А-Ян, заткнись, пожалуйста!

Первое, что увидела Цай Ян открыв глаза, это потрепанный деревянный потолок. Голова раскалывалась, а каждый сантиметр тела будто кислотой облили. По ощущениям, девушка лежала на мягкой циновке в помещении, где тянулся небольшой сквозняк, но несколько теплых простыней, накинутых на неё сверху, не давали его почувствовать. Послышался скрип открывающейся двери, от которого в голове зазвенело еще сильнее. Девушка попыталась повернуться, но при малейшем движении, тело прошивало острой болью, а левый глаз так вообще отказывался хоть что-то видеть. Всё что оставалось это пялиться в пыльный потолок. Половицы в комнате противно заскрипели под шагами вошедшего человека. — Я вернулся. — Послышался до боли знакомый голос. — Сегодня меня снова выгнали с очередной подработки… Се Лянь снял бамбуковую шляпу и положил её на небольшой старенький столик. В противоположной от парня стороне прозвучал звон метала, а затем что-то маленькое, но тяжелое, покатилось в сторону Принца. — Ох, я тоже рад вас видеть. — По шелесту ткани, Цай Ян определила, что Се Лянь наклонился и поднял это «что-то» на руки. — Жо Е поиграет с вами позже, а сейчас отпустите меня, я должен поменять бинты вашей хозяйке. Се Лянь подошел к циновке, на которой лежала девушка, и заметил широко открытый черный глаз, смотрящий прямо на него. — Цай Ян… Ты очнулась? — Он резко опустился рядом с ней на колени и положил прохладную ладонь на разгоряченный лоб. — Ты так долго была без сознания… Я-я так волновался… Уже начинал думать, что ты не очнешься… Ощущение холодной ладони на лбу немного облегчило, ноющую в теле, боль. Девушка попыталась заговорить, но смогла выдавить лишь невнятный, булькающий хрип. Горло как наждаком протёрли. — Подожди, ничего не говори, я принесу воды. — Через десяток секунд, Се Лянь уже стоял с бамбуковой чашей в руках. — Вот, пей аккуратнее. Приподняв голову Цай Ян, он напоил её водой. После нескольких глотков, по горлу прошлась приятная свежесть, даже дышать стало легче. Переборов, уже не такую сильную боль, девушке таки удалось повернуть голову и посмотреть на Се Ляня. Выглядел он, честно сказать, не очень: пыльные, кое-где дырявые, белые одежды, синяки под глазами, потрепанные волосы и невероятно нервный взгляд. Он будто чего-то боялся, или кого-то… Цай Ян состроила максимально вопросительное, насколько это было возможно в данной ситуации, выражение лица. — Ты была без сознания почти пять месяцев... — Се Лянь говорил медленно и тихо, словно он до сих пор не мог поверить в то, что девушка очнулась. — Я вижу, ты о многом хочешь меня спросить, но у нас… - Принц судорожно сглотнул. - Еще будет время. Последнюю фразу парень произнес так, будто сам не был уверен в сказанном. Его глаза нервно бегали по всей комнате, губы непроизвольно поджимались, а руки слегка подрагивали. Опять послышался железный звон, однако, теперь это «что-то» каталось туда-сюда рядом с циновкой Цай Ян. И кажется, оно было не одно, а… трое? Шум издаваемый этими штуковинами, заставил девушку поморщится, ведь был довольно громким и неприятным слуху. Как только она об этом подумала, «что-то» будто услышало её мысли и прекратило шуметь. — Ах, точно, ты же не знаешь кто они. — Се Лянь поднял эти штуки с пола и показал их девушке. Этим «чем-то», оказались три золотых металлических кольца. — Это те браслеты, которые ты носила на руках. Так же как и Жо Е, они поглотили огромное количество эмоций и обратились в духовное оружие… Они всё это время ждали пока ты очнешься. «Но разве браслетов было не четыре?» — Четвертый сейчас на тебе. — Будто прочитав мысли Цай Ян, ответил парень. — Он… Вернее в нём… В общем, его лучше не снимать. Девушка не могла понять, отчего Се Лянь так нервничает. Разве он не должен быть рад, что она очнулась? Откуда ей было знать, что тот так переживал из-за всего сказанного Цзюнь У ранее. Се Лянь боялся, что предположения Владыки окажутся верными, боялся что живой огонь действительно повредил душу его подруги, боялся что она забудет или возненавидит его. Он боялся, что Цай Ян уйдет. Девушка была с ним с самого детства, всегда верно следовала за ним, куда бы он ни пошел, и даже когда он прогнал её, она всё равно вернулась и разделила с ним его боль, поддержала его. Можно только представить, каким ударом станет для Се Ляня её уход, особенно сейчас, после всего что они пережили. Цай Ян была не в состоянии заговорить, а потому в помещении на несколько минут воцарилась тишина. Всё это время, лицо Принца прожигал «расскажимневсё» взгляд, который он старательно игнорировал. Но долго это не продлилось. — Х-хорошо, я расскажу… Рассказ и так был довольно долгий, так еще и Се Лянь периодически останавливался, вглядываясь в реакцию девушки. А на моменте объяснения про живой огонь, вообще начал немного заикаться, при этом ни разу не посмотрев собеседнице в свободный глаз. После всего сказанного Принцем, Цай Ян прекрасно поняла причину его беспокойства, однако, она не почувствовала в себе каких-либо изменений. Се Лянь всё так же был ей бесконечно дорог и намерений уходить у девушки точно не было. Теперь только нужно донести до парня эту информацию, иначе неизвестно как долго Се Лянь будет продолжать себя накручивать. Вот только, способность девушки разговаривать одним единственным глазом, пока что особым мастерством не отличалась… Эх, была не была… Через боль, вдохнув побольше воздуха, Цай Ян хрипло просипела: — Я-я не оставлю т-тебя… — Игнорируя боль, девушка протянула руку к лицу Се Ляня, как заметила, что вся она, от пальцев до плеча, покрыта бинтами. — Эт-то…? — Хах… — Принц облегченно вздохнул. — Знала бы ты, как я переживал всё это время… Я так боялся, что когда ты очнешься ты не захочешь меня видеть… Ведь я… Я принес тебе столько бед и несчастий… — Се Лянь накрыл протянутую к нему руку своей и Цай Ян почувствовала, как по его щеке скатилась слеза. — Спасибо… Правда, спасибо… Девушка просто молча лежала, пока Принц изливал ей свою душу, рассказывал ей всё, что у него накопилось за последнее время. Цай Ян очень хотела его обнять, да только вот, тело её сейчас совсем не слушалось. — Ой, прости, — Се Лянь опомнился и понял, что слишком сильно сжал руку девушки. — Больно? Цай Ян слегка кивнула головой. Конечно больно! Всё её тело сейчас напоминало один большой, оголённый и обожженный до черной корочки, нерв. — Я совсем забыл, — парень утер дорожки слез рукавом. — Я должен заменить твои повязки. Девушка совершенно проглядела момент, когда и откуда Се Лянь достал бинты. — Ты сможешь сесть? Цай Ян слабо кивнула. Не без помощи Принца, приняв вертикальное положение, ей открылся более полный вид на своё тело. Руки и ноги были забинтованы до самых кончиков пальцев, не было ни одного свободного от ткани места. Из-за дикой боли, опустить голову вниз и рассмотреть свой живот и грудь, не представлялось возможным. Однако это и не нужно было, учитывая степень повреждения тела в том пламени, нетрудно предположить, что там бинтов не меньше. Когда Се Лянь начал аккуратно снимать повязки с рук, Цай Ян нервно сглотнула. Её руки были похожи на обгоревший кусок сырого мяса, чем они собственно и являлись. Красные, местами фиолетовые, в заживших волдырях, а местами, на пальцах, кожа и мышцы отсутствовали напрочь, оголяя фаланговые и пястные кости. Страшно. Очень страшно. «Почему они не заживают? По словам Се Ляня, уже почти пять месяцев прошло. С моей нечеловеческой регенерацией, всё должно было зажить месяца за два… Почему же…?» — После того как это случилось, Небесный Владыка рассказал мне об этом огне. — Голос Принца был подавленным и грустным, будто это не Цай Ян сейчас сидит на циновке с изуродованным телом, а он. — Владыка сказал, что эти шрамы никогда не заживут. Возможно они станут не такими ужасными, перестанут болеть но… Останутся навсегда… — …Г-где? Было произнесено единственное слово, но Се Лянь всё понял. — По всему телу. Руки, ноги, живот, спина, плечи, шея, — парень перечислял всё невероятно нервно и торопливо, стараясь как можно быстрее закончить эту пытку. — Огонь сжег тебе все волосы. Нетронутым остался только правый глаз и нижняя часть лица. Левый же… вряд ли сможет когда-нибудь видеть… Слова Се Ляня доносились до девушки, как сквозь толщу воды. В прошлом, Цай Ян не слишком заботилась о своей внешности. Ей говорили что она красива и она считала эту похвалу достаточной, чтобы потешить своё самолюбие. Сейчас же… её тело и лицо безвозвратно изуродовано… Да, пускай для девушки внешность была не самым главным параметром, но за двадцать три года жизни в мире, где встречают только по одежке, она видела как люди относятся к тем, кто хоть немного отличается от них. Тот мальчишка с красным глазом, тому пример. Цай Ян не хотела в это верить, а потому медленно поднесла обожженную руку к лицу. И действительно нащупала на нём повязки, перекрывающие всю голову и левый глаз. «Нет! Нет! Нет!» Из свободного глаза скатилась слеза. Се Лянь, закончивший снимать бинты с другой руки, заметил это. — Прости… — Он склонил голову. — Если бы не я- — Н-нет… — Цай Ян прервала его. — Т-ты не в-виноват… Это м-мое решение… — Н-но ведь из-за меня ты… — Принц не осмелился продолжить под тяжелым взглядом девушки. — Прости… — Н-не смей винить себ-бя во всех-х моих реш-шениях-х. — Девушка уже прикинула в голове, как долго она будет объяснять Се Ляню, что тот не виновен во всех грехах человечества. — Я с-сама реш-шила остатьс-ся с т-тобой… Б-ыло ли э-это ошибк-кой, я н-не знаю и знать н-не хоч-чу. Н-но запомни од-дно. Ты н-не виноват в эт-том. Се Лянь ничего не ответил, ну хоть извиняться перестал и на том спасибо. Пока он продолжал заменять повязки, Цай Ян просто закрыла глаза. Она еще не была готова увидеть своё тело в подобном состоянии. Повисло молчание, в котором отчетливо слышалось нервное дыхание Се Ляня и шелест ткани его рукавов. — Р-расскажи ч-что нибуд-дь… Девушка услышала журчание воды, кажется, Се Лянь выжал тряпку и начал бережно промакивать её раны на руке. Кожу начало нешуточно щипать, прямо как от целебного отвара. — Ну… Пока ты спала я устраивался на разные подработки, но со всех меня рано или поздно выгоняли. Готовлю я ужасно, выступаю тоже, а на стройках где я работал постоянно случались несчастные случаи… В основном из-за меня и моей удачи. — Парень натянуто посмеялся. — Теперь у меня две проклятых канги. Одна запечатывает духовные силы, а другая удачу… Вот поэтому, меня везде преследуют несчастья... Таково моё наказание... Се Лянь продолжал говорить, параллельно перематывая бинты, а Цай Ян продолжала слушать, параллельно кривясь от щипающей боли лекарств. Было так непривычно, но так спокойно. Обычно, роли были распределены наоборот: Цай Ян болтала без умолку, а Принц молча слушал. Но на удивление девушки, если на секунду забыть о её состоянии, было в этом нечто такое… уютное? Такое... где хотелось остаться навсегда... *** Прошло два месяца с момента когда Цай Ян пришла в себя. Раны уже не болели так сильно, горло порядком восстановилось, а к телу вернулась подвижность. По какой-то причине, тот небольшой, заброшенный сарайчик, в котором они жили до этого, развалился от сильного ветра. И как только он простоял до этого пять месяцев, даже не шелохнувшись? Судя по всему, он продержался на чистой силе удачи Цай Ян. Теперь же, когда девушка израсходовала последние её остатки, каждый дом, в котором они останавливались, рушился на следующий же день. Целительница сидела под деревом, вертя в руках своё духовное оружие — три золотых кольца. Она ждала возвращения Се Ляня из городка неподалеку. Месяц назад, когда Цай Ян уже смогла свободно передвигаться, единогласно было принято решение, что в город за продуктами будет ходить исключительно Се Лянь. Ведь девушка сейчас представляла не самое приятное зрелище: забинтованная с ног до головы мумия, одетая в старое, но свободное тряпьё, обожженные, короткие ошметки волос небрежно торчат из-под повязок, а на руке красуется золотой браслет. Красотка, что сказать. Кстати о браслетах. Как выяснила Цай Ян, духовное оружие они очень интересное. Несмотря на то, что их четыре штуки, одну из которых целительница вынуждена носить постоянно, кольца составляют собой одно единственное оружие, с цельной душой. Однако, сейчас эти куски металла с трудом можно назвать оружием. Когда девушка тренировалась метать их в деревья, они постоянно самовольно искажали траекторию броска, вечно катались под ногами и целыми днями только и делали, что игрались с белой лентой Се Ляня. «Духовому оружию необходимо имя, только получив его, их сознание полностью сформируется, а связь с хозяином окончательно укрепится. Запомните дети: оружие — не игрушка.» В голове Цай Ян всплыла одна из лекций Королевского Наставника. Мэй Нян Цин. Интересно, он еще жив? Тогда, девушка присутствовала на том уроке вместе с маленьким Принцем, на котором Наставник очень долго и нудно пытался вбить в их головы, что с оружием играть нельзя. Тогда она не была с ним согласна, собственно как и сейчас. Ну где вы видели смертельное оружие в виде тройки непослушных колец? Так как у Цай Ян имелись большие проблемы с составлением имен, она решила не церемониться и назвать оружие так, как наставник говорил никогда не называть: Ванжу*. Если вдруг, этот старик об этом узнает, хоть посмеётся на том свете. Ванжу радостно крутились вокруг девушки, словно маленькие, игривые щенки вокруг матери. Вот только, один из этих четырех щенков вообще не подавал признаков жизни, а именно тот самый браслет на руке, в котором запечатано проклятие. Любопытство съедало Цай Ян изнутри. Она уже осмотрела браслет со всех сторон, изучила каждый символ и каждую царапинку, но этого было мало. «Се Лянь ведь говорил, что в нём заперт тот огонь да? Но он ведь не говорил что браслет в обязательном порядке должен быть именно на моей руке… А что если…?» Девушка начала медленно стягивать браслет с руки, но только он дошел до середины кисти, как всё тело опалило диким жаром. Нет, он ни в какое сравнение не шел с тем, что она испытала семь месяцев назад, но это не помешало Цай Ян взвизгнуть и рывком натянуть браслет обратно, чуть ли не до локтя. Девушку охватил дикий ужас. Черт возьми, что она только что пыталась сделать?! Схватившись руками за голову, Цай Ян попыталась сжаться в маленький комочек. Из широко раскрытого глаза лились крупные слезы. Стало страшно, очень страшно. Огонь, казалось он был везде, всюду, окружал девушку со всех сторон. Стоило бы ей только немного пошевелиться, только выдать своё присутствие, пламя сразу перебросится на неё. «Нет! Пожалуйста, не надо! Уйди! Убирайся, пожалуйста!» Её тело охватила крупная дрожь. Прошло всего несколько минут, но для Цай Ян они стали целой вечностью. Совершенно потеряв счет времени, она так и продолжала сидеть под деревом, пока её плеча не коснулась теплая рука. — Цай Ян, ты в порядке? — Обеспокоенно спросил Се Лянь. Девушка резко вздернула голову, но увидев кто стоит перед ней, немного успокоилась. — Я… Я н-не… — Её затрясло еще сильнее. — Т-там-м огонь… — Где? — Парень огляделся по сторонам. — Тут ничего нет. — Я-я не знаю… Б-браслет он… Я… Мне страшно… Я… Се Лянь ничего не ответил. Вместо этого, он отставил старую корзинку с купленными продуктами, присел рядом с девушкой и крепко обнял. — Успокойся. — Он погладил Цай Ян по голове. — Я не знаю что произошло, но огня здесь нет и никогда не было. Девушка зажмурилась в попытке переварить услышанное. «огня здесь нет. огня здесь нет. огня здесь нет. огня здесь нет» Убедить себя в этом, Цай Ян удалось очень нелегко. Несмотря на крепкие объятия Се Ляня, её продолжало трясти об одной только мысли о… Нет… Не стоит об этом думать… Когда Цай Ян успокоилась, Се Лянь выпустил её из объятий. Следующие несколько минут, две фигуры так и продолжали рядышком сидеть под деревом. — Теперь расскажешь, что произошло? — Я… — Цай Ян пару мгновений собиралась с мыслями, а затем виновато протараторила. — Я попыталась снять браслет. Принц крупно вздрогнул, а его лицо мигом побелело. — Цай Ян, я ведь говорил тебе что это опасно! — Парень мягко схватил её за плечи и посмотрел в свободный глаз. — Только подумай что с тобой могло произойти! — Заметив резко побледневшее лицо напротив, он поспешил добавить. — Прости, я просто… Я беспокоюсь за тебя… Глаз Цай Ян заблестел, услышав последнюю фразу. Довольно долго они сидели в тишине под деревом, каждый думая о чем-то своем, пока целительница не подала голос. — Се Лянь, послушай меня. — Девушка посмотрела ему в глаза. — Сейчас только мы остались друг у друга… Поэтому, прошу, давай доверять друг другу как самим себе… Давай будем рассказывать всё, что хранится на душе... Давай верить себе и другому? И какой бы ни были правда, никогда не лгать? Ничего не скрывать и главное: не сомневаться? Пожалуйста… Я не хочу врать, не хочу притворяться перед тобой, уверена, ты тоже не хочешь… Так давай просто оставим свои маски в стороне и будем собой. Не будем пытаться показать себя сильным в глазах другого, не будем взваливать на себя больше, чем сможем удержать? Пожалуйста… Давай не отказываться друг от друга… С каждым словом Цай Ян, глаза Се Ляня раскрывались все шире и шире. Принц прикусил нижнюю губу, явно о чем-то размышляя. Такой жест не мог остаться незамеченным. — Лянь-ди, ты согласен? — С некой опаской поинтересовалась девушка. Услышав такое обращение, Се Лянь выпустил немного покрасневшую губу из плена зубов и тепло улыбнулся: — Хах, я уже давно хотел с тобой об этом поговорить, но никак не мог решиться… А тут ты Ян-цзе, в точности высказала мои мысли так легко… — Парень на секунду прикрыл глаза и склонил голову набок. — Конечно же согласен. На губах Цай Ян расцвела улыбка, что медленно переросла в заливистый смех. Почти сразу к ней подключился Се Лянь, и вот уже они вдвоём, сидя под деревом, счастливо смеются во весь голос. — Тогда я первая… Хммм, с чего бы начать? — Девушка утерла рукавом выступившую от смеха слезу. — Моя душа пришла из другого мира.