как снег на голову

– Я даже не могу показать это. Жалобно растягивает предложение пока внимательно смотрит в экран телефона. Там открыт инстаграм, где множество разных историй в красных кольцах и точно интересных публикаций от знакомых. Смотря прямо в небольшой, и довольно низкий багажник, он видит хорошее количество алкоголя – он его так долго выбирал – и жалобно фыркает, убрав телефон. Если бы не сообщение от Кая, он бы забыл про все и отправил фотографию с трудом набранного и еле вынесенного алкоголя в историю инстаграма. – Тэхен-и должен быть уверен, что я на работе, – собравшись, он решает отставить истории на потом, – Надеюсь, мама не сдаст меня. Захлопывая багажник, он сразу же обходит машину и занимает водительское. Здесь, в едва заметном тепле, он сразу же стягивает с себя шарф крупной черной вязки и проходится по пуговицам, что в его руках кажутся слишком маленькими. Сейчас у него довольно короткий план – забрать всех, кого надо, и успеть приехать на источники к восьми вечера. У них будет целых две ночи там, и он надеется, что они хорошо их проведут. – Кто это? Жужжание телефона отдается вибрацией, и Субин быстро, по привычке пролистнув зеленый кружок вверх, прикладывает телефон к уху. Ему часто звонят с незнакомых или скрытых номеров с работы, но в выходной это не сулит ничего хорошего. ~ Субин-и хён? Голос кажется не особо знакомым, но он точно не принадлежит взрослому человеку, что мог бы знать его по работе. ~ Это Кай, ~ облегченная улыбка прошибает Субина, ~ Ты уже у торгового центра? Медленно вспоминая место и время встречи с Каем, он смотрит на часы и все-таки отвечает. – Да, – кажется, его мозги начинают медленно размораживаться, – Ты видишь меня? Он, конечно же, помнил о том что ему нужно забрать Кая перед поездкой, но он находился в часе от заранее оговоренной встречи. Прямо сейчас он должен был списаться с Ёнджуном, чтобы удостоверится, точно ли хватит ему и его машине сил доехать самостоятельно, и только потом направиться за Каем, что ещё не получил права. ~ Я иду к тебе. Звонок сбрасывают, и Субин, внимательно смотря на заставку, просматривает номер. – Нельзя сбрасывать звонки старших. Обходясь лишь спокойным вздохом, он сразу же прокручивает образ парня в голове. Он слышит о Кае достаточно часто, но пара встреч в живую все ещё не дают Субину возможности полностью запомнить его. Смутный образ каштановых волос, яркой одежды и хорошего роста собирается в одну картинку, однако, он хорошо помнит, что записывал Кая. "Почему сейчас высвечивался незнакомый номер?" Отбросив это, он сразу же выбирается из машины и, как маяк, крутится вокруг оси. "Я могу просто спросить его" Мороз встречает его, и ласково щиплет щёки. Вокруг по зимнему быстро темнеет, и на миг он задумывается о том, как Кай смог его увидеть; разве черное пальто не должно было смешать его с толпой? Другое дело Кай. Он совсем неожиданно попадает в его поле зрения; просто невозможно игнорировать человека в яркой, желтой куртке. Указывая ему рукой – иначе Субина с его ростом в куче машин на парковке не видно – он улыбается, надеясь, что не будет смущать его. – Что ты тут делал? Огромный, синий пакет с логотипом в его руках хорошо просвечивает огромных размеров мягкую игрушку; это выглядит ужасно мило. Нет, все же, он не сможет не смущать его. Как он знает, между ними разница, как с Тэхеном – всего два года – но он был совсем другой. – Субин-и хён, – прижимая пакет ближе к своим коленям, он походит на ребенка, – Я хотел поговорить с тобой. У него щеки красные, и крапинки – веснушки хорошо видно на приятном морозном закате. – Конечно, Хюнин-и, – Субин сразу же открывает ему заднюю дверь, – Ты не против, когда я называю тебя так? – А, я в порядке, хён. – Если ты увидишь меня в магазине в следующий раз, можешь подойти. Сейчас он даже не думает о том, насколько бы это была странная картина. Субин с двумя пакетами крепкого алкоголя, что Тэхен всем сердцем любит, и Кай в желтой куртке с большой плюшевой игрушкой. – Он может сидеть рядом? Вопрос слишком милый, и как цепями привязан к рукам, с хрустом жмущим что-то мягкое в пакете; это топит сердце Субина как масло на горячей сковороде. Он даже наклоняется к открытой двери, чтобы немного поближе поговорить с уже занявшим место Каем. – О, конечно! – мельком обращает внимание на игрушку, что, должно быть, подарок Тэхену, – Ты что-то хотел сказать про праздник, или? – Садись, – Кай отодвигается, хлопает по сиденью совсем по хозяйски, – Это о Тэхене и Бомгю. Субин сразу же занимает место рядом, и с нескрываемой улыбкой садится, захлопывая дверь. Когда он вообще в последний раз садился на заднее сиденье? В собственной машине, кажется, никогда. – Ты доверяешь Бомгю? – Ему нужно встретить Тэхена, а это не так важно, – сразу же собирает в кулак улыбку, чтобы не смущать парня, – В любом случае, я позвоню ему как только выеду. – Нет, ты знаешь, какие у них отношения? Кай смотрит внимательно и, словно бы пытаясь что-то спрятать, щиплет пальцами края большого пакета. Едва ли не перебивает Субина, что долго думал, как ему нужно отвечать на это. – Это– – Они– – Прости, – Субин находит в этом шанс, и ладони открывает, – Говори, говори. Мне правда нечего сказать. Короткая пауза, и тяжелый ком в горле Кая падает. – Я хорошо общаюсь с Ёнджуном, а он очень близок с Бомгю, поэтому я не знаю, могу ли я быть прав или нет, но, – его глаза никак не хотят встречаться с внимательным взглядом Субина, – Как друг Тэхена, я должен сказать. Они не дружат на самом деле. В его голове, что не удивительно, связанные холщовой нитью слова Ёнджуна о Тэхене; они были по ангельски прямолинейны, и совсем не походили на человеческое добродушие. Впрочем, Кай уже сделал свои выводы, а Субин мог только вникать. – Бомгю и Тэхен? В ответ – кивок. – Он узнал Тэхена не намного раньше меня, но насколько я знаю, он облил его обедом, убегал с ним во время пар и от задир, и, – подняв голову он сразу же сменил тему, – Тэхена давно достают в университете? Тишина в салоне машины совсем не неловкая. Она скорее неожиданно серьезная, и Субин на миг даже теряется. Некоторые факты он слышал в совсем другой окраске, но все ещё мог понять, о чем идет речь. Не то, чтобы он думал об этом, но ему казалось, что Кай должен знать об этом куда больше; он все-таки его одногруппник. – Достают в школе, с его слов его сейчас просто раздражают, – делает акцент на первом слове, – Это так серьезно? Утирая щеки от мороза, он мысленно пересчитывает дни, проработанные с Тэхеном. Он не помнит ничего серьезного. Последние пару месяцев, если не полгода, Тэхен получал ранения только на работе, а проконтролировать это Субин не смог бы даже при самом большом желании. – Думаю, Бомгю заставили сблизиться с ним. Каю совестно, и что-то в желудке скребется, умоляя болтливый язык не выпалить все разом; словно бы совесть за догадки жжет его, смотря на серьезного Субина. – Правда? Его голос тихий, низкий и спокойный, но Кай воспринимает это немного по другому. – Во время рождественской вечеринки, Тэхен тебе не рассказывал? Отпуская, наконец, пакет, он переходит к куртке. Прячет красные от прохлады руки в карманах. – Бомгю попал в больницу, я помню, – кивает, вспоминая то, что было всего месяц назад, – Тэхен-а переживал тогда, даже заходил к нему. Кай медленно все переваривает; у него тоже шестеренки не сходятся. – Тэхен не приходил к нему. – Знаешь, – Субин чувствует, что все перерастает в какую-то странную сплетню, – Он не рассказывал мне все в деталях под предлогом, что не собирается лезть в это. – Но– – Если честно, я не думаю что это связано с ним. Субин не хочет давить, но сейчас, когда до дня рождения Тэхена несколько часов, он совсем не хочет портить себе настроение. – Ребята чуть старше бросили его в бассейн, – Кай не знает, как точно ему передать, – Перед этим они попросили его о просьбе, связанной с Тэхеном.

***

– Ой, это будет как-то подозрительно, да? – женский голос немного пугает, вынуждает дрогнуть плечи, – Не буду звонить ему. Бомгю внимательно следит за тем, как женщина, недавно усадившая его на диван перед телевизором с какими-то фильмами, застегивала высокие, бархатные сапоги. Не то, чтобы ему было очень интересно, просто он не хотел оставаться в чужой квартире один. – Давайте я выйду, – сразу же вскакивает, не понимая, что ему стоит делать с полупустым стаканом спрайта, – Я могу подождать его на улице. Встав аккурат у прихожей, он мысленно прибил себя примерно тридцать раз. Ему не стоило заходить и молча кивать в самом начале. Где он совершил ошибку? На вопросе "вы поедете на машине?" или все-таки на "это сюрприз?". – Там такой мороз, а если не дождешься? Женщина улыбается ему, в зеркале поправляет короткую прическу. – Но, тогда, – он правда не знает, к чему эти вопросы, – Уйду домой? Здесь женщина уже застегивает свою большую, белую куртку, и у Бомгю нет никакой возможности сбежать. Прихожая занята, а пролезть будет неуважительно; впрочем, если он оставит квартиру после её ухода, то он точно покажется плохим другом. – Так нельзя, Бомгю. Правильно? "Откуда она знает мое имя?" Ему сейчас так тяжело думать, что он едва ли может собрать все в кучу; да он даже не кивнул в качестве ответа. – Я хорошо знаю тебя, – довольная улыбка и перезвон связки ключей, – Я вернусь совсем скоро, и машина будет в вашем распоряжении. Зависая взглядом на лице женщины, он даже не помнит, есть ли в этом что-то неуважительное; когда в последний раз он так уважительно обращался к людям? – Ты правда красавец. – Спасибо, а, это, вы тоже очень хороши, мама, – сразу же делает поклон, и, резко выпрямившись на скрипе двери, добавляет, – Пожалуйста, будьте аккуратны! Единственное, что он, честно, не хотел, или, все-таки, хотел говорить вылетело из него дробью. Ему безумно повезло, что она решила не отвечать ему. Впрочем, она даже не проигнорировала это, а встретила с яркой улыбкой. "Я назвал её мамой". Беззвучно рыдая в себя, он завис, смотря на обои. За хлопком железной двери его пожирает бессмысленный шум телевизора и собственная тупость. "Мой, точнее, торт Тэхена в его холодильнике, подарок в его комнате, я у него дома". Простая последовательность не укладывалась в его голове; он даже не знал, куда ему идти и что делать. Он постучал в эту квартиру примерно три минуты назад, но уже успел сделать столько невероятных вещей. Согласился с комплиментом от старших, назвал мамой маму человека, что не считает его за друга, остался закрытым – понял по щелчку в двери – и теперь вынужден ждать Тэхена и молиться, что тот его не придушит сразу же, как увидит. Ему стоило остановиться, когда он встретился с до странного приодетой женщиной в дверном проеме. Ещё тогда было ясно, что она уходит, но он лишь весело закивал на множество вопросов, связанных с Тэхеном, и прошел внутрь. – Что мне делать? Спрашивая самого себя, он медленно разворачивается, перебирая ноги, и заходит в зал, чтобы забрать стакан. На самом деле, квартира была хорошей, хоть и не самой просторной; большой телевизор, деревянная, классическая мебель и обилие разных цветных учебников и рамок. Бомгю уже успел изучить красиво выставленные фотографии, на которых ну очень много Тэхена – видимо, он единственный ребенок в семье – и неожиданно для себя понял, что тот был моделью в детстве. Среди множества журналов были довольно старые, но все ещё глянцевые выпуски, что безумно сильно хотелось пролистать. – Почему он бросил это? Одна их страниц журнала "vogue" запечатана в крупную рамку; там Тэхену не больше пятнадцати. Он в огромной розовой кофте, и выглядит с большими, яркими глазами как новорожденный олененок. Сердце Бомгю колит; он редко видит что-то настолько милое, вынуждающее его зависнуть. Он перед этой фотографией стоит ещё несколько минут, не столько разглядывая, сколько любуясь. В присутствии матери он был не настолько смелым. "Я хочу смотреть на него все время". Судьба, словно бы читая мысли, благословляет его стрекотом замка в двери. Шорох ключей вынуждает его сразу же одернуться, и неловко протянуть руку к стакану, что все ещё был в его руках. Сейчас, когда у него в голове только одна цель – встретить пришедшего и остаться целым – он медленно шагает в сторону прихожей. "Что, если он испугается меня?" Думать об ударах, что Тэхен на тренировках отвешивает боксерской груше, не хочется. Точнее, Бомгю очень хочется, ему нравятся его мускулы, и вообще он очень горяч, но прямо сейчас у него в голове слишком много странных мыслей, и контролировать их слишком сложно. – Пришел ко мне домой без приглашения, – голос вещает ещё до того, как Бомгю, наконец, выглядывает из зала в прихожую, – Я даже не говорил тебе, когда у меня день рождения, Бомгю. Перед ним парень, методично снимающий с себя куртку, кажется до жути холодным. Словно бы помимо сквозняка от двери он принес с собой огромный кусок льда в качестве невидимого щита – вот настолько сильно Бомгю чувствовал чужое недовольство. – Разве это не сюрприз? Единственное, что он может спросить сейчас; в остальном он способен только шумно сглатывать слюну. У Тэхена под кепкой волосы светлые – блонд с чуть короткой прической шел ему до безумия и огоньков в глазах. – Очень весело, – усмехается, и сразу же, не смотря на него, заворачивает в зал, – Но в следующий раз не говори моей маме о том, что мы с тобой близки. Это совсем не тот парень, что был на странице одного из журналов, но Бомгю всё ещё желает зависнуть, смотря на него. Тэхен весь облачен в черную одежду, и его взгляд, до странного спокойный, не дает Бомгю закрыть рот. Он все ещё не может поверить в то, что Тэхен так легко отнесся к гостю, которого даже не приглашали. – Не выгонишь меня? Спрашивает аккуратно, беспокоясь за то, что мама не сказала про него ничего хорошего; а вдруг Тэхен понял, что Бомгю здесь, по какому-то другому, наверняка совсем не положительному признаку? – Ты хочешь побыстрее уйти? – Тэхен хлопает руками по брюкам, и едва заметно скалится, – Или просто хочешь создать хороший момент? – Момент? Бомгю ничего не понимает, молчит и принюхивается к жгучему шлейфу, что тянется за Тэхеном. От него морозом веет; каждый его шаг пропитан чем-то необычным и сильно схожим на табак. – Я ведь должен получить подарок? Бомгю сдерживает улыбку, сжимая в руках стакан; Тэхен ждёт этого. – С днем рождения, Тэхен-а, – произнося это с веселой улыбкой, он убирает стакан на тумбу, – Надеюсь, ты вырастешь здоровым. – Так раздражаешь. Его взгляд кажется удивленным, и Бомгю видит в этом что-то милое; сдерживает яркую улыбку и смех. Ему подсознательно кажется, что на "его" территории он не должен этого делать. – Я подготовил подарок для тебя, но лучше открыть его позже, – он медленно переходит к теме, – Сейчас тебе нужно собраться, чтобы съездить кое-куда. – Нет. Бомгю ожидал этого. – Субин попросил отвезти тебя. Листая мессенджер, он находит переписку, и сразу же разворачивает к Тэхену лицом. – Это не так важно, – он даже не смотрит на экран, – Сфотографируй меня. Бомгю на это реагирует мигом; одним нажатием открывает камеру и сразу же делает снимки. Фон обычный, прямо на большой зал за ними. Что удивительно, Тэхен на них совсем другой. Сначала он улыбается, демонстрируя клыки, потом прикладывает палец к щеке; Бомгю безумно рад. Вот только потом, опустив телефон, он заглядывает в совсем безразличные глаза. – Не подходят? Его наигранность невозможно скрыть никакими фильтрами в телефоне; Бомгю даже не знает, для чего сейчас это. Они вполне могли бы сделать фото уже на источниках, если ему это нужно. "Он хочет показать это родителям?" – Не подходят? Повторяет тихо, и смотрит на Тэхена, что объяснять ему ничего, видимо, не собирался. Он только отходит дальше, к дивану, и указывает на него. – Садись, – Бомгю не противится, садится на диван и смотрит снизу вверх на Тэхена, – Пока я стараюсь разобраться, успевай делать фото. Вообще, тон Тэхена Бомгю не нравится. Он спешит, не высказывая никаких эмоций на лице, и практически не смотрит ему в лицо. Словно бы сейчас он не больше, чем вещь, с которой его вынуждают общаться. – Тэхен-а? – Тебе просто нужно нажимать на кнопку, – то, как быстро он подходит к нему, пугает, – Можешь делать, что хочешь. Говорит спешно, проглатывая слова, словно бы это то, на что ему жалко тратить свое время. – Может снимешь видео? Его колено между ног вызывает пугающую вибрацию от колен до бедер; Бомгю сразу же подтягивает ноги к себе, но это не спасает. Его сердце заходится, когда Тэхен с коленями забирается на диван и прижимает его к спинке; мягкие, но холодные до дрожи руки сжимают запястье. – Не тупи, хён. Бомгю старается не смотреть на его лицо, что слишком близко – открывает фронтальную камеру – послушно нажимает на кнопку. Между ними не больше десяти сантиметров, и сейчас, когда он жмурит глаза в весьма оправданном страхе, нажимает ещё раз. Мокрый язык проходится по его шее. – Тэхен-а, – Бомгю вытягивает шею, позволяя горячей дорожке мокрых поцелуев протянутся по всей шее плотным кольцом, – Эй? Он спрашивает аккуратно и, сжимая в кулаке ткань собственной толстовки, чувствует как холодный ветер тянется по мокрым следам. Повернув голову, он сразу же встречается с макушкой Тэхена, и жадно втягивает носом его запах. От него веет холодом и чем-то уличным, вынуждающим органы в животе Бомгю мягко скручиваться. – Почему ты– На его кадык давят губы, и Бомгю замолкает, чувствуя, как все в нем дрожит и кровь приливает к лицу. – Фото, – и Бомгю нажимает, тихонько открывает глаза и через камеру следит за тем, что происходит, – Целуешься? Тэхен за челюсть поворачивает его голову к себе, и смотрит так, словно бы камеры нет, и это именно то, что он хотел. Оказавшись лицом к лицу, Бомгю не может сдержать неосознанного кивка. Его глаза полны неловкого, совсем невинного испуга и предательского блеска. – Тэ– Не успевает начать; губы Тэхена накрывают его, аккуратно целуя. Он собирает поцелуи по центру, едва надавливая, и Бомгю тянется навстречу. Он знает, что поцелуи – это хороший признак, и свято верит в то, что все будет хорошо. Неловко раскрывает рот, но резко смыкает губы в поцелуе с дрожью в напряженных желваках. Парень едва ли чувствует привкус горького табака, но он не может ответить ему. Каждый раз, когда он тянется к нему, рука Тэхена сильнее сжимает его запястье, и он вынужден замереть в ожидании. – Фото. Шепот на губах проходится щекоткой, и он жмет на кнопку, делая фотографии; Бомгю полностью отдается множеству коротких и мокрых поцелуев от Тэхена. Он пытается понять, на каком из них замирает сердце, а когда волнение прошибает. Смотря на дрожащие ресницы Тэхена, он забывает о том страхе, что накрыл его изначально. Что-то ангельское в его голове разрывается на маленькие кусочки, когда Тэхен то ли для удобства, то ли на зло Бомгю, пододвигается ближе и приятно давит своими бедрами на его. Глупое, глупое тело реагирует на это, вынуждая Бомгю раздражено мычать в поцелуй; он уверен, что последние не навредят, но дорожка поцелуев на его шее все ещё пылает. Он не может не вытянуть шею, чтобы позволить Тэхену посмотреть туда. – Разве это не создает напряжение между нами? Тэхен спрашивает это на полном серьёзе, и, когда в очередной раз подтягивает бедра вперёд, Бомгю внимательно смотрит ему в глаза; он не сможет вернуться назад, если продолжит. Руки Тэхена наконец отпускают уже красные от жесткой хватки запястья Бомгю. – Что ты делаешь? Бомгю хмурится, и внимательно рассматривает парня. У него красные скулы, и взгляд теряется где-то на шее Бомгю; последний сразу же меняет свой взгляд на щенячий. – Я помогаю тебе, придурок. – Ты хочешь тепла? – убирая телефон, он руки аккуратно тянет, сжимая его майку, – Давай я обниму тебя, Тэхен-и. Выискивая в больших глазах блеск слез или обиды, он тянет его на себя, позволяя утопать в своих объятьях. Стараясь перехватить его ладони, чтобы согреть своими – у Бомгю они всегда теплые – он гладит его локти, медленно подбираясь ближе. Он не может быть злым, когда в нем так нуждаются. – Тебе нужно делать фото, – Тэхен вырывается, чужие руки сжимая и отталкивая подальше от себя, – Если ты не сделаешь их сейчас– Говорящий смотрит на Бомгю, не спешит переводить взгляд с груди и шеи на лицо. От него у Тэхена недовольство в груди разгорается; его глаза красивые и чистые, и совсем не подходят под нелестные рассказы друзей. – Не строй глазки, – Тэхен не может смотреть на него серьезно, и с насмешкой на лице отворачивается, – Просто скажи, что тебе нужно. Отталкивает руками, встает перед ним. – Мне ничего не нужно, – парень понятия не имеет, с чем Тэхен хочет ему помочь, но на удачу добавляет, – Только ты, Тэхен-и. – У тебя совсем мозги отшибло? Бомгю прижимает голову к плечам, и свободной рукой обороняется от Тэхена; он понятия не имеет, что от него требуют. – Не я первый это начал, – тихо добавляет, – Ты сказал что-то про помощь и прижал меня. Бомгю заглядывает в его большие, блестящие глаза и даже не пытается включить голову. У него все вылетело в тот же миг, как он увидел Тэхена, думать сейчас бессмысленно. – Тебя бросили в бассейн, когда ты отказался. – Вообще-то я сам упал. – Сделать фотографии, – Тэхен не может заставить свой язык произнести это, – Для тех придурков. Ты правда не помнишь? Тэхен смотрит в глаза Бомгю и видит фантом Ёнджуна, Кая и Субина. Эта троица так смешалась в его представлении, что он потерял все нитки, связывающие их с Бомгю. – Я не буду ничего им показывать, – опускает ноги на пол, – Если все это из-за каких-то придурков, то я рад, но, то есть, ты... Он путается в своих словах. – Хотел помочь. – Да! – Бомгю не сразу понимает, что его фразу продолжили даже не смотря на то, что это был далеко не термин, что легко забыть, – Мне плевать на них, Тэхен-а, они ничего мне не сделают! Упомянутый, словно бы вообще не заинтересованный в этом, разворачивается и, взглядом зависнув где-то на кухне, что-то беззвучно бормочет. Бомгю даже по губам не может понять, но только тот начинает уходить, так сразу же вскакивает следом. – Не трогай меня, – в пол оборота показывает на него, – Выйдем вместе, и поедем на моей машине. – Вместе? Бомгю следит за тем, как грубо взгляд Тэхена проходится по нему. – Вместе.