Элла

2.

      Они бежали по холму, заросшему степными травами. Раскалённый ветер трепыхался в их волосах, словно дикая и необузданная пташка. Девушка заразительно хохотала, стоило её хранителю в очередной раз споткнуться о скрытый травой неровный бугорок, а он искренне смеялся, подхватывая её за плечи, стоило её босым ногам запутаться в длинной юбке.       — Мы свободны, словно ветер в небесах! — раздался её ликующи возглас, эхом прошедший по склону. Девушка первой достигла вершины и сейчас стояла раскинув руки в стороны, будто крылья.       Он приблизился бесшумно, из-под завесы своих волос любуясь ей. Мягкие, такие родные линии лица, чуть вздёрнутый носик, щедро расцелованный солнцем, розовые губы, так призывно приоткрытые. Её выгоревшие пряди каштановых волос колыхались на ветру, создавая иллюзию красно-золотистого ангельского ореола. О, она была очень красива. И многогранна.       Девушка перед ним, бывало, была горячее любого пламени и ярче любой искры. Темнее и холоднее любой северной ночи. Иногда она напоминала ему дикую вишню вперемешку со сладостным мёдом или горькую полынь с терпкими нотками женьшеня. Она могла быть игривым неуклюжим жеребёнком рядом с ним и элегантным статным лебедем. Она была так прекрасна в своей уникальности…       Он и не заметил, что она смотрит. В её шоколадно-кофейных омутах играли смешинки. Они словно игривые золотые рыбки плескались в океане любви и счастья. Она была его идеалом, — он давно уже признал это. Ещё тогда, у костра, когда его сокровищу не было и десяти, а он сам совсем недавно отпраздновал двенадцатилетие.       — Хранитель, почему люди не летают?       — Что? — он снова загляделся.       — Отчего люди не летают, как птицы? Знаешь… — девушка перевела задумчивый взгляд на открывающийся перед ними вид. — Мне иногда кажется, что я птица. Когда стою вот так, как сейчас, на нашем холме, так и тянет летать. Вот бы разбежаться, поднять руки и полететь…       — И куда бы ты полетела?       — Туда, где большая вода, — мечтательный вздох. — туда, где есть океан.       — Океан?       — Я слышала, что он больше любой пустыни в округе.        Он улыбнулся.       — Не устанешь лететь, сокровище?       — Как можно, мой хранитель, рядом с тобой я никогда не устану, — девушка привычно прижалась к его боку, уткнувшись в рубашку грубоватого кроя.       — Хочешь, чтобы я полетел с тобой? — она подняла на него нечитаемый взгляд. Прошло не меньше минуты, прежде чем девушка продолжила.       — Мы можем прожить порознь целую неделю ни разу не навещая друг друга. Это будет очень тоскливая и грустная неделя, мой хранитель. А можем прожить месяц, целый месяц, но это уже будет почти болезненно, — она говорила серьёзно и только правду. Они оба понимали это.       — Ты права. Мне будет больно жить без тебя, — он прижал её к себе ещё крепче, обнажая во взгляде все свои чувства. Они никогда не признавались друг другу в любви на словах. Да и зачем, если она знает, что любима? Он знает, что любим?       Девушка в его руках затрепетала, поймав такой открытый взгляд зелёных глаз.       — Именно поэтому ты полетишь со мной, мой хранитель. Даже если пташкой стану я, у тебя тоже обязательно вырастут крылья, чтобы всегда быть рядом.       — Ну, я буду не против променять свои руки на крылья, если это позволит мне быть рядом с тобой вечно.       — Вечно… — она задумчиво улыбнулась. — Хорошо звучит.

*

POV ELLA              Вопреки заверениям Эрика, следующее утро было всё таким же солнечным. При въезде на школьную парковку, я сразу заметила Джессику со своими подругами, что уже двинулись в сторону моего припаркованного пикапа.       — Привет, Изабэлла! — улыбнулась Джесс, окидывая меня с ног до головы оценивающим взглядом. Сегодня я надела простенькую белую юбку до самых лодыжек и длинную голубую рубашку с объёмной цветочной вышивкой, подвязанную на талии кожаным шнурком. Платок на шее и сапоги остались неизменными.       — Привет всем, можно просто Элла, — я закрыла дверь машины, перекидывая сумку через плечо и с самым непринуждённым видом направилась в сторону школы. Нужного для учёбы настроя, к слову, так и не появилось.       — Элла, ты когда-нибудь была в Ла-Пуш? — раздался воодушевлённый возглас Эрика, что уже спешил к нам в компании каких-то парней.       — Да, конечно. Правда, мне тогда было лет десять.       — Мы с ребятами собираемся после школы на пляж, поедешь?       — Будете сёрфить?       — Откуда знаешь? — удивился блондин. Майк, кажется.       — Не трудно догадаться, — я пожала плечами, двигаясь в сторону нужного корпуса. — Во сколько отправляемся?       — Сразу после уроков, — широко улыбнулся Эрик.       — В таком случае, жду не дождусь. Всем удачи! — я кивнула ребятам, заходя в нужное мне здание и быстро находя кабинет химии.       В Ла-Пуш я действительно не была уже очень давно и практически не помнила дорогу до пляжа, — это, собственно, было главной причиной, почему я вчера вместо того, чтобы поехать к океану, затеяла генеральную уборку в доме. Предложение ребят оказалось очень своевременным, так что я просто не могла отказать.       Все оставшиеся уроки я провела, погруженная в свои мысли, с предвкушением ожидая спасительного звонка. Последним предметом у меня сегодня стоял испанский — довольно неплохой предмет, на мой взгляд. Но сегодня я совершенно не слушала учительницу, о чём вскоре и пожалела. Вопрос по теме от сеньоры Кастильо застал меня врасплох, и вместо того, чтобы обдумать в голове ответ, а потом озвучить его, я ляпнула первое, что всплыло в сознании. И судя по вытянувшемуся лицу учительницы и пары отличников, мой ответ явно был не таким, какой они ожидали услышать.       — Señorita Swan, ¿ha escuchado de lo que hablamos antes? — учительница смотрела так пронзительно, что, кажется, и сама прекрасно знала ответ на свой вопрос.       — Perdón. Estaré más atento, — виновато прикусила губу, силясь вспомнить, что конкретно только что сказала учителю.       — ¡Inténtalo, Isabella! — укоризненно сказала сеньора, продолжая свой монолог.       После последнего урока мы с ребятами встретились около машины Майка и мне объяснили наш сегодняшний маршрут. Так как машины сегодня были не у всех, я должна была подвести Анжелу и Ребекку.       Первые несколько минут мы провели в тишине, пока Анжела, убавив музыку, не спросила:       — У тебя проблемы с испанским, Элла? Если хочешь, я могу помочь тебе его подтянуть.       — Что? С чего ты взяла, что у меня с ним проблемы?       — Ну, — она смутилась. — Ты сегодня на вопрос сеньоры Кастильо ответила совсем неправильно.       Я закатила глаза. Да ладно, мне что, это теперь каждый раз будут припоминать?       — Я просто задумалась тогда, Анжела, всё в порядке, правда! Если честно, я даже не помню, что сказала тогда.       Она смущённо кивнула, отводя взгляд.       — Прости.       — Ты сказала, что самая большая пустыня, которую ты знаешь — это океан, — подключилась Ребекка, отрываясь от телефонной переписки с одной из своих многочисленных кузин.       — В самом деле? — я рассеянно включила поворотник, сворачивая с шоссе вслед за машинами Эрика и Майка.       Почему-то фраза показалась знакомой. Что-то вспыхнуло в сознании на долю секунды и тут же потухло. Я озадаченно нахмурилась. Это как-то связано с моим состоянием? Причём здесь вообще океан и пустыни? О, Боги, Вселенная! Почему нельзя отбросить все эти квесты и шифровки в сторону и просто позволить мне жить?!       — Элла, всё хорошо? — обеспокоено спросила Анжела. — Мы приехали, можем выходить.       — Да, конечно, — я поспешно повернула ключ зажигания, глуша мотор.       Ну уж нет, сегодня я приехала проветриться, а не в очередной раз копаться в себе и своих неконтролируемых чувствах!       — Хэй, девушки! — к нам подошёл Майк. — Как доехали?       — Без приключений, — пожала плечами Ребекка, уже спускаясь к пляжу.       Здесь было просто адски холодно, по сравнению с температурой в Аризоне. Зато красиво. Волны были глубокого синего цвета, с обсидиановым отливом. Они буйно и шумно омывали побережье, с брызгами пены разбиваясь о скалы. Пляж всё так же, как и в детстве, был усыпан мелкими ветками деревьев, принесёнными сюда порывами ветра, и водорослями, от которых стоял стойкий запах йода.       Мы устроились у ствола поваленного дерева, которое было просто феноменальных размеров и стали наблюдать за парнями, что с громким хохотом пытались поймать волну. От одного их вида меня пробивала дрожь. Как им не холодно в январе месяце плавать?       — Они в гидрокостюмах, — будто прочитав мои мысли, тихо пояснила Анжела. — У семьи Ньютонов есть свой магазин спортивного снаряжения и экипировки.       — И часто они приезжают сюда зимой? — я поёжилась.       — Сейчас только двенадцать градусов, — усмехнулась Джессика. — Это не так уж и холодно для этих мест.       — О.       — Не хотите присоединиться? — крикнул Эрик, весело махнув нам рукой.       — Ни за что! — думаю, моё искажённое ужасом лицо было лучшим ответом.       На моё восклицание все засмеялись.       — Разведём костёр? — один из парней уже вернулся и присоединился к нашей компании.       — Мы обязаны показать это Элле! — воодушевлёно воскликнула Джессика.       — Показать что? — я настороженно оглядела каждого.       — Не волнуйся, они хотят просто поджечь ветки, — успокаивающе улыбнулась Анжела.       Сначала я не поняла, что в этом может быть такого особенного, но потом…       — О! — я заворожено смотрела на синее пламя, что при взаимодействии с солью и йодом приобрело колдовской цвет. Оно отбрасывало голубые блики на нас — и лица ребят будто светились.       — Я знала, что тебе понравится! — Джессика самодовольно улыбнулась.       — Ты права, это волшебно! — шепчу тихо, не отводя взгляда.       — Это ты ещё в лесу не была! Когда там всё цветёт! — к нам подошли остальные ребята. — Местные часто ходят в походы весной. Здесь есть проверенные маршруты с родником, горными реками и большими полянами, — Майк снисходительно посмотрел на меня, заметив мой восторг. Никогда не видела ничего подобного в живую, только в кино.       — Вы обязаны мне это показать!       — Даже не думай потом отвертеться, — подмигнул Эрик. — Мы ходим в первые дни мая, когда погода хорошая.       Мы просидели на пляже вокруг костра до самого заката. У кого-то в машине неожиданно нашлась пачка маршмеллоу, Эрик взял с собой сосиски для гриля, а Майк всучил нам по булочке для хот догов и законсервированную банку томатной пасты. А вот с питьём пришлось импровизировать, так как пятилитровая баклажка воды из-под крана, которая нашлась у меня в пикапе и предназначалась для мойки стекла, для употребления не подходила — слишком сильным у неё был металлический вкус и запах. Так что Ребекка взяла на себя инициативу и по прошествию получаса превратила воду в неплохой на вкус травяной чай из того зелёного многообразия, что росло на ближайшей опушке.       Под вечер все были довольными, сытыми и усталыми, так что без возражений согласились с Анжелой, что нам пора возвращаться по домам.       — Элли, высади меня, пожалуйста, около следующего поворота, — попросила Анжела, когда полусонная Ребекка была успешно доставлена домой в целости и сохранности. — Спасибо, что подвезла.       — До скорого, — я махнула рукой, снова выезжая на дорогу.       Ехала я, естественно, как черепаха, так как уличных фонарей в Форксе не наблюдалось, а фары старого пикапа светили ещё более тускло, чем обычный карманный фонарик. Отцовский коттедж находился почти на самой окраине города, так что дорога проходила через небольшой пролесок.       Страшно ли мне было ехать в лесу в потёмках, совершенно одной, на старой машине с рычащим двигателем, эхо которого отражалось от толстых стволов сосен и ещё долго доносилось мне в след?       Нет.       Хотя, это вот «нет» было весьма относительным.       Когда дорога стала резко сворачивать влево, я уж было облегченно выдохнула, зная, что до отчего дома осталось меньше ста метров. Но, видимо, мне было не суждено доехать до коттеджа без приключений.       Нечто громадное на бешеной скорости вынеслось на дорогу, издавая какие-то рычащие-скулящие звуки. Скрежет тормозов, гортанный рык и моё фирменное «О!» дополнили картину сегодняшнего вечера. Знаете, я никогда ещё так сильно не хотела оказаться где угодно, только бы не здесь. Из-за чёртовых фар, кроме гигантской мохнатой тени с горящими глазами я ничего разглядеть не могла.       Вот и смерть пришла, как скоро, однако, — пронеслось в голове.       Но видимо я, была бы не я, если бы вся эта ситуация не повернулась в следующее же мгновение самым неожиданным образом. Нечто испустило грозное рычание и резко прыгнуло на крышу пикапа, чтобы тут же скрыться в лесной тьме. Фары машины после такого удара по кабине ярко вспыхнули, а мотор стал шуметь значительно тише, переходя со своего ржавого рычания на простое клокотание.       — Вот и не верь после такого в высшие силы… — шокировано пробормотала я, трогаясь с места и быстро доезжая до дома. Поздоровавшись с отцом, пряча при этом нервную дрожь в руках, я поднялась в свою комнату и без сил повалилась на кровать, даже не удосужившись переодеться.       Да чтоб я… ещё хоть раз… ещё хоть один несчастный раз куда-то поехала на ночь глядя в этой глуши! Пошло всё оно куда подальше и поглубже… в лес! — мысленно шипела я, постепенно проваливаясь в темноту. END POV ELLA

*

      — Что-то случилось? — обеспокоено подошла ближе, заглядывая в хмурое лицо.       — Койоты снова начали нападать на скот, — он передёрнул плечами, морщась.       — С хозяйством твоей семьи всё в порядке? — осторожно спросила девушка, начиная нервно расхаживать по комнате. Они не ожидали, что это случится так скоро.       — Лишь несколько кур и овец поубавилось.       — А собаки, что их охраняли?       — Целы, — он мотнул головой, пристально посмотрев на девушку. — Сокровище…       — Но ведь они не должны были вернуться так скоро! Отец говорил, что…       — Сокровище! — она замерла, встретившись взглядом с зелёными глазами.        — Обещай, что будешь осторожна.       — Что? Но ведь койоты не нападают на людей… — девушка растерянно села рядом на скамейку, внимательно вглядываясь в его лицо.       — Обещай. Я не хочу, чтобы ты… пострадала, — в глазах мелькнул страх. Страх за неё.       Секундная заминка стала для девушки достаточным поводом, чтобы начать воспринимать его слова максимально серьёзно.       — Я обещаю, хранитель, со мной всё будет в порядке.       — Я не хочу тебя потерять… — на грани слышимости.       — Хранитель! Даже не думай, что я покину тебя так рано! Хочешь, можешь оставить мне своё ружьё, если тебе так будет спокойнее.       Он еле заметно усмехнулся.       — О, нет, я помню, что было в прошлый раз, когда твой отец предложил тебе пострелять.       — Это не считается! Мне тогда не было и двенадцати!       — И все же… — он снова посерьёзнел. — Будь осторожна. Всё-таки койоты — это хищники, какими безобидными бы они не казались, запросто перегрызут глотку любому, если будет повод.       — И что мне делать, если я встречу койота?       Он посмотрел на неё долгим, пронзительным взглядом.       — Если ты встретишься с хищником, не давай ему повода напасть на тебя. Покажи, что ты не опасна.       — Но как?       — Не смотри ему в глаза и не делай резких движений. Попробуй сделать что-нибудь, что покажет твою беззащитность. Например, попробуй поговорить с ним тихим и спокойным голосом, сядь на землю или притворись мёртвой…       — Ты сам-то в это веришь? — скептически изогнула бровь.       — Просто будь осторожна, я прошу тебя, — он умоляюще посмотрел на подругу.       — Я буду, — смягчилась девушка, тепло улыбаясь и доверчиво прижимаясь к его боку.

—