Враги поневоле

Битва больше походила на оползень, сошедший с гор. Проливной дождь стрел и камней осыпал наш скромный отряд с нависших выступов, практически не давая продохнуть. Громкие крики и метания подстёгивали напавших, ибо они видели, что мы явно не были готовы к такому повороту. Линия обороны уже сместилась к костру, ночные теснили ближе к хижинам с явным намерением не только отомстить, но и вообще разобрать ставку Орды по камешкам. Так сказать, двух зайцев… Крики раненых остро и неприятно резали слух, не предвещая ничего хорошего в плане окончания битвы. Красиво вспыхивая, бархат ночи разрезали яркие всполохи горящих стрел, запущенных с высоких скал. В мгновение сухие деревянные лачуги вспыхнули, словно сено, а долина потонула в грохоте сплошных взрывов. Как оказалось, таурены держали склад гоблинской взрывчатки. Жар плавил камень и плоть тех, кто всё ещё пытался спастись из огня. Не знаю как, но пока что нам с троллем везло, видимо, либо Свет услышал мои молитвы, либо троллина был везунчиком, но перед самым взрывом мне удалось оттащить Зула подальше, и теперь мы как два идиота прятались за моим щитом, так как, увы, меч мой валялся где-то дальше, а у охотника закончились стрелы. Иногда мне удавалось высунуться из-за щита и окинуть взглядом участок, но я видел лишь стелющееся облако чёрного дыма и пыли, которые, поднимаясь выше, уже застилали собою луну. Зловещие тени плясали на скальных валунах. Ночные, видимо, исчерпав запас стрел, спускались к нам поближе, и теперь в отблесках пламени начались танцы иного характера. Орки тяжело и медленно махали неуклюжими и плохо сбалансированными топорами, грозясь покалечить не столько ловких и гибких противником, сколько близко стоящих своих же. Ночные прытко уклонялись от ударов, не рискуя при этом подступить ниже. Что ни говори, а жуткие рожи орков способны отпугнут кого угодно. Это был самый что ни на есть благоприятный момент для того, чтобы выскочить и пасть смертью героя, либо для того, чтобы втихаря смыться и остаться в живых, чтобы было кому вернуться в Оргриммар и рассказать Вождю, что, мол, нет в Когтистых Горах больше нашей базы, склада оружия, а есть братская могила и подконтрольная Альянсу территория. Действовать следовало незамедлительно, поэтому, не сговариваясь, мы с троллем покрепче взялись за кожаный ремень и потащили щит от греха подальше – за гору. О том, чтобы чесать в столицу посреди ночи и в такое неспокойное время, речи быть не могло. Нужно схорониться во что бы то ни стало, а ещё лучше надо бы проследить за эльфами. – Друг, надо уходить, – троллина настойчиво тянул меня в сторону дороги. Видимо, намылился смыться. Однако душа требовала отмщения, а совесть уже начинала грызть меня изнутри за то, что мы сбежали и не бились в первых рядах со своими. Хотя, наверное, так было лучше, ибо я представил, как я весь такой красивый бегу навстречу рядам недругов, высоко заношу свой потерянный где-то у костра меч, пытаюсь прокричать что-то там героическое типа «Во имя Света!» или более банальной «За Орду!» После чего меня быстренько нашпиговывают стрелами, а потом по мне уже мёртвому шагают ряды ночных эльфов, а я такой молодой лежу до следующего дня, после чего меня съест местная фауна, так как хоронить погибшего врага ночнушки точно не станут. После такой нелицеприятной картины совесть как то сама перестала грызть меня, а разум подсказал, что мы сделали правильно, вовремя слиняв, так как шансов у нас было мало. Свернув за гору, прикрываясь ещё доносившимся со стороны Приюта шумом уже закончившейся битвы, можно было встать во весь рост и драпать куда глаза глядят. – Придется разделиться, – Зул будто читал мои мысли. – Ты беги в город, а я попробую последить за ними. Ну, нифига себе, тролль в кои-то веки решил геройствовать и не притворяться, как обычно, мёртвым, а совершить благое дело. Но он, видимо, забыл одну маленькую деталь, а именно то, что коня моего уже доели и идти пешком до города мне в консервной банке будет как-то неудобно и долго, был, конечно, вариант скинуть с себя железо, однако в одних трусах к Вождю не хотелось идти. Тем более, что Зул мог быстрее добраться до столицы в кольчуге, и тем более он мог вознести молитвы своим «звериным» духам, чтобы они даровали ему прыть какого-нибудь быстрого животного, и тем самым время его путешествия сократилось бы втрое. Немного слов убеждения и мата – и Зул ушёл во тьму навстречу приключениям и Вождю. Мне же следовало искать себе убежище с хорошим полем видимости. И первое, что пришло в голову, – это залезть на горку, с которой нас недавно поливали огнём, и там, распластавшись черепашкой, следить за врагом и ждать подмоги. Щит пришлось бросить у подножия, и я, попеременно то чертыхаясь, то молясь Свету, медленно, но верное забрался на пригорок и повалился в пыль. Приют у Солнечного Камня лежал в руинах, одного беглого взгляда хватило, чтобы понять, что ремонт тут не поможет. Весь отряд когда-то бравых зелёных ребят лежал в ряд в неестественных позах. Время от времени эльфы подкладывали в вереницу ещё одно тело, видимо все-таки собрались хоронить. Хватая ртом пыль с земли и стараясь не задохнуться, я периодически выглядывал из укрытия с целью как следует всё рассмотреть и потом составить детальный отчёт для командования. Как и раньше, отряд врага состоял из лиц женского пола. Хорошо вооружённого и экипированного отряда женского пола. Посреди развалин уже высился костёр, в который быстро и без особых церемоний одного за другим закидывали моих ещё недавних соратников. Возле костра стояла эльфийка и внимательно разглядывала каждого в очередь на сожжение. Стояла она спиной, но силуэт как то был знаком. Знакома была и копна чёрных волос и кожаные штаны, идеально сидевшие на её не менее идеальной попе, и…. – Проклятье, – не сдержался мой язык. Эльфийка в этот момент пристально рассматривала какого-то син’дорай, которого как раз уже почти засунули в кострище. Отблески костра хорошо осветили её лицо, в котором я без промедления узнал мою пленницу. Видимо, у девчонки был туз в рукаве, ну, или ещё что-то. Но ей удалось свинтить с места заключения, и сейчас она зачем-то контролировала процесс сожжения. Странное поведение подруги не осталось без внимания, и рядом с ней возникла рослая эльфийка с короткими зелёными волосами, с головы до пять «запаянная» в латный доспех. – Лорель! – зеленоволосая, видимо, была тут главной. Ибо от этого крика девчонка вздрогнула, обернулась и тут же выпрямила спину. – Что ты делаешь? Ни один мускул не дрогнул на лице беглянки, и я против воли проникся к ней уважением. Я при общении с начальством такой выдержкой не обладаю, и все мои эмоции можно спокойно читать на лице. – Помогаю считать убитых врагов. – Она даже глазом не моргнула, когда соврала. Мне с моего «пьедестала» было хорошо видно, что никого она до этого не считала, а видимо, кого-то искала. Тем временем передо мной разворачивалась до боли знакомая мне картина, в которой, брызжа слюной, командующий отчитывает нерадивого подчиненного, а подчинённый стоит и молча терпит, пока эта слюна сама стечёт с лица и пока главный поорёт всласть. Млея от удовольствия, я слушал отборную ругань, правда, на дарнасском, но содержание было понятно по интонации. Закончив орать, та, что с зелёными волосами, удалилась, а та, что стояла у костра, медленно побрела вдоль уменьшающейся шеренги лежащих орков. Брела она недолго, взгляд её уставился в одну точку, что-то на земле её явно привлекло и заинтересовало. Разглядеть, что, я не мог, так как мешала нога здоровенного орка (кажется, нашего командира). Эльфийка переступила через эту ногу и пошла дальше в сторону моего схрона, непрерывно смотря на землю. Поведение ее насторожило меня, и, сложив два и два, а именно то, что она внимательно рассматривала всех убитых и явно что-то искала, а теперь видимо нашла. Я понял, что она увидела под ногами, – чёткий след нашего с Зулом побега, то есть след от моего щита, который мы пёрли за собой. – Ну, твою ж за ногу, – язык опять подвёл меня, а эльфийка внизу навострила уши. Мстительная сучка, или, как назвала ее зеленоволосая, Лорель, искала меня. Решила отплатить мне за унижение и взять в плен. Ждать её визита долго не пришлось, ибо, завернув за угол, она уже, скорее всего, нашла мой щит и уже смогла разглядеть глиняную почву с моими следами. «Врёшь, не возьмёшь. По крайней мере, живым не дамся», – это всё, что успело пронестись у меня в голове перед тем, как я смог разглядеть в потёмках крадущийся силуэт мстительницы. В отличие от Лорель, в руках которой блестел кинжал, у меня из оружия было только моё большое желание жить и ещё большее желание убить эту сучку, ибо, если ей удастся взять меня в плен, я чуял, что привязыванием к дереву не обойдется. Женщины на редкость мстительны и злопамятны, особенно гордые женщины. «Моё спасение в скорости», – думалось мне в тот момент, когда Лорель уже выпрыгнула из тени и без малейшего промедления начала махать кинжалом как раз в том месте, от которого я еле успел отскочить. Мои догадки были верными, эльфийка была молода и явно не участвовала в битвах. Её беспорядочные взмахи больше напоминали тренировку слепого, чем целенаправленную атаку. Тем не менее, оружие она держала крепко и не горела желанием подпускать меня близко, помня о том, что я сильнее и тяжелее неё. Один раз мне всё же удалось ловкой подсечкой уложить её, но она тут же взвилась вверх как пружина и опять начала свои попытки прирезать меня, размахивая при этом кинжалом как флагом. Надо было кончать это шоу не для слабонервных, либо она чисто случайно, но всё-таки сможет прирезать меня, либо нас уже застанет рассвет или кто-нибудь из ее отряда. Именно в этот момент она замахнулась, вкладывая в удар всю свою силу, и мне ничего не оставалось, как остановить её нападение мощным и коротким пинком в живот. Девчонка охнула и осела на землю, при этом не выпуская кинжал, который застыл в её повисшей руке. Воспользовавшись заминкой, я прыжком, сделавшим бы честь гепарду или пантере, набросился на неё, одновременно с этим подминая её всем весом и выворачивая кисть, держащую кинжал. – Отпусти, придурок! – девчонка быстро отошла от шока и пыталась вернуть себе независимость, отчаянно суча по земле свободными стопами. – Ненавижу тебя, идиот ушастый. – На себя посмотри, дура татуированная, – мне определённо нравилась Лорель, несмотря на все её попытки укокошить меня. – Убью, – воздуха не хватало, и она почти рычала. – Разорву, загрызу, глаза выколю, – я прямо наслаждался её искажённым злостью лицом, беспрестанно вздымающийся верх-вниз грудью, её милыми угрозами и проклятьями. И помимо моей воли в моем организме запустились некие интимные процессы, которые спустя пару секунд стали заметны не только мне. – Утоплю в… Что это?! – удивлённый возглас дал мне ясно понять, что моё поднятое настроение было раскрыто. – Магический жезл, – прохрипел я, чувствуя, как краска заливает мне лицо. – Рад тебя видеть, бл*ть. Пыл сражения мгновенно сошёл на нет, особенно когда эльфийка сначала потихоньку, а затем всё громче и громче начала ржать. – Ты извращенец? – она уже еле могла говорить. – У тебя странные предпочтения, син’дорай. – Да пошла ты, – мне стало обидно за себя, тем более я никогда не замечал за собой таких наклонностей. Тем временем смех её затих, и выражение лица заставило меня насторожиться. – Может, ты хочешь чего-нибудь? – она коварно сверлила меня своим серебристым взглядом. – Если ты любишь боль, извращения там… всякие, – она не выдержала и снова начала смеяться. Я прекрасно видел и понимал, что она издевается, но мой организм упорно не замечал этого и продолжал в том же духе. Под таким двойным напором моя ненависть к ней угасла как уголёк, попавший в чан с водой. И виной всему была эта самая лежащая подо мной женщина. Я страстно и безудержно хотел обладать ей, её глазами, волосами, нежной тонкой шеей и пухлыми губами. Не успел я сообразить, что творю, как выпустил из захвата ее руку, вцепился в ее густые непослушные волосы и вгрызся в её губы поцелуем, на который, как ни странно, она моментально ответила.