Непарные браслеты

Джей никак не мог выбросить события той ночи из головы: он думал об этом на парах и за обедом, часами не мог уснуть, тщетно пытаясь разобраться в собственных мыслях и желаниях. Находиться рядом с Чонвоном теперь было невыносимо. Казалось, что каждое его действие, каждое слово наполнено тоской и ненавистью. Его ладони при появлении Джея почти мгновенно превращались в плотно сжатые кулаки, а как показывала практика, этот жест не означал ничего хорошего. Сожительство также стало огромной проблемой, решать которую нужно было в кратчайшие сроки. Джей долго готовился и подбирал слова, но после первой же фразы забыл мысленно отрепетированную речь. Пришлось говорить от себя, признаваясь в страхе и неуверенности. Он и предположить не мог, что, выслушав весь этот бред, Чонвон согласится. — Правда? — переспросил Джей, не поверив своим ушам. — Да, — слишком уж строго подтвердил Чонвон. — Но не могу ведь я идти на свидание с тобой, за твой счет, да еще и в твоей одежде. Тем более больничный закончится через несколько дней, а значит, мне придется идти в школу. Нужно съездить домой. Он шумно выдохнул, сжал губы и очень пристально посмотрел на Джея: — Ты можешь сходить со мной? — Чонвон стыдливо опустил глаза, будто бы попросил о чем-то неописуемо наглом. — Конечно, — уверенно кивнул он и заметил, как парнишка расслабил напряженные плечи. — Так ты сможешь за раз забрать больше вещей, — Джей сделал небольшую паузу и продолжил с чуть вопросительной интонацией: — Да и тебе со мной будет спокойнее. В груди у Джея вдруг по-странному зажгло и, не выдержав невероятной силы притяжения, он выпалил: — Можно тебя обнять? Чонвон на секунду замер, в миг потеряв всю серьезность, и снова напомнил Джею маленького испуганного котенка. — Мне бы очень этого хотелось, но, — он выставил руку перед собой, останавливая Джея, уже двинувшегося навстречу, — мы ведь начинаем все, как нормальные люди? А это значит, что до первого свидания нам не следует целоваться. — Я ведь спросил лишь об объятиях, — в непонимании нахмурился Джей. — А я подумал о поцелуях, — с легкой досадой ответил Чонвон и вышел из комнаты. Впечатления от этого разговора остались крайне противоречивые. С одной стороны. Чонвон отшил его, отказав даже в объятиях, а с другой согласился на свидание и попросил помощи. В глубине души Джей надеялся, что парнишка сам решит судьбу их отношений: скажет определенное «да» или столь же обдуманное «нет», однако вместо четкого ответа он получил лишь еще одну порцию сомнений. Впрочем, как бы то ни было, вечером следующего дня они уже вместе ехали в так называемый дом Чонвона. В вагоне снова была целая толпа, люди стояли совсем близко друг к другу, прямо как в первую их встречу. Джей подумал об этом и невольно улыбнулся. На этот раз он не слишком старался сохранять с Чонвоном основанную на вежливости дистанцию, хотя и понимал, как нехорошо нарушать личное пространство человека. В любом случае он бы не стал этого делать, если бы изредка Чонвон сам не придвигался ближе, словно желая физически ощутить поддержку. Чем ближе они подходили к нужному адресу, тем бледнее становился Чонвон, Его шаг замедлялся, а дыхание, наоборот, учащалось. Все-таки он поторопился с визитом к Мистеру Тирану — как мысленно окрестил его Джей — и его предательнице жене, которую язык не поворачивался назвать матерью. Трясущейся рукой Чонвон нажал цифры на домофоне и вздрогнул, когда через несколько гудков услышал женский голос: «Кто там?» Поняв, что парнишка от страха и волнения не может вымолвить и слова, Джей сказал все за него: — Здравствуйте! Мы пришли забрать некоторые вещи вашего сына, необходимые ему для учебы. Если вам будет удобнее, мы можем даже не переступать порог вашего дома. Просто выставьте в подъезд пакет с учебниками, тетрадями и школьной формой. Ответа не последовало, но дверь открылась. Джей осторожно подергал Чонвона за рукав куртки, возвращая его в реальность. На удивление, это не помогло — парнишку словно парализовало от ужаса. Не придумав способа лучше, он сгреб Чонвона в охапку, почти буквально затащил в подъезд и, прижав его к стене, поцеловал. Онемевшие и, кажется, чуть синеватые губы не сразу ответили на поцелуй, а ослабшие от беспомощности руки так и остались висеть вдоль туловища. Джей не хотел быть чересчур напористым, поэтому, сделав несколько плавных движений, отстранился. Чонвон смотрел на него, не моргая, но во взгляд его постепенно возвращалась осознанность. — Я с тобой. Все будет хорошо, — прошептал Джей и, так сказать, для закрепления эффекта, еще раз подался вперед. Они поднялись на нужный этаж, и Чонвон предложил подождать, пока мама вынесет вещи на лестничную площадку, однако и через пять, и через десять минут ничего не произошло. — Я пойду первым. Ты встань за мной, ладно? — поднеся руку к звонку, Джей вдруг подумал, что, насмотревшись на Чонвона, и сам стал опасаться его отчима. Но отступать было некуда. Меньше, чем через секунду дверь отворилась и на пороге появилась невысокая женщина средних лет с аккуратным макияжем и красивой укладкой. Джей подумал, что даже внешне она не выглядит, как мать — как-то уж слишком молодо и нарядно. — Добрый вечер, — еще раз поздоровался он и с разрешения хозяйки вошел в квартиру. — Вы приготовили вещи или позволите нам войти и самим забрать все необходимое? — Проходите, — еле слышно пробормотала женщина, и виновата посмотрела на сына. — Может быть, вы останетесь ненадолго? Вам налить чаю? — Нет, — злобно и даже с яростью ответил Чонвон, не сводя с матери глаз. — Ты даже не спросишь, как у меня дела, где и как я жил последние две недели? — Ну как это не спрошу, — сразу засуетилась она. — Я просто еще не успела задать эти вопросы. Ты ведь пришел с другом и… — Мам, ты снова меня не слышишь, — Чонвон сделал большой шаг вперед и загородил Джея собой. — Хорошо. Тогда я скажу прямо. Я жду от тебя извинений. За твое безразличие, за то, что я забыл, каково это — чувствовать себя нужным и любимым, за необходимость жить у незнакомых людей, потому что из дома выгоняют! Мне хватило бы одного единственного слова, чтобы простить тебя и в очередной раз убедить самого себя, что у твоего поведения точно есть какие-то весомые причины, и что когда-нибудь ты снова будешь относиться ко мне, как к родному ребенку, дороже которого нет ничего на свете. Я правда готов был сегодня забыть все обиды и разочарования, но я устал делать шаги навстречу, а ты так и не сдвинулась с места ни на миллиметр. Мне бы очень хотелось, чтобы это был мой последний визит в эту квартиру, и, возможно, последняя встреча с тобой. Он произнес все на одном дыхании, весь раскраснелся, запыхался и только открыл рот, чтобы продолжить пламенную речь, когда из комнаты вышел отчим. Чонвон инстинктивно отшатнулся, налетев на Джея, и тот его очень удачно подхватил. — Кого ты привел в мой дом? — от его баса у Джея поползли мурашки, а Чонвон, кажется, чуть не лишился сознания. — Своего друга? Или может любовника? — Мистер Чон… — Чонвон не договорил. Отчим резким движением схватил его за горло, заставив встать на носочки, чтобы не задохнуться. По щекам бедного мальчика покатились слезы. — Что вы себе позволяете? — страх отошел на второй план, любезно уступив место гневному возмущению. Джей обеими руками схватил запястье мужчины, изо всех сил стараясь ослабить его хватку. — Отпустите его! — Гляди-ка, дорогая, и правда любовничек, — отвратительно язвительным тоном обратился он к застывшей в ужасе жене. — Притащил сюда еще одного педика. Где ты был все это время? Трахался с ним вместо платы за крышу над головой? — Прекратите говорить эти гадости! — Джей все-таки сумел выкрутить ему палец так, чтобы он выпустил Чонвона. — Мы пришли забирать вещи, а не выслушивать все это. Дайте нам пять минут, и мы больше никогда не появимся на пороге вашей квартиры. — Ты то иди, — оскалился Мистер Тиран, — а вот с ним мне еще есть, что обсудить. Например, правила общения со старшими и тем более с родной матерью. — Нет, он пойдет со мной, — Джей по-настоящему разозлился, и сам удивился, когда эта злость придала ему уверенности. — Я, в отличие от родной матери, не могу бросить его. Услышав это, мужчина замахнулся, но будто бы вовремя опомнился. Джей решил использовать этот момент для наступления: — Давайте же, ударьте меня. Мне хватит смелости для того, чтобы обратиться в полицию! И ваши связи в армии и в гос органах уже не помогут, потому что мои связи окажут на стражей порядка более сильное давление! Я посажу вас в тюрьму, не сомневайтесь! Если регулярных избиений несовершеннолетнего не хватит на срок, мы обязательно найдем отягчающие обстоятельства, — он ненавидел тыкать кого-то носом в высокую и важную должность своего отца, но в этот раз иного способа воздействия не просто не нашел. К счастью, такой метод отлично сработал: мужчина, привыкший ко всеобщему подчинению, растерялся от такой наглости и машинально отступил, позволяя Джею пройти в комнату Чонвона. Конечно, оставлять парнишку на грани истерики в компании «родителей» было нельзя, поэтому Джей крепко взял его за руку и потащил за собой. Уже в комнате, закрыв дверь, Джей взял лицо Чонвона в свои руки, заставив того поднять покрасневшие от слез глаза: — Солнышко, пожалуйста, побудь сильным еще пару минут, — он шептал это, наблюдая за тем, как быстро сменяют друг друга слезки на его щеках. — Сейчас нужно просто собрать все необходимое. Мы скоро отсюда уйдем. — Я не хочу уходить, — замотал головой парнишка, поставив Джея в тупик. — Хочу, чтобы мама попросила меня остаться…