Не навлекай неприятности

Мотылек последовала в направлении, который подсказывал прибор. Он менял степень яркости своих огоньков в зависимости от того, насколько точно ищущий подбирался к цели. Вэгги вскоре обнаружила свечение в весьма глубокой трещине на асфальте. Присев на корточки и запустив внутрь руку, она нащупала склизкое тело. Извлеченный объект был как раз одним из духов. Удивительно было то, что, будучи самым обыкновенным тусклым телом в коробке, и подсвечиваясь лишь немного, будучи в трещине, теперь дух начал издавать очень яркий свет, отчего мотылек застыла, будто под гипнозом. Желтое существо в свою очередь тоже уставилось на девушку, будто бы раздраженно раскрыв черную дыру рта и сузив провалы глазниц. Брови и прочие пучки волос на маленькой морде свалялись от контакта с бетоном. Сконцентрировав часть внимания на внешнем виде Молоха, бабочка очнулась от наваждения и передернулась. Морда существа всё-таки внушала ей некий ужас, однако Вэгги отбросила это чувство. «От кого прятался?», - шутканула она и слегка повертела червеподобного духа в руках. Тот продолжал извиваться таким образом, чтобы смотреть прямо в ее отражающие его собственный свет зрачки. «Красаавец», - шутливо нахваливала его Вэгги: «Я тебя в отеле даже не разглядела, но теперь уверена, что если ночью тебя гости встретят в коридоре, корвалола мы не напасемся». Молох потянулся плоским подобием губ к руке бабочки и прижался ими к серой коже. «Сожрать хочешь что ли... А желудок не малова…?», - Вэгги не закончила свою череду юмора, поскольку безо всяких предпосылок место «поцелуя» пронзила боль. Будто десяток иголок прошел глубоко под кожу. В то же время внутри мотылька что-то немного нарушилось. К счастью, нарушилось не в физическом плане. И тем не менее Вэгги вскричала и поскорее оторвала Молоха от своей руки. «Estás loco?!», - заорала она на него: «Ты на кого зубы наставил…?! Кстати, чем ты меня вообще кусал», - она с остервенением растянула рот Молоха пальцами и заметила, что дыра для рта была уже не пустой – в подобии десен виднелись уменьшающиеся на глазах головки острых зубок. Судя по ощущениям во время укуса, они могли удлиняться в нужный момент, а потом прятаться обратно. Тут же в памяти бабочки всплыл момент, когда Энджел фантазировал о том, чтобы запустить Молохов к ней в кабинет. Дух не был рад тому, что его маленькую пасть растянули, как на приеме у дантиста. От такой фамильярности он издал полу-стон полу-вздох и попытался захватить губами палец девушки, но Вэгги теперь соображала быстрее. Она перехватила его за основание головы – это была самая безопасная хватка, чтобы помешать Молоху извиваться и дотягиваться, куда надо. «Правильно олень говорил, что характер у вас не очень», - пробормотала Вэгги, глядя на то, как беспомощно болтался хвост духа: «Хотя я при первом взгляде на ваши рожи так и поняла». Молох продолжал смотреть на нее, но уже не так внимательно. Как Вэгги это поняла, она сама не знала, ведь зрачков у духа не было. Судя по всему, он передавал свое состояние какими-то мелкими изменениями мимики. А может, ее воображение просто разыгралось. Вокруг не было никого, и это пугало. К слову, прибор перестал светиться, как только мотылек поднесла духа к нему поближе. Видимо, произошел скан этого конкретного Молоха, после чего приспособление для поиска перестало принимать его во внимание. Мотылек раскрыла сумку: «Слушай, ты сейчас будешь сидеть внутри и не отсвечивать до тех пор, пока я не соберу всех вас и не доставлю в отель. Понятно?», - Вэгги не была уверена, понимает ли он ее слова или же улавливает только тон голоса. Ведь судя по тому, что ранее Молох укусил девушку подозрительно вовремя после того, как услышал ее замечательные шутки и комплименты в свой адрес, можно было всего ожидать. Сунув Молоха в сумку и быстрее застегнув молнию наполовину, Вэгги увидела, что дух покорно свернулся в клубок и перестал светиться. Бабочка довольно хмыкнула: «Молодец. Я ожидаю, что ты и своих собратьев успокоишь, если понадобится. Если можешь», - Вэгги застегнула молнию почти до конца, оставив маленькую дырочку, на всякий случай. Один есть. Прогуливаясь по улице рядом с отелем (лучшей стратегией было начинать поиск с мест, не особо удаленных от него), Вэгги заметила возвышающийся над заброшенными сараями дирижабль. Даже не будучи видным во всей своей красе, он показался смутно знакомым. Он не привлек бы достаточно внимания бабочки, если бы на крыше судна, у верхнего крыла, не виднелся огонек. Притом, что сам дирижабль находился в состоянии покоя, и больше ничего на нем не светилось. Разумеется, была возможность, что свечение исходило от какой-то дежурной лампочки, и потому стоило пойти и проверить наверняка. Вэгги двинулась к дирижаблю, минуя заборы, гаражи и пробоины в земле. Вскоре прибор засветился. «Это он», - подумала мотылек: «Второй засранец там». Не дойдя до судна, мотылек осторожно выглянула из-за края сарая, ибо дирижабль не был оставлен без присмотра. Возле него находился демон-кобра, а вокруг бегали, судя по всему, его сподручные – яйца на ножках. И если внешний вид яиц ни о чем не говорил, то манера речи крупного демона вернула Вэгги память в его отношении. «Это тот самый, который пытался напасть на отель!», - пронзило её осознанием: «И еще его показывали по телевизору во время того провального интервью». Тем временем возле дирижабля была разведена самая настоящая суета. Сэр Пентиус командовал поданными и параллельно колдовал над какой-то едой походного типа. Он определенно был из романтиков, раз предпочитал ужин под открытым небом. «Надо бы не попасться этому психу, а то кто его знает», - решила Вэгги, осторожно выходя из-за сарая и продвигаясь вдоль его стены. Прибор, на котором под открытым небом готовил Пентиус, тоже горел малиновым светом. Но мотыльку нужен был другой яркий объект, поэтому она старалась не смотреть в сторону «плиты». К счастью, пока мотылек пересекала расстояние от кустов до судна, ни один из поданных не бросился ей наперерез. Обогнув дирижабль и прижавшись к его корпусу, Вэгги на ощупь полезла вверх по не освещенной ничем стороне судна, молясь, чтобы ее никто не заметил, чтобы она сама не упала, и можно было тихо забрать свое и убежать. К счастью, сеанс скалолазания (суднолазания) прошел удачно, и теперь, стоя ногой на каком-то округлом выступе, Вэгги дотянулась до сиреневого Молоха, который мирно свернулся на одном из иллюминаторов. Когда духа схватили, он выразил недовольство сиплым шипением, но Вэгги быстро сунула его в сумку. «Молохи точно все двинутые на голову», - подумала она: «Зато красивые какие… Жаль, нет времени любоваться». Повернувшись, чтобы спускаться, Вэгги увидела, что за дирижабль беспечной походкой зашел один из подданных змея. Босс явно отправил его за чем-то. «Ну, одного коротышку конечно можно постараться тихо раздавить», - планировала наперед Вэгги: «Но лучше не рисковать». Порывшись в кустах, слуга Пентиуса достал что-то, видимо, нужное для готовки, и ушел обратно к боссу. «Сейчас». Оставалось спуститься и убежать – самое простое. Вроде бы. Однако, потеряв в темноте свой маршрут залезания на дирижабль, Вэгги понятия не имела, как именно с него спускаться. Она опустила ногу на какой-то новый выступ. Он находился очень далеко, отчего, скользя до него, девушка чуть не порвала кофту о заостренные концы стекла в разбитом иллюминаторе. Удалось не упасть, утепляющая одежда осталась цела, и то радовало. Бабочка медленно, неслышно выдохнула. Вэгги была уже очень близко к земле, когда ее нога поскользнулась на чем-то, отчего девушка неловко упала на землю, попутно случайно ударив по стене дирижабля рукой в попытке удержать равновесие. Глухой удар был явно услышан, и из-за дирижабля послышался гневный крик Пентиуса: «Кто там рыссскает?!». Мотылек поднялась с земли так быстро, как только смогла и рванула прочь. Однако резво метнувшаяся за дирижабль фигура подпрыгнула в воздух и ударила по ней чем-то, как хлыстом, отчего Вэгги оказалась сбитой на землю. Руки и ноги девушки тут же начали прижимать к земле десятки маленьких рук поданных змея. Тем не менее, Вэгги смогла освободить хотя бы верхнюю часть тела и встать, притом, что яйца все равно не сдавались и теперь прижимали ее стопы к земле, либо висели, зацепившись за подол ее платья или свитера. Последних Вэгги старалась отодрать руками и сбросить. «А неплохо я отточил удар хвоссстом!», - хвастливо произнесла фигура змея, сверкая в темноте малиновыми глазами под одобрительный гам и свист яиц. Он был уже совсем близко. Пентиус направил свет фонаря на лицо Вэгги, и та со спокойной злобой посмотрела не него. «Оу!», - только и произнес Пентиус, после чего растянул рот в улыбке, обнажив острые зубы: «Даму у нас в госссстях я вижу!». «Мы ее поймали, босс!», - дал знать один из поданных. «Держим крепко!», - поддакнул другой. Сняв шляпу и кивнув, Пентиус учтиво поинтересовался: «Что же вы, прекрасссная миледи, забыли на моей территории, а?», - змей подполз поближе: «На всссякий сссслучай уточню, я не потерплю кражи моего имущества. По крайней мере, задаром~», - он хитро подмигнул, отчего мотылек предупредительно нахмурилась. «Не нужно мне ваше имущество», - плюнула Вэгги: «Я свое пришла забрать». «Ах, ссссвоё?», - проникновенно произнес Пентиус: «Твоего на моем дирижабле быть ничего не может! А теперь прошу признаться – тебя Аласссстор подосссслал? Не так ли?», - змей выкинул руку в сторону мотылька. После он убрал ее и заползал вокруг девушки: «У меня всегда была неординарная память. И с её помощью я всссссссе ваши лица запомнил. Я знаю, что ты из того отеля сссчастья!». «Не веришь, что взятое – моё, посмотри сам», - нетерпеливо произнесла Вэгги, наполовину раскрыв сумку и показав Пентиусу содержимое в виде двух клубочков разного цвета. «Не понимаю. Что это?», - почесал макушку змей: «На детали не похоже. Дай четкий ответ!», - вспылил он. Вэгги запустила пальцы внутрь и отцепила голову одного из духов от хвоста, продемонстрировав её змею. Реакция последовала неожиданная – Пентиус при виде морды Молоха взвизгнул и отскочил прочь, сбив своего поданного, который уронил баночку с какой-то приправой. Порошок распылился в воздухе, заставив изобретателя несколько раз сильно чихнуть. Справившись с приступом и потирая переносицу, Пентиус криком отослал «налажавшего» поданного прочь, и тот в страхе убежал. Осознав, что за всем этим наблюдала Вэгги, Пентиус смутился, тут же придал себе невозмутимый вид, поправив покосившуюся шляпу, и заявил: «Я всссё понял. Уноссси эти недоразумения подальше от моего ссссудна!». Вэгги с намеком взглянула на поданных, все еще припавших к ее ногам и покорно ожидающих прямого приказа. «Отпуссстите ее!», - рявкнул на них Пентиус, и яйца бросились к своему боссу. «Я рада, что мы поняли друг друга», - съязвила Вэгги и пошла прочь, однако что-то не дало ей уйти просто так. Развернувшись, девушка попыталась подделать невинное любопытство и спросила: «А чем они вам так не нравятся?». Пентиус, ожидающий ее скорого ухода, отмахнулся: «Не ссссамый приятный опыт. Иди уже. Прошу вассс». «Тоже покусали?», - с сочувствием спросила мотылек. «И не только», - с обидой произнес Пентиус: «По их милосссти, все мои оппоненты наделялись той же изобретательносссстью, что обычно принадлежит только мне!». Один из поданных прокомментировал: «Босс говорит, что эти дни запомнились, как черные!». Другой сказал: «Они никак не хотели уходить!». Вэгги переварила всё, что услышала. Тут змей опомнился: «А впрочем, зачем тебе это нужно знать? Если желаешь выявить о Молохах побольше, то даже не пытайся! Мой жизненный опыт строго засссссекречен!», - радуясь, что выпутался, Пентиус сверкнул улыбкой победителя. «Ну и не надо. Ты сказал достаточно. Удачного вечера», - Вэгги развернулась и побыстрее вышла с опасной территории через кусты и сараи. Никто ей в спину на прощание не выстрелил, значит, поиск можно было продолжать. Издалека слышался громкий голос Пентиуса, жаловавшегося поданным: «Ходят тут всякие девицы хулиганского вида, и еще выспрашивают всякое!...». «Очень приятно, лицемер хренов», - подумала Вэгги, удаляясь с места происшествия. Сидя у «плиты» и глядя на почти готовую еду, змей вернулся в воспоминаниях к моменту, когда всеми правдами и неправдами долгое время выгонял Молохов из своего дирижабля. В то время, лет 90 назад, эти духи еще не были столь редки в аду, как в сегодняшние дни. «И хорошо, что это изменилось», - подумал Пентиус. Воспоминание о зубастых червях, мечущихся под потолком, уклоняющихся от ударов метлой, нагло шипящих и смотрящих свысока, казалось, всей поверхностью своих бездушных сморщенных лиц, заставляло содрогаться. О, ужас. О, ужас! После круга по остатку района возле отеля не было достигнуто никаких успехов. «Ну, как всегда и бывает. Началось все легко, а закончится, видимо, геморроем», - подумала Вэгги. Пора было перейти в соседний район. «Похоже, они решили по всему городу разлететься», - негодовала Вэгги, следуя по бесчисленным переулкам. Она старалась избегать мусора, бешенных животных (лишь завидев из вдалеке, бабочка сворачивала в соседний переулок от греха подальше), люков без крышек и бездомных под ногами. Девушка старалась держаться на открытом месте, но при этом подальше от края тротуара. На свои силы она не особо надеялась, поэтому лучше было быть осторожной и оборачиваться при каждых 20 шагах. Тем не менее, был один инцидент, когда на нее напал насильник. Мерзко улыбаясь и наставив на нее пистолет, демон-дельфин потребовал от Вэгги раздеться. Будучи на мушке, мотылек не видела особого выбора. Она медленно сняла кофту, поежившись от холода. Затем резко рванула за спину мужчине, в прыжке натянув свитер ему на голову, чтобы ослепить, и, за ту секунду, что он пытался одновременно следовать за ней прицелом и стянуть импровизированную повязку, резко с разворота ударила его в спину ногой. Заученный прием сработал хорошо, и преступник упал на живот, после чего в его руку с пистолетом вонзилось копье. Забрав пистолет из ослабевших пальцев, Вэгги приставила курок к плечу насильника и выстрелила туда, после чего у пострадавшего, кажется, оказалась парализована другая рука. Оказалась или нет, бабочка не была уверена в этом. Насильник, ослабевший от боли, был еще в сознании, матерился и стонал, но шевелить мог только пальцами руки, проткнутой копьем. Другая, казалось, не поддавалась, как бы он ни двигался корпусом тела. «Даже тратить на тебя время не хочется», - Вэгги, уходя от Пентиуса, обнаружила, что Аластор подкинул ей в сумку еще и несколько листовок отеля, будто в дополнительную издевку. Но насильник, по ее мнению, не заслуживал знать адрес отеля по искуплению, если уже не видел того злополучного эфира, конечно же. Вэгги, желая побыстрее освободиться и пойти дальше, уже приготовилась выстрелить дельфину в шею, чтобы тот гарантированно не поднялся с земли и не начал преследовать ее. Но тот сам перестал двигаться, всё-таки потеряв сознание и истекая кровью. Тогда бабочка стянула с его головы свой свитер, забрала копье и решила оставить мужчину на асфальте. Авось кто-нибудь с улицы его растерзает. «А это мне пригодится», - Вэгги сунула пистолет во внутренний карман сумки: «Спасибо большое, ублюдок». После случившегося било дрожью и адреналином. Вместе с пережитым страхом прибавилась и вера в собственные силы, и мотылек двинулась дальше, гордясь собой. Она обогнула пару дворов и магазинов. Прибор все еще не светился. «Этот район тоже не катит», - с досадой подумала Вэгги: «Тоже мне, «далеко не улетают». Как это объяснишь, радиомозг? Мне что, в экспедицию по всему аду отправляться?». Мотылек остановилась возле заброшенного магазина, чтобы перевести дух. Рядом застонал какой-то старый бездомный. Ему удалось удивить Вэгги. В отличие от остальных бездомных, что, ослабнув от голода и холода, либо отпускали пошлые шуточки, либо вяло тянулись за оружием (благо Вэгги была быстрее их), этот просто попросил: «Воды. Пожалуйста, девочка…». Мотылек с подозрением посмотрела на него. Мужчина засипел: «Я недавно остался без жилья. Обманули, отняли последнее…». В голосе демона была горечь. Очевидно, он был из грешников, которые сохранили веру в честность и надежду на справедливость. Себе дороже. «Мне очень жаль», - проговорила Вэгги, с сочувствием глядя на него: «Но у меня с собой ни денег, ни воды. Я могу попытаться только помочь вам так». Девушка с расстояния кинула бездомному листовку с адресом отеля. «Если можете идти, направляйтесь туда. У нас бесплатное жилье, еда и обогрев. От вас будет требоваться только выполнять задания по моральному исправлению», - проговорила Вэгги знакомые положения. Бездомный не отказался от предложения. Он крепко сжал листовку израненными пальцами, неуклюже поднялся и заковылял в нужном направлении. Наверное, это значило, что ему правда нужна была помощь. Мотылек не особо хотела оставлять его одного – нападет еще по дороге кто-то. У бедняги только-только появился шанс исправить свою посмертную жизнь. Тем более, следовало проверить его на вшивость. Следя за тем, чтобы бездомный мог идти, и поддерживая его, когда он шатался, мотылек всё же была готова в любой момент выхватить копье или пистолет. Когда Вэгги и бездомный подошли к дверям, мотылек вспомнила про то, что двери и окна могли быть все еще заперты. На улице тем временем был где-то час ночи. При попытке дернуть ручку двери, никакого успеха не предвиделось. И сама дверь подсветилась зеленым – знак магии радио демона. Мотылек уже решила докричаться до Аластора, как рядом материализовался он собственной персоной, заставив ее вздрогнуть от неожиданности. Бездомный, увидев его, хрипло заорал и попытался убежать, но девушка поймала его за полу рваной одежды, и этого оказалось достаточно, чтобы удержать ослабевшего мужчину. «Вагатта, с возвращением!», - воскликнул Аластор: «Надо полагать, ты за столь короткий срок уже собрала всех Молохов?». «Да погоди ты со своими духами, тут человеку помощь нужна», - рыкнула на него Вэгги, держа бездомного уже за рукав. Внутри нее появилось сомнение, а точно стоило ли проводить без её собственного сопровождения внутрь беспомощного демона. В отеле всё же находились серийный убийца, агрессивный шарлатан, извращенец номер 1 и извращенка номер 2. «А как вас зовут, кстати?», - обратилась Вэгги к бездомному. «Флэшер», - ответил тот, проведя рукой по лицу, чтобы смахнуть пот. «Ну вот», - Вэгги метнула предупреждающий взгляд в Аластора: «Он уже не безликий незнакомец, а значит, держи свои ножи, радио терапию и прочую вуду магию от него подальше». «Всё это крайне интересно», - подал голос радио демон: «Но когда я дождусь ответа на свой вопрос?». «¡Maldita sea! Собрала двоих, доволен?», - рявкнула Вэгги: «Этого достаточно, чтобы ты впустил его внутрь?». «Достаточно, если отдашь их мне~», - игриво сказал Аластор. «Держи карман шире~», - в тон передразнила его Вэгги: «Отдам, когда приду со всеми Молохами». «Так не пойдет, дорогуша». «Ты не уточнил, сколько именно надо отдать», - заметила Вэгги. Оба смотрели друг на друга, пока Флэшер стоял и не знал, как поступить – то ли убежать, то ли уповать на судьбу. Аластор рассмеялся и потрепал волосы Вэгги, заставив ее вскрикнуть: «Неплохо играешь со словами. Приятно видеть, что кое-чему я тебя научил». «Я это до тебя умела, если ты вдруг не знал», - сказала Вэгги, злобно поправляя волосы: «А теперь впусти Флэшера внутрь». «Что это за приказной тон?», - возмутился Аластор: «Разве так стоит общаться с кем-то выше тебя по статусу, женщина?». «Чсв сдуй. Отель всё еще не твой, а наш с Чарли», - ответила Вэгги: «Я в принципе имею право командовать тобой, когда захочу». «А я в числе весьма влиятельных помощников», - ответил Аластор: «Так что фактически я ровня тебе по должности». «Ты-то ровня, но я выражаю волю самой главы отеля, так что открывай двери», - указала на вход мотылек. Радио демон распахнул дверь и жестом попросил Флэшера проследовать внутрь под звук фанфар: «Милости прошу, уличный экспонат!». Бездомный неуверенно пошел внутрь, и Вэгги обратилась к Аластору, который выставил перед ней трость, чтобы она не забежала в отель следом за гостем: «Ал, я серьезно. Давай без вот этого вот твоего дерьма. Флэшер не еда, а гость, и убив его, ты будешь отвечать». «Я тебя умоляю, Вагатта», - закатил глаза Аластор: «Кто же готовит дичь, находящуюся продолжительное время в таких антисанитарных условиях? Мы ведь не хотим все подхватить какую-нибудь инфекцию?». Захлопнув дверь за Флэшером, Аластор убрал микрофон от тела Вэгги и оперся на него: «К тому же, он меня никак не провоцировал и вряд ли осмелится. Значит, жить пока будет», - над его шуткой посмеялись записанные аплодисменты. «Я рада», - проговорила Вэгги, вновь направившись к выходу со двора отеля: «То есть, надеюсь на это». «Удачи, милая», - махнул рукой Аластор: «Черт знает, куда тебе еще занесет, но чует мое неспокойное сердце, что оставлять Молохов с тобой наедине опасно». «Ну так успокой свое сердце и иди, помоги Флэшеру освоиться, накорми и отведи в номер», - ответила бабочка: «И да, не убивай его, что бы ни произошло», - внесла она ясность на всякий случай: «И держи всех остальных от него подальше». «Будет исполнено», - ухмыльнулся олень. За спиной уходящей бабочки Аластор телепортировался внутрь отеля. Вернувшись в тот же район, где нашла бездомного, Вэгги наметила следующее направление движения. «Пора наведаться в район застроек», - решила она: «Блин, ночью знакомые места выглядят, будто с другой планеты». Чарли, с тех пор, как они познакомились, строго контролировала, чтобы ее подруга, а в дальнейшем девушка и будущая невеста, не появлялась на улице ночью. Вэгги всегда нравилось то время суток, когда улицы по большей части становились пустыми, воздух легче, а вокруг по большей части воцарялась глухая тишина. И лишь отдельные личности двигались где-то в потемках. Одинокая романтика. Но то было на Земле, и даже там никакая безопасность не была гарантирована, особенно в преступной стране, в которой она жила. А в аду бабочка и вовсе очень сильно боялась улиц и переулков, предпочитая держаться за принцессу ада и появляться в людных местах по возможности с ней. Чарли была только рада страховать Вэгги, не пуская её никуда одну. Каждый раз, думая о том, что грешница, запавшая ей в сердце, до их встречи жалась в темных уголках улиц, воруя себе пропитание и прочее, принцесса еще больше хотела обеспечить ей всё необходимое для комфортного существования. И вот теперь, почти что впервые после долгого периода времени, мотылек находилась одна посреди бесчисленных лабиринтов из разрушенных зданий, потрескавшихся дорог, потертых одиноких магазинчиков. Не самый цветущий район. Неудивительно, что Молохов больше там не было. «Застройки должны быть где-то…», - мотылек быстро прошла между домами: «Здесь». Вдалеке, в небе, виднелись плотные лучи голубого света. Они были призваны привлекать внимание прохожих, и Вэгги их тоже заметила. Её слух уловил музыку и множество голосов, которые звучали вдали. Всё это сливалось в один шум, оживляющий ночь. «Кстати! Октавия говорила о Летальном фестивале», - вспомнила мотылек: «Это случаем не он?». Было решено отправиться туда. Если фестиваль привлекал девушку, то и сверкающие, словно лампочки, Молохи могли попытать счастья в этом месте. Свет тянется к свету. Судя по рассказам Чарли, это ежегодное для Пентаграмм Сити событие было очень уникальным опытом. «Но я не хочу, чтобы ты там была», - заверяла Вэгги принцесса: «Не обижайся, просто поверь - такое зрелище тебе не очень подходит. Жесткие вещи там происходят, да и контингент не твой». Вэгги ценила предостережения Чарли. В конце концов, та, кто живет в этом месте всю свою жизнь, знает все досконально. Настолько, насколько может знать принцесса, которую довольно долгое время держали в замке. Тем более, если уж веселая и позитивная принцесса видела в чем-то опасность, этого действительно стоило избегать. Но теперь обещание было нарушено. «Видела бы ты меня сейчас, cielo. Для тебя стараюсь, ведь виновата все-таки», - думала Вэгги, добираясь бегом до нужного места, ориентируясь на смех, песни и цветные огни, которые становились все ближе и ближе.