Ты - моё обезболевающее

Я очнулся в холодной больничной палате. Я очнулся. На столе в стакане стояли цветы, а в палате знакомо пахло. Рядом с моей постелью, в кресле, кто-то спал. Я не мог пошевелиться, я просто тупо уставился на тёмный силуэт. Мне было страшно, каждый сантиметр тела болел, а во рту всё пересохло. — В…вы спите? — еле выдавив из себя звук, произнёс я. Вдруг, фигура незнакомца начала шевелиться, и я застыл. — Боже… Извини, я уснул… — потирая переносицу произнёс он. — Как ты себя чувствуешь? Я сейчас позову врача. — продолжил он, направляясь к двери. — Не надо врача. — остановил его я, продолжив тупо пялиться на него. Это был обладатель тех самых рук, что держали мою окровавленную голову; голоса, что говорил со мной, чтобы я не отключился; запаха, который нереально успокаивал… — Всё нормально. — я собрав все силы и волю в кулак, поднялся на локтях, и сел, облокотившись спиной на подушку. Вдруг, я услышал тихий смех. — Почему вы смеётесь? — удивлённо и немного с обидой в голосе спросил я. — Вчера, тебя буквально сбила машина, парень, — ошарашенно начал он. — а сейчас, ты говоришь, что у тебя «всё нормально»?.. — он уставился на меня, ожидая ответа. Какие у него красивые глаза… Я бы с удовольствием ответил ему, если б я мог. Но он смотрел на меня так обеспокоенно и обворожительно, что я замер. Никто и никогда на меня так не смотрел. Его глаза, цвета… — Незабудки. — Что? — переспросил я, всё так же глупо глядя на него. — Я принёс тебе незабудки. — сказал он, глядя на стол. Я посмотрел на цветы, потом на мужчину, и снова на незабудки. Мне хотелось плакать. — Кто вы? — дрожащим голосом поинтересовался я. — Я уж думал ты не спросишь, — с улыбкой произнёс он. — меня зовут Арсений. — Он подошёл ближе, и заглядывая мне в лицо, словно ребёнок, добавил. — А ты у нас… — Антон. — глядя в его глаза ответил я. — Антоша… — расплываясь в улыбке и выпрямляясь, протянул он. — И что же ты, Антоша, наделал? — его голос звучал уже не так игриво. Я опустил голову и начал нервно теребить руки. Что я мог ответить? — Я же не специально под колёса бросился. — начал оправдываться я. — Ты мог умереть, ты это понимаешь? — строгим голосом выпалил Арсений. — И что тогда? — устало улыбнувшись, просил я, уставившись в окно. — Тогда, всем твоим родным было бы очень больно и пло… — У меня нет никого. — перебил я его, всё так же пусто глядя в окно. — Никто бы даже не вспомнил, никто бы даже не узнал. — Я еле сдерживал слёзы. — Тогда, тебе бы никто не подарил незабудки. Я поднял на него влажные глаза. Он ободряюще улыбался, но в его глазах читались непонимание, волнение и сострадание. — Я пить хочу, вы не могли бы… — Конечно, вот, держи. — мужчина быстро налил в стакан воды и протянул его мне. Я поднял руку, и хотел взять стакан, как вдруг рука дико заболела, и я, зажмурившись, промычал от боли. — Блять… Как больно… — Не нужно, Антон, я помогу. Рука Арсения легла поверх моей и боль ежесекундно куда-то испарилась. Осталось только приятное тепло по всему телу. И мурашки. Он поднёс стакан к моим губам и осторожно поднял дно. Я сделал пару глотков, закрывая глаза от удовольствия. — Тебе нужен отдых. — неожиданно произнёс он. — Наверное. — снова теряясь промямлил я. — Что ж, — ставя стакан на столик и скрестив руки на груди, произнёс он. — я убедился в том, что ты жив и поговорил с врачами. У тебя сломана левая рука, и ребро. А ещё ты получил сотрясение мозга и кучу синяков по всему телу. Сказали, что через неделю тебя выпишут. — Сколько? Я не хочу валяться тут неделю! — с детским страхом в голосе возразил я. — Тош, тебе же не пять лет, ты должен понимать, что это необходимо для твоего же здоровья. Я только недовольно насупился и сполз под одеяло. Я чувствовал, как с каждой секундой, чувство тоски нарастает, а ком в горле подимается всё выше и выше. Я был не готов лежать совершенно один в холодной больничной палате с запахом спирта и лекарств. — Ну, я пойду. — глядя на часы сказал Арсений. — Не забывай пить таблетки. К тебе каждый день будет приходить врач, он будет контролировать твоё самочувствие. — Мужчина встал с кресла и направился к двери, где висело его пальто. Сердце бешено билось и кричало от безысходности. — Сень… — голос сильно дрожал. Впервые за несколько дней, ком вырвался наружу, а слёзы, безудержным потоком хлынули по щекам. — Не… не уходи… — задыхаясь продолжил я. — Останься, ещё ненадолго хотя бы, ум…моляю. Окончательно расклеившись, я закрыл лицо руками и разрыдался. — Антон, ты чего?.. — испуганно глядя на меня, спросил он. — Мне одиноко, я… я больше не могу так… я… Я точно сошёл с ума. Мужчина бросил пальто и осторожно подошёл ко мне. Я снова почувствовал приятный аромат и кожа покрылась мурашками. Арсений сел на мою кровать и повернулся ко мне. Он взял меня за плечи и аккуратно обнял, зарываясь рукой в мои волосы. Я покорно опустил голову ему на плечо и обхватил его шею обеими руками. Как мне было хорошо. Когда я касаюсь его, вся боль уходит, как будто он — и есть моя таблетка. Я не знаю, сколько я просидел уткнувшись в его свитер и рыдая, но в конце концов, я безмятежно уснул. Это был сложный и тяжёлый день, но благодаря Арсению, он стал самым приятным и особенным, за последние несколько лет.