как снег на голову

– Это Тэхен? Кай смотрит в огромное окно кофейни, подперев лицо ладонью. Примерно час назад они в общем чате написали, что опоздают на встречу в кафе, и около получаса ждут Бомгю. Между прочим, именно последний скинул в чат это заведение; но никто из пришедших не хочет спрашивать, почему именно они сидят сейчас вдвоем как придурки. Два парня больше, чем сто восемьдесят, молча сидят на розовых диванчиках и смотрят то на экраны, то друг на друга. Впрочем, их не особо колышат тихие переговоры между работницами и редкими клиентками. Их чашки с некогда горячими напитками были пусты, ровно как и множество столиков вокруг. – Это Тэхен. Сидящий напротив не хочет поворачивать голову; он так удобно устроился, лёжа туловищем на столе. Если честно, был плюс в этих розовых диванчиках. Они высокие, мягкие, и даже слишком подходящие для того, чтобы прятать замерзшие ноги на соседнем месте. – Такой высокий? Каю немного неприятно следить за тем, как Бомгю, прижавшись к незнакомому парню, что-то весело рассказывает. Это кажется ему немного "слишком" даже не смотря на то, что он уже как час заботливо греет ступни Ёнджуна своими бедрами. И, нет, они не потеряли стыд, просто посчитали, что в почти пустом кафе лучше позаботиться о здоровье друг друга, чем о чужом мнении. – Только среди нас он низкий. Ёнджун крутит собственные пальцы, играет фалангами и постукивает по полупустому стакану с каким-то жутко сладким кофе. Что-то вроде капучино – он не разбирается – но с кучей сливок и странным названием "милочка". Подходит под образ Ёнджуна. Ему, к слову, жуть как идут белые кофты, но крупная вязь скоро приведет его к бронхиту. – Покрасил волосы в черный, и, – Кай чуть дует губы, сдерживая улыбку, – Перерос Бомгю на пол головы за месяц? Его глаза, скорее, усталые, чем веселые. Совсем не подходят под его голубую толстовку и мягкие, шоколадные кудряшки. – Чего? – Ёнджун кривит лицо, елозит подбородком по своей руке, надеясь увидеть тень лжи в глазах Кая, – Кто-то пришёл с Бомгю? – Так точно. – Но если это не Тэхен? Осознание того, что в их чате, в общем-то, Тэхена нет и никогда не было – он с ними так и не поделился какао током – вдруг прошибло крашеную голову. – Шестой должен был прийти с тренировки. Кай игнорирует это "Шестой" так же, как и "Пятый"; просто отправляет это в папку, созданную Бомгю, под названием "гексада и пять, ну, типо, чувств". – Приковылял. Кай внимательно следит за Бомгю и интересным, пока ещё неизвестным парнем. Черные волосы, хороший рост, ямочки и что-то доброе в больших глазах. – Ты его знаешь? Неизвестный поддерживает их друга под руку, попутно распахивая чёрное, длинное пальто и развязывая плотный, вязаный шарф. Они о чем-то говорят, и Бомгю, странно склонившись в объятьях, собирает руки то ли в благодарности, то ли в мольбе. – Лучше бы я знал его, чем его. Ёнджун говорит в интонации, прекрасно понятной Каю; Бомгю правда выглядит странно. В широких, подвернутых джинсах, кедах и в куче толстовок. Когда несуразный январский модник их замечает, сразу же радостно тянет руку вверх; одна из кофт задирается и показывает многообразие цветов и ткани. Может, это и лучше чем один леопардовый бомбер, но купить пуховую куртку ему все-таки надо до того, как зима закончится. – Что с ним? Кай следит за тем, как он прыгает к ним на одной ноге, и не знает, стоит ли ему пойти и помочь своему хёну. – Его нога... Он готов подскочить прямо сейчас, но рука Ёнжуна сжимает его ладонь над столом; и плевать на других. – Сиди, – схватившись за него, потягивается и разворачивается, хрустнув позвонками, – Что опять? "Снова ударился о тумбу, перевязал пол ноги, чтоб мизинцу не было так обидно, и теперь не может ходить?" Поправляя спавшие на лоб пряди, что уже смывались в бледно розовый, он внимательно смотрит на Бомгю. Тот шумно дышит, пока прыгает к ним, и сразу же падает на мягкий диван. Ну, вот тут с поправкой. Падает прямо на Ёнджуна. – Айгу! Старший жалобно стонет, руки сразу же смыкаются на плечах Бомгю. Последний совсем не тяжелый, но от этого не менее большой; парень, без зазрения совести, пытается уместиться на своем хёне, но ударяется локтем о стол. – Ты в порядке? Кай спрашивает в надежде на то, что собранная, болючая гримаса на лице Бомгю лишь привычный им драматизм. – Хён такой костлявый, – жмурит глаза, сползает наконец с придавленного старшего, – Больно. – Ты вообще читаешь что тебе пишут? Ёнджун включает свой телефон, и сразу же показывает переписку с Бомгю. На фоне диалога две кошки дают друг другу в лоб, и это не может не смешить. Ёнджун думает, что множество не прочитанных сообщений вызывают у Бомгю смущенную улыбку, но он ещё никогда так не ошибался. – Прости, это важно. Он прыскает от смеха, и сразу же спешит оправдать свое почти честное, зато точно ангельское имя. – Знаете, я теперь хожу в тренажерный зал с Тэхеном, мне приходится много работать, – он не хочет хвастаться, но, – Мы виделись уже шесть раз! Шесть! Это стоит того. Его улыбка яркая, а поток слов все не прекращается. Впрочем, это не мешает Каю проследить через плечи друзей за тем, как неизвестный проходит вглубь заведения, сложив пальто в руках. – Это не так скучно, как я думал. – Железки довольно интересные, если они в чужих руках? Кай спрашивает, и сразу же получает от Ёнджуна по шее. Слабенько так, и явно с одобрением. – Так, мелкий нахал, – теперь Ёнджун щиплет за бедро Бомгю, – Кто это? – Кто? – не сразу понимает, о ком речь, – Он просто подвез меня! Не смотря на ответ, Кай прекрасно видит, что происходит за спинами старших, и многозначительно хмыкает. – Ты близок с ним? – Серьезно? Взгляд Кая немного тусклый; ему казалось, что Бомгю был серьезен по отношению к Тэхену. – Что значит "близок"?! – Вы так мило обнимались, – у Кая улыбка слабая, привычная, и немного давящая, – Хён. – Я не флиртую с ним, – сразу же подмечает, и словно бы по книжке добавляет, – А ещё, если повторять одно и то же слово больше трех раз в минуту, можно получить штрафные пять минут на беговой дорожке. Я их не получал сегодня, потому что был присед, но вы могли бы хоть для... Бомгю отвлекается от своего увлеченного монолога сразу после того, как замечает серьезные взгляды. Он не знает, почему взгляд Кая кажется опасней чем клыки Ёнджуна, но сразу же старается вернуться к теме. – Мы просто, ну, ходим туда вместе? Он помогает мне иногда, сегодня даже помог поставить вес и сказал как правильно приседать. – Это твой тренер? Ёнджун смутно вспоминает дни, когда в инстаграм историях про тренажерный зал помимо Тэхена были фото ещё одного парня. Хоть он и не выглядел достаточно сильным для того, чтобы быть тренером, по сравнению с Бомгю он был едва ли не греческой статуей какого-то бога. – Ты платишь ему? – младший сразу же закрывает рот ладонью, – Разве это правильно? Он привез тебя сюда. Кай, правда, старается быть тише; парень, пришедший с Бомгю наконец показался в его поле зрения и направлялся к кассе. – Он привез меня в обмен на мое внимание! Бомгю кажется довольным собой, и Кай не может игнорировать того, что неизвестный принимает в своем заказе больше, чем одну порцию. Все в нем чувствует какой-то подвох. – Зачем ты притащил его сюда? Всего две недели назад Кай внимательно вслушивался в речь, посвященную "прекрасному Тэхен-и, который должен влюбиться в принца Гю" и сейчас не был уверен в том, что голова Бомгю в порядке. – Кого? – Ёнджун на миг забывается, и резко разворачивается, чтобы проследить за направлением взгляда младшего, – Он ещё здесь? – Парень, с которым ты шел в обнимку. Уточняет Кай. Бумажка в его руках скоро превратится в пепел. – А, Субин-и? Разве он не ушел? Он просто помог мне добраться до сюда, почему вы не верите мне? Ты не веришь своему хёну, Хюнин-и? Наседает на него, невольно складывая руки в замок, прочесывая ногтями грубую кожу пальцев. В голове у него нет ни одного "почему" по отношению к друзьям, он слишком рассеян для того, чтобы думать в лишний раз. Он целых два часа упражнялся, и, кажется, переработал. – Может он просто решил поесть? – Ёнджун говорит чуть тише, внимательно смотрит на Кая; последний совсем не рад, – Просто так отвозить Гю сюда было бы расточительно. – Эй! – И правда. Возможно, только из-за того, что лицо Кая такое, он кажется недовольным и холодным; но его голос неожиданно тихий и низкий, когда он поджимает рукава своей толстовки. – Он идет сюда. В этот момент Бомгю, наконец, решает развернуться. Он подтягивает ноющую ногу поближе к себе и, опираясь о бедро Ёнджуна, садится боком. Заправляя черные волосы с редкими белыми прядками, он внимательно смотрит на улыбчивого Субина. Что-то нервное вынуждает его касаться обветренных на морозе губ. "Я что-то сделал?" – Субин-а? Бомгю по привычке растирает губы костяшкой, и растерянно глядит на своего знакомого. – Извини, извини, можно я только спрошу? – Ёнджун кивает первым, внимательно изучает Субина, – Вы ведь друзья Тэхена из университета, да? Когда Субин ставит два бинсу на стол, Кай зависает взглядом на прозрачных чашках. В руках парня они казались как две стандартные порции, но на деле это были невероятно большие порции. Разве они не для четырех человек? Субин садится рядом с Каем, особо не задумываясь о том, что он выглядит немного странно. – Нет. Бомгю отвечает с небольшой заминкой; просто пытается понять, кто из этих двоих первым остановится кивать в знак приветствия. – Да, – Ёнджун сразу отвешивает ему слабый подзатыльник, – Мы знаем Тэхен-и. По странной привычке касается под столом ног Кая, словно бы так он правда может защитить его, если что-то случится. "Что с ним может сделать такая булка?" – Бомгю-я, разве ты не следишь за ним? Субин улыбается так, словно бы сказал что-то абсолютно очевидное. – Эй! Сегодня я занимался один, – у него не получается игнорировать неловкое молчание, – Потому-что Тэхен-и попросил меня не пропускать тренировки, когда его нет. – Я попросил его не приходить сегодня. – Ты? В головах трех друзей странная мешанина из фактов; кто вообще этот парень? – Стойте, давайте сначала познакомимся, – отгораживает себя руками, смотря на хмурого парня, со смутно знакомыми розовыми волосами, – Представишь нас? – А, это, – Бомгю реагирует на руку Ёнджуна, что сжимает колено, – Субин. Мы вместе с ним и Тэхеном ходим в один зал, сегодня он помог мне приехать. – Лучше не делай так. Серьезный тон Субина выбивает воздух из легких Ёнджуна; как он вообще может что-то ему приказывать? – У него растяжение, – взгляд стал только суровей, – Но оно пройдет через пару дней, я помог ему с перевязкой. Ёнджун внимательно смотрит на Бомгю. Последний, честно, готов сдаться. – А я хотел сказать вам, – говорит тихо, и совсем не недовольно, – Вы просто не слушали. – Больно? Когда он гладит своего ангела по коленке, чувствует, как тот вырывается – явно недовольный – и аккуратно массажирует от коленки вниз. Каким бы он ни был, ему жалко своего младшего. – Ёнджун мой хён с университета, а Кай учится в параллельной группе. – Вместе с Тэхеном, да? Я часто слышал о тебе. Для Бомгю услышать это как болючий, пустой укол. Даже о лодыжке он забыл. – Про Кая? Уточняет тихо, и совсем растерянно разглядывает пару бинсу. Ледяная стружка, покрытая разными сиропами, печеньем и палочками сейчас не кажется чем-то невероятно вкусным. Разве оно не должно было растаять за то время, что они тут сидят и разглагольствуют? – Да, – Субин не замечает того, как все вокруг мрачнеет, – Вы близки с ним? Не понятно, кого именно он спрашивает; и это не мешает Каю вклиниться в разговор первым. – Бомгю хен лю– – Йа, – Ёнджун закрывает рот Кая ладонью, с легкостью преодолев не такой уж и большой стол, – Мы все познакомились в университете и видимся с ним только там. Кай, кажется, даже не сопротивляется. Поэтому Ёнджун сразу же берет ложку, набирает туда побольше бинсу и убирает ладонь. Он буквально запихивает в Кая сладкое, а потом гладит по пушистым, каштановым волосам. – Да, он много работает, поэтому, – Субин тоже берет ложку, – Я думаю сделать ему сюрприз. Отсутствие какого-то "вау" эффекта делает Субина немного смущенным; он пытается найти поддержку в Бомгю, что сидит, раскрыв рот. – Сюрприз? – Ёнджун передает ложку Бомгю, вынуждая его захлопнуть челюсть, и самостоятельно поддерживает разговор, – В честь? Он боится услышать что-то связанное с годовщиной, и заранее гладит Бомгю по коленке. Последний на это одергивает ногу, и почти не реагирует на боль в лодыжке. Он даже подумать не мог, что такая переменная, как Субин с сюрпризом, может появиться в его фееричном плане. – Его день рождения скоро. Ложка с бинсу останавливается в сантиметре от лица Кая. – А, день рождения, – Ёнджун делает вид, что они просто забыли, – Вроде он не приглашал, вот мы и... – Он никогда не устраивает вечеринки по этому поводу! Если не вытащить его куда-нибудь, он просто забьет этот день ночной сменой и купит родителям торт. Понимаете? Субин набирает сладость на ложку и сразу же съедает; в нем что-то горит, и Кай даже немного побаивается этого всплеска харизмы. – Так и что мы, – Бомгю сглатывает, когда ложкой постукивает по замерзшему на бинсу слою шоколада, – Можем сделать? Вечеринку для него? Одна только мысль об этом вынуждает его съёжиться; все, что связано с кучей людей вызывает у него прилив усталости. "Он ничего не знает о Тэхен-и". – Поедете на горячие источники с нами? – делает паузу только для того, чтобы обратить внимание именно на Бомгю, – Его мама взяла целый домик на два дня, но я до этого ни разу не видел у него друзей. Когда я в машине услышал от Бомгю о том, что вы все дружите с ним, я чуть не потерял дар речи. Правда. Субин показывает искреннее удивление и смеется, в очередной раз зачерпывая себе бинсу. – Почему вы не поедете вдвоем? Все сразу же обращают внимание на Кая, что выглядит даже слишком адекватно для заданного вопроса. – Разве это не свидание? Бомгю старается собирать весь свой позитив и засмеяться. – Я правда не знаю, что сказать, – Субин отставляет уже на половину съеденный бинсу, – Его мама может неправильно это понять.

***

– Хён, – Бомгю взбивает яйца с сахаром уже минут пять, – Ты можешь посмотреть задание Тэхена? Его сердце отстукивает знакомый ритм; что-то из "рнби" плейлиста. – В последний раз оно было серое, – добавляет в миску ванильный сахар, – Как бетон? Ёнджун улыбается, думая об этом, как о чем-то положительном, и сразу же радуется тому, как в ответ ему улыбается Бомгю. – Это не важно, Гю. Ёнджун, сидя на корточках с пачкой муки в руках, медленно листает множество рецептов; как от двух килограммовой пачки муки отмерить четверть? Он даже не уверен, есть ли у него стаканы, которыми можно сделать это "на глаз". – Он вообще не любит меня! – Бомгю стоит совсем рядом, крутит силиконовой лопаткой тесто, – Что вообще назвается "теплом"? Ёнджуну неприятно. Он слышал рассказ Кая, и рассказ Бомгю, и прекрасно понимал в чем дело. – Бомгю-я. Ёнджун убирает телефон и, медленно разгибая свои длинные ноги, ставит пачку муки на столешницу. – Ты не думал о том, что это задание последнее? Бомгю медленно переваривает вопрос. Он слишком много места в голове уделил тому, как будет выглядеть торт. Белый, быть может бежевый, с красивой надписью "я люблю Тэхена" и символичной белочкой. – Ну, оно правда последнее. Ёнджун на это только усмехается, и, взяв в руки нож, аккуратно смеряет размер пачки. День рождения уже завтра, и им нужно сделать идеальные коржи хотя бы с третьего раза. Бомгю же надеется, что если ему правда придется стоять завтра, то на морозе. Чтоб торт точно не испортился. Он слишком много сил вложил в него. – Я говорю про особенное задание, ангелочек, – Ёнджун, держа в руках нож, внимательно смотрит на сконцентрированного Бомгю, – Только оно может быть последним. Наконец, прорезает пачку насквозь, позволяя муке высыпаться через край прямо в большую стеклянную чашку. Сначала кажется, что больше половины уходит в воздух, становясь туманным облаком, а после место в чашке магическим образом испаряется. Его мало для будущего теста. – Но я уже... – Знаешь ангела, что тебя все время задирает? – разглядывая множество других мисок, задумывается о том, можно ли сделать из бисквита зебру, – Третий в одной жизни тоже был Тэхеном. – Ты не дослушал меня, хён, – Бомгю спокойно проверяет взбитые с сахаром яйца на вязкость, – Я хотел сказать не про задание. Бомгю задумывается о том, что не сильно пострадает, если не попробует торт. Начинка "сникерс" ему кажется интересной не смотря на тихое "сложно" от Ёнджуна. – Они отправили тебя на особое задание, – отставляя венчик, повторяет прямо в лицо Бомгю, – Отправили сюда с концами, и никто через год не заставит тебя взять и исчезнуть. – Я знаю. Ёнджун, если честно, ожидал бурю. Ещё в самом начале, когда он поднял вопрос о статусе выполнения, он думал, что Бомгю помешан на успешном выполнении. Но почему-то сейчас его ангельское чутье отказывалось ловить нотки лжи в устах Бомгю. – Я уже выбрал Тэхен-и. Отвечая так беззаветно, он даже не смотрит на Ёнджуна. – Я подумал, что смогу выполнить его желание, и даже если не справлюсь с заданием, – он не кажется наивным, когда спрашивает, – Я же смогу помочь ему? Ёнджун молчит, тяжело сглатывает; словно бы мука попала ему в гортань. – Хён?