Элла

9.

      Высокие дубовые стеллажи с кованными ножками, расписные стены, украшенные картинами в золотых рамах. Откуда-то слева виднелись блики разожжённого огня в камине и тени глубоких кресел, наверняка не менее искусно обшитых, чем бордовый диван, прямо на котором проснулась Элла.       Свон напряжённо лежала на спине, рассматривая еле различимые в полутьме зала рисунки на высоком потолке, похожем на свод какого-нибудь храма с неприлично большими пожертвованиями от прихожан.       Привстав на локтях, Элла внимательно осмотрелась, стараясь не издавать ни звука.       Она была в библиотеке. Огромной, просто громадной библиотеке с десятками высоченных стеллажей не только с книгами, но и чем-то гораздо более старым, похожим на свернутые в рулоны пергаменты и свитки.       Элле даже гадать не пришлось, чтобы понять, что это очередное крыло старого замка, который никак не хотел её отпускать, настойчиво притягивая в свои стены каждую ночь. А как ещё можно объяснить её здесь появление? Она совершенно точно не бывала в этих окрестностях в своём собственном «полном составе»… В том смысле, что её ноги никогда не ступали по этим землям.       Думаю, как барышня из средневековья — поморщилась Элла, массируя виски.       Тот факт, что здесь она появлялась без привычного, её собственного тела, звучал дико, как ни посмотри, и совершенно не хотел укладываться в сознании.       Но это всё же был факт.       Кожа её нынешних рук была не просто бледна, а практически прозрачна. В первый свой визит сюда она не обратила на это никакого внимания, но побывав в освещённой комнатке, читай, хоромах, загадочной Джейн, смогла более внимательно себя осмотреть.       И увиденное… откровенно не радовало. Это было какое-то слишком хрупкое, слишком низкое, слишком худое, слишком светлое тело.       Всё в нём было слишком.       Даже этот чёрный балахон не мог скрыть ужасающе острых коленей и выпирающих косточек на запястьях и ключицах.       Она не могла быть уверена, что ей вообще когда-нибудь удастся в полной мере узнать, какого лешего здесь происходит. Чёрт. Даже для её картины мира это всё выглядело нереально сверхсверхъестественно!       Элла бесшумно поднялась с дивана, нервно рассматривая босые синюшные ступни. Она не хотела думать, что в данный момент занимает тело какого-нибудь утопленника, но не могла не признать, что у живых людей подобной кожи просто не бывает. Даже у альбиносов. Даже у аномальных жителей этого замка.       Только у полноценных трупов.       Снова поморщившись, Элла медленно подошла к ближайшему из стеллажей, осторожно проводя указательным пальцем по корешкам книг.       А они гораздо старее, чем могут показаться на первый взгляд — отметила она, бегло осматривая содержание полки.       Большинство названий были на других языках, многие из которых Элле были совершенно незнакомы. Она могла чисто гипотетически различить французские издания, греческие, итальянские, кое-где виднелись иероглифы и совсем немного кириллицы…       Пройдя до конца стеллажа, Свон завернула в сторону камина, осторожно осматриваясь. Ей казалось странным, что она никогда не слышала о так хорошо сохранившемся королевском замке, в самом, как сказала Джейн, сердце Вольтеры.       Что вообще за итальянский город такой — Вольтера? — мотнула головой Свон, заворожённо рассматривая нечто, подозрительно напоминающее древний шелковый и явно родовой гобелен.       Герб на нём был выполнен в форме внушительной буквы «V», инкрустированной алыми драгоценными камнями, переливающимися кровавыми бликами в свете камина, над которым тот висел. Золотые нити, казалось, сияли изнутри своим собственным светом. На гербе контрастом выделялись чёрные символы двух воронов и мёртвых деревьев, причудливо оплетающих рамы своих ячеек.       По телу пробежал табун мурашек, заставляя невольно передёрнуть плечами.       Такое древнее сокровище, находившееся так близко, внушало трепет и благоговение. Оно манило, притягивало, будто стараясь что-то нашептать, показать…       Элла моргнула. Золотые нити были так близко. Она отпрянула, с ужасом понимая, что совершенно не заметила, как подошла почти вплотную к гипнотическому сокровищу. Сделав для надёжности ещё несколько шагов в сторону, Элла упёрлась лопатками в стеллаж, переводя дыхание.       Вдруг в отдалении послышался глухой скрип, прозвучавший сродни выстрелу в тишине высоких сводов библиотеки. Свон напряглась, настороженно прислушиваясь. Она не слышала шагов, но отчётливо понимала, что теперь не одна.       Элла почти не дышала следующие минуты, вслушиваясь в тишину. Теперь она не казалась ей ни умиротворяющей, ни уютной, вызывая лишь липкий страх, заставляя всеми фибрами души желать убраться отсюда подальше.       Где-то совсем рядом послышался звук раскрывающейся книги. Элла подсознательно ждала чего-то подобного, но всё равно не смогла сдержать вздоха.       Шелест страниц прекратился.       Она слышала шорох одежды, неминуемо приближающийся к её замершему в полутьме силуэту. Казалось, у неё ещё было время, чтобы уйти, убежать, как вдруг рядом с ней выросла высокая фигура, с мерцающими алыми глазами.       Вскрикнув, Элла резко отпрянула, теряя равновесие. Уже представляя столкновение с полом, перед глазами вдруг мелькнула мощная рука, с силой вздёрнувшая её вверх. Болезненно поморщившись, Свон замерла в нескольких сантиметрах от крепкого тела, хозяин которого не моргая изучал её, что было пугающе странным, ведь она была невидима для других.       — Кто ты? — бархатный баритон, пропитанный холодом, заставил Эллу вздрогнуть, быстро заморгав.       — Призрак? — прозвучало неуверенно и очень тихо. В помещении, где любой шорох отдаётся нестройным эхом, Элле не хотелось разговаривать совершенно, но она была убеждена, что как минимум обязана объясниться.       — Ещё раз. Кто ты? — лицо мужчины оставалось всё таким же безучастным, но в голосе отчётливо стала звучать сталь.       — Человек, — более уверенно ответила Элла, запоздало замечая, что в руках у мужчины сверкнул кинжал. — Самый обычный человек, безоружный, — прошептала она, косясь на бледную, будто сделанную из мрамора руку, что покоилась на её вдруг ставшей невероятно хрупкой шее.       Рука не сдавливала, не держала крепко, просто лежала, будто мужчина хотел тем самым убедиться, что она всё ещё здесь, перед ним.       — Человек, — равнодушно повторил незнакомец, отступая на шаг и будто сканируя её взглядом. — Человек? — в голосе еле различимо проскользнуло недоверие.       — Я могу уйти? Пожалуйста… — умоляюще зашептала Свон, когда тишина стала давить, вынуждая втягивать голову в плечи.       Такое поведение было ей совсем не свойственно. Элла с ужасом поняла, что сейчас совершенно не похожа на себя. А в купе с отсутствием здесь её настоящего тела… Это осознание вызвало ещё большую панику.       — И как ты собираешься уйти? — кривая усмешка на бледных губах смотрелась неправильно, чужеродно.       — Просто… проснуться? — Элла щипнула себя за запястье.       Конечно, ничего не произошло.       Ещё одна кривая, будто вымученная усмешка исказила бледное лицо мужчины, в красных глазах промелькнул огонь, а в руке блеснуло лезвие. Элла закричала, содрогнувшись всем телом…

*

      …Чтобы в следующее мгновение рухнуть на пол уже своей собственной комнаты.       Выпутавшись из скомканного одеяла, Свон искренне поблагодарила всех Богов, которых на автомате припомнило шокированное сознание. Рывком поднявшись, Элла пошатнулась, медленно направляясь в сторону ванной комнаты. Холодная вода помогла избавиться от липкого ужаса, немного успокоив колотящееся в груди сердце.       Свон вернулась в кровать, закутываясь в кокон из простыней и пряча голову под подушкой…       …Тишину ночи нарушил возмущённый вопль, проклинающий всё семейство кошачьих вплоть до саблезубых тигров и недовольное мяуканье разбуженного кота…

*

      Утро выдалось солнечным и снежным, что заставило улыбнуться даже Эллу. События ночи были отодвинуты на задний план, а блохастый комок с хитрющей мордой довольно поедал свою порцию оладьев. Кот, успешно доставленный шерифом полиции его пожилой хозяйке, снова заявился в их скромную обитель.       — Так ты вернёшься только в воскресенье вечером? — пробурчал Чарли, явно не очень довольный тем, что дочь решила заночевать в каком-то хостеле.       — Да, пап, — непринуждённо ответила Элла, щедро поливая свою порцию завтрака сладким сиропом.       — И с тобой будут твои одноклассницы?       — Да, пап, — первый кусочек оладушка уже был жадно поглощён, безумно довольной собой Эллой, которая впервые в жизнях не спалила ни единого румяного кругляша. Грех тут не радоваться!       — За рулём будет Анжела?                   — Ага, — тщательно пережёвывая, откликнулась Свон, запивая всё горячим какао.       — И вы уже всё продумали и предусмотрели?       — Угу.       — И ты…       Дверной звонок прервал родительский допрос самым некультурным образом.       — Я наелась, спасибо, меня ждут, мне пора, — резво соскочив со стула и на редкость аккуратно выгрузив грязную посуду в раковину, Элла послала Чарли воздушный поцелуй, выбегая в коридор.       Хороший завтрак и погода всегда поднимали ей настроение до просто неприлично высокой планки.       — Привет, Элла, — пискнула Джессика, не ожидающая от нее таких крепких объятий.       — Какой сегодня замечательный день! — чрезвычайно бодро воскликнула Свон, заливисто рассмеявшись.       — Эм… — Джесс покосилась в сторону машины, из которой уже выглядывали Анжела и Ребекка.       Рыжеволосая, увидев вытянувшееся лицо подруги подхватила смех. Анжела, их сегодняшний шофёр, улыбнулась, подозрительно закашлявшись.       Наблюдающий за всем этим из кухонного окна Чарли лишь покачал головой, косясь в сторону сытого и довольного кота, развалившегося на подоконнике и греющего полосатые бока на солнышке.       — Никогда не понимал женщин… — пробормотал мужчина, в смятении переводя взгляд на уже остывший какао.

*

      Стоило им добраться до Сиэтла, и пошёл сильный снегопад, больше похожий на сплошную белую стену. Они оставили машину около небольшой гостиницы, решив начать прогулку по городу уже сейчас. Вокруг было много машин и людей, тонкими ручейками идущих в стороны тёплых и сухих закусочных, где можно было бы переждать непогоду за чашечкой крепкого кофе.       Девочки добрались до Пайк-Плейс ближе к полудню, завалившись румяные и продрогшие в ближайшую кофейню. С комфортом расположившись за круглым столиком, они сделали заказ.       — Ты обязательно должна сходить с нами по магазинам! — вдохновлено щебетала Джесс, делая первый глоток обжигающе горячего напитка. — Мы с Ребеккой хорошо знаем город, так что поведём тебя по лучшим местам!       — Ты уверена, что одежда в здешних магазинах придётся мне по вкусу? — скептически уточнила Элла, накалывая на вилку кусочек стейка. Не одной же выпечкой питаться, в самом деле.       — Об этом не беспокойся! — отмахнулась подруга. — Здесь очень большой выбор!       — Кстати, здесь же есть книжный магазин, верно? — начала Элла, поглядывая на Анджелу, что старательно записывала названия магазинов, которые они собирались посетить.       — Верно, — кивнула Анджела, задумчиво постукивая кончиком карандаша по столешнице. — их здесь довольно много, но я бывала только в нескольких. Вписать их в список?       — Да, пожалуйста, — благодарно улыбнулась Элла, оглядывая помещение.       — Не забудь ещё вписать Пайк Плэйс Маркет, — промычала Ребекка, старательно остужая свой чай с жасмином.       — Зачем тебе рынок? — удивилась Элла.       — Ай, — отмахнулась та. — моя сестрица большой любитель домашнего сыра, но очень ленивый любитель, а здесь есть одно место, где его продают.       — Знаете, — Элла откинулась на спинку стула, — за всё время, пока мы здесь, вы очень часто упоминаете об «одних местах», — задумчиво протянула. — Вы действительно так часто сюда приезжаете?       — Нет, на самом деле, — за всех ответила Джессика, после недолгого переглядывания. — Просто в Форксе почти нечем заняться, а в Порт-Анжелесе мы облазили уже все углы.       Ребекка хмыкнула.       — Сюда мы приезжаем от силы пару раз за сезон. Слишком много бензина тратиться, — она развела руками, а потом поспешно добавила, — но все свои визиты мы тщательно планируем! — Ребекка гордо вздёрнула подбородок, кивнув на Вебер.       — Так вот зачем тебе список магазинов… — протянула Элла, неожиданно проникнувшись идеей.       — Да, — утвердительно кивнула Анджела, поправив очки, — обычно мы составляем его ещё до приезда сюда, но в этот раз у нас есть больше времени, так что… — пожала плечами Вебер, откусывая сэндвич с тунцом.       После перекуса они в активном темпе посетили несколько довольно больших магазинов одежды, больше примеряя, чем покупая. Но в итоге Элла стала счастливым обладателем шерстяного пончо с рисунком стаи серых волков у заснеженной горы, — уж очень оно ей приглянулось.       Побродив по улочкам до самой темноты, девочки вернулись к машине и, забрав вещи, сняли номер с двумя большими кроватями.       Джессика и Ребекка устроились в комнате поменьше, а Анжела и Элла заняли ту, что находилась у самого входа в номер. Но, как это обычно бывает, как только свет погас, сон у них, как рукой сняло. Так что это была очень интересная ночь со страшилками от Ребекки, которая, будучи одной из младших в семье детей, знала их превеликое множество.       Элла впечатлилась. Не то, чтобы истории были действительно страшными, но подруга оказалась хорошим рассказчиком. Ребекка умело меняла тембр своего голоса, порой переходя на громкий проникновенный шёпот или добавляя рычащие нотки, когда реплика принадлежала какому-нибудь маньяку. Рядом с ней стояла тумбочка с шуршащим пакетом и скрипучей дверцей, — которыми она не гнушалась создавать спецэффекты.       Одним словом, это была та ещё ночка, но зато Свон не бродила ни по каким замкам и не переселялась, словно бесхозная душа, в чужое тело.       Второй день они провели примерно так же, как и первый, с той лишь разницей, что после обеда решили разделиться, чтобы уложиться в план. Анжела и Элла направились в один из крупных книжных, а Ребекка и Джессика решили посетить салон красоты ради новых стрижек.       Когда уже начало темнеть, они созвонились и договорились встретиться в небольшой закусочной. Когда Элла с Анжелой вышли из очередного книжного, Свон заметила между зданиями непримечательную лавку с пыльной витриной. Предчувствие подсказывало Элле, что ей следует зайти туда, но у них обоих сели телефоны, так что стоило поспешить встретиться с девочками.       — Анжела, иди вперёд, я ещё кое-куда зайду, — пробормотала Элла после недолгих раздумий, круто разворачиваясь.       — Ты уверена? — нахмурилась подруга. — Может тогда вместе сходим? Ты же плохо ориентируешься здесь.       — Не нужно, девочки нас потеряют, — решительно помотала головой Свон. — Я найду дорогу, не беспокойся.       Лавка внутри была совсем крошечной, с пыльным скрипучим паркетом и тусклыми стенами неопределённого цвета. Почти все поверхности занимали различные безделушки, начиная от перьев и заканчивая плетёными ковриками причудливой формы. Несколько маленьких картин были стопкой сложены в углу. Ветхий буфет с непривычно широкими ручками был завален старыми браслетами-фенечками. Музыка ветра, вывешенная над прилавком, заиграла лёгким перезвоном колокольчиков, стоило прохладному ветерку проникнуть внутрь.       Но больше всего Эллу поразило количество часов самых разных форм и размеров. Здесь были и напольные шкафчики с маятниками, и настенные теремки с кукушками, и круглые, современные циферблаты, карманные часы, настольные, несколько полочек с будильниками и даже отдельная коробка с совсем крошечными механизмами, не превышающими своими размерами и донышка стакана.       Свон застыла, вслушиваясь в монотонное хоровое тиканье. Отчего-то ей было так спокойно здесь.       — Пришла таки, — раздалось совсем рядом.       Элла вздрогнула, обернувшись.       В потрёпанном кресле сидела старуха с настоящим веретеном в руках и методично наматывала белоснежную нить.       — Здравствуйте… — растерянно отозвалась Свон.       Понять, что перед ней кто-то более сверхъестественный, чем просто пожилая дама, было довольно просто. Её седые волосы, каскадом спускающиеся по плечам и рукам ярко сверкали и переливались, отливая какой-то лунной голубизной.       — Подойди, — было нельзя точно определить, какой голос был у старухи. Он звучал глубоко и мягко, словно эхо в пещере, но при этом в нём была и заметная хрипотца и мелодичное мычание и неопределённое журчание, похожее на бульканье воды. Элле подумалось, что точнее всего будет назвать её голос никаким.       — Кто Вы?       — Кто я? — старуха отчего-то хрипло рассмеялась, отодвигая длинную чёлку. Два бесцветных глаза, поддёрнутые поволокой слепоты, смотрели неожиданно прямо и ясно. — Клото.       — Приятно познакомиться, мадам Клото, — пробормотала Элла. Это имя ей показалось смутно знакомым. — Вы поприветствовали меня так, словно знали, что я приду…       — Конечно знала, глупое дитя! — костлявая рука требовательно указала на корзину с уже готовыми мотками нити.       Приглядевшись, Элла увидела на них большое количество узелков, словно нить уже не раз рвалась. Местами белые волоски выбивались из прямой сплетённой линии и некрасиво топорщась в разные стороны.       — Как тебе?       — Мотки довольно… неаккуратны, — вежливо отозвалась Свон, настороженно косясь на собеседницу.       Хриплый, всепоглощающий смех, раздавшийся, казалось, не иначе, как в её голове, заставил Эллу крупно вздрогнуть, покрывшись мурашками.       — Научись ценить то, что имеешь дитя. А сейчас тебе пора, — старуха резко натянула нить. — чувствую, узлов в твоей жизни будет ещё много…       — Простите?       Элла моргнула.       Кресло перед ней было пустым.       Обойдя помещение, чтобы удостовериться в том, что действительно осталась одна, Свон вышла на улицу, уставившись на кружащие хлопья снега.       Она шла по пустынному тротуару, в сторону нужной закусочной, глубоко погружённая в свои мысли, когда из-за угла послышалась ругань и громкий пьяный смех.       — Эй, как дела, малышка? — гнусавым голосом окликнул один из парней, перегородив ей дорогу. — Не хочешь составить нам компанию?       — Вы случайно не знаете, что означают узелки на нитях и как это может быть связано с чьей-то жизнью? — совершенно не в тему спросила Элла. После красноглазых обитателей замка с их необъяснимыми наклонностями и золотыми кинжалами в рукавах, а также после здоровенного волка-оборотня Сэма, последнее, чего боялась Элла — это парочку пьяных подростков, едва достигших порога совершеннолетия.       — Чего-ооо? — заплетающимся языком пробормотал один из них, глупо выпучив глаза.       — Ты что, малышка, сказок не читала? Это же очевидно… — рассмеялся один из них, приобняв девушку за плечи. Предчувствие подсказывало девушке, что этот высокий брюнет был самым трезвым.       Но ещё даже не начавшийся разговор прервал резкий скрежет и свист шин, две фары вспыхнули так ярко, что им пришлось зажмуриться и отшатнуться.       Вот сейчас Элла действительно испугалась. Она не могла открыть глаза из-за яркого света фар-прожекторов — не иначе! — но отчётливо слышала скрежет тормозов…       Кто-то чуть не задавил их, хотя они и стояли на тротуаре.       — Это чё за фигня?! — воскликнул один из подростков, резко отскочив в сторону.       — Быстро в машину! — Эллу пробил холодок.       Рыжий с шизофренией?! — нервно подумала она, даже не думая отходить от стены, к которой её оттолкнул парень с, как оказалось, отличной реакцией.       Но, похоже, ненормальный Каллен всё решил за неё. Элла даже вскрикнуть не успела, как оказалась грубо закинута на переднее сиденье машины. Запоздало скривившись от боли, она с ужасом смотрела за действиями Эдварда, который, словно голодный дикий зверь, надвигался на пьяных парней.       Девушка молилась Вселенной и всем Богам, чтобы у тех было всё нормально с инстинктом самосохранения и они поскорее убрались отсюда до ближайшего полицейского участка и сообщили о том, что на их глазах похитили девушку…       Рыжий буквально залетел в машину, резко надавливая на газ. Элла побелела, как мел, когда поняла, что машина едет на полной скорости прямо на убегающих подростков. Резко затормозив, Каллен совершил какой-то нереальный поворот, выжимая из машины максимум. Глухое рычание и мощный удар по рулю заставили девушку вжаться в дверь, безрезультатно дёргая ручку. Заперто.       — Надо бы вернуться им головы поотрывать! — взбешено рыкнул рыжий, сжимая кулаки.       — Нет! Не надо! — жалобно пискнула Элла, судорожно пытаясь придумать пути отступления.       — Ты не знаешь, о каких гнусностях они думали!              — А ты знаешь?! — вскинулась Свон, припоминая, о чём вообще шла речь до того, как шизофреник решил её похитить.       — Не трудно догадаться, — скривился Эдвард, игнорируя обиженные сигналы других машин, которые он жёстко подрезал, выворачивая на главную улицу.       Она вскинула бровь, выжидающе уставившись на парня.       — О другом можешь поговорить? — теперь уже зашипел он. — Отвлеки, чтобы я не вернулся!       И тут Элла снова вспомнила, в какой ужасной ситуации оказалась.       — Зачем ты похитил меня? — нахмурилась она и посмотрела на Каллена в упор.       — Я?! Похитил тебя? — он изумлённо на неё уставился, даже не думая следить за дорогой.       Свон снова машинально подёргала за ручку двери, которая была всё ещё закрыта. Эдвард проследил за её поспешными действиями и вдруг громко рассмеялся.       Боги, он нас точно сейчас угробит! — ещё пуще запаниковало сознание, когда они проехали на красный по перекрестку, даже не притормозив.       — Останови машину! — шикнула Свон, нервно вскрикнув, когда машина лихо вильнула вправо, объезжая припаркованные вдоль обочины мотоциклы, едва не задевая их.       Каллен перестал смеяться, снова удивлённо на неё посмотрев.       — Сейчас же останови машину!! — уже по-настоящему завизжала она так, что даже у неё самой заложило уши.       Скрежет тормозов сейчас не казался ей чем-то опасным. Наоборот, он был сродни спасению. Элла даже не думала прощаться, резко распахнув дверь, она вылетела из машины, на полной скорости залетая в ближайшее заведение, забитое посетителями. Подбежав к барной стойке, она попросила у бармена сотовый, спешно набирая номер Джессики.       Нет, она не выйдет отсюда одна! Ни за что! Нет-нет-нет!!       — Джесс! Это Элла! Можете забрать меня? Я в… — она беспомощно уставилась на бармена, который любезно протянул ей подстаканник с эмблемой бара, — в баре «Три тигра»! Я потом вам всё расскажу, только пожалуйста заберите меня отсюда… — попросила Элла, устало массируя переносицу. — Спасибо, буду ждать.       — Трудный день? — участливо поинтересовался бармен, протягивая ей лимонную воду.       — Трудная жизнь, — буркнула Элла, возводя глаза к потолку.       Благо, девочки подъехали быстро. Оставшуюся дорогу до Форкса они обсуждали семейство Калленов, строя теории и предположения о том, зачем Эллу выследил и похитил Эдвард и что ему от неё было надо.       — Может он в тебя просто влюбился? — казалось, Джессика сама сомневалась в своих словах.       — Что ж, в таком случае я ему искренне сочувствую, — устало вздохнула Элла, поудобнее устраивая голову на плече у Ребекки. На заднем сидении ей определённо больше нравилось ехать, к тому же у Свон теперь неприятно ныл копчик, после того, как её с размаху запихнули в золотистый форд.       — Почему? —полюбопытствовала рыжеволосая.       — Как минимум потому, что это никогда не будет взаимно. Как максимум, — Элла зевнула. — мой хранитель переломает ему все косточки…       — Что за хранитель? — недоумённо хлопнула глазами Стенли, разворачиваясь в её сторону.       Ещё один душераздирающий зевок стал причиной очень интригующей паузы.       — Джаспер, — пожала плечами Элла, мысленно поражаясь, что эта акула-сплетница всё ещё не заметила их постоянные переглядки и короткие разговоры. Ей отчего-то казалось, что уже вся школа непременно знает об этом.       — Джаспер, который Каллен?! — опешила Джесс, смотря на неё совершенно круглыми глазами. — Вы что, встречаетесь?! Как давно? Почему никто не знал? Вы скрывали? Зачем?!…       Элла снова зевнула, даже не пытаясь ответить на какой-либо вопрос из десятка заданных.       — А почему «хранитель»? — подала голос Анжела, когда Джессика всё же замолкла, переводя дыхание.       — Ну, его имя значит «хранитель сокровищ», — вяло отозвалась Свон. — Я его сокровище, значит, он мой хранитель, — пробормотала она на грани слышимости, окончательно засыпая и оставляя всё на волю бурной фантазии Джесс, что безрезультатно пыталась её растормошить, нетерпеливо вертясь и ёрзая на переднем сиденье, как юла.       Элла больше десяти лет ждала Джаса…       Больше десяти лет пребывала в неведении…       Так что она была уверена, что её подруги в состоянии подождать всего пару часиков до того момента, как она выспится.

*

      Где-то далеко, где-то высоко, в тёмной и древней, как сама Земля, зале из белого мрамора довольно усмехнулась богиня Клото, завязывая ещё один узелок на непостоянной и такой непослушной ниточке судьбы…

—