Не навлекай неприятности

Вскочив с места своего укрытия, Вэгги в оцепенении смотрела на Валентино. Мотылек старалась внешне не выдать то, что больно ударилась бедром о край тумбочки во время прыжка, но сутенер это итак заметил, и теперь еле сдерживал смех. Вэгги боялась использовать на нем копье. У Валентино была магия, и не слабая. При помощи своих сил он запросто мог отобрать оружие бабочки и использовать против нее. «Так, так, так», - прошипел Валентино, подходя ближе к краю тумбочки и заставляя девушку пятиться назад: «Кого я вижу! Я тебя еще с улицы почувствовал». Вэгги нервно сглотнула, услышав знакомые интонации и осознав, что феромоны сыграли с ней злую шутку. Сутенер тем временем задумчиво продолжал измываться: «Что же такая красотка забыла в моем шатре? Особенно до его открытия? Ну-ка, дай мне знать», - на лице огромного мотылька была плотоядная улыбка. Вэгги начала бубнить первое, что пришло в голову: «Я просто мимо проходила, вот и зашла...». «Поздороваться?», - с сарказмом спросил Валентино: «Али еще чего искала?». «Просто поздороваться пришла», - подняв голову и попытавшись напустить на себя невозмутимый вид, уверенно ответила Вэгги: «Красиво у тебя тут, мне нравится. Вообще, если честно, не терпелось увидеть, что тут будет. Теперь, когда увидела, даже больше жду открытия, чтобы посетить твой аттракцион, если это так называется. Прости, в общем, что не вовремя зашла….». Пока она говорила и пятилась назад, Валентино кивал с выражением лица, которое безо всяких слов говорило: «Ну да, да, я тебе верю, как же~». При виде этого Вэгги поняла, что лгунья в экстремальных условиях из нее такая же, как из Ниффти участник борьбы в грязи. Бабочка попыталась легко и быстро закончить свое «выступление»: «Ну, я пойду, мне там хотелось пройти еще к кое-какой палатке, а потом, как эта часть фестиваля оживет, я мигом сюда, ладно?», - она начала отходить к выходу. Однако сутенер подал знак рукой, и сзади Вэгги схватили сразу две пары рук: первая за одну руку, другая за другую. «Красиво стелешь, лапуля, красиво», - проворковал Валентино: «Вот только я уже в сказочки давно не верю – возраст не тот, понимаешь?». Один из помощников зацепил торчащий из сумки Вэгги пистолет и под ее возмущенным взглядом положил его на тумбочку. «Славная добыча», - проговорил он. «У нее там еще оружие есть?», - спросил Валентино. «Нет, сэр», - заверил помощник, заглянув в сумку бабочки еще раз. «Хорошо. Оставить обыск», - скомандовал мотылек. Подойдя поближе, Валентино приказал уже самой бабочке: «А теперь ты доставай то, что взяла, и поживее!». Вэгги хранила молчание партизана. «Разве он не отберет силой, как обычно делает?», - удивленно думала она. Валентино тем временем при виде бездействия бабочки гневно продолжил: «Ты серьезно думаешь, что я не заметил пустующую коробку на столе?! Или думала отвлечь моё внимание симпатичной мордашкой?». После на лице сутенера проявился интерес: «И вообще, почему самое главное у тебя сегодня прикрыто уродливым свитером», - усмехнулся он: «Куда пропал твой отличный вкус в одежке? Почему плечики закрыты?». «Главное, что твои не открыты», - поморщилась бабочка: «Это было бы слишком». Валентино хмыкнул в ответ: «Очень смешно…. Вот шутки у тебя такие же тухлые, как и всегда. Ну ладно, давай не будем уходить от темы. Я же проявляю такую щедрость – без попрания твоего хрупкого достоинства позволяю самой искупить свою вину! Просто достань из сумки украденное, и мы в расчете». Лицо бабочки теперь горело. Мысленно она ругала себя за это проявление слабости, ведь фактически Молохи принадлежали ей и Чарли, и то, что Валентино нашел одного из них, не зная об этом, не означало, что она совершала кражу. Тут Валентино что-то понял: «Эй, Филипп», - обратился он к одному из тех, кто держал Вэгги: «У нее там случаем нет еще таких же в сумке?». «Есть», - ответил тот: «Еще двое». «Замечательно», - кивнул мотылек: «Значит, Вэгги, правила меняются. Сейчас ты достанешь всех трех и протянешь мне». Вэгги медлила. Её трясло от того, что на этот раз Валентино тянул время и наблюдал за ее эмоциями. Обычно сутенер любил брать всё и сразу, предпочитая наслаждаться сразу моментом, растягивая его, а не развлекать себя ожиданием победы. В панике Вэгги не могла даже сообразить причину такого изменения в поведении мотылька. «Не тяни время, малыш, тебе это всё равно не поможет», - продолжил Валентино: «Ты лично привела себя на мою территорию, значит, подчиняйся, иначе можешь себе представить, что будет~». Вэгги начала подносить руку к сумке. Один из помощников позволил ей это сделать, однако все еще держал ее на всякий случай. «Если что», - проговорила Вэгги, медленно раскрывая пальцами край сумки и остановившись на этом этапе: «Этот Молох принадлежит мне. Я всего лишь пришла забрать его обратно…». «Ты что несешь?», - со злостью оборвал ее Валентино: «Как он может быть твоим, если я его одного на улице нашел? Не трать мое время, говорю последний раз». Вэгги почувствовала, как хватка на ее руках усиливалась, и снова застыла, недоверчиво глядя на всех, кто окружал ее. Мир начал казаться серым и искусственным. Это был плохой знак. «Пора выбираться из этого места», - в панике подумала мотылек: «Пока не стало слишком поздно». «Вот что», - потерял терпение сутенер: «Я с тобой нянчиться не собираюсь. Если ты сама не достанешь Молохов, я достаю их сам, и тогда ты получаешь уникальный шанс поучаствовать в нашей задумке раньше времени», - на лице мотылька расплылась блаженная улыбка: «Хотя, даже если послушаешься, какой смысл тебя отпускать? Мне как раз нужен разогрев, весь день прошел без минутки развлечься». В тот момент его стратегия поведения стала больше похожа на саму себя. Вэгги посмотрела на Валентино с отвращением: «Ты сколько собрался трахаться за всё время фестиваля? Отросток не сотрется в пыль?». «Очень мило, что ты волнуешься за то, что через 5 секунд окажется внутри тебя», - прорычал Валентино: «Но лучше бы тебе поторопиться. Начинаю отсчет». Бабочка слушала, как сутенер решительно проговаривал каждое число своим шелковым голосом: «Один….. Два». Вэгги оттопырила край сумки и разглядела внутри оранжевого Молоха. Она вытащила духа. «Хорошо, сладкая», - протянул Валентино, уже предвкушая развязку и просто разглядывая тело Вэгги: «Теперь подойди ближе и протяни его папочке~ А также остальных двух». Бабочка увидела, что один из сподручных схватил ее запястье с духом. Наверное, так он пытался удостовериться, что Вэгги не попытается вырваться в последний момент. Валентино на это не обратил внимания, а у бабочки родилась идея. «Он, кажется, не знает, ничего о Молохах, иначе так близко рукой к этому созданию не подбирался бы», - подумала Вэгги про сподручного: «Стоит попробовать». В этот момент сквозь дверь заднего прохода заглянул один из охраны, чтобы сказать, что снаружи всё готово, и Валентно опрометчиво оглянулся, чтобы похвалить его за проделанную работу. Сутенер уже был уверен в своей победе. Что могла сделать одна девушка против них всех? Секунды, на которую Валентино позволил себе отвлечься, хватило, чтобы Вэгги одним ловким движением своего запястья забросила морду гибкого Молоха на поверхность пальцев наемника, при этом продолжая удерживать хвост духа. Кровожадное создание, казалось, ждало подходящего момента, чтобы в кого-то вцепиться, еще с самого начала этой заварухи. И вот, оно, наконец, дождалось. От укуса тонких острых зубов, помощник вскрикнул и отнял руку от запястья Вэгги. Мотылек держала Молоха очень крепко, отчего его зубы выскользнули из кожи пострадавшего, а бабочка смогла метнуться в сторону. Ударом колена в живот и кулаком в лицо Вэгги уложила на пол второго помощника. После чего наскоро кинула духа в сумку. Укушенный сподручный кинулся на нее. Вэгги и его обезвредила серией ударов. «Довольно!». Услышав этот крик, мотылек увидела, что Валентино приближается к ней, а позади него выходы заблокировали охранники. Огромный мотылек загораживал собой, казалось, весь свет в мире, и заставлял Вэгги вжиматься в стену все сильнее. По бокам от него встали пострадавшие сподручные. «Ах ты маленькая шлюшка», - нежно прорычал сутенер, наведя на нее тот самый отобранный пистолет: «Думаешь, будто можешь взять ситуацию под свой контроль! Прекрасно. Тем приятнее ставить на место таких, как ты». Вэгги сжимала руками сумку, стараясь сообразить хоть что-то, что выручило бы ее. Тем временем, действие духа вошло в силу, и из-за него бабочка начинала ощущать отчаяние, которое тот явно перенял от своей недавней жертвы. Валентино тоже почувствовал влияние Молоха и уже не выглядел уверенным. Он, зная, как работают психотропные духи, понимал, что в настоящий момент ощущал эмоцию собственного работника. И из-за этого сильнее разозлился. Однако сутенер знал, на что именно лучше всего направить свою злобу. Валентино крикнул, выкинув руку в направлении Вэгги и всё еще не сводя курка с нее: «Давай уже сюда ёбанного духа....». Тут же на большой скорости по его переносице, всего на несколько миллиметров дальше от глаз, прошлось лезвие копья, а кровь из образовавшейся раны брызнула в стену. Пистолет выпал из рук сутенера и приземлился на пол у его ног. Обезумев от страха, Вэгги решила, пока был шанс, побежать к выходу, заставленному охранниками. Она всё еще сжимала в руках окровавленное копье и приготовилась бить, кромсать, кусать, делать всё, что угодно, лишь бы выбраться наружу. Вэгги проскочила мимо Валентино, который с криком схватился за лицо, и понеслась к проходу, заставленному охранниками. По какой-то причине, во время того, как мотылек безумным ураганом подлетела к ним, в секунду случилось нечто очень странное – как только сильный бриз заставил встрепенуться волосы и одежду охранников, все они, будто потеряв равновесие, начали падать назад. При этом они взмахивали руками, словно поскользнувшиеся на льду. Вэгги было уже все равно на причину этого происшествия, она просто помогла им упасть, выбив с выхода некоторых копьем, а остальных ногой. Бабочка еле увернулась от одинокой пули, просвистевшей мимо ее руки, и выскочила наружу. Почувствовав ветер свободы, Вэгги продела обе руки в лямки сумки-трансформера, закрепив её на спине, как ранец, и помчалась всё дальше и дальше от палатки. Отчаяние все еще билось у нее в разуме – как она могла быть такой неосторожной? Если бы она действовала разумнее, то не попалась бы, не пришлось бы всё это выслушивать в свой адрес, не было бы риска угодить в лапы Валентино. Тем временем, в палатке сутенер вскинул руку в сторону направления, в котором убежала бабочка и закричал: «За ней!!! Привести ее сюда!». Охранники безропотно последовали его приказу и пустились в погоню. Мотылек подошел к столу, опершись на него. Затем платком вытер кровь с лица: «Она, оказывается, прячет в арсенале такую опасную игрушечку! Мне следовало сразу догадаться по тому, как хамовато эта потаскуха начала со мной разговаривать. Ну, ничего, попадись ты мне еще когда-нибудь, мерзавка, я тебе не только лицо порежу». Взглянув на замерших в нерешительности помощников, мотылек кивнул им: «Видите, какие девки бывают на этом селе? А вы говорите – легкая добыча.… Сами с одной лишь справиться не смогли». «Сэр, возможно, вам стоит оказать помощь охранникам», - предложил один из пострадавших помощников. На лице у него красовался фингал: «С вашими силами…». «Ты в своем уме? Еще я за дурочкой какой-то не бегал!», - взревел Валентино: «Может, тебе стоит пойти вместе с ними, умник? Попробуешь на своем личном опыте, что это такое – на своих двоих догонять демона ее типа и возраста», - оскалился он, угрожающе приблизившись к несчастному. Помощник сглотнул и замотал головой, не осмелившись больше спорить: «Нет! Я лучше с вами останусь и… Помогу… С чем-нибудь». «Вот это разумно, Клайд», - согласился Валентино: «В конце концов, к шлюшке у меня чисто спортивный интерес, а к спорту я всегда был равнодушен, если это не бизнес», - мотылек хрипло рассмеялся: «Правда, сегодня меня особенно тянет на молоденькое мясо. Но если они её не поймают, то, что ж – на фестивале, таких, как она, пруд пруди, привлечем достаточно». Валентино магией восстановил вазу, которую Вэгги, выбегая из палатки, сбила со стола. «Видимо, всё-таки придется использовать напитки», - пробубнил другой помощник. У него на руке красовались отпечатки зубов Молоха. Мужчина потирал их пальцем. «Но если охранники ушли», - сказал Клайд: «Кто будет во время их отсутствия охранять палатку?». «Я», - заявил Валентино, вырвав у него из рук отобранный у Вэгги пистолет: «Мне все равно нужен отдых от приготовлений, а им надо бы побегать, растрясти жир. Большую часть времени они всё равно проводят на стоячей службе», - сутенер рассмеялся. «А если гости не согласятся пить?», - спросил покусанный духом помощник: «Они могут понять, что в питье добавки». «А если бы ты больше интересовался жизнью ада снаружи», - проворчал Валентино: «То знал бы, ко второй половине фестиваля большинство демонов трезвыми уже не будут. Где твой здравый смысл, Филипп?». Мотылек подошел к помощнику и дал ему легкий подзатыльник: «А о твоем проебе с духом мы позже поговорим». «Я же не знал, что они кусаются», - неуверенно сказал Филипп. «А надо было догадаться», - отрезал Валентино: «Теперь понимаю, что мне определенно стоило отнестись к этому проекту более серьезно и взять с собой не таких простофиль-новичков, как вы. Даром, что он на стороне, для развлечения, так сказать». Помощники закивали, соглашаясь с тем, что такого набега и они не ожидали. «Ну да ладно, времени у нас в запасе предостаточно», - сказал Валентино, залечивая магией рану на лице: «Пойдем проверять, не разворотили ли они чего, выбегая из палатки». Клайд и Филипп последовали за ним. В конце концов, один из первых дней на работе мечты в аду для них уже выдался испытательным. Тем временем Вэгги позволила себе притормозить после спринта из палатки и теперь согнулась пополам. Хотелось лечь на землю и лежать после всего, что произошло. И долго думать. Она поняла, что надо поменять настрой Молоха, но ей так не хотелось, минуту назад испытав на себе его зубы, в третий раз подставлять кожу под укус. Позади послышались свист и улюлюкание. Обернувшись, Вэгги увидела, что к ней приближаются те самые охранники. Пятеро громоздких демонов, унаследовавших черты крупных и опасных зверей. С их пути испуганно отходили все грешники. С нецензурными мыслями Вэгги снова пустилась бежать, стараясь контролировать свое дыхание. Теперь бабочка использовала все резервы своего организма. Ветер, верный помощник, засвистел сквозь длинные серые волосы, и воздушный поток понес Вэгги вперед, позволяя буквально скользить на бегу, отрываясь от преследователей всё сильнее. Охранники, однако, не собирались сдаваться, ведь они понятия не имели, что приказ не носил серьезного характера. Зато помнили, что обычно на рабочих местах в порно индустрии Валентино нарушения карались строгими мерами наказания. Они настырно держали скорость, следя за быстрой фигуркой впереди. Где-то вдалеке, заметив происходящее, одна юная демонесса не поверила своим глазам и короткими телепортациями бросилась вслед за беглянкой и громилами. Вэгги на бегу прокричала: «Всё равно не догоните! Может, хватит за мной бегать?!». «А дичь достаточно загонять, чтобы она устала и слегла готовенькой!», - ответил один из охранников, другие подхватили его слова различными пошлостями и смехом. Так они неслись между палаток, чуть не сбивали возмущающихся либо разбегающихся в стороны гостей, прыгали через препятствия на пути. Мотылек изо всех сил старалась выжимать скорость на полную. В горле от бега уже пересохло, а ноги болели. Один раз она случайно задела какую-то хлопушку, а та взорвалась, осыпав пространство сверкающими хлопьями. Преследователям это нисколько не помешало, но теперь мотыльку пришлось на бегу еще и смахивать со лба блестки. Когда Вэгги начала выбиваться из сил, а охранники приближаться, в воздухе что-то просвистело, и позади бабочки послышались стоны и крики. Обернувшись, она увидела, что преследователи лежат на земле, одновременно сраженные насквозь длинными кинжалами в грудь или в шею. Вэгги с опаской оглянулась по сторонам, боясь, что и в нее один такой кинжал прилетит. Вдруг она уткнулась взглядом в знакомое белое лицо с яркими розово-белыми глазами, дымчатым макияжем и аккуратным маленьким клювиком, на кончик которого будто кто-то капнул аккуратной капелькой чернил. «Бу», - сказала Октавия, слегка улыбнувшись: «Как тебе мои навыки метания с дальнего расстояния?». «А…. это ты была….», - выдохнула Вэгги, всё еще задыхаясь после пережитого, не в силах сказать что-то еще. Совушка взяла бабочку за руку и повела ее к ближайшей лавке: «Да, не такого приветствия я хотела при встрече». Сев на лавку, Вэгги красноречиво наградила ее недовольным взглядом. Каких еще слов от нее ожидала принцесса Гоэтии после того, что сама же и наблюдала? «Да шучу я», - примирительно сказала Октавия, после чего протянула бутылку: «На вот, попей. И отдышись». Вэгги недоверчиво уставилась на бутылку. «Ты боишься, что я из нее уже пила, или что там алкоголь?», - риторически спросила Октавия: «Ни то ни другое, так что пей спокойно». Вэгги отняла крышку и увидела, что внутри был обычный сок. «Спасибо», - выговорила она и влила в себе немного напитка. «Я бы чего покрепче купила, но отец рядом, при нем всё-таки неудобно», - проговорила Октавия, оглянувшись по сторонам. «А где он сейчас?», - коротко спросила Вэгги, все еще восстанавливая дыхание. «Неважно», - буркнула Октавия: «Отошел поговорить со знакомым, ну а я пошла прогуляться, раз он всё равно занят». «Понятно», - Вэгги подала ей бутылку обратно: «И, конечно, как истинная бунтарка ты всё же избегаешь алкоголя, верно?». Октавия оскалилась: «Остри не остри, всё равно тебя это не убережет». Сова сунула сок в свой рюкзак и внимательно взглянула на мотылька: «Так. То есть, в последний наш разговор, ты отключаешься, даже не попрощавшись, а сейчас я наблюдаю, как тебя преследуют какие-то бугаи. Ты ни о чем не хочешь рассказать?», - напустилась на Вэгги принцесса. Та просто сидела и слушала, опершись локтем на колено и ожидая, пока Октавия закончит. «И что это за синяк у тебя?», - указала сова на лицо бабочки: «Выглядит довольно давним». «Помнишь, я говорила, что у кого-то истерика в отеле случилась?», - ответила Вэгги: «Ну, в общем, тогда я этот фигнал и получила». «Жесть…», - проговорила Октавия: «Что там происходит у вас, что Чарли даже защитить тебя от клиентов не может? Всё жмется свою силу использовать, что ли?». «Она у родителей сейчас», - ответила в защиту своей девушки Вэгги: «Поэтому за главную я». «А почему ты тогда не в отеле, раз там такие бешенные все?», - спросила Октавия: «Хотя, раз оно так, то неудивительно, что ты не стала там оставаться». «Нет, я…», - Вэгги запнулась, не желая сваливать на сову свои проблемы. «Ты решила принять мой совет и немного повеселиться», - помогла ей Октавия: «Я поняла». «Да уж, повеселиться», - пробурчала Вэгги. Ее ноги все еще болели и тряслись. Октавия не опознала ее сарказм и предложила, указав на ближайшую палатку: «Там была? Пойдем вообще куда-нибудь, отвлечешься от няньканья маргиналов». «Я бы рада, но я на задании», - ответила Вэгги, еле как встав с лавки. «На каком еще задании?», - расстроено спросила Октавия. Этот вопрос обратил мысли Вэгги в сторону духов. Она вспомнила, как именно несла их во время того, как спасалась от преследователей. На спине, на бегу, с большой тряской. «Боже мой!», - подумала она: «Да они же там в кашу совсем превратились, наверное!». Однако, быстро сбросив сумку со спины и заглянув внутрь, бабочка шокировано обнаружила, что Молохи были более чем в порядке. Один спокойно лежал в состоянии комка, слегка пульсируя, как духи обычно делали, а остальные уставились на мотылька в упор. «У тебя там что-то для отеля, да?», - спросила Октавия. «Именно», - ответила Вэгги: «Вот, взгляни на этих красавцев». Она с раскрытой сумкой подошла поближе к Октавии. Заглянув внутрь, совушка кивнула: «Аааа, это же цветные паразиты». «Паразиты?», - переспросила бабочка. «Ну, так у нас в семье их называют», - поправилась Октавия: «Папа говорит, что они бесполезные и только путают общий настрой, а из-за этого начинается беспорядок во внутренней дисциплине. Поэтому их надо гнать куда подальше». «Ты что за безумие выдумала, Чарли?», - мысленно вопросила Вэгги: «Почему все реагируют на этих Молохов так, будто они нужны только для того, чтобы жизнь портить? Хотя, судя по всему, так и есть». «Ясно», - протянула Вэгги: «В любом случае, для нашего отеля они нужны, вот я их и ищу». «Хорошо, Чарли сказала, ты сделала», - хихикнула сова: «Это уже традиция». «Не смешно», - пробурчала Вэгги. «А знаешь, я вот прямо сейчас чувствую себя как-то... пугливо», - вдруг сказала Октавия: «Это один из них что-то химичит с моим рассудком, да?», - она показала пальцем на сумку. «Некоторые из духов уже были использованы, так что да, виноваты они», - сказала Вэгги: «Погоди-ка, я как раз хотела это исправить..». Октавия с широкими глазами наблюдала за тем, как бабочка (в который раз за ночь) дала себя укусить, после чего сунула духа обратно в сумку. Отчаяние исчезло. Вэгги облегченно вздохнула: «Лучше, когда эти падлы транслируют твое собственное настроение. Даже не заметишь тогда, что они переняли. Я вот до сих пор не поняла». «Ну, я чувствую и кое-что другое», - ответила Октавия: «Мне хочется буквально придушить тебя за то, что ты тогда кинула трубку». «Зачем так грубо?», - пожурила ее Вэгги: «Меня же тогда отвлекли! Считай, насильно». «Прости», - ответила Октавия: «Я просто сказала все честно. Тебе же нужна зацепка о том, какую эмоцию Молохи у тебя взяли». Бабочка всё еще выглядела настороженной. Воспоминание об убитых охранниках всё еще было свежим. «Не смотри так», - примирительным тоном сказала сова: «Просто я терпеть не могу, когда кидают трубку, не попрощавшись, во время разговора со мной. Но желания прям отомстить за это я раньше не чувствовала. До того, как ты подошла ближе, по крайней мере». Вэгги отвела взгляд: «Судя по всему, они перенимают у меня…. Жестокость?», - вздохнула Вэгги: «Для ада это не новинка. Неудивительно, что до сих пор их влияние особо не было заметно». «Для ада любые скользкие качества характера не в новинку», - заметила Октавия: «А для Молохов сойдет любое чувство, которое может хоть кем-то считаться плохим». В этот момент взгляд бабочки упал на прибор в ее сумке, который светился всё время разговора с совой. Вэгги достала его и посмотрела по сторонам. Еще один дух был где-то рядом. «После всего, что случилось по их милости», - хмуро подумала Вэгги: «Я бы с удовольствием сжала маленькую склизкую шейку пальцами чуть сильнее». «Это вроде радара?», - спросила Октавия, указав на прибор. Вэгги кивнула в ответ. Сова неуверенно замялась, а потом сняла свой рюкзак, запустила в него руку и вытащила оттуда светящийся розовый комочек. Это был сюрприз, так сюрприз. Вэгги присвистнула: «Что сказать, молодец, нашла одного за меня. Что за него хочешь?». «Шутишь, что ли? Ничего не хочу», - бросила Октавия и передала «червяка» Вэгги: «Хотя нет, хочу. Чтобы ты быстрее их всех нашла и пошла куда-нибудь отдыхать. На тебе лица нет». Вэгги заметила, что на нее правда начала полностью накатываться усталость после всего произошедшего. «Праздничные дни, maldita sea», - подумала мотылек. Еще и в животе ощущался тяжелый голод – отсутствие завтрака и обеда, наконец, дало о себе знать. «Вообще, это определенно одна из тех ночей, когда я уснуть до утра не могу», - продолжала думать Вэгги, засовывая розового духа в сумку: «Но в таком режиме не засыпать я еще не пробовала! Повсюду опасность». Октавия между тем сказала: «Я его взяла, потому что мне нравятся жуткие лица Молохов, и я давно хотела посмотреть на одного вблизи. Но, по правде говоря, ни для чего особенного они мне не нужны». «Спасибо, Октавия», - сказала Вэгги: «Ты мне очень облегчила поиски». «Без проблем», - отмахнулась сова: «Знаешь, я бы пошла с тобой искать остальных, наверное – хоть какое-то приключение. Да только папа все еще где-то здесь. Когда он обнаружит, что меня нет, то всех на уши поднимет, если не найдет в течение…». «Октавия, как это понимать?», - послышался голос сзади. Девушки обернулись и увидели самого Столаса, который метнулся к дочери и присел перед ней, заглянув в малиновые глаза: «Ты не представляешь, как у меня сердце екнуло, когда я не обнаружил тебя поблизости. Не отходи больше так далеко! Особенно пока мы на территории таких грубых и опасных развлечений!». «Я не беспомощная, пап», - раздраженно ответила Октавия: «И более чем смогу отогнать от себя всяких мудаков». «Конечно же, я и не сомневаюсь в этом», - умилился Столас: «Я знаю, что ты очень способная. Но все-таки, пока я жив, моя единственная совушка должна быть в безопасности!». Октавия спрятала лицо в руках: «Пап, хватит! Ты опять устраиваешь сцену при моих друзьях». Тогда заботливый отец обратил, наконец, внимание на наблюдающую за семейной сценой Вэгги. Та считала, что разворачиваться спиной и уходить во время появления принца Гоэтии будет невежливо, и ждала момента, чтобы хоть поздороваться с ним. «Вэгги, добрый вечер! Не ожидал тебя здесь встретить», - буднично сказал Столас: «Как тебе Летальный фестиваль?». «Замечательный», - сухо ответила Вэгги: «Отличная разминка после работы в отеле». «Ну, вот и хорошо», - ответил Столас: «Кстати, об отеле – у меня для вас с Чарли имеется предложение о весьма эффективном способе рекламы. Если вы заинтересованы, я сейчас тебе поведаю о нем». Вэгги еле удержала на лице учтивое выражение. В тот момент ей совершенно не хотелось вести светскую беседу. В голове было только желание завершить уже осточертевшие поиски, вернуться в отель и завалиться в кровать. «Прошу прощения, ваше высочество. Сейчас я тороплюсь и не могу говорить», - мягко, но настойчиво сказала бабочка: «Выполняю поручение от самой Чарли. Поэтому я и она свяжемся с вами по этому вопросу позже». «Пусть будет так», - наклонил голову Столас: «Однако один вопрос я все же задам перед тем, как ты уйдешь. Много времени это не займет, если ты сразу ответишь – для чего тебе вдруг понадобились трупы животных?». Вэгги не совсем понимала, к чему это было. «Я проанализировал след от заклинания перемещения Октавии и узнал, кому они достались», - объясненил Столас: «И хотел бы знать секрет этой таинственной благотворительности». Вэгги замялась, не имея понятия, как облачить произошедшее в отеле в разумно звучащие, и при этом правдоподобные слова: «Это… Они нужны были…». «Пап, да какая тебе-то разница», - пришла ей на подмогу Октавия: «Не ты ли просил, чтобы я освободила от них пространство кладовой?». «Разумеется, просил, но они же были тебе для чего-то нужны», - ответил Столас: «Ты так любишь таксидермию! Вот я и хочу знать, что подвигло тебя отдать трупы». «Я что, не могу просто поделиться с кем-то?», - вспыхнула Октавия: «Может, хватит контролировать каждое мое действие?». «Милая, я вовсе не говорил ничего подобного», - ответил Столас: «Просто хороший отец всегда знает, что происходит с его ребенком». Было видно, что на языке у совы крутились жесткие фразы, однако при подруге она не решалась их озвучить. «Неужели вы думаете, что я забрала их у Октавии силой», - наконец с вызовом спросила Вэгги. От этих слов в глазах Столаса мелькнул холодок, однако сам принц душевно расхохотался. Отдышавшись, он ласково пояснил: «Нет, нет, Вэгги, это невозможно, чтобы кто-то отобрал что-либо силой у нашей семьи. Ведь если бы это произошло, то этого кого-то уже давно не было бы в живых~». Вэгги закивала в ответ. Она приняла сказанное во внимание и уже слегка жалела о своей дерзости. Совсем слегка. Октавия тем временем потеряла терпение к странному поведению отца: «Слушай, если она не хочет отвечать, то пускай! Мне вот тоже интересно, зачем ей понадобились трупы, но я же не настаиваю. А принадлежали-то они мне!». Столас вздохнул: «Хорошо, Вия, я понял. Я, право, удивлен, что у тебя нет рвения получать ответы на свои вопросы». «Просто я умею уважать выбор других», - насупилась сова. Некоторое время они стояли в молчании. Вэгги осмелилась напомнить о себе: «Кхм. Теперь, когда всё прояснилось, я, пожалуй, пойду?». «Если желаешь…», - взмахнул рукой Столас: «Удачи на задании, Вэгги». «Ты забыл еще что-то сказать», - недовольно и с намеком сказала Октавия, приобняв бабочку, чтобы та не ушла раньше времени. «И прошу прощения за эту сцену. Эмоции взяли надо мной верх», - проговорил Столас заранее отрепетированную фразу. Очевидно было, кто научил старого демона Гоэтии извиняться перед плебеями – сама дочурка, которой надоели подобные неловкие случаи. «Ничего страшного, ваше высочество, забыли», - мстительно простила его бабочка. Тут Столас о чем-то вспомнил: «К слову, Вэгги. Может быть, примешь это в дорогу?». Принц протянул бабочке пакет с какой-то едой. На трупы мышей или шедевры мясной кулинарии из той пахучей палатки это не было похоже. Напротив, еда выглядела и пахла достаточно привлекательно. «Еда целая», - заверила бабочку Октавия: «Это лишний пакет, но мы уже не голодные». «Mucha....!! То есть, спасибо большое!», - ответила Вэгги, принимая подарок и благодарно улыбаясь. Октавия хихикнула. «На здоровье», - сказал Столас: «Не стоит продолжать поиски Молохов на голодный желудок. Особенно после того нападения, что случилось раннее». «Откуда вы знаете?», - спросила Вэгги, чувствуя, что, учитывая силы Столаса, заданный ею вопрос был мертворожденным. «Ты что, следил за мной через зеркальное заклинание?», - в свою очередь взорвалась Октавия. «Я не следил, а искал!» - защитился Столас: «А как иначе я бы убедился, что с тобой ничего не случилось? Отслеживать то, как выглядит местонахождение объекта поиска – лучший способ». «Ладно», - успокоилась Октавия: «Но не злоупотребляй этим. Помни о моем личном пространстве». «Как у меня такое в мыслях может быть?», - возмутился Столас: «Я никогда даже не думал нарушать твое личное пространство!». Вэгги кашлянула, чтобы снова привлечь внимание к себе. «Ну, я пошла», - еще раз неловко попрощалась она: «Пока, Октавия, до свидания, ваше высочество». После того, как демоны Гоэтии попрощались с бабочкой, она зашагала прочь. «Будто сцену из семейного ситкома посмотрела…», - думала Вэгги на ходу. Мотылек направилась обратно к выходу из фестиваля – глаза бы ее это место не видели. Попутно она озиралась, опасаясь, что за ней мог следить один конкретный демон, чье достоинство она довольно сильно уязвила этой ночью. Однако, покидание фестиваля прошло удачно, и Вэгги решила отдохнуть в соседнем районе, подальше от какофонии звуков, громкой музыки, бьющего со всех сторон в лицо света и бегающих вокруг да около демонов и бесов. Кажется, в прошлом проходя мимо этой улицы, бабочка где-то неподалеку видела бетонные блоки, оставшиеся после разрушения зданий.