Непарные браслеты

В состоянии абсолютной паники Джей бросился в полицию. Он долго пытался доказать дежурному, что с Чонвоном случилось нечто ужасное, но фотография машины с безобидной подписью в данном случае была наихудшим из доказательств. Не желая разбираться с каким-то параноиком, молодой офицер предложил ему два варианта: либо он успокаивается и самостоятельно уходит домой, либо его успокаивают в течение суток за решеткой за дебоширство. Попытавшись несколько раз договориться с представителем закона и столько же раз получив «последнее предупреждение», Джей не остановился. Он переусердствовал, стараясь сэкономить драгоценное время, и на целую ночь оказался в камере с каким-то пьяницей. Джей снова и снова предпринимал попытки объяснить ситуацию, хоть как-то оправдаться и выйти, продолжив поиски самостоятельно, но чем больше он говорил, тем мрачнее становился полицейский. Решив все-таки не рисковать, он заставил себя сесть на скамеечку и покорно замолчать до утра. Почти десять часов теперь пройдут впустую! И за это время с Чонвоном могут сделать все что угодно! Джей изводил себя мыслями о похищении или даже убийстве до рассвета, а потом, незаметно для самого себя задремал. Утром, при смене дежурного, с него взяли обещание о хорошем поведении и выпустили даже без оформления протокола. Раскрасневшийся от возмущения и досады, Джей вышел на улицу. В лицо ударил холодный ветер, крохотные снежинки укололи щеки. Он сделал глубокий вдох и выпустил изо рта огромное облако пара. Безудержный вихрь мыслей в голове чуть сбавил скорость. Давление на череп изнутри уменьшилось, однако в груди все так же тревожно щемило. Нужно было немедленно действовать. Только вот как? К кому обратиться, когда полиция отказывается принимать заявление? К родителям Чонвона идти — не вариант, обзванивать его друзей, номеров которых, к слову, у Джея не было — тоже… Вернуться домой и просто ждать? Нет уж, так он совсем сойдет с ума. Оставалось единственное решение — обратиться за помощью к отцу. Джей не думал о том, как объяснит ему, с какой целью необходимо пробить номера загадочного фургона и почему это так срочно. Он обязательно что-нибудь придумает, сочинит такую легенду, в правдивости которой не засомневается самый подозрительный человек на свете, но это потом. Сейчас нужно было во что бы то ни стало найти Чонвона и по возможности наказать его обидчиков по закону. Паническое беспокойство смешалось с яростью и обидой. Он шел вперед, не смотря по сторонам и уже представлял, как несладко придется тем, кто посмел навредить его бедному мальчику. В качестве формальной необходимости Джей показал охраннику пропуск, и тот, не успев, наверное, разглядеть и буквы, пропустил его — здесь все знали сына директора в лицо. Лифт ехал мучительно долго, собирая, видимо, желающих спуститься со всех этажей. Когда массивные створки разъехались в стороны и вышедшая толпа чуть не унесла Джея обратно к выходу, он все-таки сумел протиснуться внутрь. Подъем до тридцатого этажа показался ему бесконечным. За это время Джей успел поглядеть на себя в зеркало и ужаснуться: волосы не уложены, торчат во все стороны, полосатая полудомашняя кофта совсем не смотрится с этими брюками, а на лице явные следы недосыпа. Неодобрительно покачав головой, он подумал, что во всем есть свои плюсы. Подобное неряшество послужит неплохим аргументом в пользу неотложности дела: всегда стильный и аккуратный сын прибежал к отцу в таком виде, очень торопился, а значит, все, действительно, серьезно. Перед входом в кабинет его остановила секретарша: — Господин Пак, подождите, пожалуйста. Ваш отец сейчас очень занят, — улыбнулась она, учтиво наклонив голову. — Могу предложить вам чашечку кофе, что скажете? — Прошу прощения, — Джей, нарушая все правила этикета, отодвинул девушку от двери, — ситуация не позволяет мне ждать. — И все-таки, Господин Пак, — девушка попыталась вернуться на прежнее место, загородив собой дверную ручку, но Джей успел взяться за нее раньше. Сопровождаемый гневным взглядом секретарши, он толкнул дверь и сразу согнулся в поклоне: — Прошу прощения за беспокойство! — Джей выпрямился. — Папа, мне нужно с тобой… — он замолчал, от удивления потеряв дар речи. Несколько секунд все трое молчали, а затем Чонвон вскочил со стула и хотел было броситься к Джею, но почему-то вдруг оступился и свалился на пол. Не веря своим глазам, Джей упал на колени рядом с ним и прижал его к своей груди. Сердце забилось в бешеном темпе, когда Чонвон вцепился в него с таким же отчаянием, как в день их второй встречи. — Почему он у тебя в кабинете? — строго спросил у отца Джей, всем видом показывая, что ничего, кроме правды, его в качестве ответа не устроит. — Чонсон, — он встал из-за стола, нервно теребя пуговицу пиджака, — вы знакомы?.. «Мы живем вместе и совсем скоро начнем встречаться», — подумал Джей, но решил, что с его стороны правда в данной ситуации необязательна. — Что он здесь делает? — повторил он вопрос, не сводя глаз с отца. — Это простое недоразумение, — неуверенно пожал плечами папа, с трудом подбирая слова. — Твой друг оказался в сложной ситуации, и мы просто обсуждали способы ее разрешения. Он пострадал от действий людей, косвенно связанных с компанией. Джей с трудом отцепил от себя парнишку и посмотрел в его испуганные глаза: — Ты в порядке? У тебя где-нибудь болит? — он поймал себя на мысли, что ни на один его вопрос еще не дали внятного ответа. — Обезболивающее действует, но я все еще не могу передвигаться без посторонней помощи. Только в этот момент Джей заметил костыли, аккуратно стоящие у отцовского стола. Быстро оценив позу Чонвона, он определил раненую ногу и, про себя отметив, что из дома тот выходил в совсем другой одежде, задрал штанину. Повязку явно накладывал профессиональный врач или человек, хорошо знакомый с правилами оказания первой помощи — уже неплохо. Джей дрожащей рукой дотронулся до бинтов и, убедившись, что таким прикосновением он не делает Чонвону больно, пристально посмотрел на отца. — Пулевое ранение, — нехотя пояснил тот. — Кости целы, пуля извлечена, рана зашита хирургами. Все в порядке. — Ты издеваешься?! — вдруг вскипел Джей. — Твои люди стреляли в беззащитного мальчика! Из-за тебя он вынужден ходить на костылях! А что если у этого будут плохие последствия? Что если ты сломал его жизнь?! Джей чувствовал себя в ловушке: он пришел просить помощи у главного злодея в этой истории. Желание врезать каждому, кто навредил Чонвону лишь росло, а из виновных перед ним был лишь отец, бить которого он, к счастью или к сожалению, был не готов. — Джей, твой отец не сделал мне ничего плохого, — ко всеобщему удивлению парнишка встал на сторону своего обидчика. — Меня ранили другие люди, а им приказы отдавал человек, намного ниже по должности. Ники сказал требовать встречу с директором, и поэтому я здесь. А он остался один в том подвале. Его хотят убить, Джей! — Почему же ты так критичен? — в папиной интонации слышалось отрицание; видимо, он догадывался, но не хотел в это верить. — Парня просто вернут на родину, где по закону накажут за некоторые правонарушения. Все будет хорошо, его жизни ничего не угрожает. — Вы знаете, с кем сотрудничаете? — Чонвон дрожал то ли от напряжения то ли от страха, но говорил с особой дерзостью, совсем ему не присущей. — Если он преступник, то почему вопрос решается не через полицию, а через местных отморозков, ради денег готовых на любые зверства? — Спокойнее, молодой человек, — осадил его папа. — Я понимаю, что вы на взводе, но давайте не забывать о банальном уважении? Наша компания заключила уже несколько крупных и, надо сказать, очень успешных сделок с новыми партнерами из Японии. Именно они поспособствовали улучшению внутренней и внешней экономики корпорации, поэтому, когда передо мной поставили относительно несложную задачу, о целях которой посоветовали не спрашивать, я согласился. Тем более, за этого парня предлагали огромную сумму. — Вы работаете с мафией! На вашей совести теперь будет его смерть, понимаете? — Чонвон посмотрел на ничего не понимающего Джея, как бы желая заручиться его поддержкой. — Мы должны его спасти. — Не нужно его ни от кого спасать! Вы слишком драматизируете, — он едва ли верил в свои слова. — Да, возможно, все это не совсем легально, и, может быть, эти партнеры имеют отношение к японской мафии, но даже если так, я очень сомневаюсь, что за какой бы то ни было проступок, могут убить. Этот парень просто напугал вас, надеясь на вашу поддержку при побеге. С ним все будет нормально. — Вы не слышали, как отчаянно он выкрикивал свои последние слова, когда меня выводили, — замотал головой Чонвон. — Он убеждал меня в том, что не боится смерти, что готов к ней, но знали бы вы, сколько боли было в его глазах. Он умолял меня найти его маму и передать ей его извинения, говорил, что вместе с ним умрут все ее проблемы и тревоги, что поначалу будет неимоверно сложно, но она обязательно со всем справится и начнет новую спокойную жизнь. Он кричал это, примотанный к стулу скотчем, теряющий сознание от боли в боку, который ему прооперировали, но не вкололи дополнительную дозу обезболивающего! Он никогда не показывал свою слабость, даже в самой страшной ситуации делал вид, что все в порядке, а ваши люди его сломали! Он заплакал, как маленький ребенок, потому что не хотел умирать в мучениях! Джей слушал все это, тщетно пытаясь понять, кто такой Ники, за что его хотят зверски убить, а главное, как с этим связан Чонвон. Что произошло за эту ночь и действительно ли ни в чем неповинному мальчику угрожает опасность? Если к этому причастен отец, стоит ли обращаться в полицию? Голова взрывалась от вопросов, а Чонвон продолжал спорить с отцом, почти что перейдя на крик. — Прекратите! — прервал перепалку Джей, и его с двух сторон пронзили гневные взгляды. Он молча кивнул Чонвону, как бы убеждая его повременить с комментариями, и повернулся к отцу: — Каковы были условия сделки?