседает и даже касается его глаз ладонью. Но Альбедо уже ничего не видит. Туман наконец-то окончательно заполняет голову и выключает сознание.

****

— Ну почему нет? Аякс всё продолжает канючить, словно ребёнок. Ему будто бы нет никакого дела ни до того, где они находятся, ни до того, почему. Взять хотя бы дуэль с Рагнвиндром — ну зачем? Зачем было устраивать этот показушный бой? Ладно, возможно, Аякс вспомнил былые обиды. Но до чего же ребячливо использовать силу архонта против изнурённого смертного, да ещё и окончательно разрушать его единственное оружие! — Чжун Ли, разве ты сам не говорил, что нужно ценить каждый миг? Наши жизни могут оборваться хоть завтра, так почему бы не потратить с толком то время, что у нас ещё есть? — Сколько бы времени не осталось, тратить его стоит, не теряя достоинства. Они уже довольно давно гуляют по роще. Точнее, Моракс гуляет, наслаждаясь относительной тишиной вдали от стука молотков, Аякс же просто следует за ним, уговаривая вновь заняться любовью. Нет, не то что бы Мораксу отвратительна эта идея… но для подобного здесь явно не место и не время. — Я клянусь, что больше не посягну на твой… эм-м… я буду снизу! И твой двойник нужен мне совсем не для того, о чём ты подумал! «А о чём я подумал?» Остановившись под особенно раскидистым деревом, Моракс внезапно вспоминает, как точно с таким же старанием Аякс клялся ему в Мондштадте, что всегда будет рядом. И что даже сам убьёт его, если потребуется. Тогда этот парень казался довольно искренним, и позже, на Драконьем Хребте, действительно шагнул вместе с его умирающим телом в портал, наверняка считая, что там они оба погибнут… Такой отчаянный, верный — трудно представить, что тот же самый человек сейчас прилагает столько усилий по совсем недостойному поводу. — Чжун Ли-и-и… Аякс обходит Моракса и встаёт так близко, что места между ними остаётся разве что на толщину ладони. — У большинства животных инстинкт размножения обостряется, когда над видом или особью нависает смертельная опасность. Такое иногда случается и с людьми. Но Аякс, мы же оба мужчины. Что с тобой происходит? — Причём тут размножение? — Аякс морщится и отводит взгляд. А потом и вовсе отворачивается. — Ты не понимаешь. Но это очень важно. — То есть, — Моракс заглядывает ему через плечо. — Это не инстинкт? Тогда что? Тяга к удовольствию? — И да, и нет… Лицо Аякса покраснело. Он вновь отворачивается, избегая взгляда. — Объясни, — Моракс заводит руки за спину, сцепляя. — Я не понимаю. Под сводами дерева раздаётся громкий вздох. Аякс отходит к толстому стволу, словно заинтересовавшись структурой коры, но зачем-то прижимается к ней лбом и снова вздыхает. — Неужели так трудно объяснить? Моракс остаётся на месте. Странное дело: ему нравится наблюдать за этим младшим — иногда жестоким, иногда насмешливым, почти всегда безрассудным, но порой демонстрирующим чудеса чуткости и рассудительности. Да, Аякс больше заботится о себе, чем о других, и в то же время никого не бросает на произвол судьбы… Или это лишь видимость? Трудно не заметить, что присутствие Моракса влияет на его решения… будто Аякс хочет казаться лучше, чем есть. Интересно, замечает ли он, как его притворство постепенно превращается в реальное отношение? — …когда отец подарил мне первый нож, — наконец доносится со стороны дерева. — Я даже спать ложился вместе с ним. Всё время таскал с собой, использовал по делу и не по делу… однако не потому, что для этого были причины. А потому что просто хотел. — Но я не нож. Моракс чувствует себя странно, произнося вслух настолько очевидную вещь. — Знаю, — Аякс оборачивается, прижимаясь к дереву спиной. — Но я всё равно хочу, чтобы ты был моим.