AU: Внешнее Кольцо

      Море! Песок! Пляж! Два краба, дерущиеся с чайкой за высохшую на жарком солнце рыбу! От неописуемого восторга Арбора металась из стороны в сторону, восхищаясь каждой интересной штуковине, которую только могла заметить. Плоский камушек! Выброшенная на берег медуза! Фу, она склизкая! Ого, из песка сухой чёрный пень торчит!       — «Как же я давно не была на море! Вс-с-сё такое прикольное!»       Плуог не слишком сильно разделял её энтузиазма, прячась в тени шаттла, приземлившегося на эту океаническую планету посреди пляжа. Арбора, ведомая невесть какими мыслями, привела их корабль сюда чтобы «отдохнуть и расслабиться», и заставила его переодеться в одни плавки да шлёпки. Сама Арбора сейчас бегала по песчаному пляжу в слитном купальнике синего цвета и широкополой соломенной шляпе, придерживая свисающее с плеча белое полотенце, которое постоянно цеплялось за торчащие из-под её загривка длинные ветви.       Свежий бриз прошёлся по пёрышкам на руках Плуога, донося до ноздрей солоноватый запах морской воды и спасая от жаркого солнцепёка местной жёлтой звезды класса G. Размеренный прибой поднимал небольшие волны, которые с плеском останавливались о жаркий песок. Послышался короткий девичий писк — одна из волн обдала прохладной водой разгорячённые раскалённым песком ноги Арборы, отчего та аж отпрыгнула от неожиданности как напуганная кошка. Плуог обернулся назад — неподалёку от шаттла начинался тропический лес, полный пальм, огромных кустов, лиан и местной живности, а над едва видневшемся вдалеке скалистым рифом нависал остроконечный мыс. В воздухе витала влага, и дышать было необычайно легко. Всё-таки несмотря на то, что его притащили сюда насильно, Плуогу нравилась природная красота этого места. Даже вечная для смахивающего на чёрного ворона авианина угрюмость уступила место тихому умротворению. Уступила ровно до момента, как его бледно-зелёная спутница потащила его искупаться в воде…       Пляж, на котором они приземлились, плавно уходил в воду лишь на пару десятков метров, после чего обрываясь в бездонную глубину океана. Не теряя ни секунды, Арбора бомбочкой влетела прямиком в глубокую воду, нырнув туда с головой. Всплеск, затем струйка пузырей на успокоившейся воде, пара тихих секунд ожидания — и она тихо всплыла, безмятежно лёжа спиной на водной глади как бревно. Струйка солёной воды изо рта, негромкое «хи-хи», переворот — и вот она уже плавает кролем вдоль береговой линии. Плуог тем временем лишь с едва видимым раздражением стоял в воде по щиколотку, и не имел никаких планов заходить дальше.       — «Давай сюда! Водичка — клас-с-с!» — подбадривала его Арбора.       — «Нет, спасибо, мне и тут непло…» — не успел ответить Плуог, как его с ног до головы окатило водой. Стерев с лица солёные капли, он увидел ехидно ухмыляющуюся, слегка клыкастую мордашку мелкой флоранки, склонившейся у поверхности воды, и уже готовой окатить его ещё раз.       — «Ах ты так! Ну держись у меня!» — воскликнул Плуог, раскидывая брызги в сторону Арборы, и вот уже спустя каких-то пару минут оба с весёлыми возгласами устраивали настоящую водную войнушку, попеременно окатывая друг друга брызгами — то зачёрпывая воду руками, то просто бив ногами о водную гладь. Короткие смешки, шлепки по воде и шуточные угрозы заполняли тишину девственного острова…       Уставшие от беготни по колено в солёной воде, Плуог и Арбора вышли на берег к двум расстеленным на песке пляжным коврикам со стоящим неподалёку переносным холодильником и широко раскрытым над ними пляжным зонтом от солнца. Пока Арбора расстеливала между ковриками полотенце, Плуог достал из холодильника нож вместе с огромным, влажным от подтаявшего льда, зелёным арбузом и аккуратно разложил их на полотенце. Под настолько пристальным, насколько и голодным взглядом Арборы, Плуог взял в руку сверкнувший под полуденным солнцем нож, сделал первый надрез… …и арбуз неожиданно взорвался, разбрасывая вокруг полужидкие красные кусочки с чёрными семенами и забрызгивая жаждавших сладкого плода с ног до головы липким розовым соком. Плуог с закрытыми глазами полностью замер в той же позе, в какой и резал уже исчезнувший арбуз, а Арбора с видимой неприязнью и длинным «Фу-у-у!» начала энергично оттираться от облепившей её лицо и руки красноватой мякоти и сока. Они, конечно, слышали, что сейчас многие удобряют арбузы нестабильным порошком для невообразимо быстрого роста — но у них даже мысли не было о том, что им настолько злоупотребляют!       — «Мда уж, вот тебе и локальное производство…» — начал причитать Плуог.       — «Мне арбуза хотелос-с-сь…» — с горечью подхватила Арбора.       Оба перекинулись одним секундным взглядом — и решили просто взять из холодильника по газировке…       После небольшого отдыха и неудачной попытки поесть арбуз, Арбора потянула Плуога на прогулку к ранее замеченному мысу, острым пиком нависающим над покоящимся под его огромной тенью скалистым рифом. На пути к скале они периодически развязывали небольшие беседы — в основном их начинала Арбора, пытаясь либо рассмешить Плуога свежим анекдотом, либо комментировать всё, что ей на их пути казалось интересным. К сожалению, пессимистичный Плуог редко отвечал взаимностью.       Риф под скалой был полон различной местной живности, выброшенной из воды и копошащейся в трещинах каменных плит. В этих же трещинах копошилась и Арбора, вытягивая на свет местную прибрежную живность и на радостях показывая её каждый раз отстраняющемуся в отвращении Плуогу. Он уже на каждое «Смотри! Смотри!» ментально готовился к ещё одному гигантскому червю с клыками, слизепауку или колонии морского винограда — поэтому когда Арбора под всё то же радостное «Смотри!» начала тыкать Плуогу в нос крупным куском самородной платины, то он, сам от себя не ожидая того, взмахом руки смахнул самородок в океан. Арбора, конечно же, расстроилась, и Плуогу после прогулки пришлось пообещать ей целую коробку её любимого шоколада когда они долетят до следующей торговой станции…       После прогулки у рифа под мысом, к вечеру уставшие от насыщенного дня Плуог с Арборой начали собираться к отлёту — у них в планах было как можно быстрее посетить космическую станцию «Сигма-Ипсилон-Сигма» для закупки припасов и топлива для корабля. Недавно на этой станции были сообщения о пропадающих членах экипажа, и в связи с этим цены заметно упали перед её закрытием на карантин до выяснения обстоятельств пропаж. Плуог пытался подняться по крутым ступеням на борт шаттла, с трудом удерживая в руках сложенный пляжный зонт с переносным холодильником и двумя пляжными ковриками, пока Арбора в стороне от него сидела на расстеленном на песке полотенце, обхватив ноги и смотря на зависший над водной гладью кроваво-красный закат. Лучи закатного солнца, отражаясь от размеренных волн, блестели тысячами рубинов, а вечерний прилив успокаивающе шумел, растекаясь по песку. Ш-ш-шух-х-х. Ш-ш-шух-х-х. Арбора никогда раньше не видела морского заката и не слышала шума прибоя вживую, лишь по телевизору, в перерывах между клубной деятельностью и учёбой. Одинокая, тоскливая слеза скатилась по худой, бледно-зелёной щеке.       — «Дождись меня, па. Скоро мы увидим этот закат вместе…»       Арбора смахнула слезу, встала, сложила полотенце и чуть ли не вприпрыжку побежала к всё ещё загружающему вещи в шаттл Плуогу:       — «Эй, Плуог! Давай потом снова сюда прилетим?»       — «Ага, конечно, и снова взорвём ещё один арбуз».       — «Фи-и, не напоминай!..» _______________________________       Несколько минут спустя шаттл тронулся от пляжа, подхватывая турбулентными потоками сухой песок, и почти без разгона взлетел ввысь, выходя на орбиту океанической планеты. После чего — стыковка с космическим кораблём, вылет с орбиты в открытый космос, заряд FTL-двигателя, пуск. И корабль отправился в свой длинный путь, с двумя его отдохнувшими членами экипажа.       Спустя восемь земных дней на эту же планету спустятся три робота неизвестной конструкции — четыре метра в высоту, с неестественно узкими, скрытыми за изодранной вельветовой материей телами и мониторами на месте головы. Ветер изредка развевал материю на роботах, давая краем глаза взглянуть на их тела — ужасные сплетения тонких конечностей, способных повергнуть в безумие слабых духом и разумом. На месте высадки они обнаружат следы — высушенные под солнцем маленькие ошмётки арбуза. На мониторе каждого из них сквозь сплошную статику изредка пробивалось лишь одно изображение — чёрная октаграмма на малиново-красном фоне. Погоня продолжается…