Сплетение Путей

Этим утром один из учеников Цюндин, прогуливаясь неподалёку от пещер, заметил странные вибрации. Сначала он не придал им особого значения, но от любопытства вернулся туда позже и с удивлением обнаружил, что они не только не прекратились, но будто и усилились. После этот ученик долго слушал землю и камни и смог понять, что под толщей что-то происходит. Каждый почти незаметный толчок сопровождало звучное «БАМ» в глубине! Тогда он всё же поделился наблюдением с одним из мастеров зала своей вершины, а тот, не будь дураком, сообразил, что дело нечисто, и поднял панику. Из-за которой никто даже не обратил внимание на небольшое вторжение внизу. — Когда новость дошла до меня, я сразу понял, в чём дело! — закончил рассказ Му Цинфан, пока они на всех скоростях неслись к самой высокой вершине их ордена. Проблема с пещерами Единства Душ была не так заурядна. Войти туда мог позволить лишь глава ордена, и это был не пустой документ, это было настоящее волеизъявление Главы! Пещеры были одной из самых больших ценностей Цанцюна, и потому огорожены древней и мощной защитой, войти внутрь без этого дозволения никто не мог. К счастью, на всякий случай в этой ситуации существовала лазейка. Например, в отсутствие главы такое дозволение мог дать его непосредственный заместитель, то есть в этом поколении — Шэнь Цинцю. Неудивительно, что Му Цинфан сразу поспешил навстречу возвращающейся группе. — Но как же так, шиди Лю никогда не испытывал проблем с Ци! Лю Цингэ был одним из самых стабильных заклинателей, что Шэнь Цинцю повидал. Он редко ощущал душевные терзания и видел свои цели чётко и ясно. — Боюсь, в последние годы наш шиди не прошёл ни одного прорыва, ситуация вполне понятная для кого-то его уровня, но для Лю Цингэ она оказалась крайне тревожной. Это правда, Лю Цингэ всё свободное время тратил либо на охоту за легендарными монстрами, либо на тренировки. Но, по мнению Шэнь Цинцю, это было его самым обычным поведением, кто же мог подумать, что на самом деле тот терзался всё это время! Они с Му Цинфаном остановились у самого входа в пещеры, Шэнь Цинцю быстро начал ритуал, который требовал некоторого времени, чтобы защита удостоверилась, что здесь нет никакого обмана, и глава правда отсутствует. Но каждая секунда была на вес золота, если Лю Цингэ там неистовствует с самого утра. Неизвестно, насколько он успел уже навредить своему совершенствованию. Наконец раздался гул, и невидимые силы, что давили на плечи всё это время, рассеялись. — Я пойду первым, — сказал он Му Цинфану. Если Лю Цингэ как-то заденет лекаря, то, считай, вся операция по спасению провалится. Они проследовали внутрь по узким каменным коридорам пещер. Внутри раскаты ударов Лю Цингэ были подобны грому и уже не оставляли никаких сомнений, что с тем что-то не так, хотя Шэнь Цинцю до последнего хотел надеяться, что случилась какая-то ошибка и они обнаружат своего боевого собрата в глубокой медитации. Лю Цингэ оказался в одном из самых просторных залов, он носился как одержимый меж стен, атаковал камни и что-то кричал. Все его белые одеяния оказались изорваны в клочья, а рукава покраснели от крови. Шэнь Цинцю подал знак Му Цинфану держаться позади и вышел вперёд. — Шиди, должно быть, перенервничал! — громко сказал он, идя к Лю Цингэ широкими шагами. — Но шисюн здесь, чтобы помочь. Голова Лю Цингэ дёрнулась в его сторону, наполненные кровью глаза на секунду расширились. Было не ясно, кинулся ли он вперёд из-за того, что не узнал Шэнь Цинцю или как раз наоборот. Чэнлуань в его руке просвистел и одним движением пронзил грудь Шэнь Цинцю насквозь, выйдя с другой стороны. — Оу. От раны начали расползаться трещины, будто тело было хрустальным, из них неярко мерцал белый свет. Фантомный Шэнь Цинцю не испытал никаких особых ощущений из-за того, что его нанизали на меч, как особо красивого жучка, он лишь вцепился в руку растерявшегося Лю Цингэ, чтобы тот никуда не ушёл. Настоящий тем временем появился у своего шиди за спиной и как следует ударил его меж лопаток наполненной Ци раскрытой ладонью. Лю Цингэ повалился на фантома как подкошенный и больше не дёргался. К нему тут же поспешил Му Цинфан с медицинскими иглами и живительными пилюлями. Когда потоки в меридианах Лю Цингэ немного успокоились, Шэнь Цинцю решил тоже не оставаться в стороне и пустил немного своей энергии. — Мы успели вовремя, никаких фатальных повреждений, — заметил он, пока передавал Ци Лю Цингэ. Му Цинфан кивнул. — К счастью, у шиди крепкая основа, чтобы ей навредить, одного искажения будет маловато. В этот момент Лю Цингэ закашлялся и завозился, осматривая потолок пещеры мутным взглядом. — Ч-что… — Лежи тихо, — приказал Шэнь Цинцю. Через некоторое время тот окреп достаточно, и они с Му Цинфаном осторожно понесли Лю Цингэ в другой грот пещер. Там древние мастера начертали печати, что заставляли природную Ци становиться целебной, и, как правило, именно сюда отправляли самых тяжелобольных заклинателей ордена на длительное лечение. Раз Лю Цингэ уже был в пещерах Единства Душ, не стоило пренебрегать столь прекрасной возможностью. — Что случилось? — слабо спросил Лю Цингэ, оказавшись на каменном ложе. — Ничего страшного, — уверил его Му Цинфан. — Небольшое искажение Ци, только и всего… Вряд ли тот кошмар можно было назвать «небольшим», но Шэнь Цинцю оценил заботливость и деликатность своего шиди. — Я послежу за восстановлением некоторое время. Думаю, пока стоит доложиться главе, — заметил Му Цинфан. — Да-а-а, — протянул Шэнь Цинцю. Он кинул напоследок взгляд на эту парочку и побрёл к выходу. Это будет самый интересный отчёт за последние годы. Шэнь Цинцю очень удивится, если после такого Ци-гэ не примчится обратно к вечеру.

* * *

Он недооценил своего брата, тот вернулся через два часа, взмыленный и нервный! Ци-гэ лично осмотрел побоище внизу, велел созвать адептов на расчистку: нехорошо будет, если из-за разлагающихся тел демонов в городе начнётся мор, заглянул к Лю Цингэ и весь оставшийся день провёл в резиденции Шэнь Цинцю. — Я не должен был покидать орден, не дождавшись вашего возвращения! — каялся Ци-гэ. — Не говори глупостей, — успокаивал его Шэнь Цинцю, подливая чая с ромашкой. — Это мы сильно задержались, глава не может вечно подстраиваться под своих нерадивых подчинённых. В целом нехорошо получилось, что орден остался и без главы, и без его заместителя, но при обычных обстоятельствах в этом не было ничего страшного. Даже вторжение адепты вполне смогли бы отбить силами оставшихся владык, если враги вообще сумели бы прорваться через защиту. Но кто бы мог подумать, что у самого устойчивого заклинателя именно в этот день случится искажение! Впредь им стоило быть осмотрительней. — Завтра я созову срочное собрание. Нам нужно решить, как обезопасить тот тайный путь, что ты обнаружил. Скверно, что демоны могут ходить к нам, как к себе в гости. Шэнь Цинцю рассеянно покивал. Если об этой лазейке узнали сотни демонов, никто из жителей близлежащих деревень и городов не мог чувствовать себя в безопасности. — Ци-гэ нужно отдохнуть, он и так сегодня сделал больше, чем нужно. Тот устало вздохнул. — На секунду я испугался, что с Сяо Цзю могло случиться что-то страшное. Если бы один из демонов задел тебя неисцелимым, или шиди Лю сумел ударить не фантом… Не рискуй так больше. Он заглянул Шэнь Цинцю в глаза, и в эту секунду тому стало так стыдно за своё безрассудное поведение. Он только недавно рассуждал о своей смертности и почти сразу опять отчаянно кинулся в бой. — А ещё до меня доходили слухи, будто ты был ранен в Озёрном Крае духом водного дракона. — Кхм! — Шэнь Цинцю поперхнулся воздухом и резко закашлялся. Да уж, не стоило и мечтать, что их маленькая авантюра с Вэй Цинвэем останется совсем незамеченной. Ци-гэ хотя бы не прилетел прямо в Озёрный Край. — Обещаю, больше никаких глупых рисков. Ци-гэ посветлел лицом и обнял его на прощание. Остальной вечер прошёл в скучной рутине, Шэнь Цинцю проверил отчёты мастеров за время своего отсутствия, составил план занятий для новых старших учеников и так от этого притомился, что даже не стал совершать сумеречной прогулки по бамбуковому лесу, вместо этого сразу переодевшись в спальный наряд и утонув в мягких подушках. Весь этот нервный день должен был бы быть вознаграждён отличным сном! Поэтому, когда через секунду Шэнь Цинцю открыл глаза и обнаружил себя посреди демонической крепости, он решительно не понял юмора происходящего. — Господин! — воскликнул кто-то рядом. Обернувшись, Шэнь Цинцю раскрыл рот. Перед ним стоял Бьяньфу-цзюнь с братьями! За годы разлуки он немало заматерел и сейчас выглядел грозным и зрелым демоном, достойным своего титула. — Что происходит? — не мог не спросить Шэнь Цинцю. Оглядевшись, он действительно разглядел знакомую крепость, которую его демонята много лет назад отвоевали у захватчиков. — Демон снов Мэнмо в благодарность за освобождение согласился организовать эту встречу, — кивнул Сэ на седовласого старика. — Так мы в царстве снов?! Шэнь Цинцю пришёл в неописуемый восторг. Раньше он о подобном лишь читал. Способностью проникать в сны мог овладеть любой высший демон, но это искусство считалось давно утерянным, а те огрызки, что остались у демонического народа, можно было считать лишь насмешкой по сравнению с истинными мастерами своего дела в прошлом. Старик был крайне не примечательным, и, лишь приглядевшись, можно было увидеть, что рукава и полы его одежд были пусты и будто надеты на призрака. Увидев интерес Шэнь Цинцю, он ухмыльнулся. — Не часто мне доводилось видеть человека повелителем демонов. А праведного заклинателя в этом качестве и вовсе никогда. — Всё бывает в первый раз, — ушёл от ответа Шэнь Цинцю. Всплыви история, как он познакомился и подружился с пятью демонятами, она всех повергнет не только в гнев, но и в гомерический хохот. — Этот недостойный благодарит господина за щедрый дар, — вдруг поклонился Бьяньфу-цзюнь. — Он смиренно принял его, мощь нашего рода многократно возрастёт! После чего кровожадно улыбнулся. — Ты убил Ша Хуалин? — настороженно спросил Шэнь Цинцю. Бьяньфу-цзюнь растерялся, а потом захохотал. — Нет-нет, господин! Я лишь захватил эту деву и сосватался ей. Пока она строптивится, но я ещё докажу, что достоин посеять в ней своё семя. — Её отец будет в ярости. Бьяньфу-цзюня это ничуть не испугало, наоборот, он зубасто улыбнулся. — Будет славная война. — Неужели за последние годы вам не хватило войн? После смерти Тяньлан-цзюня все его прежние территории кипели, один конфликт сменялся другим, земли дробились и объединялись вновь, лишь недавно агрессия пошла на спад. Судя по лицам всех демонов, вовсе нет. — Это было время побед! — торжественно сказал Бьяньфу-цзюнь. И хоть сейчас это с его стороны смотрелось внушительно, Шэнь Цинцю не мог не вспомнить того жирного мышонка высотой ему по колено. — Мы так давно не виделись, расскажите же мне, как у вас всё это время шли дела. Время в царстве снов шло по-иному, чем в реальной жизни, иначе на рассказ, как, кого и когда Бьяньфу-цзюнь с братьями одолели, обхитрили, обыграли и уничтожили, ушло бы не меньше суток. Пару раз они обмолвились, что им попадались достойные противники, которые временно одерживали верх, но те всегда воздавали им по счетам. — Теперь вся территория вокруг Бьяньфу принадлежит нам, а северные кочевники платят дань, чтобы воспользоваться нашими туннелями. — Это весьма… занимательно. В реальности Шэнь Цинцю крепко спал, он и подумать не мог, что его может начать клонить в сон во сне! Он бросил рассеянный взгляд туда, где сидел в своём неприметном углу Мэнмо, и не увидел старика. — Вы уверены, что можете доверять ему? — спросил он братьев, указывая на пустое место. — Господину не стоит бояться. Перед тем как начать встречу, мы убедились в том, что он не сможет разболтать ваши секреты. — И как, интересно? Кровавую клятву с него не взять. Учитывая, что он лишился тела давным-давно. — Он был заточён в одном из артефактов Ша Хуалин и должен был исполнять волю своего обладателя. Мы обставили всё так, что демон снов получит свободу, но взамен не посмеет рассказать о господине ни одной живой душе. — Вы планируете сотрудничать дальше? — Вряд ли, — покачал головой Бьяньфу-цзюнь. — Мэнмо невероятно силён и был бы хорошим союзником, но его не интересует ничего в материальном мире. Когда пришло время прощаться, братья накинулись на Шэнь Цинцю не хуже его учеников, которых он так любил сравнивать с неоперившимися птенцами, они облепили его, словно бабочки сладкую дыню, и не хотели отпускать. — Мы так скучали, господин! — ныл Жу. — Мы расширили вашу комнату, теперь она ещё прекрасней. — Ну что вы! — в сердцах растрогался Шэнь Цинцю. Сильные демоны были долгожителями, но они не были похожи на бессмертных. Если Шэнь Цинцю навсегда застыл в образе юноши, то его демонята с каждым годом постепенно замедляли и замедляли старение, пока не стали походить на взрослых мужчин. Но вели они себя до сих пор как дети! — Однажды наш повелитель вновь нас навестит, и тот страшный заклинатель ему не помешает! — Что? Неужели они говорили о Ци-гэ? Шэнь Цинцю не мог внутренне не захихикать, для них этот добродушный увалень и впрямь был невероятно страшен. Эх, если бы дело было лишь в Ци-гэ… Заклинательский мир целиком поднимет Шэнь Цинцю на вилы, если о его связи с демонами станет известно, и тень неприятия падёт на весь Цанцюн. Он не мог так рисковать. — Однажды, — пообещал Шэнь Цинцю. Всё же он не вечно будет владыкой, через пару сотен лет его вахта окончится, и настанет время отправляться в последнее путешествие. Почему бы и не в демонический мир?

* * *

Некоторое время после расставания Шэнь Цинцю снилась обычная сонная чушь, которая выветривается из головы, стоит глазам раскрыться с утренними лучами, но потом разум вновь начал себя осознавать, однако и не думая покидать царство снов. Вместо своей резиденции Шэнь Цинцю оказался у огромного обрыва, казалось, гравитация здесь работала совершенно иначе, потому что деревья, дороги и дома спокойно висели над отвесной пропастью, но всё остальное падало куда-то далеко вниз. Шэнь Цинцю с опаской отошёл от края стены одного из домов, где и оказался, тяжело вздохнув. Он знал, что не стоило доверять этому Мэнмо. — Учитель? — раздался звонкий голосок откуда-то сверху. — Это правда учитель! Шэнь Цинцю задрал голову и увидел, что на одном из торчащих горизонтально деревьев висел его ученик. — Бинхэ?! — Учитель, я сейчас! Раскачавшись на стволе, Ло Бинхэ спрыгнул и, сделав сальто, приземлился на белую стену недалеко от Шэнь Цинцю, немедля получив по глупой макушке веером, не сильно, но ощутимо. — И зачем же ты так рискуешь? — Простите, учитель, — повинился Ло Бинхэ, потирая голову. — Я так давно бродил по этим местам в одиночку, не мог никого найти и уже начал волноваться… Что это за странное место? Всё встало на свои места. Ло Бинхэ, попав в царство снов, испугался и неосознанно постарался позвать на помощь кого-то, кому он мог доверять и считал надёжным, то есть своего учителя. До этого Шэнь Цинцю пришло в голову, что, возможно, Мэнмо хочет сказать ему что-то, и потому завлёк обратно в своё пространство, но этот странный перевёрнутый мир точно не был порождением его разума. Выходит, в ловушку попал Ло Бинхэ. Оставалось загадкой, зачем древнему демону нужно было цепляться к юному ученику. — Это царство снов, и тот, кто завлёк тебя сюда, ещё ответит! Мальчик выглядел крайне растерянным, и Шэнь Цинцю пришлось устроить краткую лекцию о том, как работает царство снов и для чего туда вторгаются демоны. — Все твои сокровенные мысли и воспоминания для мастера снов будут лежать как на ладони, он может создать любой знакомый образ, чтобы сломить волю, но ты не должен поддаваться. — Демоны! Опять демоны! Как они смеют тревожить учителя! — искренне разозлился Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю вздохнул. — Не стоит на этом зацикливаться сейчас. Нужно отыскать Мэнмо. И устроить хорошую выволочку! Ло Бинхэ осмотрелся по округе, осторожно заглядывая за край стены и задирая голову вверх. — Я знаю эти места, — наконец, решил он. — …Это мой родной город. Перевёрнутый мир выглядел крайне безрадостно: пустые улочки, протяжные скрипы ставней на окнах, и еле уловимые шепотки вдалеке, будто за ними кто-то неустанно следил, но не хотел попадаться на глаза. Сразу становилось ясно, что малая родина не вызывает в юноше никаких положительных эмоций. — Есть здесь что-нибудь примечательное? Место, с которым связаны особые воспоминания? — спросил Шэнь Цинцю. Сердце иллюзии не может быть в случайной подворотне, оно обязательно будет там, где накал чувств самый сильный. Ло Бинхэ покачал головой. — Этот ученик скитался по этим улицам четыре года, нигде особо не задерживаясь. Но уже через секунду он устремил удивлённый взгляд куда-то вдаль, будто ему пришло озарение. — Берег реки Ло! Там стояла хижина, в которой мы жили с матушкой, а неподалёку пирс, где она стирала господские вещи, и ещё… Ло Бинхэ осёкся и смущённо отвёл глаза в сторону. Видно, ему стало неловко, что ностальгия так ярко завладела его сердцем. — Начнём оттуда, — примирительно ответил Шэнь Цинцю, сделав вид, что не обратил на это внимание. Ему не составляло труда прыгать по бокам домов, но каждый раз, когда это делал Ло Бинхэ, Шэнь Цинцю внутренне напрягался. Мальчишка неплохо справлялся, но что делать, если в очередной раз он не рассчитает высоту и полетит прямо в пропасть? Лишь из-за того, что он пощадил достоинство Ло Бинхэ, Шэнь Цинцю не схватил его на руки. — Учитель, это правда река Ло? Они, наконец, увидели её, и вид огромного массива воды, плавно текущего сверху вниз, был странен до невозможности. — Похоже на то. Здесь застройка становилась куда реже, и вместо крепких домов всё чаще попадались ветхие лачуги, прыгать по которым было просто опасно. — Мой дом… — указал Ло Бинхэ в сторону, словно зачарованный. — После смерти матушки меня выгнали оттуда… Шэнь Цинцю ободряюще потрепал его по голове, отчего Ло Бинхэ, казалось, немного пришёл в чувства, и быстро подхватил ученика на руки. Тот домик, на который он указал, уж точно был далеко, и Шэнь Цинцю не хотелось рисковать. Одним прыжком он преодолел всё расстояние и, раскрыв косоватую дверь, нырнул внутрь. Тут гравитация вдруг вспомнила, как ей положено работать, и они с учеником гулко повалились на пол. К счастью, Шэнь Цинцю успел скорректировать падение так, чтобы Ло Бинхэ оказался сверху и не пострадал. — Учитель? — неуверенно спросил тот. — Всё в порядке, — отмахнулся Шэнь Цинцю и поспешил выбить пыль из своих одежд, только через секунду вспомнив, что они всё ещё во сне и так уж следить за чистотой смысла нет. Пока Шэнь Цинцю отвлёкся, Ло Бинхэ поднялся на ноги и побрёл вглубь помещения, словно на привязи. Его глаза неверяще смотрели в одну точку, и, казалось, он прямо сейчас расплачется. — Матушка! У стены на простой бамбуковой циновке лежала немолодая женщина в простеньком застиранном наряде, она была до крайности бледной и худой, и, казалось, каждое движение давалось ей с невероятным усилием. — Матушка! — как заведённый повторил Ло Бинхэ и кинулся к иллюзии. Шэнь Цинцю едва успел его остановить, перехватив за талию. — Ло Бинхэ, не забывай, где мы! Это не твоя мать, это порождение демона, чтобы одурачить твой разум. Счёт к Мэнмо становился с каждым часом всё выше! Ло Бинхэ попытался вывернуться, но против бессмертного мастера он был не сильнее, чем муравей против дерева. Шэнь Цинцю перехватил его поудобней и со всей заботой, на которую был способен, обнял начинающего рыдать подростка. — Всё в порядке. Ты тоскуешь по ней, в этом нет ничего зазорного. Ло Бинхэ прекратил вырываться, глубоко задышал, а потом вцепился в Шэнь Цинцю в ответ, словно от этого зависела его жизнь. Комната, в которой они оказались, вдруг начала разваливаться, а иллюзия женщины в углу рассыпалась в прах. За опавшими стенами оказались горы Цанцюна, Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ вместо пыльной комнатушки стояли у самых ворот ордена к радужному мосту. — Он же нищий! — рассмеялся какой-то ребёнок, зрелище было жутким, потому что вместо лица у него была гладкая поверхность кожи. Он и двое других таких же обезличенных детей вторили ему и указывали пальцем на щуплую фигурку мальчика в застиранных обносках — копию Ло Бинхэ. Вдруг они двинулись как по команде вперёд, схватили второго Ло Бинхэ за ноги и попытались стянуть к самому краю. Дети продолжали обзываться, смеяться, пока тянули упирающегося и умоляющего о пощаде ребёнка в обносках, а потом кинули его вниз. Иллюзорный Ло Бинхэ вместо того, чтобы спружинить на радужном мосту, камнем рухнул вниз и насмерть разбился на острых скалах. Это зрелище поразило даже Шэнь Цинцю своей натуралистичностью, и он совершенно упустил момент, когда настоящий Ло Бинхэ выскользнул из его объятий и направился к своим убийцам. — Стой! — закричал Шэнь Цинцю. — Всё здесь соткано из твоего разума: напав на них, ты навредишь только себе. Ло Бинхэ удалось остановиться в шаге от удара. Он зло сжал кулаки и взглянул на безликих детей с неприкрытой обидой, но всё же нашёл в себе силы развернуться и пойти прочь. — Тебе обидно из-за пренебрежения, с которым к тебе относились люди, и, конечно, от этого ты злишься. А кто бы не злился? Ло Бинхэ в момент переменился в лице, и весь тот гнев, что он испытывал, словно смыло мягким потоком реки. Вместо этого он стал вновь смущённым и растерянным. — Простите, учитель. — За что мне тебя прощать? — улыбнулся Шэнь Цинцю. — Ты не виноват ни в том, что мы тут застряли, ни в том, что чувствуешь злость. Белыми лотосами бывают только цветы, люди, как правило, куда сложней. В этот момент окружающий мир вновь начал распадаться, но в этот раз они оказались в доме Шэнь Цинцю. Другие Ло Бинхэ и Шэнь Цинцю сидели неподалёку и занимались уроками письма, Шу Пэйпу, которая обычно тоже работала с ними, нигде не было. На мгновение Шэнь Цинцю удивился, до этого они оказывались лишь в местах, которые могли ранить Ло Бинхэ, но он не помнил, чтобы тот как-то обижался на своего учителя. И вправду ничего плохого так и не произошло: «Ло Бинхэ» усердно калякал на бумаге нечто невразумительное, «Шэнь Цинцю» давал ему странные советы и трепал по голове раза в четыре чаще, чем в реальной жизни… Кажется, это было целиком и полностью творение Ло Бинхэ. Кусочек его разума, где он ощущал себя в безопасности. «Довольно! — прогремел скрипучий голос отовсюду и ниоткуда. — Ты смог разрушить мои иллюзии. Неплохо». Комнату заволокло туманом, который уже в следующий миг сдуло ветром. Шэнь Цинцю с Ло Бинхэ оказались посреди сюрреалистичной пустоты, множества завихрений разных цветов и перемешанных образов. Мэнмо парил над ним. — Мастер Шэнь, и вы тут, — демон выглядел слегка удивлённым. — Кто бы мог подумать, что этот отрок действительно так талантлив. После чего засмеялся, взмахнув пустыми рукавами, оттуда вырвался чёрный туман, в мгновение ока окутавший Шэнь Цинцю с головой. Его словно потянуло куда-то, мгновенно накатила неестественная волна сонливости и слабости, которой неимоверно захотелось поддаться, но тряхнув головой, Шэнь Цинцю развеял этот морок. Он не оставит своего ученика наедине с этим типом! — Хватит этих трюков, мастер сновидений, — зло отряхнулся от остатков «тумана» Шэнь Цинцю. — Как ты посмел атаковать моего ученика? — Если бы я атаковал, этот сопляк уже давно потерял бы разум! — задрал нос Мэнмо. — Я лишь увидел неизведанный талант и захотел помочь ему раскрыть себя. Кто бы мог подумать… Хотя, какой ещё мастер согласился бы обучать демонического полукровку. Мэнмо засмеялся вновь, наблюдая за вытянувшимися лицами своих собеседников. — О чём ты говоришь?! — не выдержал Ло Бинхэ и выступил вперёд. — Неужели ты сам не знаешь… о том, что скрыто глубоко внутри тебя? — Если ты лжёшь, поверь, даже отсутствие тела не спасёт тебя от ужасающей смерти, — хмуро пообещал Шэнь Цинцю. — Лгу? Я бы не посмел, мастер Шэнь, внутри твоего ученика я обнаружил интереснейшую печать, и хоть даже мне не удалось заглянуть внутрь, от неё исходит сильный демонический фон. Со временем она ослабеет, и тогда все увидят, кого именно пригрел на своей вершине праведный заклинатель. Шэнь Цинцю криво усмехнулся. Ло Бинхэ застыл столбом рядом ни жив, ни мёртв и с ненавистью буравил парящую фигуру Мэнмо. — И что же предлагает этот почтенный? — спросил он тихо. — О-о-о, — протянул старик. — Я мог бы обучать тебя, помог бы овладеть нужными техниками, ты бы получил невероятную силу, способную покорить любое препятствие. — Решил увести у меня ученика? — Неужели мастер Шэнь пожелал бы оставить столь проблемного юношу под своей опекой, ведь выйди правда на поверхность… — Это я сам решу! — разозлился Шэнь Цинцю. — Ло Бинхэ мой ученик, ты максимум можешь довольствоваться званием приглашённого преподавателя. — У-учитель… Учитель правда не отвергнет меня?! — с невероятным отчаянием спросил Ло Бинхэ. Его голос надломился, как сухая ветвь, а глаза влажно блестели, тем не менее, так и не проливаясь слезами. Казалось, за этот ничтожно короткий промежуток времени он успел себе надумать немало тяжёлых дум и вообразить ужасных картин. — Конечно же нет, — с тяжёлым вздохом ответил Шэнь Цинцю. — Но нам нужно будет крепко задуматься над этой проблемой. Пусть мне не нравятся методы демона снов, он прав, выплывать этой правде не стоит. — Но как же… Учитель ведь ненавидит демонов. Он, не задумываясь, уничтожил тех захватчиков… Шэнь Цинцю устало потёр лоб. — Конечно же я их убил, и ты сам ответил почему. Они пришли под наш порог и угрожали нашим людям! Думаешь, приди туда свора человеческих разбойников, я бы стал церемониться и жалеть их несчастные судьбы? Демон или человек, разница не так уж и велика, и тех и тех можно как любить, так и ненавидеть. Ло Бинхэ неверяще сделал ему шаг навстречу, затем второй, а потом со всех ног понёсся к Шэнь Цинцю и обхватил его в удушающих объятиях. — Учитель!