Via mortis. Принятие

Как Джинни и думала, шутка близнецов если не поставила крест на отношениях Дафны и Фреда, то вырыла между ними бездну… и да, слизеринка рыдала ночами в плечо единственной подруге, а Фред уже почти неделю не шутил вовсе, но на мировую никто упорно идти не хотел. Как истинная благородная леди, Гринграсс при свете дня никак не выдавала своего состояния и только Джинни знала, как тяжело даётся ей это напускное спокойствие. Сама через такое проходила… Сейчас Дафна сидела за партой с идеально прямой спиной, хотя каракули на её пергаменте уже совершенно не походили на слова и буквы. Мысленно она сейчас явно была не на лекции. «Лестейндж, может намекнёшь своей подружке, что смертельная бледность ей ни разу не к лицу?» — раздался в голове девушки язвительный голос Тео. Джинни зло на него глянула и вновь вернулась к лекции по трансфигурации, тем более, что эта тема будет на СОВах. Безусловно, душевное состояние Дафны её саму безумно тревожило, но для этого нужно было придумать, как помирить их с Фредом… Неожиданно прозвенел колокол, возвещавший конец последней на сегодня пары. Слизеринцы и когтевранцы тут же принялись собираться: всё-таки четвёртая пара, и все чертовски устали за этот день. — Мисс Лестрейндж, задержитесь, пожалуйста, — с кафедры проговорила профессор МакГонагалл. Попросив Дафну подождать её пару минут, Джинни поспешила к своему любимому профессору. Несмотря на всё произошедшее между ними с Гарри, а также её демонстрационное вхождение в Инспекционную дружину, профессор относилась к ней также тепло. Хотя с другой стороны, не взирая на все изменения в поведении, Джинни оставалась лучшей по трансфигурации. — Мисс Лестрейндж, Вы уже определились с будущей профессией? — поинтересовалась Минерва, собирая свои конспекты лекций и учебные пособия. — Нет, профессор, — вздохнула девушка, опуская глаза на носки своих туфель. — Сейчас мне совершенно некогда об этом думать, я просто повторяю всё, что успею до экзаменов… Профессор тихо хмыкнула, улыбаясь про себя. Какая знакомая история. Смотря сейчас на Джинни, она совершенно ясно видела её мать в том же возрасте. Такая же потерянная, уставшая и загруженная… — Скажем так, — протянула женщина, смотря на свою студентку, — мне недавно писала моя знакомая из Отдела тайн и просила порекомендовать талантливого студента… Джинни подняла взгляд на преподавательницу и немного склонила голову на бок. — Я взяла на себя смелость порекомендовать вас, мисс Лестрейндж, — продолжила МакГонагалл. — Я уверена, что вы блестяще представите школу и, возможно, определитесь со своей профессией. Надеюсь, вы не против? Девушка просияла от восторга, подавляя желание накинуться на преподавателя с объятьями. Она и мечтать о таком не могла! Может, после стажировки в отделе тайн она сможет, наконец, определиться со своим будущим. — Мерлин, это так неожиданно! — радостно отозвалась Джинни. — Конечно, я не против, профессор! Это такая возможность… — Я надеялась на такой ответ, мисс Лестрейндж, — улыбнулась женщина, положив руку на плечо девушке. — Уверена, вы отлично представите Хогвартс… Сияя, Джинни вышла из кабинета, и только её взгляд упал на Дафну, как улыбка угасла. Староста знала, что вчера вечером подруга уже переговорила с Фредом, хотя, судя по хриплому голосу, скорее она не переговорила, а перекричалась с ним. Но не успела слизеринка хоть слова сказать подруге, как школу сотряс мощный взрыв… Быстро переглянувшись, девушки бросились по крытой галерее к школе. Стоило слизеринкам переступить порог школы, как они оказались посреди настоящего огненного хаоса. Кто-то, ну, конечно же, всем совершенно ясно кто, устроил в школе настоящий гигантский фейерверк… Драконы, состоящие целиком из зеленых и золотых искр, плавали под потолком, с грохотом изрыгая пламя; ядовито-розовые огненные колеса пяти футов в диаметре с угрожающим свистом проносились мимо, как летающие тарелки; ракеты с длинными хвостами из ослепительных серебряных звезд метались по коридорам, отскакивая от стен; шутихи выписывали в воздухе нескромные слова; повсюду, куда ни глянь, точно бомбы, взрывались хлопушки — и вместо того, чтобы сгореть и с шипением потухнуть, все эти пиротехнические штучки словно набирали силу и начинали вытворять что-то совсем уж немыслимое. — Он издевается… — прошипела Дафна и кинулась к лестницам. — Фредерик! — Дафна! Дафна, перестань! — Джинни попыталась удержать подругу за руку, но куда там, если Гринграсс что-то вбила в свою голову… — Что б тебя, Уизли! Прямо посреди зала с двигающимися лестницами, по перемещающимся пролётам, лез колоссальных размеров золотой дракон о трёх головах. Вокруг него стайками летали разноцветные химеры. И каждая выдыхала снопы искр, которые тут же обращались новой тварью из сияющих искр, после чего они разлетались по всему замку. Все умные студенты наблюдали за этим из коридоров, на лестницы никто заходить не рисковал. Никто. Кроме Дафны Григрасс. Она, наплевав на разыгрывавшуюся огненную феерию, бежала вверх по лестнице. Джинни было кинулась за подругой, но путь ей преградила одна из фурий… Гарри после истории с почти разоблачением ОД вновь стал частым гостем в кабинете Амбридж. Там многоуважаемая госпожа инспектор пыталась напоить героя чаем, приправленным особым зельем. Благо, одна прекрасная слизеринка снабдила его и отряд противоядьем к сыворотке правды. Так что единственное, что узнала Амбридж, это ещё пару десятков вариантов фразы «я не я, и палочка не моя». И вместо интереснейшей лекции по Истории магии он сейчас выслушивал очередную формулировку вопросов «Где Ваш отряд? Каков список его членов? Какая у него цель?». Поттер даже чисто из вредности демонстративно выпил у Амбридж аж три чашки чая… Как и двух слизеринок у кабинета трансфигурации, их увлекательнейшую беседу с Амбридж прервал взрыв… Посреди лестницы, оторопев от ужаса, застыли Филч и Амбридж. На глазах у Гарри одно из самых больших огненных колес, решив, по-видимому, что внизу негде развернуться, понеслось к ним со зловещим «вз-з-з-з-з». Завопив от страха, оба шарахнулись в сторону, а колесо вылетело в окно прямо за ними и усвистело куда-то в поля. Тем временем несколько драконов и большая летучая мышь, за которой тянулся пурпурный дымовой след, воспользовались открытой дверью в конце коридора, чтобы просочиться на третий этаж. — Скорее, Филч, скорее! — взвизгнула Амбридж. — Если им не помешать, они заполонят всю школу… Остолбеней! Из ее палочки вырвался луч красного света и угодил в одну из ракет. Вместо того чтобы замереть в воздухе, она взорвалась с такой силой, что прожгла дыру в картине с ведьмой, замечтавшейся на зеленой лужайке; та успела отскочить как раз вовремя и пару секунд спустя втиснулась в рамку соседней картины, где несколько волшебников, занятых игрой в карты, поспешно вскочили, чтобы освободить ей место. — Не заклинайте их, Филч! — сердито крикнула Амбридж, словно это была инициатива несчастного смотрителя. — Не буду, мадам! — пропыхтел Филч, хотя ему, сквибу, легче было бы проглотить шутихи, чем наложить на них заклятие. Кинувшись к ближайшему чулану, он вытащил оттуда метлу и принялся махать ею, пытаясь сшибить шутихи в полете. Не прошло и минуты, как прутья метлы вспыхнули. Гарри решил, что с него достаточно; смеясь, он пригнулся, пробежал немного по коридору до гобелена, за которым была известная ему потайная дверь, и, нырнув туда, обнаружил за ней Фреда и Джорджа — слушая вопли Амбридж и Филча, близнецы давились от хохота. — Эффектно, — ухмыляясь, тихо сказал Гарри. — Очень эффектно… Пожалуй, доктор Фейерверкус может с легкой душой отправляться на покой… — Да, недурно, — прошептал Джордж, вытирая слезы, от смеха выступившие у него на глазах. — Надеюсь, теперь она попробует применить к ним Заклятие исчезновения… От этого их сразу станет в десять раз больше. Ну и, надеюсь, никто из Инспекционной дружины на глаза им не попадётся. Фред вчера, после ссоры с благоверной немного переделал фейерверки… Гарри взволнованно посмотрел на Фреда, который на пару мгновений также побледнел. В инспекционной дружине состояли две небезразличные им дамы… И они могли сколько угодно ссориться со своими девушками, но ради них они были готовы на всё. — Спокойно, Ромео, — похлопав по плечу героя, отозвался Джордж. — У твоей Джульетты и всего её курса трансфигурация, а МакГонагалл их в обиду не даст… Тут Джорджа перебил девичий вопль с главной лестницы. Фред и Гарри переглянулись и кинулись в сторону лестниц… Пока Джинни поливала фурий, нападавших на неё, водой, Дафна, перепрыгивая через ступеньки, бежала вверх по лестнице. Но бежала она медленнее, чем хотелось, девушке постоянно приходилось отбиваться от химер, пока она не сообразила окружить себя водяной сферой, став для огненных тварей недосягаемой. И только она перескочила на уже летящую к пятому этажу лестницу, как прямо перед ней возникла отвратительного вида летучая мышь с щупальцами как у настоящего спрута. Девушка невольно сделала шаг назад на лестнице, забыв, что та только что отлетела от своей площадки… с жутким криком слизеринка слетела вниз. Только Гарри и Фред выскочили из убежища на площадку, как взгляд их упал на женскую фигуру, кувырком приближающуюся к гранитному полу. Гарри палочку поднять не успел, как Фред спрыгнул с площадки, садясь на неведомо откуда взявшуюся метлу и камнем полетел вниз. Где-то в паре метров от пола он подхватил девушку, крепко прижима её к себе. Там же их настигла Амбридж, которая тут же повела пару, а с ними и подоспевшего к брату Джорджа, к директору… Джинни и Гарри нарочито далеко стояли друг от друга в галерее, ведущей к кабинету директора. Им казалось, что они уже вечность там стояли… Оба они понимали, что Фред и Джордж из директорской башни не выйдут. Только весть о задержанных близнецах облетела всю школу, к ним присоединились Рон и Гермиона, Тори, Драко и Тео. Слизеринцы и гриффиндорцы, расположившись у противоположных стен галереи, старались даже не смотреть друг на друга, лишь бы не усугубить ситуацию. Переговаривались только мысленно, украдкой переглядываясь. Все с ужасом ждали, как завершиться эта огненная феерия… Минут через сорок из кабинета директора вышла Дафна. Девушка была бледна, как смерть, но спина её идеально пряма. Проходя мимо Джинни, она перехватила её за руку и отвела в сторонку. С ними отошла и Тори. — И-и-исключили… — едва сдерживая слёзы, прошептала слизеринка. — Ох, Дафна! — обнимая сестру пискнула Астория. Крепко зажмурившись и сжимая сестру в объятьях, Дафна замерла на несколько мгновений. Но Джинни чувствовала, что это не самое худшее. — Дафна, но что ещё…? — нетерпеливо спросила Лестрейндж. — Поприветствуйте нового директора школы, ребятки! — сияя, словно начищенный котёл, провозгласила Амбридж. Она стояла на пороге кабинета и казалось, что человека более довольного собой найти невозможно. Тут в галерее повисла тишина, ни слизеринцы, ни гриффиндорцы даже не знали, как реагировать. Они так и замерли на своих местах с открытыми ртами. Как только новая директриса торжественно прошла в замок, Дафна сбивчиво рассказала, что было в кабинете… прямо в кабинете директора Амбридж напоила Фреда Сывороткой правды. Парень как мог сопротивлялся, его даже едва не погубило зелье. Чтобы помочь своему студенту, Дамблдору пришлось выдать Амбридж свою правду и поплатиться должностью. После чего, они с Фредом и Джорджем скрылись прямо из директорского кабинета в огненном вихре… Настроение в музыкальном классе этим вечером было самое убитое. Отчисление Фреда и Джорджа, а за ним и увольнение профессора Дамблдора подействовало на студентов магическим образом. На ужине царила какая-то обречённо-убитая тишина. Одна Амбридж, сидя на месте профессора Дамблдора, излучала самодовольство. Практически ничего не съев, студенты разошлись по спальням. Только наша честная компания не могла и не хотела идти по своим гостиным. Гриффиндорцы понимали, что там их ждёт такая же отвратительная тишина, как и в Большом зале. Слизеринцы наоборот, боялись увидеть совершенно неуместную радость… Рон, просто убитый, сидел в кресла напротив очага, смотря в огонь, и думая, как написать матери, что его старших братьев отчислили из школы, да ещё Амбридж чуть ли ни охоту на них объявить собирается. Гермиона сквозь пламя смотрела на рыжика, словно больше всего она хотела сесть рядом и обнять его, но никак не решалась этого сделать. Джинни сидела рядом с Гарри, держа его за руку. Впервые она почувствовала, что ладони у героя холодные, а в глазах застыла тоска. Теодор сидел на противоположном краю дивана и смотрел в потолок, ему было искренне жаль близнецов, а увольнение Дамблдора стало вообще началом конца школы, и не понимали этого только глупцы. Драко, за спинкой дивана напряжённо мерил шагами гобелен, за которым скрывались сёстры Гринграсс. Дафна, бледная как полотно сразу заняла кровать, где в одиночестве, наконец, позволила себе дать волю слезам, с ней осталась только Астория, надеясь, её успокоить… — Лестрейндж, слушай может разрядишь обстановку? — устало спросил Тео, небрежным жестом указав на фортепиано. — Мы тут скоро благополучно скончаемся от тоски. — Тео прав, — заметил Драко, садясь на подлокотник дивана, ближайший к сестре. — Сыграй, пожалуйста… — Я бы и пение твоё послушал с удовольствием, Джин, — устало заметил Рон. — В любом случае, Фред и Джордж так красиво ушли из школы, не для того, чтобы мы сейчас траур устраивали. Не услышав никаких слов протеста, слизеринка подошла к инструменту… интересно, в таком состоянии, что она вообще может сыграть? Хотелось как-то поднять боевой дух ребят. Но ничего такого искромётно-весёлого на ум не приходило. Наоборот, девушку почему-то обуяло какое-то отвратительное предчувствие. Джинни пробежала пальцами по клавишам фортепиано, после чего уверенно начала играть марш… — Una mattina mi son svegliato O bella ciao, bella ciao, bella ciao ciao ciao Una mattina mi son svegliato E ho trovato l'invasor. Вспоминаю свою преподавательницу по вокалу, звонко запела девушка. Сеньора Витторини начала её уроки именно с этой песни. Её отец во время Второй мировой войны был партизаном и, каждый раз, когда она пела своим ученикам эту песню, в её глазах стояли слёзы. У самой Джинни сейчас также влажно блестели глаза, хотя она понимала, что кроме неё смысла песни никто не поймёт. Да и зачем? Зачем делиться своей личной тревогой с остальными? Зачем их пугать и нервировать? — O partigiano portami via O bella ciao, bella ciao, bella ciao ciao ciao Partigiano portami via Che mi sento di morir. На втором куплете Теодор принялся в такт стучать по подлокотнику, а Драко неуверенно, тихо-тихо подпевал на второй строчке. Он терпеть не мог уроки вокала, но не подпевать сейчас не мог. Гермиона, наконец, набралась смелости подойти к Рону. А за гобеленом, кажется, также было какое-то шевеление. — E se io muoio da partigiano O bella ciao, bella ciao, bella ciao ciao ciao E se io muoio da partigiano Tu mi devi seppellir. Джинни продолжала петь, уверенно играя марш, не зная, что ей удалось вывести сестёр Гринграсс из спальной части. Дафна подпевала, немного фальшивя, но уже улыбаясь. Она всё ещё чувствовала себя виноватой в случившимся, потому что неизвестно, когда она ещё увидит Фреда, когда сможет извиниться и быть с ним. Сейчас никакая работа не имела значения, ей просто вновь хотелось увидеть своего дурашливого Фреда, взлохматить его ярко-рыжие волосы… — Mi seppellire lassù in montagna O bella ciao, bella ciao, bella ciao ciao ciao Mi seppellire lassù in montagna Sotto l'ombra d’un bel fior. Доиграв, Джинни медленно сняла руки с клавиш. Неожиданно она почувствовала, как кто-то обнял её за плечи, а в сгиб шеи уткнулось что-то тёплое и влажное. Девушка развернулась и ответила на объятья Дафны, поглаживая её дрожащую спину. — Тише, тише… — прижимая к себе подругу, шептала Джинни. — Всё хорошо, Даф… — Я… я так на него накричала… такого наговорила… а он спас меня… — еле слышно пробормотала в её волосы Дафна. — Он меня не простит… Джинни поставила подбородок на макушку Дафны и взглянула на Гарри. Он слабо улыбнулся в ответ на её взгляд. Гермиона, видимо, вдохновлённая бодрой песней, всё-таки осмелилась и пересела к Рону, обнимая его за плечи. Парень, немного краснея, ответил на объятья. Теодор, уже более расслабленно сидел на диване, отстукивая пальцами мелодию. А Драко и Тори, на заднем плане, явно ещё недавно танцевали медленный танец. — Простит, дорогая… — отозвалась Джинни. — Он любит тебя… Дафна в ответ втянула носом воздух и крепче обняла подругу. Кажется, вместе они и через это пройти смогут…