Элла

5.

      Когда Элла пропускала учёбу в пятницу, весь день неподвижно лежа на кровати и разглядывая трещины на потолке, она искренне надеялась, что в конце концов ей станет легче. Что она сможет разобраться в себе и своих чувствах. Хотя бы немного.       Наивная.       В четверг, после всего, она не пошла на физкультуру, уехав домой сразу из медпункта, когда стала чувствовать себя относительно вменяемо. Горячая ванная и приторно сладкий какао позволили успокоиться и вернуться к мыслям о произошедшем без былого напряжения и звенящей пустоты внутри.       Она нашла его.       Самолично приехала к нему из другого штата, не до конца осознавая, что делает. Она действительно не представляла тогда, собирая чемодан, что встретит здесь Его, после стольких лет. Она действительно не знала, что таят за собой её сны и тяга. И, как бы глупо это не звучало, она ни разу не задумывалась о последствиях.       И сейчас Эллу больше всего волновало не то, как так получилось, что её хранитель всё также молод, красив и жив; почему не пришёл к ней тогда, не вернулся, если выжил на войне; почему его глаза почернели и даже не то, где и с кем он всё это время был. Её волновал лишь один вопрос. Немного наивный, эгоистичный, если учитывать их нынешнюю ситуацию, но тем не менее самый насущный — Что будет дальше? И будет ли это дальше вообще..?       Признаться честно, тогда, в столовой, она малодушно решила снова уехать в Финикс. Наплевать на школу, разочарование отца и болезненную тягу. Ей больше всего на свете в тот момент хотелось стереть свой приезд в Форкс из памяти. Забыть. Вернуть те дни, когда всё было не так сложно, как сейчас. Она снова хотела не помнить.       Хотела, ведь..?       Но обдумав всё ещё раз в более спокойной обстановке, она поняла, что это будет выглядеть, как бегство. Элла не хотела сбегать. Она не хотела уподобиться ему. И, в отличие от хранителя, не собиралась его бросать на произвол судьбы.       Когда-то они собирались провести вместе вечность, которая, судя по всем обстоятельствам, действительно может оказаться таковой. Может быть, когда-нибудь они снова смогут друг другу доверять. По-настоящему. Быть полностью честными и откровенными.       Может быть, когда-нибудь…       Её колотила нервная дрожь. Она действительно не знала, что ей делать сейчас. Что сказать ему при встрече? Что ненавидит его, презирает, не доверяет? Это было бы наглой ложью. Нет, это не те слова, которые ей следует произнести после всего, что они пережили.       Теперь Элла запуталась ещё больше. Теперь, когда её подсознание открыло все до единой карты, разложило всё по полочкам, внесло почти кристальную ясность. Но от этого ей уж точно не стало легче жить. Головная боль неприятно пульсировала в висках. Руки всё ещё нервно подрагивали, хоть и не так явно. Сердце почти вернуло нормальный ритм, перестав колотиться с таким рвением, будто хочет выпрыгнуть из груди.       Всё так сложно…       — Господи Боже, Вселенная, дай мне больше времени!.. — еле слышно прошептала девушка, прикрывая покрасневшие глаза. Она судорожно сжала в здоровой руке подвес, чудом вернувшийся к ней спустя столько лет. Она хорошо помнила тот день, когда впервые в этой жизни в её сознании вспыхнули его глаза…

*

      — Мамочка, купи мне его! — девочка лет пяти в розовом платьице с большим белым кроликом на переднем кармашке заворожено разглядывала витрину маленькой антикварной лавки.       — Бэлла, мы опаздываем в балетную школу, быстрее! — окликнула её женщина, ушедшая вперёд. Она говорила по телефону и не слышала просьбу дочери, увлечённо пересказывая своему невидимому оппоненту, как прошло её недавнее свидание.       По щекам покатились солёные капли. Грудь болезненно заныла. Маленькая девочка плакала молча. Она не всхлипывала и не шмыгала носом, просто стояла, приложив ладошку к пыльной витрине и глотала слёзы. Ей отчего-то в один миг стало так грустно, так одиноко.       — Милая, с тобой всё в порядке? — из лавки вышла обеспокоенная старушка, кутаясь в вязанную шаль и опираясь на деревянную тросточку.       — Мэм, скажите пожалуйста, а сколько стоит… — прошептала девочка, не отводя взгляда от украшения.       — Зачем тебе эта побрякушка? Может лучше посмотришь игрушки? У нас есть красивые фарфоровые куклы, — добродушно улыбнулась та.       — Нет. Мне нравится это. Оно мне напоминает… — Бэлла тогда и сама ещё не могла сказать, кого же ей напоминает этот подвес. Перед её мысленным взором стояли искрящиеся зелёные глаза и тёплая улыбка. Такая знакомая улыбка. Но девочка не помнила, чья она.       — Помнится, этот шнурок пылился на полке ещё тогда, когда мой муж выкупил это место… — задумчиво припомнила старушка, аккуратно вытаскивая заветную вещь. — Не думаю, что сейчас его ещё кто-то захочет купить, кроме тебя, — она посмотрела на Бэллу проницательным взглядом водянистых глаз поверх очков. — Ты выглядишь очень ответственной девочкой, — улыбнулась она, протягивая сухенькую морщинистую ладонь, — сохрани его. Это подарок. Думаю, когда-нибудь он сослужит тебе верную службу.

*

      — Изабэлла, можно мне войти? — ненавязчивый стук в дверь вывел девушку из полудрёмы.              Элла нехотя выпуталась из кокона одеяла, принимая сидячее положение и притягивая к себе плед.       — Да.       — Как ты себя чувствуешь? — в дверном проёме появилось обеспокоенное лицо отца.       — Уже лучше. Какао по-прежнему хорошо помогает от душевных недугов, — слабо улыбнулась Элла.       — Значит, дело здесь не в обычной простуде? — подловил на слове Чарли.       — Нет. Дело не в простуде, — она рассеянно разгладила складки пледа на своих коленях. — Столько всего случается в последнее время, па. Мне просто иногда кажется, что я не поспеваю за собственной жизнью…       — Хочешь сделать паузу и во всём разобраться? — проницательно заключил мужчина.       — Угу, — немного угрюмо подтвердила Элла, исподлобья поглядывая на отца.       — Может, тебе стоит развеяться? Съездить с нами на рыбалку? Я, ты, Билли и Джейкоб, как тебе идея?       — Что, прямо зимой? — поразилась Свон, с сомнением оглядывая отца.       — Почему бы и нет? — хмыкнул Чарли.       — Ладно… Но спать же мы будем не в палатке? — осторожно уточнила Элла.       — Нет, конечно, там же холодно! — удивился мужчина.       — Я рада, что ты это понимаешь. — миролюбиво кивнула Элла. — Но тогда…       — Кузина Билли живёт там неподалёку, в плохую погоду мы обычно останавливаемся у неё, — пояснил Чарли.       — Хорошо. Когда выезжаем?       — Завтра утром. Я тебя разбужу.       — Спасибо, па, — она в первый раз за весь день искренне улыбнулась.

*

      — Элла! — широко улыбнулось её личное солнышко. — Не знал, что ты любишь рыбалку.       На крыльцо старого красного коттеджа вышел Джейк с увесистым рюкзаком на плече. За ним в проёме появился Билли. Чарли упоминал, что обычно для своих поездок к озеру они используют его служебную машину, так как в старом пикапе, который раньше принадлежал старшему Блэку, было недостаточно мест.       — Сама не знала, — улыбнулась Свон. — Да вот, решила попробовать.       — Вот увидишь, девочка, тебе понравится, — авторитарно заметил Билли, передавая Чарли удочки.       — Не сомневаюсь, — кивнула Элла, садясь на заднее сиденье машины.       Дорога заняла не больше часа. Маленькое сообщество Пьемонт, куда они держали путь, располагалось прямо на берегу озера Лейк-Кресент в самом сердце Олимпийского парка. Людей здесь жило мало, ещё меньше, чем в Форксе.       Место рыбалки было торжественно выбрано Билли на небольшом деревянном помосте. Пока старшие разворачивали инвентарь и устанавливали удочки, Джейк вызвался показать Элле окрестности.       — У тебя что-то случилось? — как бы невзначай поинтересовался он, сворачивая на узкую тропку между деревьями.       — С чего ты взял? — Свон сосредоточено смотрела под ноги, стараясь не споткнуться. Корни деревьев вокруг имели свойство расти на поверхности, переплетаясь между собой.       — Ты какая-то молчаливая сегодня, — пожал плечами Джейк, оборачиваясь.       — Ну. Как бы объяснить… — Элла запнулась.       — Как есть, — сказал очевидное юноша, на что Свон скептически хмыкнула.       — Если я скажу, что встретила на днях своего давнего… очень давнего друга, о существовании которого не помнила долгие годы и которого считала давно погибшим, ты мне поверишь? — натянуто улыбнулась, поднимая взгляд.       — Как ты могла считать его погибшим, если не помнила о его существовании?       — Сложно объяснить, — Элла нахмурилась. — Он просто… исчез из моей жизни когда-то давно, а теперь появился… Знаешь, не думаю, что смогу тебе нормально всё это рассказать, не став в твоих глазах местной сумасшедшей, — наиграно беззаботно отмахнулась Свон, отвернувшись и ещё более помрачнев.       — Элла, — посерьёзнел Джейк. — я могу просто выслушать. Хочешь, я даже не буду комментировать?       Свон долго буравила затылок впереди идущего парня тяжёлым взглядом, прежде чем глубоко вздохнуть и выложить всё как есть. Она вскользь упомянула, что помнит прошлую жизнь, что там у неё был близкий друг, который ушёл на войну и так и не вернулся, рассказала, как сходила с ума из-за непонятной боли в теле и сильной тяги и как в конце концов умерла и снова родилась. Она детально описала, как в её голове с возрастом начали появляться странные воспоминания и обрывки якобы снов и как она всё в итоге вспомнила, когда увидела его в живую спустя столько лет.       Естественно, Джейк ей не поверил, но, как и обещал, промолчал.       — Спасибо, — прошептала Элла, когда они уже почти дошли до деревянного помоста, где разместились Чарли и Билли. Ей действительно стало легче после того, как её выслушали.       На это Джейк солнечно улыбнулся, приобнял Эллу за плечи и с присущим только ему оптимизмом заявил:       — Всё будет хорошо, вот увидишь!       Пока мужская половина компании рыбачила, Элла накинула на ближайший валун свой плед и устроившись поудобнее, начала читать взятую с собой книгу, каждые несколько минут делая большие глотки горячего травяного чая из термоса. Всё-таки на улице сейчас не май месяц, а середина зимы, и вот так вот сидеть часы напролёт на одном месте без движения было достаточно холодно, даже несмотря на все слои одежды, которые девушка на себя натянула.       Она даже надела штаны, чтобы защитить ноги от ветра, хотя просто не переносила их в обычной жизни.       Вспомнив об этом, Элла грустно улыбнулась. Теперь она понимала, что такое негативное отношение к этому предмету гардероба было вызвано не чувством стеснения за свои ноги и не способом скрыть их, а элементарной привычкой прошлой жизни, которая даже после смерти напрочь укоренилась в её сознании.       Когда одежда, плед и все тёплые платки перестали спасать её от промозглого ветра, Элла спустилась к остальным с видом Великой мученицы окидывая ничуть не замёрзших Блэков и Чарли, весело переговаривающихся громким шёпотом. Вопреки достаточно низкой температуре, озеро не покрылось льдом, поэтому мужчинам даже не пришлось делать лунки. Зато вот рыба, судя по маленькому, почти пустому ведёрку, залегла на самое дно.       — Вы ещё долго? — у Свон уже зуб на зуб не попадал.       — Замёрзла? — улыбнулся Чарли.       — Заледенела просто, — буркнула Элла, удерживая всю тёплую конструкцию на плечах и голове.       — Ха, думаю, нам действительно пора закругляться, — хлопнул по коленкам Билли. — Скоро начнёт темнеть. Да и Марджи, должно быть, нас уже заждалась.       Собрались все значительно быстрее, чем раскладывались, из чего Свон сделала вывод, что замёрзли все, просто кому-то в этом признаться не давала мужская гордость. Незаметно закатив глаза, Элла залезла в машину.       После нескольких минут медленной езды по кочкам они припарковались около маленького деревянного домика, хозяйка которого попивала чай, сидя в кресле-качалке на крыльце под козырьком.       — А я уж было подумала, что вы решили заночевать в палатке! — улыбнулась полноватая женщина за сорок, с миловидным лицом и длинными угольно-чёрными волосами с мелкими седыми прядками.       Её тёмные глаза с только-только прорисовывающимися морщинами смотрели на приехавших с доброй насмешкой и какой-то материнской заботой. Кинув взгляд на всё ещё дрожащую, как осиновый лист, Эллу, женщина недовольно цокнула, строго глянув на мужчин.       — Что ж вы мне ребёнка то морозите, рыболовы! А ну быстро в дом, дорогуша, не хватало тебе ещё заболеть в выходные!       Горячий душ помог отогреться за считанные минуты. Тщательно высушив волосы, девушка надела вязаный шерстяной костюм и толстые носки, нерешительно покидая тёплую ванную комнату с запотевшим от горячего пара зеркалом. Элла в который раз пожалела, что такой привычный ей с детства, удушающе жаркий воздух сейчас можно вдохнуть только в этом помещении.       — Давай-давай, садись, не стесняйся, здесь все свои, — подтолкнула её к столу хозяйка.       Свон пододвинули супницу с ароматным куриным бульоном и тарелку домашних гренок. Горячий чай с малиной и мёдом стал приятным дополнением.       — Так, дорогуша, а теперь к камину и в плед, греться! — женщина заботливо закутала Эллу с ног до головы, потрепав по волосам. — Откуда же ты к нам такая теплолюбивая приехала, девочка? — хмыкнула Мардж, садясь в кресло рядом. Диван около телевизора уже заняли мужчины.       — Из Финикса, мэм, штат Аризона. Звать Эллой, — на всякий случай добавила.       — И как? Хмуро, серо и холодно здесь у нас?       — Угу, — вздохнула Свон, переворачиваясь на бок, чтобы лучше видеть свою собеседницу. — Ужасная погода. Хотя в первые дни после моего приезда в Форксе было солнечно.       — Значит природа тебя любит, — кивнула женщина, довольно улыбаясь.       Элла не слышала, что ещё ей говорили, медленно, но верно, проваливаясь в сон.       Следующее утро было солнечным, от чего за завтраком Мардж всё время на неё хитро поглядывала. Ели они, к слову, просто божественные пирожки с яйцом и луком, запивая их горячим кофе, который Элла пила с некой опаской.       Мужчины ушли на рыбалку сразу после трапезы, а Свон предпочла провести немного времени с Мардж.       Ей нравилась эта женщина. В литературных произведениях таких, как она, называли волевыми и стойкими, с внутренним стержнем. Элла была полностью согласна с этим книжным определением. Эта женщина лишилась в один год мужа и сына, по ужасному совпадению попавших в автокатастрофы, но всё-таки нашла в себе силы жить дальше.       У Мардж были схожие с Билли черты лица, но цвет кожи был значительно светлее, чем у всех остальных коренных индейцев. Она хорошо готовила и зарабатывала на жизнь сбором и засушиванием лечебных растений и варкой из них же снадобий и настоев. Элле она вчера перед сном влила горько-сладкий сироп собственного производства, чтобы у девушки не болело горло.       Мардж была хорошим человеком, но очень одиноким. Элла чувствовала это на каком-то подсознательном уровне, поэтому неосознанно старалась пробыть с ней как можно дольше.       Ближе к обеду, когда они с Мардж приготовили лазанью и зажарили цыплёнка, Элла пешком пошла в сторону вчерашнего помоста, на котором сегодня рыбачили мужчины, успешно забывшие свои телефоны на прикроватных тумбочках.       Идти было минут десять по не густому лесу с тропинкой. Элла не торопилась, еда не остынет, находясь в тёплой духовке, да и Блэки с Чарли уже вряд ли вернутся на холод после сытного обеда, так что пусть подольше порыбачат.       Свон шла прогулочным шагом, рассматривая корни деревьев, небольшие, по сравнению с лесом около Форкса, ели и сосны, что не сбросили зимой свои красивые иголки и сейчас стояли припорошенные снегом, переливаясь в лучах солнца.       Элла не заметила, как наступила на один из корней, скорее почувствовала боль в лодыжке, когда нога с треском провалилась в небольшое углубление.       Вскрикнув и тут же ругнувшись, Свон попыталась выбраться из крепких тисков, надеясь, что с ногой всё хорошо. На ней были плотные сапоги, а под ними утеплённые штаны и гольфы, так что шанс, что она могла поцарапаться очень мал, а вот то, что она могла случайно заработать внутреннее растяжение, Элла почти не сомневалась.       После ещё пары безрезультатных попыток выбраться из захвата, Свон решила, что стоит попробовать чем-то поддеть твёрдую кору. Оглянувшись по сторонам, подходящая палка нашлась в метре от неё, но вот дотянуться до предмета и не навредить ноге было сложно.       Кричать было бесполезно, она находилась ровно в половине пути как до берега озёра, так и до дома. Не было никаких шансов, что её услышат. Телефон показал отсутствие связи, из-за чего Свон начала нервничать ещё сильнее.       Ещё с десяток минут помучившись и окончательно запыхавшись, Элла обречённо застонала, собираясь присесть, но резко пришедшее предчувствие заставило её тело моментально напрячься.       — Какого чёрта, Вселенная? — недовольно прошипела Свон, безрезультатно дёргая ногой.       Она ещё раз недовольно глянула на небо, уже готовясь выплеснуть весь поток ругательств, но шелест талой листвы и тяжёлое дыхание заставили её тело застыть, а язык моментально перестать слушаться.       POV ELLA       Тяжёлые крадущиеся шаги, сминающие под собой сухую листву и громкое дыхание заставили меня закаменеть от ужаса. То, что это никакой не человек, догадаться было не трудно. Просто потому что люди так не ходят.       Сил кричать не было. Был лишь сковавший всё тело животный страх от осознания близкой смерти.       Я медленно повернулась на источник звука, еле сдерживая предательскую тошноту, волной подкатившую к горлу. Желудок сжало, а по спине и конечностям пробежала дрожь.       Передо мной стояло нечто, внешне напоминающее волка, однако размеры существа превышали все мыслимые и немыслимые параметры этого вида. Если бы не густая шерсть и воистину хищная морда, я бы решила, что это лошадь, — настолько он был огромным.       Чёрная шерсть и такого же цвета глаза совсем не кстати навели меня на ассоциации с Госпожой Смертью и Гриммом, предвестником смерти, пуская по телу ещё одну волну дрожи, но уже значительно мощнее предыдущей.       Я не знала, что делать. Не знала, о чём думать. Я просто не могла сейчас даже нормально соображать. Мысли сбивались, путались и ни капли не помогали ситуации.       Всё моё существо только и было способно на то, чтобы с ужасом смотреть на острые клыки, торчащие из пасти значительно большей, чем у обычного волка.       В голове промелькнуло описание волкодава из какой-то книги…       Волкодав. Да, это слово определённо лучше описывает этого зверя, чем просто волк.       Перед глазами уже заплясали чёрные пятна — верный признак скорого обморока, но воспоминание того, что именно так и закончилась моя прошлая жизнь, подействовало не хуже нашатырного спирта.       Прошлая жизнь…       — И что мне делать, если я встречу койота?       Он смерил меня долгим, пронзительным взглядом.       — Если ты встретишься с хищником, не давай ему повода напасть на тебя. Покажи, что ты не опасна.       — Но как?       — Не смотри ему в глаза и не делай резких движений. Попробуй сделать что-нибудь, что покажет твою беззащитность. Попробуй поговорить с ним тихим и спокойным голосом, сядь на землю или притворись мёртвой…       Воспоминания пронеслись в голове сплошным калейдоскопом, заставив судорожно вздохнуть. Я тогда так и не встретила койотов… Но ведь всё это хранитель говорил не только про них, но и про других хищников…       Я медленно начала садиться. Сжала челюсти со всей силы, терпя боль в ноге.       Опуститься получилось почти бесшумно. Я полностью легла на промозглую землю, буравя напряжённым взглядом открывшееся моему взору небо.       — Попробуй поговорить с ним тихим и спокойным голосом, сядь на землю или притворись мёртвой…       Чёрт, хранитель! Как можно говорить с ним и притворяться мёртвой одновременно?!       Я на секунду прикрыла глаза, пытаясь пересилить себя и заставить двигаться онемевшие губы.       — Знаете, а я ведь уже умирала господин Гримм, неужели Вы не помните? — голос звучал глухо и тихо, почти безразлично.       — В этот раз будет больнее, не так ли? Видите ли, я так и не поговорила с моим хранителем… Но я благодарна Вам за второй шанс… — вздрогнула, снова на секунду прикрыв глаза, когда услышала тяжёлое дыхание зверя значительно ближе.       Сердце ёкнуло, когда ветер заставил невысокие деревья с треском покачнуться.       — Наверное, трудно быть Вами, господин…       Губы окончательно перестали меня слушаться, когда я уловила боковым зрением чёрный нос, скользнувший по моим растрепавшимся по земле косам.       Несколько минут стояла оглушающая тишина. Я ни о чём не думала, всматриваясь в небо и кучевые облака, совершенно забыв обо всём, кроме наличия зверя в опасной, просто смертельной близости от меня.       Тихое рычание послужило командой для, оказывается, застывших в глазах слёз покатится по щекам.       Лохматая морда появилась надо мной слишком быстро, чтобы я успела отвести взгляд. Чёрные, вблизи тёмно-карие глаза вопреки ожиданиям не смотрели на меня плотоядно или зло и не обещали «вселенские муки» и «небесные кары», как описывалось в мифологии.       Нет, это был очень усталый замученный взгляд, так похожий на человеческий, что внутри меня зародилось сомнение. Мне совершенно иррационально захотелось обнять его, будь он хоть волк-мутант, волкодав, Гримм или ещё кто…       А, собственно, почему бы и нет? Я ведь всё равно умру. Судя по исхудавшим бокам, существо давно не ело дичи…       Аккуратно сажусь, стараясь абстрагироваться от запоздало занывшей ноги и аккуратно развожу в сторону руки, мысленно уже называя себя сумасшедшей.       Он долго смотрит на меня, прежде чем повалиться рядом, от чего я буквально подпрыгиваю, и осторожно уткнуться своей мордой мне в живот, жалобно заскулив. Я осторожно кладу свою дрожащую руку на его холку, прикрывая глаза, чтобы сдержать вскрик, когда он непроизвольно дёргается.       Медленно поглаживаю.       Да, так мыслить удаётся значительно лучше, чем когда эта громадина находится надо мной или вне поля моего зрения.       Вздыхаю.       — Что же ты за зверь такой? — шепчу, почёсывая его за ухом. — Я приняла тебя за Гримма… Но ты вроде как не собираешься лишать меня души или что-то вроде этого…       Он действительно фыркнул?       — Ты ведь меня понимаешь? — на всякий случай уточняю.       Он приподнял морду… и кивнул.       — О.       Это значительно упрощало ситуацию.       — Ты собираешься меня есть? Кусать? М-ммм… Лизать?       Он посмотрел почти возмущённо, однако поймав мой серьёзный и напряжённый взгляд, решительно помотал мордой.       У меня будто камень с плеч упал. Громадный. Конечно, глупо верить существу, учитывая то, что он вполне себе может оказаться демоном или бесом, но всё же это было единственное, что меня так сильно волновало сейчас.       — Отлично, — я даже прикрыла глаза, переводя дыхание. — Хорошо. Зачем ты показался здесь? Тебе нужна помощь?       Зверь как-то странно посмотрел на меня, скосив глаза в сторону моей застрявшей лодыжки.       Я закусила губу, нерешительно кивая. Это кому ещё чья помощь нужна…       — Ты прав, мне нужна помощь. Ты сможешь…       Прежде чем я договорила, зверь поднялся и медленно развернулся к сплетению корней, куда я умудрилась провалиться. Рывок мощной челюсти и я снова свободна.       Медленно встаю, пробно упираясь на освобождённую ногу и с облегчением выдыхаю. Немного ноет после сильного сжатия, но не повреждена и, слава Аполлону, не вывих и не растяжение.       Я судорожно выдыхаю, смотря на существо, что резко как-то сгорбилось и совсем по-человечески нахмурилось. Этот жест заставляет меня резко втянуть воздух и, округлив глаза, воззриться на него, как на восьмое чудо света. От поразившей меня догадки я буквально открыла рот от удивления.       Это же не может быть то, что я думаю..?       Но поймав теперь уже совершенно человеческий взгляд карих глаз, смотревший с недоумением и лёгким испугом, я в этом только убедилась.       — Чёрт возьми, Вселенная, что же ты ко мне так прицепилась то… — неожиданно даже для себя взвыла в голос, переводя на попятившегося зверя больше не замутнённый страхом, осмысленный взгляд здравомыслящего человека. Правда, думается, немного... плотоядный.       Ибо… где мне ещё доведётся увидеть настоящего оборотня?       — Стоять! — шикнула я, медленно подходя к зверю. — Обалдеть просто… — шепчу неверяще, заглядывая в глаза.       — Ты что это… Давно так ходишь? — ловлю его непонимающий взгляд. — Худой такой, словно не в лесу живёшь, а в степи, неужели не умеешь охотиться?.. Или противно есть сырое мясо? — догадалась.       Его непонимающий взгляд сменился ошарашенным.       — Ты хотя бы кивай в ответ, я мысли так то читать не умею, — я укоризненно покачала головой. — Давай сначала…       Глубоко вздохнула.       — Ты оборотень?       Он неоднозначно повёл плечами, или как это место у животных называется?       — То есть как? Сам не знаешь?       Кивнул.       — Так… Хорошо. Полагаю, в человека ты перекидываться не умеешь?       Зверь отрицательно помотал мордой.       — Ладно. Попробуем тебе как-нибудь помочь.       Думала я, к слову, не долго. Ну, собственно, что я могу сделать для него? Не так-то и много…       — Пойдём, — я уверенно развернулась, держа путь к деревянному дому Мардж, так удачно расположенному на отшибе.       Не могу же я, в самом деле, кинуть этого человека в такой патовой ситуации? Он же одичает! И нам же потом хуже будет, когда такая вот махина всё же пересилит себя и начнёт питаться мясом… Оборотни, помниться, имеют быструю регенерацию, так что ещё не факт, что его можно застрелить… END ELLA       Сказать, что Мардж была так уж сильно шокирована тем обстоятельством, что Элла привела в её дом оборотня, было нельзя. Она хоть и была женщиной взрослой, но всё ещё верила в сказки и легенды. Происхождение от квилетов со стороны матери как бы обязывает.       Вдвоём они привели зверя на задний двор, скормив тому жареного цыпленка.       — Ну что, голубчик, будешь облик возвращать? — хмыкнула Мардж, когда существо целиком заглотило пищу.       — Он не может, — задумчиво пробормотала Элла. Потом её хмурое лицо разгладилось, а в глазах заплясали весёлые искорки. — Мардж, ты совершенно случайно не читала Гарри Поттера?       Женщина широко, совсем по-девичьи, улыбнулась.       — Помнишь третью часть романа, где ещё Сириус Блэк в образе собаки-анимага мельтешил? — отзеркалила её улыбку Элла.       Они одновременно повернулись к зверю, что смерил их довольные лица подозрительным взглядом.       — Значит так, голубчик, надеюсь ты не сильно запамятовал, как выглядишь в человеческом обличии?       Оборотень оскорблено фыркнул.       — Ляг, закрой глаза, расслабься и представь, как ощущаешь своё тело, сначала свои пальцы на ногах… ты чувствуешь, как сгибаются твои колени, когда ты садишься…       На это дело они убили больше часа, периодически сменяя друг друга и монотонно читая зверю лекцию по медитации. Но разве есть на свете что-то, с чем не справились бы две женщины, знающие, чего хотят?       Через семьдесят четыре минуты перед ними на тонком слое снега лежал совершенно голый и ужасно худой мужчина.       — Спасибо… — искренне прошептал он, прежде чем отключиться.       Как они его одевали и перетаскивали на диван в гостиной — отдельная история, которая останется за кадром.       Другой вопрос был в том, как объяснить отцу Эллы и двум Блэкам, что в доме Мардж делает посторонний полуголый мужчина… Однако, удача сегодня была однозначно на их стороне.       — Это Сэм Адли, — удивленно, но уверенно заявил старший Блэк, вернувшись с рыбалки. — Он пропал чуть больше двух недель назад…       — Ну вот как пропал, так и нашёлся, — заявила Мардж и как ни в чём не бывало отправилась на кухню. — Кто будет лазанью?       Как ни странно, но после этой фразы вроде как ужасно уставший ещё час назад недо-оборотень резко подскочил на диване, испуганно озираясь по сторонам. Элле вдруг подумалось, что превратись она средь бела дня в огромного зверя, то точно бы рехнулась.       — Привет, Сэм, — начала она тихим и спокойным голосом. — Хочешь лазанью?       Молодой мужчина, который вблизи оказался едва ли совершеннолетним парнем, сразу расслабился, стоило ему увидеть перед собой миролюбивое лицо девушки. Интересно… — подумалось Элле.       — Да, — хрипло и тихо ответил, переводя взгляд на остальных присутствующих. — Здравствуйте.       — Привет, Сэм, — младший Блэк ещё не отошёл от того, что его давний знакомый нашёлся здесь, так далеко от Ла-Пуш.       — Что вы там копошитесь, еда остывает! — требовательный окрик Мардж заставил всех быстро подняться.       Элла придержала пошатнувшегося было Адли за локоть, помогая обойти журнальный столик и уверенно, но осторожно повела его к столу.       Вечером в Форкс они возвращались впятером.

—