Изъян в тебе

Гарри кометой влетел в комнату и захлопнул за собой дверь, снял обувь где-то по пути, а сумку закинул на кровать, мысленно лаская едва ли не отпечатавшееся на внутренней стороне век посеревшее от ярости лицо Риддла. Будь они одни в медкабинете, и Том бы откусил ему голову — Гарри был уверен. Букля сонно ухнула, а в террариуме зашевелилась Нагини, когда он плюхнулся на стул, натянул на нос очки для чтения и подтянул к себе ноутбук. Не свой — Тома. Навскидку на всё про всё у него было около трёх часов, а потом сюда заявится очень-очень злой зомби. Подогнув одну ногу под себя, Гарри прикусил кончик языка и ввёл в возникшее окошко пароля «АвадаКедавра69». Том, естественно, стоило ему заметить, что Гарри касался его святыни, менял пароль. Однако он попросту не замечал, что имел забавную привычку произносить его едва слышно — и тем не менее этого было достаточно для острого слуха Гарри, — каждый раз, когда вводил, и, разумеется, громко недоумевал, когда обнаруживал очередные следы проникновения в свои виртуальные чертоги, а Гарри не мог удержаться от того, чтобы там не наследить как следует. Сейчас целесообразнее было бы взять свой компьютер, но тот в последнее время был настолько медлительным из-за заполненной всякой всячиной памяти, что оставалось одно-единственное желание — кинуть им об стену. У Тома же подобной проблемы не было. Везде царил идеальный порядок: он удалял всё ненужное, а старое переносил на резервный накопитель. Остальные же папки или не имели никакой ценности для Гарри, или же были запоролены, и он от нечего делать часто переименовывал их — раз уж стоит пароль, значит есть, что скрывать, — начиная с «мои нюдсы», заканчивая «голым Гарри». А Том потом не знал, что и где находится, и Гарри приходилось сваливать на несколько часов восвояси, пока кипение чужого котелка не приостановится и тот не отойдёт. Это было весело, хоть и по-детски. Он пробежался глазами по ярлыкам на рабочем столе и покачал головой, когда увидел ровно по центру кричаще-розовый стикер: «Поттер, закрой крышку или прокляну!» Усмехнувшись, Гарри вошёл в поисковик и просмотрел унылую историю браузера — он давно свыкся с мыслью, что ничего пикантного Риддл на обозрение не оставлял, скорее всего, пользуясь режимом инкогнито. Что, впрочем, сделал сейчас и Гарри, впервые не желая, чтобы хозяин ноутбука прознал о его деятельности. А затем начались лихорадочные поиски хоть какого-то объяснения своей причуде: это становилось не только неудобным, но и опасным. Гарри не позволил громким речам Риддла ввести себя в заблуждение — тот прознал о его уязвимом месте и будет пользоваться этим, как ему заблагорассудится. А значит, будет иметь некое подобие власти над ним двадцать четыре часа в сутки, так как сложно вечно прикрывать тылы: Гарри любил спать на животе из-за удобства. Поэтому уж лучше бы у него была уязвимая пятка, как в истории архангела Ахилла. Конечно, опасность была скорее фигуральной, чем реальной угрозой для жизни, но то, как ловко Том манипулировал им, чтобы увести из кафетерия, всего лишь одним прикосновением, стало первым тревожным звоночком: будь дело в кожном покрове, Гарри хотя бы знал, что ему делать с появившейся проблемой, но даже ткань не являлась препятствием для непонятного явления… Однако после двух часов поисков он так и не обнаружил никаких ответов, кроме истории Ахилла и нескончаемых бесед на форумах об эрогенных зонах ангелов, но ни один из упомянутых там вариантов не являлся спиной. И с каждой упущенной минутой Гарри мрачнел всё больше, ощущая внутреннее напряжение. Он зарылся пальцами в волосы, слегка потянув, и невидящим взглядом упёрся в экран, но выхода из затруднительного положения не видел. Конечно, можно было купить рюкзак… однако вечно таскать его на себе — не вариант: будет натирать. Можно было ещё попросить маму выслать с курьером ангельскую броню — что бы то ни было, оно вряд ли пробьёт мифрил, — но, опять же, придётся принести в жертву удобство. А Гарри очень ценил комфорт. — Чёрт! — рыкнул он, откинувшись назад, и бесцельно уставился в потолок. Так получилось, что Гарри не особо ладил с другими ангелами. Да он даже со своей семьёй не ладил, чего уж говорить о посторонних. И оставалось лишь два сородича, к которым можно было обратиться без ущерба для себя… Однако Дамблдора стоило оставить на крайний случай: тот явно был недоволен утренним происшествием. К тому же он и так многое спускал ему с рук. Гарри достал телефон и тут же набрал кузена, приложив аппарат к уху и прижав тот плечом, пока заходил в университетскую библиотеку и вводил свои данные. Дадли был на пять лет старше его, и то, что тот выпустился раньше, стало для Гарри огромным упущением. Однако у дяди с тётей это, напротив, вызвало колоссальное облегчение, ведь, по их словам, Гарри бы непременно стал плохим примером для их милого сыночка, учись они одновременно. А так это Дадли хоть как-то — хорошо, опять же по их словам — повлиял на Гарри. — Тебя исключили, и ты ищешь, куда бы податься? — первое, что прозвучало с другой стороны, когда тот ответил. — С чего такие выводы? — усмехнулся он, удобнее перехватив телефон. — Морально готовлюсь просто, — весело пояснил кузен. — Я даже квартиру купил с учётом того, что рано или поздно придётся тебя приютить. — Родители подарили? — Не без их участия. Вчера вот обмыли… — И без меня? — с упрёком перебил его Гарри. — Для тебя я устрою особую приветственную вечеринку, — хмыкнул Дадли. — Так чем обязан? Ты никогда не звонишь по утрам. — Мне срочно нужна твоя консультация, — с заминкой ответил он, заходя в категорию документальной литературы и выбирая нужные книги. — Уточни. — Это довольно-таки щепетильная тема, понимаешь? — понизил Гарри голос, будто кто-то мог его подслушать. — Ты меня сейчас обидеть хочешь? — Нет конечно, просто перестраховываюсь, — прошептал он, тут же злобно фыркнув, когда сайт выдал ошибку: «У вас нет доступа к „Запретной секции“. Обратитесь к Администрации вашего факультета». — Даже отсюда мне слышно, как ты скрипишь зубами. Что случилось? — насмешливо поинтересовался Дадли, что-то пережёвывая — возможно, завтрак. — Ты знаешь, почему все книги из библиотеки Хогвартса, углубляющиеся в аспекты жизни, истории и культуры зомби, находятся в «Запретной секции»? — спросил Гарри, открывая окно книжного онлайн-магазина «Флориш и Блоттс». — Всё-таки собрался избавиться от своего соседушки? Гарри цокнул языком, прокручивая список книг: «Руководство по основным приметам зомби» Эмерика Свитча, «Краткая история немёртвых» Гариуса Томкинка, «Встречи с зомби» того же Томкинка, «Сожительство с разными расами» Греты Кечлав — эта бы ему не помешала, — «Монолог зомби» Амарильо Лестата, «Быт и нравы британских зомби» Вильгельмы Вигворт — и эта тоже. Обе отправились в корзину прежде, чем раздался обеспокоенный голос кузена: — Чего молчишь, неужели и правда чего удумал? — Просто собираюсь писать курсовую про них, — слегка приврал он, — а всё, что мало-мальски достоверно и информативно, нет в свободном доступе. Что ещё за цензура? — Четвёртая статья об ограничениях, связанных с зомби, тридцать девятая статья о праве на получение информации и сорок третья об обеспечении конфиденциальности информации, — монотонно пробубнил Дадли, тут же превращаясь в учителя. — Наброском стало требование немёртвых ещё во времена Вестфальского мира: два мирных соглашения о том, что народы равны и имеют право требовать от соседей невмешательства в свои дела. Однако после перемен на международной арене и очередной войны зомби согласились на мирный договор лишь с одним условием — так называемые ограничения свободы массовой информации, которые после перетекли в строки закона. — Даже с целью исследовательской работы? — У тебя нет допуска. — Но есть у тебя, — заключил он. — Есть, но я ещё слишком молод, чтобы закончить свою жизнь в тюрьме, — промямлил жалостливо кузен. — Тогда зачем эти книги лишнее место занимают, если ни у кого из студентов нет допуска к ним? — раздражённо фыркнул Гарри. — У зомби есть. Предупреди куратора курсовой и попроси своего мертвяка, может, протянет руку помощи. «Вряд ли…» — Гарри поморщился. Он оплатил покупку и свернул окошко. Заказ должны были доставить завтра, хотя едва ли на страницах найдётся что-то путное. — Это невозможно, — исчерпывающе заявил Гарри и потёр глаза — лёгкая сонливость вернулась. — Ладно, тема зомби — табу, но о нашей совместной деятельности тебе что-нибудь известно? — О пересечении ангелов и немёртвых в истории, то есть? Гарри вздохнул: — Не говори мне, что и это большая тайна. Кузен замолчал, опять активно жуя и причмокивая в трубку. — Может, конкретизируешь, Гарри, о чём эта твоя «исследовательская работа»? — наконец изрёк он. — Я ведь могу часами болтать о нашем народе и культуре. Сомневаюсь, что ты ждёшь от меня именно этого. Гарри задумчиво забарабанил пальцами по столу, чем вызвал недовольство Нагини, не сводящей с него пытливых глаз-бусинок. Он не знал, что именно искал и какую наводку дать кузену, чтобы тот мог быстро сориентироваться в своей умственной библиотеке и понять, были ли подобные прецеденты в истории. Гарри не испытывал смущения, но почему-то говорить прямо на эту тему было довольно-таки сложно даже с Дадли, который, в отличие от всех остальных родственников, никогда не осуждал его. — Допустим, — произнёс Гарри, покачнувшись на стуле, — просто допустим, что некто испытал оргазм от одного прикосновения к… — Бля-я, — нараспев протянул Дадли, перебивая его, — ты сейчас серьёзно, что ли? Звонишь мне с утра, чтобы под видом научной работы поделиться проблемами своего недержания? Гарри вздохнул, вновь начиная барабанить по столу, что на этот раз вызвало недовольство Букли. — Я же сказал, что тема довольно-таки щепетильная! И я не себя имею в виду, — возмущённо прошептал он. — Ну-ну, именно поэтому ты всё это говоришь шёпотом, — возразил кузен со смешком. — Чего ты скрытничаешь, будто мы чужие? — Я не скрытничаю. — Никак стесняешься? — удивлённо спросил Дадли. — Нет! — Точно стесняешься! — удовлетворённо усмехнулся он. — Ну так что: зомби, ангелы и избыточная чувствительность — это тебя интересует? — Избыточная чувствительность в спине — вот что меня волнует, — угрюмо уточнил Гарри. Ничегошеньки он не смущается! — Радикулит? — Дадли! — Ладно-ладно, не сердись, — громко рассмеялся кузен. — Я читал, что до упразднения рынка невольников зомби держали среди прочего живого товара и ангелов тоже, что и послужило толчком к началу конфликта. — Ну, во-первых, не зомби, а личи, и не для продажи они нас пленили, а для личного пользования, — поправил его Дадли. — Если тебя интересует, как это происходило… — он на мгновение замолк, словно раздумывая над чем-то. — М-м, ни с чем, связанным со спиной или нашими крыльями, кроме того, что их отрубали, чтобы сковать нас в движениях, я не сталкивался. — Личи — это высшие мертвяки? — уточнил Гарри, нервно покусывая губу. — Ага. Как наши архангелы. — Разве это возможно? — Пленить одного из наших? Теоретически это сложно, однако на практике личи обладают не только физической силой вампиров, но и телепатическим воздействием демонов, плюс плюшки у них там всякие — колдовские. В общем, образины редкостные. Однако дело было даже не в их способностях, а в обряде добрых намерений. Ведь у нас всегда была «миротворческая» миссия: наставление на праведный путь, любовь к ближнему, благие помыслы и прочая ересь, о которой твердилось в слове Мерлина. Вот мы и выпивали с ними на брудершафт, переплетая руки, чтобы закрепить будущую дружбу, а потом заканчивали у их же ног, поскуливая будто питомцы. Даже намёка не было на мир, но мы всё равно продолжали пытаться, — пробурчал кузен, а Гарри нахмурился. — Они опаивали нас и держали на коротком поводке. В прямом смысле. Наши органы обладают регенеративными свойствами, которые были им интересны, скажем так, и уточнять, для чего именно интересны, я не буду, потому что не собираюсь нарушать закон из-за того, что ты там кончаешь от одного прикосновения своего соседа: живи да радуйся, брат! Гарри шикнул в телефон и потёр лицо, собираясь несколько бесконечных секунд с мыслями, прежде чем поинтересоваться: — Чем они нас опаивали? — Амортенцией, — кисло пояснил тот. — Зелье слепого обожания. Одна доза каждые двадцать четыре часа — и мы слюни пускали по этим мешкам с костями, пока они нас потрошили. Вновь покачнувшись на стуле, Гарри набрал в поисковике «Амортенция», а плечом вновь прижал трубку к уху. — Благо, что на ошибках мы всё-таки учимся, — сухо добавил Дадли, — и несколько веков наблюдение за тем, как наши собратья увядают, помогли очнуться от мысленной утопии. Поэтому мы тоже внесли свою лепту в закон, чтобы избежать неприятных последствий. Было введено ограничение добычи редких охотничьих ресурсов, хоть это преследуемо и Уголовным кодексом тоже, как посягательство на жизнь, но после некоторых недопониманий, — в его голосе проскользнуло возмущение, — многое из употребляемого некоторыми хищниками было также занесено в качестве «охотничьих ресурсов», запрещённых к добыче. — Каких недопониманий? — отвлечённо уточнил Гарри, пробегая глазами по строчкам в поисковике. — Дескать, если ангелы могут вновь отрастить себе почку, то почему бы этим не воспользоваться? Это не должно считаться преступлением, ведь мы всего лишь засыпаем — подумай только, всего лишь! — а раз мы такие миролюбивые, то наш долг — помочь избежать лишних жертв среди менее самовосстанавливающихся рас и стать для зомби инкубаторами донорских органов. — Действительно, — машинально ответил Гарри, вчитываясь в статью о запрете производства и продажи Амортенции. Дадли возмущённо пробасил: — Ты что, согласен с ними?! — Это ведь логично. Ну, если глянуть на всё со стороны. — Ни фига это не логично! Может, мы и не падаем замертво, но увядаем в течение десяти лет самое большее. Как ты думаешь, каким образом влияет на наш организм непрерывная регенерация тканей?! — Гм... полагаю, что не очень хорошо, раз ты так возмущён, — подтвердил Гарри, сворачивая очередную статью и открывая следующую: о конфискации партии Амортенции в Лютном. — Твоё безразличие ко всему, что касается ангелов, иногда просто… неимоверно меня бесит! — воскликнул Дадли и что-то пробубнил в трубку. — Бесит-бесит-бесит! Гарри закатил глаза. — А как же твоё безразличие касаемо моей судьбы? — жалобно осведомился он и, пользуясь тем, что Дадли притих со своим «бесит», добавил: — Жестоко с твоей стороны говорить мне жить да радоваться рядом с мертвяком, когда они нас веками на цепи держали и органы извлекали. Наверное, у меня к нему отторжение на биологическом уровне, — фыркнул Гарри, сощурив глаза и вчитываясь одновременно в новостные вырезки. — И я только что узнал, что недавно полиция накрыла несколько партий… ангельских сердец. Что это, бля? Контрабанда? — он взъерошил волосы, еле слышно прошептав: — Что, если я буду спать, а он у меня печень вырежет, а так как мы впадаем в спячку, то я даже не замечу этого, а?.. Он и так иногда на меня смотрит, будто готов целиком сожрать… И даже косточками не подавится! Конечно, подобное происходило после всяких пакостей… но это ничего не меняло. Гарри вздрогнул, понимая, что шутка частично и не шутка вовсе. Перед глазами появились почерневшие глаза и чужие губы, меж которыми проскользнул язык, обнажая ряды острых как бритва зубов, и на мгновение Гарри увидел эти зубы, смыкающимися у себя на плече. Лёгкая фантомная боль пронзила тело, и он вцепился в край стола, шумно выдохнув. —…Чёрным рынком заведуют гоблины, брат, — тем временем говорил Дадли. — Им закон не писан. Они как были когда-то пиратами, воришками и душегубами, так и остались, только костюмы надели да лицо умыли. Не думаешь же ты, что зомби станут марать руки? Зачем им, если в наше время всё можно приобрести за деньги? Поэтому не утрируй — не станет тебя потрошить твой Том прямо в кампусе, но не исключаю, что дома он может баловать себя деликатесами, как и всё его семейство. Гарри скосил взгляд, краем глаза зацепившись за белеющее пятно холодильника, и ощутил, как вдоль позвоночника пробежали мурашки. Он тряхнул головой, пытаясь отделаться от бушующего волнения внутри, которое нельзя было определить в какую-нибудь категорию: было ли это тревогой или же предвкушением. — Гм… ты мне никак не помогаешь, а только всё ухудшаешь, — прошептал Гарри и приложился щекой о клавиатуру, удерживая телефон рукой. — Знаешь, как он зол на меня сегодня?.. Чёткого плана у Гарри не было. Он надеялся сделать свои дела и смыться до возвращения Тома, давая ему время до вечера, чтобы остыть. — А ты как будто ничего из этого не знал, живя с ним бок о бок, — флегматично отозвался кузен и подул на что-то, видимо, на чай. — Ну знаешь ли, в школе зомби вообще почему-то не проходят на уроках биологии, а на истории слишком прозрачно упоминалось о существовании рынка, — заметил Гарри, отлипая от клавиатуры, когда на всю комнату раздался раздражающий писк системы о блокировке клавиш. — Из Тома вообще ничего не вытянешь: он лишь смотрит на меня, как на полного дебила, видимо, считая, что все эти знания должны были родиться со мной, — на этих словах Дадли прыснул, прошептав: — А он мне уже нравится. — Половину книг я не смог отложить, потому что они в чёртовой «Запретной секции», — буркнул Гарри, — а во второй нет ничего из того, что ты мне сказал. Может, ты разболтал мне нечто конфиденциальное? — усмехнулся он вопросительно. Дадли замолк, и Гарри буквально мог слышать, как завращались шестерёнки в чужом мозгу, а спустя пару секунд тот спешно ответил: — Забудь всё, что я тебе сказал! — Забуду-забуду, всё равно толку от этого ноль… — с сожалением отозвался Гарри. — Всё-таки придётся просить маму выслать мне доспех. Но если я попрошу, она опять подумает, что я во что-нибудь влип, и скажет отцу; отец придёт сюда во всеоружии, начиная отчитывать меня ещё по дороге… Может, и деда прихватит с собой, чтобы тот настучал мне тростью по голове. Нет уж, легче новый доспех заказать. Брат, выполнишь мою просьбу? — Ты драматизируешь, Гарри. А я так и не понял сути твоей проблемы, — осторожно изрёк Дадли и чем-то захрустел. «Рассказывать или нет? Да или нет? Не рассказывать или же сказать?» — Гарри мысленно вырывал лепестки ромашки, но, сбившись со счёта, сглотнул и поспешно изрёк: — Всё просто: он касается меня меж лопаток — и я чуть ли не кончаю. Это ведь ненормально? Вновь повисла гробовая тишина. Дадли даже жевать перестал, и Гарри мысленно застонал, понимая, что раз кузен растерялся, значит ответов у него нет и тот понятия не имеет, что это такое. — Ты ведь не знаешь, что это за хрень такая? — спросил он на всякий случай. — Если честно, то без понятия… Но точно не Амортенция. Это, скорее, какое-то локальное воздействие, — задумчиво протянул Дадли. — Типа кислотного прикосновения у гарпий или огненного отпечатка у фениксов. Но… эм… — Знаю, — перебил Гарри, — причудливый эффект. Гарри замер, потерев переносицу, а потом не сдержал смешка: — Грёбаная длань удовольствия. Неудивительно, что ему даже возбуждаться не нужно — положил лапищу на чужое тело, и всё — из партнёра хлещет фонтан спермы. — Чёрт, Гарри!.. — простонал Дадли и следом рассмеялся: — Зомби твой ведь не инкуб, чтобы обладать такими способностями. — Но это многое объясняет, — уныло парировал он, наблюдая за Буклей. Та нервно хлопала крыльями, видимо, ощущая, что её хозяину пришёл пиздец. — И что именно? — с опаской уточнил кузен и вновь громко захрустел. Теперь Гарри был уверен, что хрустит тот бабушкиными трубочками в шоколаде, и мысленно облизнулся, прислушавшись к урчанию в желудке. — Причину, по которой Долохов был такой довольный, покидая его кровать. Массаж, наверное, ему сделал, лопаточки как следует помял, — и всё, член без надобности вообще… — Гарри, ты, конечно, меня прости, но ты совсем умом тронулся или с ночной попойки? Букля, словно услышав Дадли, довольно ухнула, явно соглашаясь с ним, а Гарри, сдержав порыв удариться головой об стену, отложил очки в сторону. — Попойка будет позже, — твёрдо заявил он. — Дадли, зомби ведь импотенты, а Том вообще никем не интересовался в этом смысле с начала учёбы — оно и понятно. А тут вдруг захожу я вчера в комнату, а он с колдуном в кровати валяется… Знаешь, меня словно по голове в тот момент приложили. Но если у него такая способность имеется, то всё понятно, — заключил Гарри и уточнил: — Хоть что-то понятно. — А мне вот ничего не понятно, — возразил кузен с толикой скепсиса. — С чего ты взял, что зомби страдают импотенцией? Гарри, нельзя сказать, что замер, скорее завис, как собственный лэптоп. — Ну как же… Я проверил… — поспешно заявил он и прикрыл глаза, когда услышал булькающий смешок на той стороне, а затем ещё один, который перерос в громкий смех. — Боюсь даже спрашивать… как именно ты проверил… — сквозь смех говорил Дадли. — А его… А его-то ты хоть спрашивал? — Я же говорю, что он смотрит на меня как на дебила каждый раз, когда я пытаюсь намекнуть… Не буду же я в лоб говорить о таком! — Всё с тобой понятно, брат: сам выдумал и сам же в это поверил. — Блядь, но это ведь логично! — воскликнул он и тут же перешёл на шёпот: — У него нет спонтанной эрекции по утрам… А у вампиров есть, хоть они такие же мёртвые! — О-ой… — насмешливо протянул Дадли, явно подразумевая под этим «какой же ты дурак». — Разумеется нет «спонтанной», потому что зомби полностью контролируют своё тело, в отличие от вампиров: захотел — перестал дышать, захотел — начал, захотел — уснул, захотел — проснулся, захотел — остановил сердце, захотел — запустил… Гарри уже не слушал. После первичной остановки всех систем его конкретно закоротило. — Что до твоей проблемки, то всё это как-то сомнительно звучит, если честно, — продолжал говорить кузен, а Гарри хотелось, чтобы время на мгновение остановилось: ему нужно было подумать. Хорошенько всё так обдумать. — Ты ведь говорил только о спине, а значит всё работает не так: я бы искал проблему именно в тебе. — Подожди минутку, — шепнул Гарри и встал. — Что? Что такое? — Я пытаюсь это осмыслить. Трудно вот так, по щелчку, переключиться… «Я же не зомби». Он прошёлся по комнате, подметая крыльями пол, и остановился около кровати, вспоминая, как Том резко открыл глаза и не было в его взгляде ни дымки сонливости, как и не было зевков или охрипшего голоса… «Проснулся как огурчик, блядь!» — мысленно простонал он. Гарри сам сказал ему перестать дышать, просто посчитав, что дышать для зомби вовсе не обязательно. И в ту же секунду Том остановил дыхание. — А он понял, что случилось с тобой? Когда это случилось? — не дожидаясь усвоения полученной информации, поинтересовался Дадли, и, судя по доносящемуся щебетанию птиц, тот вышел на балкон. Вздохнув, Гарри вернулся к столу и упал на стул, больно смяв правое крыло. Он напряг память, вспоминая озадаченное лицо Тома. Определённо, тот был удивлён не меньше его самого, и если что и сделал, то неосознанно. По крайней мере, утром. — Может, в больницу обратиться? — предложил Гарри, на мгновение отвлекаясь от осознания, что всё это время Том пялился на него как на дурачка, потому что он и был дурачком. — Возможно, у меня там нервные окончания какие-то неправильные, — горестно вздохнул он. — Если честно, я даже не понимаю, что мне делать. В первый раз Том коснулся меня случайно, но потом действовал целенаправленно. — Тебе ведь не было больно? — Мне неудобно, и ещё это… чертовски смущает, — прошептал Гарри. — Получается, что он может контролировать своё тело, а я чуть не кончил в кафетерии в штаны от того, что он туда просто руку положил. Поверх блядского свитера! Ты понимаешь, НАСКОЛЬКО это хуёво? — Да уж. Стоит ему пустить слушок, что ты скорострел, — со смешком изрёк Дадли, — и твоей репутации палковводца конец. Придётся родителям приданое тебе собирать, чтоб хоть кто-нибудь позарился — думаю, они будут в восторге. — Не смешно, — Гарри покачал головой и уже было хотел добавить, что подобное слишком инфантильно для Риддла, как вспомнил его замечание за завтраком. «А что, если он и правда, разозлившись за сегодняшнюю выходку, скинет куда-нибудь в общий чат, мол, а вы знали…» — Нет, это слишком мелочно, — беззвучно ответил сам себе Гарри. — Скажу лишь одно: это пиздец как странно, но интригует, — тем временем изрёк Дадли. — Я попробую что-нибудь найти в ритуалах ангелов или контактных заклинаниях. Однако тебе всё равно следует пройти обследование крыльев, Гарри, хоть я и сильно сомневаюсь, что здесь дело именно в физиологии… — На что это ты намекаешь? Дадли замолчал, а следом неловко кашлянул и предложил: — Может, это что-то психосоматическое — ты не думал об этом? — Ну уж нет! — Гарри чуть не навернулся на стуле, неудачно качнувшись, и мысленно чертыхнулся. — Нет!.. — он тряхнул головой и поспешно спросил: — Хочешь сказать, всё это происходит потому, что я сам этого желаю? — а затем вновь твёрдо повторил: — НЕТ! — Ты не пытался в первый же день переспать со своим соседом — что уже удивительно; ты чаще болтаешь о нём, чем о своих друзьях, хоть он тебе даже не друг, исходя из твоих слов; ты почему-то решил, что он не заинтересован в романтических отношениях, к тому же ещё и импотент, будто таким способом мысленно хочешь отгородиться… — Дадли, ты этнограф, а не психолог, — прервал его Гарри, повертевшись на стуле. — А мне и не нужно быть психологом, чтобы заметить очевидное. — Это не может быть очевидным, ведь это не так! — В принципе, это легко проверить, если обследование ничего не выявит, — ничуть не смутившись его реакции, ответил кузен. — Просто найди другого зомби, попроси его потрепать себя по спине и заставь как-нибудь Тома потрепать другого ангела. Сразу говорю: не меня! Если мир не схлопнется в этот момент, сам понимаешь, что это означает… — Нет! — ядовито процедил Гарри. — Он ведь мог невольно наложить на меня какие-нибудь магические побочки… или проклясть. Том постоянно раскидывается устными проклятиями! — Ты ведь понимаешь, что отрицание ничего не изменит? Добавь ещё и магический осмотр, чтоб быть до конца уверенным, — со вздохом предложил кузен. — Если не будет никаких результатов, то ответ один… Гулкий стук за спиной заставил Гарри подскочить на месте. Он обернулся, боясь встретиться со свирепой бледной мордой и тянущимися к нему руками, но увидел лишь закрытую дверь — дверь, в которую кто-то настойчиво стучал. Гарри скосил взгляд на время — Риддл должен проваляться в медпункте ещё минимум час. — У меня тут гости пожаловали. Созвонимся. — Сообщу, если что найду, — попрощался Дадли, прежде чем Гарри отключился. Сжав телефон в руке, он заметил несколько сообщений и среди них несколько было от Седрика: «Ты там как? Температура спала? Заглянуть к тебе после пар?» Стук вновь повторился, и Гарри поднялся, захлопнув крышку ноутбука и сунув мобильный в задний карман. Настроение стремительно упало до нуля. За спиной нервно ухнула Букля, когда он оказался около двери и вздохнул, жалея, что у них нет глазка. Не то чтобы Том стал стучать, но всё же… Положил ладонь на ручку, Гарри щёлкнул замком, нацепил на лицо улыбку, заранее решив одарить незваного гостя ею, и потянул дверь на себя. Была не была.