Via mortis. Принятие

После всех приключений с чудищем из-под кровати Гарри, Рон, Гермиона, Джинни и Хагрид, наконец, сели пить чай. — И вам кто-то верит? — убирая с глаза кусок мяса, поинтересовался Хагрид. — Это меня ещё недалёким называют… — Ну, мы не пересекаемся в Хогвартсе, — хмыкнул Гарри, обнимая свою девушку за плечи. — Эта красавица вечно от меня бегает… — Да, зато ты на Джинни смотришь, как нюхль на золотой слиток, — фыркнул Рон. — Не понимаю, как все ещё не поняли, что вы ломаете комедию Джинни состроила Рону рожицу. Рыжик на это фыркнул, незаметно показав подруге язык. — Хагрид, лучше расскажи, где ты был? — нетерпеливо потребовала Гермиона. — Да, Хагрид! — оживилась Джинни, пододвигаясь к столу настолько насколько это ей позволили руки Гарри. — Ты так и не рассказал! — Кто на тебя напал? — поинтересовался Рон. — Говорят тебе, никто на меня на нападал! — прорычал великан. — Ну, да… — протянула Джинни, с ухмылкой смотря на лесничего. — Как уж ты розовой жабе сказал? Ты упал с пегаса… — Смешно, — хмыкнула Гермиона, прищурившись оглядывая кусок мяса, который Хагрид держал у заплывшего глаза. — По её мнению, ты к обычной ране драконье мясо прикладываешь. И эта женщина преподаёт нам ЗОТИ… — Ладно-ладно, горгоны малолетние, — проворчал великан, почти нежно смотря на девушек. — Шибко умные выросли… — Так расскажешь нам, что случилось? — спросил Гарри, крепче обнимая свою девушку. — Не могу, Гарри. Большой секрет. Рассказать — так не то что с работы уволят… — Это тебя великаны отделали? — тихо спросила Гермиона. — Великаны? — Хагрид поймал бифштекс, сползший почти до пояса, и снова пришлепнул к лицу. — Кто тебе сказал «великаны»? Ты с кем говорила? Кто тебе наплел, где я… кто сказал, что я… а? — Мы догадались, — извиняющимся тоном ответила Гермиона. — Ага, догадались. — Хагрид сурово взирал на нее тем глазом, который не был закрыт бифштексом. — Это… вроде очевидно, — сказал Рон. Хагрид сердито оглядел их, шмякнул мясо на стол и подошел к засвистевшему чайнику. — Сроду не видал таких досужих ребят, — бурчал он, разливая кипяток по четырем кружкам в форме ведер. — Не в похвалу вам говорится, учтите. Нос суете, куда не надо. Но в бороде как будто мелькнула улыбка. — Ну, Хагрид, мы же понимали, что только верному и надёжному человеку как ты, Дамблдор доверит такое важное мероприятие, как переговоры с великанами, — мягко проговорила Джинни, очерчивая пальцем кромку чашки и невинно опуская взгляд. — Хорошо-хорошо, — отчаянно краснея, отозвался Хагрид. — Мы искали великанов. Гарри, ухмыльнувшись, поцеловал свою девушку в макушку. Всё-таки она хитрая слизеринская бестия… его бестия. — Мы? — удивлённо переспросила Гермиона. — Что тут непонятного? — хмыкнул Рон. — Хагрид и мадам Максим. Гриффиндорка обиженно фыркнула, складывая руки на груди и надувая губы. Гарри только закатил глаза, надеясь, что скандалить они сейчас не будут, всё-таки это может подождать до гостиной. — Так нашли вы великанов? — нетерпеливо ёрзая на стуле, поинтересовалась Джинни. — Найти их несложно… не маленькие ведь, — пробурчал Хагрид На этом великан снова замолчал. Неужели из него клещами теперь придётся каждое слово вытягивать?! — Давай, Хагрид, рассказывай, чем занимался, — сказал Рон. — Расскажи, как повздорил с великанами, а Гарри тебе расскажет, как на него напали дементоры. — Напали кто? — удивлённо переспросил Хагрид, даже не заметив, как кусок мяса шмякнулся на стол. — Да-да, — переглянувшись с Роном, продолжила Гермиона, — а ещё Гарри применил патронуса, и министерство его исключило из школы… — А потом было назначено разбирательство, по итогам которого… — Джинни прервалась, подмигнув Гарри. — Разбирательство? — ошалело смотря на подростков, воскликнул Хагрид. — Да, но сначала ты расскажешь нам о великанах, — заключил Гарри. — Ох, ладно, но если меня уволят… — протянул Хагрид, смотря на ребят. — Отправились мы, значит, как семестр кончился. И я вам скажу, она не неженка, Олимпия. Ну да, красивая, нарядная женщина… Я-то знал, куда идем, думаю, каково ей покажется по скалам карабкаться да в пещерах ночевать, а она хоть бы раз пожаловалась. Гарри, Рон, Гермиона и Джинни хитро переглянулись. Кажется, их великан влюбился… — Вы знали, где живут великаны? — поинтересовался Гарри. — Дамблдор знал, он и сказал нам. Просто волшебникам до них дела нет, лишь бы подальше где были. Но где они есть, добраться туда трудно, особенно для людей. Потому и надо было получить от Дамблдора направление. Месяц добирались… — Месяц? — сказал Рон, словно в жизни не слышал о таких бессмысленно долгих путешествиях. — А через портал? — За вами следили, — осенило Джинни. — Министерство? Хагрид салютовал слизеринке кружкой чая, подтверждая её догадку, и продолжил. — Прикинулись мы с Олимпией, будто вместе едем в отпуск. Прибыли, значит, во Францию и будто бы в Шармбатон направляемся. Знаем, таскается кто-то за нами хвостом из министерских. Вот и ехали потихоньку — мне же магией пользоваться нельзя, а Министерство только и ждет, за что бы нас закатать. Но хвост мы свой сбросили возле Ди-Джона… — В Дижоне? — обрадовалась Гермиона. — Я там была на каникулах. А ты видел?.. — И замолкла под взглядом Рона. — После этого рискнули малость поколдовать и добрались благополучно. Добрались до места и пошли в горы, искать их… Магию, значит, побоку, раз они близко — они волшебников ох как не любят, а нам их злить ни к чему. Дамблдор предупредил, что Сами-Знаете-Кто тоже станет искать великанов. И скорее всего, уже отряд к ним послал. Сказал: осторожнее, внимание к себе не привлекайте. Хагрид, отхлебнув чаю, продолжил. — Нашли их. Ночью поднялись на гору — они внизу под нами. Костерки горят, и большущие тени… будто гор куски передвигаются. Дождались утра, не хотели в темноте приближаться, опасно. Часа в три ночи они заснули, прямо, где сидели. А мы боялись спать. Во-первых, мало ли кто там проснется и к нам подойдет, а потом храп такой, что представить нельзя. Под утро из-за этого лавина случилась. В общем, как рассвело, пошли к ним. — Прямо так и пошли? — благоговейно произнес Рон. — Прямо в лагерь великанов? — Ну, Дамблдор сказал нам, как к ним подступиться. Принести подарки гургу, уважение оказать, одним словом. — Кому подарки? — спросил Гарри. — Вождю, — шёпотом пояснила Джинни, чтобы Хагрид не отвлекался. — Узнать его легко — самый здоровый, самый уродливый и ленивый, — кивнув слизеринке, продолжил великан. — Сидит, и чтобы жратву ему таскали. Зовут Каркусом. Фута, чтобы не соврать, двадцать два — двадцать три, а весом — с пару взрослых слонов. Шкура как у носорога. — Они не захотели убить вас, когда вы подошли? — изумился Рон. — Кое-кто там точно об этом подумал, — Хагрид пожал плечами, — но мы сделали, как велел Дамблдор — подарок поднять повыше и ни на кого не смотреть, только на гурга. Так и сделали. Остальные держались смирно, смотрели, как мы идем, а мы подошли к ногам Каркуса, поклонились и положили перед ним подарок — Что вы поднесли великану? — спросил Рон. — Мы ему волшебство принесли. Великаны любят волшебство, не любят, чтоб его против них применяли. Короче, в первый день мы дали ему ветку Губрайтова огня. Гермиона и Джинни восторженно переглянулись, а Гарри и Рон недоуменно нахмурились. — Ветку чего? — Вечного огня, — раздраженно пояснила Гермиона. — Пора бы знать. Профессор Флитвик, как минимум, два раза говорил о нем на занятиях! — Короче, — поспешил вмешаться Хагрид, не дав Рону огрызнуться, — Дамблдор заколдовал эту ветку, чтобы она всегда горела, — а это не всякий волшебник умеет. Я, значит, кладу ее в снег к ногам Каркуса и говорю: «Подарок гургу великанов от Альбуса Дамблдора, который шлет ему почтительные приветствия». — А подарок ему понравился? — поинтересовалась Джинни. — Еще как, — чуть не запрыгали, когда поняли, что за штука. — Хагрид перевернул свой драконий бифштекс, чтобы приложить к подбитому глазу холодной стороной. — О-очень были довольны. И я говорю: «Альбус Дамблдор просит гурга поговорить с его посланцем завтра, когда он придет с новым подарком». — А почему сразу нельзя было поговорить? — удивилась Гермиона. — Дамблдор велел нам подъезжать потихоньку. Пусть, мол, видят, что мы держим слово. «Завтра придем еще с одним подарком», — и приходим с еще одним. Короче, впечатление производили хорошее, — пояснил великан и продолжил. — Значит, обещали назавтра прийти, с подарком. А ночью все поломалось. — Почему же? — спросил Рон. — Не приспособлены они жить сообща, — грустно сказал Хагрид. — Не могут с норовом своим совладать — у них прямо смертоубийство. Мужчины друг с другом дерутся, женщины друг с дружкой дерутся, остатки старых племен стенка на стенку идут — и не то чтобы харч не поделили, или костры какие получше, или место для ночлега. — Хагрид грустно вздохнул. — В ту ночь завязалась драка. Мы сверху видели, из своей пещеры. И час за часом дерутся, шум невообразимый. А когда солнце встало — снег кругом красный, голова гурга на дне озера. Джинни вздрогнула, живо представляя себе эту картину… — У них новый гург, Голгомаф. Мы-то два дня только, как с первым в дружелюбные сношения вошли, — и чувствуем, этот Голгомаф не так уж захочет нас слушать. Но деваться некуда. — И вы пошли с ним говорить? — изумился Рон. — После того как на ваших глазах он оторвал голову другому великану? — Пошли, конечно… Что же мы в такую даль тащились, и через два дня на попятный? Пошли с подарком, который Каркусу приготовили. Я еще рта не успел открыть, а понял уже, что толку не будет. Он сидел в шлеме Каркуса, как подошли, оскалился. Здоровущий, из самых больших там. Черные волосы, зубы им в тон и ожерелье из костей. Частью вроде бы человеческие. Я, однако, попробовал: протягиваю большой рулон драконьей кожи и говорю: «Подарок гургу великанов…» Оглянуться не успел, как повис вниз головой: двое его приятелей меня за ноги держат. Гермиона закрыла ладонями рот. Джинни спиной прижалась к Гарри. — Как же ты от них освободился? — спросил парень, успокаивающе погладив слизеринку по плечу. — Да без Олимпии ни за что бы. Вынула палочку — такой быстрой волшебной работы я сроду не видел. Чудо, иначе не скажешь. Обоих, что держали меня, стеганула по глазам заклятием Конъюнктивитус, и они меня сразу выронили. Но теперь совсем беда — против них магию употребили, а они за это и ненавидят волшебников. Пришлось удирать, и обратно к ним на стоянку нам ход заказан. — Дела, — прошептал Рон. — Почему же вы так долго добирались домой, если пробыли там всего три дня? — спросила Гермиона. — Мы не три дня там были! — с негодованием ответил Хагрид — Но ты же сам сказал: пути обратно не было, — заметила Джинни. — Днем не было, верно. Пришлось заново все обдумывать. Дня на два притаились, сидим в пещере, наблюдаем. И то, что увидели, нам не понравилось. — Он еще кому-то головы отрывал? — скривив лицо, спросила Гермиона. — Нет. Похуже. — Это как? — Увидели, что он не против всех волшебников настроен — только против нас. — Пожиратели смерти? — догадался Гарри. — Да, — угрюмо подтвердил Хагрид. — Парочка их каждый день к нему ходила, таскали подарки гургу. — А как вы поняли, что они Пожиратели смерти? — спросил Рон. — Я узнал одного, — прорычал Хагрид. — Макнейра помните? Его прислали казнить Клювокрыла. Форменный маньяк. Убивать любит не меньше Голгомафа; немудрено, что они поладили. — Значит, Макнейр уговорил великанов присоединиться к Ты-Знаешь-Кому? — Придержи своих гиппогрифов, я еще не кончил! — рявкнул Хагрид. — Мы с Олимпией обсудили и решили: если гург благоволит Сами-Знаете-Кому, это не значит, что остальные тоже. Надо потолковать с другими, которые не хотели Голгомафа в гурги. — А как вы поняли, которые из них? — спросил Рон. — Да их же измордовали, — терпеливо пояснил Хагрид. — А у кого немного соображения в голове, те убрались подальше, отсиживались в пещерах вокруг долины, как мы. И мы решили сунуться к ним ночью — не удастся ли кого уговорить. Мы беспокоились только насчет Пожирателей смерти. Когда собирались, Дамблдор велел не связываться с ними, если можно без этого обойтись, но в том беда, что-они про нас знали — Голгомаф, я думаю, рассказал. Ночью, когда великаны спали и мы хотели полазить по пещерам, Макнейр и другой шастали по горам, нас разыскивали. Насилу удержал Олимпию, чтобы на них не бросилась, — сказал Хагрид, и видно было сквозь косматую бороду, как поднялись у него углы рта. — Прямо рвалась… это надо видеть, когда ее рассердят, Олимпию… Огонь… Верно, французская кровь сказывается. Хагрид растроганно глядел в огонь. Джинни и Гермиона весело переглянулись и тихо по-девчачьи захихикали. Гарри дал ему тридцать секунд на воспоминания, после чего громко кашлянул. — Ну и как? Добрались вы до этих других великанов? — спустил великана с небес на землю Рон. — А?.. Что?.. Да, добрались. В третью ночь после того, как убили Каркуса, вылезли мы из своей пещеры и стали спускаться в долину. Ушки на макушке — не попасться бы Пожирателям. В одну пещеру залезли, в другую — пусто. В шестой уж, наверное, нашли-таки трех великанов. — Они на вас не напали, когда увидели? — спросила Гермиона. — Может, и напали бы, если бы силы нашлись, но все трое были очень избиты. Один из них немного понимал по-английски и переводил остальным, и, похоже, им было по душе, что мы говорили. Словом, стали мы ходить к раненым. И одно время шестерых или семерых удалось убедить. — Шестерых или семерых? — обрадовался Рон. — Неплохо. Значит, согласились прийти сюда и сражаться против Ты-Знаешь-Кого вместе с нами? А Гермиона спросила: — Хагрид, почему ты сказал «одно время»? — Голгомафовские сделали налет на пещеры. Те, что живы остались, после этого не хотели иметь с нами дела. — Значит… значит, великаны не придут, — разочарованно протянул Рон. — Нет, — с тяжелым вздохом Хагрид перевернул свой бифштекс и приложил его к лицу холодной стороной. — Но мы сделали, что должны, передали им слова Дамблдора, и кое-кто из них слышал нас и, думается, запомнит. Может статься, те, которые с Голгомафом не хотят жить, уйдут с гор и, кто их знает, может, вспомнят, что Дамблдор им дружбу предлагал… Глядишь, и придут. — Значит, великаны… — протянула Гермиона. — Что будет дальше? — А дальше, как только он наберёт сил, Сами-Знаете-Кто направится в Азкабан, — тоскливо протянула Джинни, чувствуя, как по телу пробежал мерзкий холодок. — И мне предстоит знакомство с родителями… Рон и Гермиона затихли. Несложно представить, какой будет эта встреча. — Дык, наш герой не должен дать тебя в обиду, — мягко заметил Хагрид, накрыв её руку огромной ладонью. — Правда, Гарри? — Никогда, — пододвигаясь ближе к девушке, твёрдо отозвался парень. — К тому же, чтобы захватить Азкабан, Сами-Знаете-Кому нужно сил набрать, — заметил Рон. — А это не день и даже не месяц, — поддержала его Гермиона, — может, он туда и не рискнёт сунуться… — Так что не бойся ничего, Джинни, — мягко подытожил Хагрид.