Пробираясь под кожу

Дрейк

      Люди столпились около арены и орали. Взмахивали кулаками, как будто именно их разгорячённый жест приведет любимца к победе. Но на самом деле за ограждающими черными канатами стояла мертвая тишина. Для Дрейка имел место быть только один звука: удары боксерских перчаток о чужую плоть.       Бойцы не имели права отвлечься на зрителя, оглянуться на прыгающего рядом судью или кивнуть тренеру – лишний вздох и кто-то пропустит удар. За лишним ударом стоит проигрыш, по крайне мере, так считал Дрейк. Его правая нога онемела и было даже не ясно от чего конкретно. Скорее всего, пропускать смачный пинок в бедро было не самым лучшим стечением обстоятельств.        «Если я буду ходить завтра, то это будет чудо» – подумал боец. Ложный бросок в сторону напугал оппонента. Глупая детская уловка, но работает, если правильно двигать плечами. Пробитие в солнечное сплетение не смягчил даже массивный локоть. Затем серия ударов – соперник согнулся пополам и рухнул без сил к дыханию. Бледные губы быстро раскрывались и смыкались, как у рыбы на горячем от солнца песке. Слюна упавшего капала на маты.       Три. Судья встает между бойцами. Нагибается к лежащему и начинает отчёт.       Два. Дрейк с горищи глазами мечтает, чтобы он встал. Пусть бой продолжится!       Один. Люди замирают.       Победа.       Дрейк пренебрежительно цокнул, взглянул на перешёптывающийся судейский стол и решил спуститься с ринга. Спуститься это, пожалуй, слишком громко сказано. Прихрамывая на правую ногу, он пытался понять: звон в его ушах был от громких зрителей или все-таки от того тяжелого хука.       Толпа бесновалась: люди толкались, выкрикивали что-то лестное и не очень, считали выигранную сумму денег. И только один гость молча стоял, сложив руки на груди. Крупный, слишком серьезный и ни разу не отвел взгляда от Дрейка, пока тот перелезал через канаты.       Разобраться в строении очередной подпольной арены Дрейку стоило чуть раньше, чем начался сам бой. Лишь при помощи сотрудников парень таки находит раздевалку, в которую забыл дорогу. Там валялась его черно-бежевая спортивная сумка и бутылка воды. Позади победителя прикрыли дверь:       – Если вы хотите переодеться, то лучше вам найти другое место, – Дрейк сел на скамью, стал стягивать кроссовок с припухлой ноги, а когда понял, что самому это делать слишком болезненно, оставил затею. Зашедший за ним человек потребовал к себе внимания, кашлянув трижды, – да что вам, блядь, надо?!        Его грозный от боли взгляд проехался по татуировкам на жилистых руках и поднялся выше. Легкая щетина, тонкие губы, нос с горбинкой и серьезные глаза. Такой взгляд не предвещал ничего хорошего.       – Хотел поздравить с победой, – у Дрейка понемногу начала отниматься и вторая нога, только уже от усталости. Уйти отсюда самостоятельно он не сможет даже если этот жуткий тип достанет оружие. Парень тихо сглотнул, когда заметил что-то темное в руках мужчины.       Незнакомец проследил за бегающими глазами и вытянул пухлую папку, перетянутую резинкой. Черную, но с каким-то рыжим пятнищем.       – Так себе победа, – в попытках прикрыть свой испуг повседневной болтовней, Дрейк побледнел еще больше. В таких местах, как эта подпольная арена, обитают исключительно опасные люди. А он безоружен и, если встанет, двигается со скоростью бабушки Сьюзи, что уже как семьдесят три года работает в кофейне напротив его съемные квартирки, – он упал скорее от усталости, чем от принятого им удара. Скакать по рингу столько времени не всем дано. Эээ, так кто вы и что вам нужно?       – Держи, полистай, – папка плюхнулась в руки Келли, а подозрительное пятно на черной поверхности оказалось эмблемой Государственного университета Пальметто. Но даже если бы отпечаток лапы не был подписан, то этот след он узнал бы и так. Пальметто не просто забыть после такой ослепительной победы и череды странных, опасных и гадких происшествий. «Мусор победивший легенду» – так называлась статья в чьём-то личном блоге. Очередной фанат Воронов, прорыдавший в подушку пару ночей сначала из-за проигрыша, а потом еще и из-за самоубийства капитана команды. Причину смерти так никто и не обнародовал. Таблетки, лезвие или что поинтереснее? Многие журналисты могли отдать за эту информацию приличное состояние.       – А, так вы пришли поговорить про экси, – семь часов назад команда старшей школы Альбукерке победила в чемпионате штата.       – Дэвид Ваймак, – мужчина решил представится, прервав попытку парня погрузится в собственные мысли, – действующий тренер Лисов из Пальметто. Хочу видеть твою фамилию в составе своей команды.       Дрейк лишь тяжело вздохнул. Слухи не врали: Ваймак уникальный человек. Подстать своим Лисам.       – Дрейк Келли и давайте сразу перейдем к делу. Если вы видели игру, то прекрасно знаете, что меня на поле не выпускали. Так что вы просто потеряли время, – парень развел руками, – лучше найдите нашего Стэна или Луку пока их не прибрали к рукам, они хороши в защите. И прекрасно подходят под «все» ваши критерии.       В добавок к папке на колени упал задрыпаный блокнот. Не узнать его Дрейк не мог: поплывшие от сырости листы были исписаны его заметками об играх. «Конспекты на коленке» – так говорили сокомандники. Дрейк писал почти каждую игру, протаскивая блокноты на скамейку.       – А я-то его искал… Кому мне руки оторвать за воровство личного инвентаря? – студент, словно потеряв любой интерес к разговору, отвернулся к сумке и стал в ней рыться. Даже успел откапать телефон, когда тренер продолжил.       – Твоя рекомендация сильно заинтересовала моих парней, – фразы такого рода обычно смахивали на жалкие попытки лести, но вряд ли у такого человека, как Ваймак, лесть была в списке хобби, – поэтому я приехал к вам на игру. Тебя я там застать не смог, но вот твой тренер неплохо о тебе отозвался. Если не считать твои прогулы, конечно.       – Это была не моя вина! – парень вскинул указательный палец вверх, в попытке защитить свое честное имя, – И я не собираюсь вступать в Пальметто. Вот еще. Делать мне больше нечего, ага. Уходите!       – Если все, что я о тебе слышал правда, то такой аналитик пригодиться команде, – Дрейк подался вперед с намерением что-то сказать, – Пасть закрыл. С твоими оценками на бюджетную основу поступить просто нереально, а у тебя прямо перед носом стоит возможность получить спортивную стипендию, проживание в общежитии и высшее образование. В Пальметто есть разные направления, поэтому стоит задуматься. Ты умный парень и подумай: такого рода предложение к тебе больше не поступит.       – Какого рода? – зачатки улыбки окончательно спали с лица Дрейка. Голос приобрел глубокий, даже грубый оттенок, – у вас там за пару лет чуть ли не война началась! Попытки самоубийства, передоз, три смерти и одна из них прошлогодняя! Хотите меня в команду? Да, почему бы и нет?! Махнуть в Южную Каролину, оставить семью и друзей и сдохнуть в канаве, потому что фанаты Воронов внезапно захотели реванша. Я может и долбоеб, но жить как-то еще хочу.       – Сказал побитый пацан, сидя на скамейке подпольной арены боев без правил.       – А вот это уже вообще не ваше дело. Чем я занят в свободное время и каким образом зарабатываю себе на жизнь. Вас вообще сюда впускать не имели права.       – Это «нет»? – Дрейк со вздохом вернул на место свою скромную улыбку и прикрыл глаза. Выбор и то, что стоит на кону слишком отягощали принятие решения. Мало времени, голова гудит, сердце бешено бьётся. Нет, Ваймак точно не понимал по какой из причин этот парень так тянет с документами, но вцепился в сомнения, как голодный пес в найденую на свалке кость.       – Кто посчитал мою рекомендацию интересной? – если опасения подтвердятся, он откажет и вернется к захолустной жизни парня с арены. Тренер нахмурился, словно этот вопрос поставил его в тупик, потер нос.       – Ты можешь узнать это сам, – Ваймак пожемает плечами.       В весках гудит. Что-то тут было не так. Надо рвать когти. Жаль, что так думала только половина Дрейка.       – Где нужна подпись?       Удовлетворённый Девид Ваймак покидает раздевалку, тихо прикрывая за собой дверь, а Дрейк дрожащими пальцами поддевает эластичный бинт и разматывает левую руку. В очередной раз всматриваясь в имена и прикидывая насколько ЭТО возможно, новый член команды Пальметто из-за всех сих бьется затылком о стену.

***

      Аэропорт Южной Каролины встретил своего гостя также громко, как провожал его аэропорт в Альбукерке. В вечер пятницы у всех были свои планы. Люди прилетали, улетали, делали вынужденные пересадки, и кто-то даже успевал подремать на железных стульях в зале ожидания. Дьюти фри работали в привычном для них режиме, по крайне мере об этом говорили яркие вспышки-витрины.       Дрейка выловила из толпы невысокая девушка. Она держала над собой картонку с названием университета. Не узнать второго вратаря команды было бы глупо, особенно для человека, который последние три ночи мониторил всю информацию о Лисах: кто присоединился, кто как готовится к новому учебному году и новым осенним играм.       Рене Уокер оказалась ниже, чем предполагал Дрейк. Узкие плечи, тонкие руки и милая добрая улыбка. Только взгляд не подходил к общей картине. Стойкий, оценивающий и с какой-то перчинкой. Эта незнакомая ему ранее перчинка есть у всех обитателей Пальметто?       – Привет, я Рене, – девушка протянула свою ладонь и Келли ответил на рукопожатие. Первое впечатление о хрупкости этой девушки рассыпалось так неожиданно, что Дрейк до крови прикусил собственную щеку. Парень тряхнул головой в надежде отогнать от себя привкус металла. Глубоко вдохнул. От Рене мягко пахло ягодами.       – Я Дрейк, рад знакомству. Надеюсь поладить и так далее, – младший неловко засмеялся в кулак.       – Не переживай, всё будет хорошо, – Рене осмотрелась, прикидывая каким путем будет ближе дойти до выхода аэропорта, – Поверь мне, наш капитан сейчас так борется за новеньких, что даже охрана президента не сможет сравниться с ее желанием вас огородить.       Девушка смяла картонку и выбросила в ближайшую урну. Двое стремительно двигались к уличной парковке.       – Огородить от чего? – на улице было ужасно жарко. Начало июня ввело город в сонное состояние. Все прятались в тени домов или деревьев, обмахивались всем, что попадало в руки и надеялись хотя бы на легкий дождик. В отличии от Альбукерке, в Южной Каролине было не так много песка, поэтому Дрейк оставил свой платок висеть на шее.       – В основном от общества, – асфальт так нагрелся, что Келли ощущал его сквозь подошву своих кед, – Так как сейчас идет процесс оспаривания нашей победы в финале, мы простои вынуждены быть аккуратнее. К нам уже дважды захаживали люди из ННСА и КРЭ. Лисы как на иголках.       – Ого, в интернете ничего об этом.       – Пока что молчат. Честно говоря, об этом более подробно расскажет Дэн, но я просто хочу предостеречь: победа над Воронами не привела нас на вершину, как многие думают. Поэтому будь готов ко всему: набеги полиции, грязные сплетни и жадные до сенсации журналисты.       Дрейк поставил бы кругленькую сумму на то, что оспаривание началось из-за неожиданной кончины Рико Мориямы. Как будто мертвецу сдалась эта победа. Но почему-то не решился продолжить этот разговор. Потом поспрашивает.       – Точно! – Рене повернулась боком к Дрейку, – Даже не думай обсуждать смерть Рико с нашим Кевином. Ничего хорошего из этого не получится. Только по лицу получишь и не факт, что от самого Кевина.       От резкого смена тона голоса по рукам спортсмена пошли мурашки. Уж лучше бы он обманывался ее хрупкостью, чем сейчас всеми силами пытался успокоить свою тревожность.       За этим разговором они дошли до ожидающего их транспорта. Назвать такую шикарную тачку транспортом мог только Дрейк, а мозг уже во всю самостоятельно подкидывал кадры с какой силой и как в него летит оплеуха от Томы. Машиноголик. К тому времени из передней пассажирской двери автомобиля вылезла не менее яркая личность. Она улыбнулась и помахала рукой.       – Наконец то! Какого хрена они так задержали рейс? Душно, жуть, – девушка отряхнула руки о свои штаны и протянула ладонь, – Я Даниэль, но, пожалуйста, зови меня просто Дэн. Я капитан Лисов и безумно рада, что ты всё-таки к нам присоединился. Хоть и с небольшим опозданием. Кстати, сколько я выиграла?       – Это к Ники, – отмахнулась Рене и достала из заднего кармана джинс свой мобильный телефон, – он заведовал ставкой к этому спору.       Дрейк был повержен. Эмоциональное равновесие схлынуло, как и надежная полуулыбка. Замешательство, вызванное столь неординарным приветствием и отношением этих Лисов к абсолютно незнакомому для них человеку. Каким, блять, боком они стали центром столь бурных гневных баталий? Накопленная на игроков личная информация, в перемешку с грязными слухами, была разорвана, перемолота и сожжена. Эти люди с двойным дном, да? Не такие, как все и никогда не смогут ими стать.       – Ооо, Дрейк, ты привыкнешь, – Дэн похлопала его по плечу. А тот даже забыл представится, но в этом уже не было необходимости, – все, закидывай чемодан и сумку в багажник и погнали отсюда. Элисон нас сейчас на кусочки порвет, если мы задержимся тут хотя бы на минуту.       Сама Рейнольдс была за рулем своей машины, настраивала радио. Новичок уселся на заднее правое сиденье. Поднял голову, зацепившись взглядом за серые глаза Элисон в зеркале заднего вида, кивнул. На этом их знакомство закончилось.       Дорога к кампусу университета была не долгой (так заверила Дэн), однако из-за плотно забитой трассы казалось, будто они почти не двигаются.       Закат вся компашка встретила, выезжая на общую парковку перед общежитием. Слушая разговоры Рене и Дэн, Дрейк узнал, что на территории Пальметто сейчас находятся не все Лисы. Были только девушки, поэтому они и решили поехать вместе. Только новенькая решила не тратить зря время. Мэтт Бойд еще не приехал от матери, а та часть студентов, которую капитан единожды обозвала «монстрами», отдыхает за пределами обучающей организации.       Благодаря этим обстоятельствам, все выходные Келли мог посвятить себе и своему обустройству в Норе. Ну или часть выходных.