Не навлекай неприятности

Пока бабочка направлялась к укромному месту, в её голове продолжали крутиться мысли о том, что она чудовищно устала, о том, что где-то там прячутся другие Молохи, которых искать трудно, о том, что она чудом избежала панической атаки, когда была на волосок от изнасилования. И о том, что повстречать Октавию было приятно, пускай им не дали подольше поговорить наедине. А также о том, что в отель возвращаться даже после завершения поисков не хотелось. «Меня там сейчас всё равно никто не ждет», - думала мотылек: «Какой смысл добровольно возвращаться туда после всего этого. Я же не мазохистка…». Поэтому вариант того, чтобы пешком дойти до замка родителей Чарли, снова казался годным. Но опять же, Вэгги понимала, что нельзя всё время вешаться на Чарли. Всё же, Ниффти была в чем-то права. «Ничего страшного», - успокаивала себя Вэгги, вытирая выступившие на глазах слезы и сглатывая ком в горле. От ночного ветра, обдувавшего ее, по коже пробежала дрожь. «Зато столько всего произошло…», - продолжала мотылек искать позитив в ситуации, как её учила Чарли: «Весело же… Приключение…». Легче от этих мыслей не стало. «Ай, надо отдохнуть». Сев на один из блоков и поежившись, от того, что на нем было холодно сидеть, мотылек приоткрыла сумку, чтобы посмотреть на цветные светящиеся клубочки внутри. «Четыре. Всего четверо собрала», - убедилась она. Еще полюбовавшись на своеобразные лампочки, Вэгги наконец оторвала от них взгляд, развернула верх пакета, подаренного Столасом, и принялась за перекус. Во время того, как она жевала, глаза слипались. «Вагатта, нет», - приказала она себе: «Только попробуй уснуть! Знаешь, что непременно случится, если останешься ночевать в глухом районе ада? То-то же!». Еда была сытной, и к бабочке постепенно возвращались силы. Теперь вместо голода она начала думать о Молохах: «Всё-таки опасно им быть снаружи. Одни этих духов ненавидят, и скорее всего готовы причинить им вред. Другие хотят их использовать. Третьи всерьез не воспринимают. А они такие мелкие…». Еще раз заглянув внутрь, Вэгги потыкала розового духа пальцем. Тот развернулся и посмотрел на нее злобными щелками глаз. «Всё, всё, не трогаю», - успокоила его Вэгги и снова закрыла сумку. «Противно признавать, но Энджел тоже прав», - призналась себе Вэгги: «Не стоило вымещать злость на них. Это был грязный ход». После чего она для самой себя пожала плечами: «Но что поделать, внутри каждого демона есть тьма. Я не исключение». Еще раз откусив от еды, мотылек почувствовала, как её мысли направились в мрачное русло: «Да и часть вины лежит на тех, кто довел меня до такого состояния! Если бы они только изначально послушали меня, ничего бы не было. Но, конечно же, кто-то скажет, что это я себя вела неправильно». Вэгги вспомнила, как Чарли журила ее за излишнюю напористость и с обидой сжала в руке остатки еды через пакет, глядя на купол ночного неба: «Слишком много кричала.… Слишком много заставляла…. Критиковала». Закинув остатки еды в рот, мотылек скрестила руки, дожевывая свой поздний ужин: «Слишком много обижалась... Зато эти придурки всё делали правильно, как же! Может, я, как менеджер, и лицо Отеля Счастья, но!!! До тех пор, пока я должна нянчиться с теми, кто приперся в заведение для искупления, ОНИ обязаны создавать условия для того, чтобы я держала их за людей!». Бабочка на эмоциях кинула пустой грязный пакет прямо на землю рядом с бетонным блоком. А потом опустила голову: «Но работа диктует другое. Искать подход к ним должны мы с Чарли. Чего-то для этого не хватает». Где-то вдалеке, из соседнего квартала, слышался крик какой-то грешницы. Её голос разнесся эхом. Не хотелось даже думать о том, что происходило там. Вэгги сосредоточилась на своих мыслях, уже вдохновляясь: «И я уже знаю, чего именно. Пора бы мне взять всё в свои руки и помочь Чарли немного... Исправить ее отель», - злорадно решила Вэгги: «Наш отель!». Сохранив наполеоновский план в голове, бабочка встала с блока и схватила сумку. «Найду еще одного, а там хоть гори всё синим пламенем!», - поднимала себе боевой дух бабочка, шагая вперед: «Аластор, конечно, не пустит внутрь, ему всё мало издеваться надо мной…. Да пусть только попробует не пустить, козел, буду драться нахрен, но прорвусь!». Переходя по неустойчивой деревянной перекладине через канаву, Вэгги чуть не упала, когда гнилая деревяшка начала наклоняться. Неуклюже взмахнув руками, бабочка всё же смогла удержаться на ногах и продолжила свой путь дальше. «Это будет трудновато», - продолжала лихорадочно размышлять она: «Хотя иногда он кажется таким медлительным». Не было возможности узнать, какой час наступил. Наверное, пять утра. Или же шесть. Уже начинало совсем немного светать. Впереди находился лес. Подобные места, скрытые со всех сторон стеной деревьев и зарослей, и на Земле-то не были особо безопасными, а уж в аду в них не стоило вообще соваться, не будучи вооруженным чем-нибудь серьезным. И именно между наружных двух деревьев находился светло-голубой огонек. Вэгги начала медленно подходить к краю леса, радуясь, что последняя запланированная ею добыча так быстро нашлась. Прибор в сумке засветился, да и глаз бабочки уже разглядел, что на стволе висело именно нужное ей червеобразное создание со старческим лицом. «Его возьму - и сразу обратно», - приободряла себя Вэгги. Но в тот самый момент, как она подошла очень близко, Молох сорвался со ствола и рванул вглубь леса, самостоятельно левитируя по воздуху. «¿Qué diablos?!», - вскричала Вэгги, не веря в происходящее: «Вернись!». Она, психанув от злости на весь мир вокруг себя, побежала вслед за летящим между деревьев и кустов огоньком. Вэгги сама не знала, на что надеялась. Скорее, неожиданный поворот ситуации заставлял ее верить, что всё это происходило не взаправду, и Молох не мог быть таким быстрым. Оттого бабочку гнал вперед азарт. «Ни один его собрат так себя не вел», - на бегу размышляла Вэгги: «Все они спокойно лежали и ждали, пока их кто-то подберет. Что с этим не так?».