Via mortis. Принятие

С тех пор, как Амбридж стала директором Хогвартса, работы у членов инспекционной дружины резко прибавилось. Они должны были постоянно патрулировать коридоры. Кроме того, эта женщина, помня свою чиновничью закалку, ввела в Хогвартсе палочную систему. Теперь она требовала с членов инспекционной дружины определённое количество наказаний и снятых баллов, в противном случае наказания грозили им самим. А так как гордые слизеринцы молчали о таких жёстких условиях, пряча шрамы за рукавами изумрудных мантий, пропасть между ними и остальными студентами стала просто непреодолимой. И если Лестрейндж, наплевав на всё, игнорировала требования Генерального Инспектора, то остальные всё-таки старались правдами — неправдами минимум требований выполнять. Сейчас Теодор, лениво прогуливаясь по замку, надеялся встретить какого-нибудь нахального гриффиндорца, чтобы снять балл или даже наказать его. — Эй, полоумная, что ты теперь скажешь? — раздался из-за угла противный мальчишеский голос. — Или продолжишь молчать, как русалка на поверхности? И Тео, наверно, мог бы и злорадно потереть руки, если бы ему вдруг не вспомнилась девушка с самыми удивительными, неземными глазами и пепельными волосами, которую полоумной совершенно несправедливо обзывали недалёкие дураки. — Какие мозгошмыги тебе в этот раз помогут? Слизернец сжал руки в кулаки и вылетел в коридор. Там, пятеро мальчишек — пуффиндуйцев курса с четвёртого окружили Полумну Лавгуд, перекидывая друг другу её сумку, из которой на каменный пол сыпались свитки пергамента, старые потрёпанные учебники, перья и карандаши. А Полумна стояла молча, безвольно опустив руки и безразлично смотря между плечами мальчишек в окно. Один из парней схватил уже знатно опачканную вековой каменной пылью и опустевшую сумку. — Становится скучно… — А может, если отрезать её белёсую косу, эта полоумная отомрёт? — предложил один из парней, демонстративно перехватив длинную почти белую косичку. — Руку себе отрежь, мерзкий пикси! — воскликнул Теодор, подходя вплотную к младшекурсникам. Студенты опасливо взглянули на Теодора, который в это мгновение выглядел чертовски пугающе. Он словно стал в несколько раз выше, а чёрный значок на его мантии ещё больше бросался в глаза. Казалось, что он, и правда, может отнять руку мальчишке, дерзнувшему обидеть Луну. Слизеринец выхватил палочку и уверенно направился в сторону парня, покусившегося на шикарную косу девушки. — Думай, что говоришь, не то поплатишься своим поганым языком! — в отличии от этих недоносков, Тео не имеет привычки зря сотрясать воздух. Через пару мгновений в паре сантиметров над его ладонью завис человеческий язык, а мальчишка схватился за горло. Тот у которого в руках была сумка Полумны, тут же опустил её на пол. — Это не сильно приятно… Остальные пуффиндуйцы нервно переглянулись, отходя на пару шагов назад подальше от когтевранки и слизеринца. — Что ж, для начала минус… раз, два, три, четыре, пять… — поочерёдно указывая на каждого из мальчишек кончиком волшебной палочки, продолжил парень, — двести пятьдесят баллов пуффиндуй. И прежде чем вы, поджав свои трусливые хвосты сбежите к себе в нору, вы соберёте с пола вещи леди и принесёте свои извинения. Всё поняли? Отчаянно дрожа, пуффиндуйцы принялись собирать вещи с пола и складывать их в сумку. Особенно старался тот, что лишился своего языка. Он старательно выискивал на полу разную мелочь, даже не догадываясь, что язык его находится на положенном ему месте, а всё, что он чувствует — всего лишь игра воображения, спровоцированная сильнейшим магом — менталистом. Полумна же, не видя обижавших её пуффиндуйцев, внимательно смотрела на Тео, самодовольно смотрящего на провинившихся студентов. — Прости, Полоум… Лавгуд, — боязливо глянув на слизеринца, пробормотал один из мальчиков, после чего протянул девушке сумку. После того, как Тео всё-таки «вернул» парню его язык, пуффиндуйцы тут же бросились бежать в сторону своей гостиной. — А с меня ты баллы не снимешь? — поинтересовалась девушка, склонив голову на бок и повесив на плечо сумку. — Или я на каком-то особо счету?! — Полумна, чего ты? — удивлённо спросил парень. — После такого, чем ты лучше них? — бросила Луна перед тем, как направиться в сторону своей башни. Теодор остался стоять посреди коридора, не понимая, что это сейчас было…

***

Когда Гарри направлялся к кабинету Снейпа на проверку своих успехов в защите мыслей, он чувствовал, как от волнения подрагивают колени. Конечно, он объективно понимал, что они с Тео очень даже неплохо подготовились. Как и то, что учитель его замучает, в случае провала. Так что лучше было ему сдать экзамен с первого раза. Однако, посреди вестибюля его нагнала Чжоу Чанг. — Можно тебя на минутку? — осторожно поинтересовалась девушка, пряча руки за спиной. Гарри взглянул на часы и понял, что в подземелья идти пока рановато. А зная настойчивость Чжоу, ему проще сейчас с ней переговорить. — Пойдём отойдём в сторонку, — согласился парень. Девушка тут же перехватила инициативу и утянула его в неприметную нишу. Откровенно говоря, Гарри чувствовал себя чертовски неуютно, ниша была очень узкой и Чжоу, хотя и многим ему не нравилась, оставалась весьма привлекательной девушкой… — Э, Чжоу… — Гарри, я всего лишь хотела у тебя спросить, — положив ладонь на грудь парня и наклонившись к самому уху, прошептала девушка. — Мариэтта… — О, нет-нет! — резко отодвинув девушку от себя и выходя из ниши, отрезал парень. — Уж прости, но твоя подружка получила по заслугам! По его сведениям, она до сих пор лежала в больничном крыле. Кроме того, её консультировал колдомедик из Мунго, но никакой положительной динамики не было, отнюдь, все усилия врачей только усугубляли ситуацию. — Гарри, пойми, у неё мама работает в министерстве… — прошептала девушка, схватив Гарри за руку. — Амбридж бы просто сжила её со свету. — У Рона, Фреда и Джорджа тоже отец работает в министерстве! — отрезал юноша. — Но никто из них об этом даже не подумал! Фред изо всех сил сопротивлялся действию сыворотки, чтобы не выдать своих! Он там едва не умер, Мордред тебя подери! — Я вообще считаю, что скрыть такое варварское заклятье было свинством со стороны Грейнджер, — отрезала Чжоу, сложив руки под грудью. — Гермиона — умница, и ход был гениальный! — отозвался Гарри, яростно смотря в глаза девушке. — Так вот из-за кого ты меня бросил… — хмыкнула Чжоу и подошла к герою, соблазнительно покачивая бёдрами. — Конечно, ты её защищать будешь… Гарри закатил глаза, иногда, смотря на эту девушку, он понимал, что ей такое чувство, как дружба, знакомо не было. Да и любовь, судя по тем обвинениям, которые она предъявляла Джинни после смерти Седрика, она понимала очень своеобразно. — Но лучше она, чем эта шлюха — Лестрейндж… — Лучше замолчи, Чжоу, — сжимая кулаки, прорычал Гарри. — Удивительно… как эта дрянь умудряется подчинять себе парней… — покачала головой Чжоу, внимательно смотря на взбешённого грифииндорца. — Я смотрю на неё и всё думаю, что такого в ней есть, чего нет в других девушках? — Не знаю о других, — отозвался Гарри, смотря китаянке в глаза, — но в отличии от тебя у неё есть чувство собственного достоинство и честность. Понимая, что им больше не о чем говорить, Гарри уверенно направился в сторону подземелий. — Она разобьёт тебе сердце также, как она разбила его Седрику, Гарри, — кинула ему в след когтевранка. — И помяни моё слово, это произойдёт очень скоро… Гарри даже не оглянулся, как можно скорее спускаясь в подземелья. Поверить только, ещё на третьем курсе эта девица была пределом его подростковых мечтаний! Проверку способностей в лигилименции и окклюменции назначили на семь часов вечера и прямо сейчас герой всея магическая Британия, также известный как Гарри Поттер, мерил шагами коридор перед кабинетом ужаса подземелий — Северуса Снейпа, ожидая прихода последнего. — В кои-то веки без опозданий, Поттер, — фыркнул Снейп, подходя к древней дубовой двери. — Готовы к проверке? «Если я её не пройду, боюсь Тео меня просто придушит…» — мысленно отозвался Гарри. Снейп, который, разумеется, эту мысль уловил, незаметно ухмыльнулся. Если когда-нибудь соберётся на покой, он точно знал кого посоветовать на свою должность. В конце концов, подтянуть знания Теодора по зельям было всегда возможно, а вот такое преподавательское дарование терять точно было бы преступлением. — Что ж, Поттер, вставайте напротив и берите палочку, — безэмоционально отозвался Снейп. Гарри нервно оглядел неприветливый кабинет декана слизерина. Со времён его второго курса тут мало что поменялось. Облицованный тёмным камнем камин и дубовая полка с книгами над ним, стеллажи с опасными зельями и редкими ингредиентами, и письменный стол, заваленный свитками пергамента и справочниками, кроме того на столешнице таинственно бликовал омут памяти. Но даже не омут удивил Гарри больше всего. На самом краю стола стояла сияющая белизной лилия в светлом глиняном горшке, перевязанном голубой лентой. Нетипичная деталь для Снейпа… — Итак, приступим. На счёт три, — вставая напротив студента, строго отозвался профессор. — Раз… Два… Тут в кабинете раздался стук и на пороге появилась староста девочек слизерина — Джинни Лестрейндж. Гарри тут же просиял. За этот день они с Джинни ни разу даже словом не перекинулись. Хотя вид у его любимой слизеринки был какой-то напряжённый. — Профессор Снейп, — самым нейтральным взглядом сверля своего крёстного, обратилась девушка. — Профессору Амбридж срочно нужна Ваша помощь. — Что ж, Поттер, — разводя руки в стороны, отозвался профессор, — видимо, Вашу проверку нужно будет перенести… С этими словами Снейп призвал склянку сыворотки правды из стеллажа, после чего стремительно направился к выходу из кабинета, только замер на пару секунд рядом со своей крестницей. «Джиневра, дождись меня. Есть разговор» — обхватив её предплечье, мысленно попросил Снейп. «Тогда постарайтесь разобраться с Амбридж скорее, у меня сегодня много домашней работы» — вырвав из хватки свою руку, отозвалась девушка. Снейп посмотрел на крестницу грустным взглядом, после чего захлопнул дверь и поспешил к Амбридж. Оставалось надеяться, что этой парочке хватит совести не развратничать в его кабинете. — С каких пор краса и гордость слизерина на посылках у жабы-Амбридж? — подходя вплотную к девушке, стоящей на высоком пороге, ухмыльнулся герой. Джинни светло улыбнулась, обнимая Гарри за плечи и легко целуя его в щёку. — Наверно, с тех, как она стала членом инспекционной дружины, — боднув героя носом о нос, отозвалась девушка. — Просто я у неё как раз была, когда к ней привели партию подозрительных личностей. — Покажи-ка руку, Джин, — серьёзно попросил герой, протягивая девушке свою ладонь. Джинни была слишком вымотана наказанием, чтобы спорить с Гарри, поэтому молча протянула ему левую руку с кровоточащей надписью. — «Какие труды, такие и плоды»?! — прочитал герой, после чего внимательно посмотрел на девушку. — То есть? — Я отказываюсь наказывать студентов просто для галочки, и её это бесит, — отозвалась Джинни, смотря в глаза герою. — Дафна тоже пошла на принцип, особенно после истории с Фредом, так что она сегодня составляла мне компанию. Мальчишки пока в требования Амбридж стараются вписываться… Гарри поднёс запястье девушки к губам, они только избавились от одного шрама у ключицы, так появился новый… — Зато у нас сейчас парные шрамы, — уловив его мысль улыбнулась девушка. — Даже вернее обручальных колец… Гарри понимающе ухмыльнулся, а Джинни обратила внимание на свой подарок, белеющий на столе крёстного. Девушка подошла к столу, внимательно смотря на прекрасный цветок. — И никакой колдографии не надо, — улыбнулась слизеринка, накрутив конец голубой атласной ленточки на указательный палец. — Это мой подарок… — Я так и понял, — со спины обнимая девушку и прижимая к своей груди, отозвался герой. — Слишком дико цветок смотрится посреди мрачного холостяцкого кабинета. — Не так и дико, — накрывая его руки своими ладошками, с мягкой улыбкой на губах отозвалась Джинни. — Крёстный очень любит лилии. Это кстати не первая лилия, которую я ему дарю. — И всегда с ленточкой? — утыкаясь носом в её шею, поинтересовался Гарри. — Тётушка всегда заплетала мне волосы с такими лентами, — также мягко отозвалась Джинни. — А я их всё детство вытаскивала из волос, потому что они меня раздразжали. А это что? Только сейчас Джинни обратила внимание на стоящий на столе омут памяти. Девушка аккуратно высвободилась из объятий парня и подошла к омуту. — Думаю, что Снейп, после того, как я влез в его голову и увидел кое-что личное, решил запретные воспоминание на время занятий из головы… изъять, — отозвался герой. Девушка подошла к омуту, пропустив воду, припорошённую воспоминаниями, сквозь пальцы. Какие воспоминания крёстный хотел спрятать от героя? Связанные с ней? Или же какие-то сугубо личные? И после такого вранья… может ли она без зазрения совести поднять завесу тайн Северуса Снейпа? — Джинни… — отняв её руку от омута, позвал Гарри. — Джинни, ты сама пожалеешь об этом. Что бы твой крёстный не хотел скрыть, только ему решать, что тебе рассказывать, а что нет. — Гарри, но там… — Что бы там ни было, Джин, — обхватывая её лицо ладонями, отозвался герой. — Пусть однажды крёстный сам тебе расскажет. Не надо из-за обиды, которая рано или поздно пройдёт, поступать вопреки совести. Сама себя возненавидишь. Джинни почувствовала, как на глаза навернулись слёзы. Она поняла, о чём говорил Гарри. Она вновь взглянула на лилию. Мерлин, смогла бы она посмотреть в глаза крёстному, если бы влезла в воспоминания? — Мерлин, Гарри! — уткнувшись в грудь парню и прижимаясь к нему всем телом, девушка отчаянно всхлипнула. Не будь его рядом… она бы это сделала, наплевав на всё. Снейп, пока пара не обращала на него внимание, стоял в дверях собственного кабинета. Он не ожидал, что Поттер может быть таким… неужели в нём, и правда, больше от матери, чем от придурка-отца?