Сплетение Путей

Шэнь Цинцю наблюдал за прекрасной картиной: солнце ползло почти у самого горизонта, окрашивая весь небосвод всполохами оранжевого, розового и фиолетового, а выше мерцали неяркие созвездия, всё это подпирали высоченные ледяные пики, в которых и без того пёстрые цвета смешивались и преломлялись. Даже Ледяные Пустоши царства демонов могли быть красивыми. — Господин, — подошёл к нему Це Биндао со спины и обеими руками подал небольшой флакон разогревающего зелья. Сам Шэнь Цинцю снабдил каждую деталь своего костюма согревающим заклинанием и кутался в плащ, подбитый плотной шерстью местного животного, чтобы ни в коем случае не повторить свой короткий, но печальный опыт приключения в этих краях. — Благодарю, — кивнул Шэнь Цинцю и принял флакон. Синекожий демон сел рядом и с невыразимой тоской окинул взглядом закат. В конце концов, это была его родина, с которой когда-то всё племя выжили более удачливые соседи. И хоть жизнь в Бьяньфу была не так уж и плоха, наверняка многие из его соплеменников, да и сам Це Биндао, частенько вспоминали эти места. — Долго ещё добираться? — спросил Шэнь Цинцю, дабы не дать своему проводнику погрузиться в скорбные мысли слишком сильно. — Всё изменилось, — без тени эмоций сказал Це Биндао, но, судя по глазам, говорил он это больше себе. — Но Хладная Матерь всё ещё стоит. Он указал куда-то вдаль, и Шэнь Цинцю сумел разглядеть один из ледяных пиков, который был намного выше и толще остальных. Под своим весом огромный ледяной штырь покосился, и его затупившаяся вершина указывала уже не в небо. — Когда мы доберёмся до Хладной Матери, повернём на восток и через половину суток окажемся у владений Мобэев. Если в большей части демонических земель и шагу ступить было нельзя днём, то в Северных Ледяных Пустошах всё обстояло наоборот. Ночью здесь становилось холодно так, что даже местным ледяным демонам было зябко, а из каждой щели вылетал Призрак Ночи. Тварь не столь уж и опасная сама по себе — она походила на ледяной парящий змеиный скелет, — но их количество в ночное время превышало все разумные пределы. Продвигаться среди этого моря клацающих зубов было бы невозможно. Именно из-за этой трудности, стоило им с Це Биндао дойти до Хладной Матери, и пришлось разбить лагерь до утра. Шэнь Цинцю разбросал по периметру защитные талисманы и достал свой старенький походный шатёр. Тут действительно помогла бы незамутнённая янская сила жара Ло Бинхэ, но Шэнь Цинцю не посмел бы так рисковать своим учеником. Пусть уж лучше отдыхает и набирается сил в крепости. Что-то подсказывало Шэнь Цинцю, что как бы он его не оберегал, юность Ло Бинхэ не будет простой. Ночью под шум бьющихся о защитное поле Призраков Ночи Шэнь Цинцю сладко заснул.

* * *

Ло Бинхэ медленно продвигался по гигантской земляной норе, уже третий раз стирая со лба крупные капли пота: жара тут стояла как в парилке. Впереди крупными огрубевшими лапами работала парочка кротов-демонов, роющих для них тоннель дальше. Большую часть пути удалось незаметно пересечь ночью, так как бесплодная поверхность мало волновала живущих под землёй демонов, и охраняли они в лучшем случае только подступы ко входам в свои жилища. Велись также дозоры, но если не подходить близко, то на тебя и внимания не обратят. Но вот на территориях Цзючжун-цзюня им всё же пришлось быть осмотрительней. Цзючжун-цзюнь жил посреди подземного поселения и жёстко контролировал подвластные ему территории. Его огромная резиденция нависала над городом, и лишь с одной стороны это здание примыкало к пещерным стенам. Их план был достаточно прост: проникнуть из-под земли в само здание, не поднимая раньше времени лишнего шума, добраться кратчайшим путём лично до Цзючжун-цзюня и сделать ему предложение, от которого он не сможет отказаться. Из тьмы длинной норы показалась небольшая летучая мышь, быстро подлетела к ним и начала что-то пищать на ухо Бьяньфу-цзюню, который с двумя братьями взялся сопровождать Ло Бинхэ. — Что такое? — нетерпеливо спросил тот. — Всё отлично, Ваше Высочество, — улыбнулся Бьяньфу-цзюнь. — Дочка говорит, что этого пёсьего сына сегодня видели в городе, значит, он на месте. Было отрадно слышать подобные новости, ведь если бы Цзючжун-цзюня вдруг не оказалось дома, весь их план пошёл бы прахом, и неизвестно, сколько пришлось просидеть в этих норах, выжидая момент. Ло Бинхэ кивнул и продолжил медленно продвигаться за кротами. Вскоре земля сменилась на твёрдую породу, и, чтобы не шуметь, пришлось применить один из множества артефактов, захваченных Бьяньфу-цзюнем во время междоусобных войн, а именно талисман-зеркало, который был способен искажать материю перед собой, отчего камень начал растекаться перед ними, как жидкая патока. — Вскоре появится магический барьер, с ним уже этот трюк не сработает, — предупредил Бьяньфу-цзюнь. Ло Бинхэ размял костяшки пальцев. — Хорошо. Талисман-зеркало чем больше работал, тем больше грелся, и под конец уже начал обжигать руки Бьяньфу-цзюня, но в тот самый момент, когда демон уже готов был выронить артефакт из рук, они наткнулись на магическую стену. — Отдохни, — попросил Ло Бинхэ, а сам начал распутывать нити заклинания. Этому его обучил учитель, рассказав, что даже самые сложные и крепкие заклятия состоят из простых элементов, и, если применить достаточно сноровки, их можно распутать и обойти. Во всех правилах были исключения, и от такого способа проникновения, разумеется, тоже существовала защита, но она редко применялась на больших массивах из-за своей сложности и дороговизны. Демонические массивы отличались от людских, но следовали тому же принципу, к тому же Ло Бинхэ вдоволь потренировался перед вылазкой. — Готово, но нужно действовать быстро, он скоро закроется! Такова уж была природа массивов — если в них появлялась брешь, даже такая, которая не поднимала тревоги, благодаря неустанной циркуляции энергии по нитям массива, он быстро восстанавливался. Бьяньфу-цзюню ничего не оставалось, кроме как снова применить талисман-зеркало, и поскорее, потому как каждая секунда была на счету. Но не успела бы прогореть и одна палочка благовоний, как они «проплавили» выход наружу. Коридор был пустынным и не очень большим, но все стены покрывал толстый слой побелки, на котором красовались типичные демонические узоры. Хотя здесь Ло Бинхэ отметил и множество примитивных росписей, с разными странными сценками: то некий демон сражал врагов, то принимал дары, то совокуплялся… и всё это было бесстыдно нарисовано на самых видных местах. Ло Бинхэ и остальные поспешили укрыться плащами со слабым заклинанием отвода глаз. Именно такие плащи надел на них Бьяньфу-цзюнь во время прогулки на рынке, и Ло Бинхэ сам убедился, что продавцы не обращали на них с учителем внимание лишь до той поры, пока они не подходили к прилавкам. Бьяньфу-цзюнь отпустил из рук летучую мышь, которая была ещё и его дочерью, и она полетела по коридору дальше. — Рассредотачиваемся. Их был почти десяток, если считать и мышь тоже, и какие бы плащи они не носили, такую толпу в тесном коридоре тяжело было пропустить мимо глаз. Ло Бинхэ прижался к стене, прислушиваясь ко всем звукам, и начал медленно продвигаться вперёд. Вскоре там раздались шаги и тихий разговор — он тут же дал знак остальным замереть. Немного погодя по расписным стенам коридора поплыли две тени. — Да шарлатанка она, — фыркнул один из вражеских демонов. — Ничего путного так и не предсказала, а обращения требует с собой, как с принцессой. — Так ведь госпожа утверждает, что её дар — предсказывать дела любовные… — Пфф, ну ты и дурень! Либо уж она пророчица, либо нет. Да и какой прок от любовных предсказаний, наш владыка сильно продешевил, купив эту девку! — Ну, не знаю… Чего именно он не знал, второй демон договорить не успел, его схватил за горло Бьяньфу-цзюнь. Ло Бинхэ, не теряя времени, заломил руки второму охраннику и приставил Чжэнъян к его горлу. — Тихо, — предостерёг он. — Конечно-конечно! — пискнул демон. — Как пожелает господин. — Где ваш владыка? — без обиняков спросил Ло Бинхэ. Демон затих на мгновенье, и Ло Бинхэ сильнее сжал его запястья так, что кости чуть не захрустели. — Он в зале Пения Птиц, общается с прорицательницей! — быстро выдал охранник и заскулил. — Хорошо, — улыбнулся Ло Бинхэ. — Ты нас проводишь.

* * *

Дворец Мобэй-цзюня, как и вся демоническая архитектура, на поверхностности выглядел весьма неказисто: здесь были видны лишь три колонны, окружающие неглубокий карьер, на дне которого располагался круглый люк с символом рода священных демонов Ледяных Пустошей, который, разумеется, был заперт. — Благодарю Це Биндао за помощь, — поклонился Шэнь Цинцю. — Сейчас возвращайся к границам, Бьяньфу-цзюнь скоро пришлёт кого-нибудь в сопровождение. — Плохой план, — хмуро сказал Це Биндао. — Идти в одиночку туда… — Мы же обо всём договорились, — вздохнул Шэнь Цинцю. — Да и внимания один я привлеку меньше. Как-никак, его спутник оставался высоченным синекожим демоном с огромным ледяным тесаком за спиной, по нему сразу было видно, что тайные вылазки не его сильная сторона. Люк внутрь, как и всё во дворце Мобэев, был сделан из чистейшего магического льда и, разумеется, имел не только толстые стенки, но и хитрое магическое поле. Но там, где мог пройти свет, мог пройти и мастер Сюя. Шэнь Цинцю в одно мгновение обратился яркой вспышкой и пролетел сквозь древнюю защиту, опускаясь ниже и ниже по глубокой блестящей шахте, пока не оказался на уровне, где проживали слуги. Куча низкоуровневых демонят тут же похватались за глаза, ослеплённые ярким светом. — Что это такое?! — Мои глаза! — Кто сломал магические лампы?! Шэнь Цинцю тем временем пролетел сквозь кухни и технические помещения, оказавшись в одиноком тёмном коридоре, выложенном, в отличие от всех остальных, камнем. По крайней мере, о планировке Шан Хуа не солгал. Через пару поворотов обнаружилась и деревянная дверь. Шэнь Цинцю быстро подошёл к ней и тихо заглянул внутрь: в очаге потрескивали угли, на стенах были развешаны шкуры, а за письменным столом сидела сгорбившаяся фигура. Выдохнув, Шэнь Цинцю толкнул дверь и вошёл. Фигура мгновенно вздрогнула и в страхе обернулась. — Шисюн?! Да ты и впрямь добрался… — растерянно уставился на него Шан Хуа. И в этот раз у него даже было собственное лицо. — У меня свои способы. Конечно, влетать яркой вспышкой в чьё-то жилище может показаться не столь уж и тайным проникновением, но, с другой стороны, Шэнь Цинцю точно никто не видел, и он двигался слишком быстро, чтобы кто-то из демонов даже успел понять, что это вторжение. Шэнь Цинцю огляделся, плавно закрывая за собой дверь, чтобы получше рассмотреть комнатку. Обстановка была скромной и по большей части заваленной кучей документов, смятых бумажек и разбросанных как попало свитков. — … Как ты? — спросил всё же через какое-то время Шэнь Цинцю. Шан Хуа растерянно потёр щёку и отвёл глаза. — Ну, как видишь, пока что Мобэй-цзюнь меня не прикончил, хотя когда он тогда сказал, что я больше не пригожусь, я уж было решил… — так и не закончив фразу, он махнул рукой. — Как ты? Толкнул Ло Бинхэ в Бездну? Шэнь Цинцю только было начал ему сочувствовать и тут же ощутил, будто его окатили ушатом ледяной воды. — Ч-чего? Шан Хуа похлопал глазами, раскрыл рот, потом закрыл. — Ты, что, не сбрасывал его?! — Да с чего бы мне вообще делать нечто подобное? Шэнь Цинцю хотя бы надеялся, что Шан Хуа имеет в виду не Ту Самую Бездну. — Но ведь… это был очень важный сюжетный поворот, окончательная точка в очернении белого лотоса. Мобэй, несмотря ни на что, организовал атаку на Собрание и даже, ты не поверишь, взял с собой Развёрстую Печать! — Я… не знаю, что это… Шэнь Цинцю порой совсем не мог уследить за мыслями своего шиди и в этот раз, к своему стыду, вообще не понимал, о чём тот толкует. Шан Хуа поднялся и заходил по комнате, перебирая исписанные мелким корявым почерком листы. — Развёрстая Печать — это нечто вроде местного оружия массового поражения. Её придумал ещё пра-прадед Тяньлан-цзюня, в войне с людьми. Она открывает Бесконечную Бездну прямо посреди нашего царства, наружу вырываются жуткие монстры, внутрь падают целые города… страшная вещь. Признаться, когда я писал свой роман, то не очень задумывался, откуда там взялась бы Бездна, но этот мир не терпит сюжетных дыр… — Кхм, шиди, — позвал Шэнь Цинцю, — но в тот вечер твой… демон ею не воспользовался. Очевидно, что никакой Бездны не открывалось, даже если Мобэй-цзюнь носил с собой какую-то Развёрстую Печать, то применять он её почему-то не стал, или, может, она не сработала. Будь это оружие настолько эффективным, то оно бы точно не кануло в лету как пережиток времени, должен был быть у него какой-то существенный недостаток. — Этого… этого не может быть! — Может, — хмуро ответил Шэнь Цинцю. — И даже если бы он это сделал, я, скорее, приложил бы все силы, чтобы Ло Бинхэ не упал, чем стал бы сбрасывать его вниз. Шан Хуа схватился обеими руками за голову. — Но как же сюжет?! Как же Синьмо?! Шисюн, признайся, как ты это делаешь? После чего вдруг резко замолчал, глаза его лихорадочно бегали, губы бесшумно шевелились. Шан Хуа напряжённо о чём-то размышлял. — Шиди Шан? — спросил Шэнь Цинцю. — Неважно, — отмахнулся тот, делая вид, будто это не он тут паниковал минуту назад. В комнате на некоторое время воцарилось неловкое молчание. Шэнь Цинцю не выдержал первым. — Сюжет твоей книги… Значит, там был Ло Бинхэ, и у него было скрытое демоническое наследие? — Да-да, — вздохнул Шан Хуа. — Я же говорил тебе о нём, хотя ты, должно быть, и не помнишь. Как-то раз Шан Хуа действительно спросил, не знает ли Шэнь Цинцю одного человека, но это было много лет назад, и, разумеется, он не мог помнить, какое именно имя тогда назвал Шан Хуа. Может, это и правда было «Ло Бинхэ». — Ты помнишь, я прочёл всего лишь три главы. Может, ты мне уже расскажешь всё подробно? Шэнь Цинцю было неведомо, откуда Шан Хуа получил знания, которыми обладал. Знания, о которых никто не мог даже догадываться. Он всё ещё скептически относился к идее, что они оказались внутри книги, но оспаривать сам факт, что у Шан Хуа могло быть что-то полезное в рукаве, несмотря на всё безумие, было крайне глупо. И потому он решил рискнуть и расспросить обо всём лично. Шан Хуа вздохнул и нервно передёрнул плечами. — Ладно-ладно, я перескажу, но учти, что более поздние главы писались под большим давлением! — Хорошо, — легко согласился Шэнь Цинцю. — А потом мы поразмышляем, как вытащить тебя отсюда. Шан Хуа раскрыл глаза, странно смотря на него, а в следующую секунду в них отразилась вина. Шэнь Цинцю всё понял, но даже не успел схватиться за Сюя, когда ледяной ветер повалил его с ног и впечатал в стену. В дверях стоял Мобэй-цзюнь. — Хорошая работа, — похвалил он своего шпиона.

* * *

Ло Бинхэ не следовало удивляться, что глупый демон попытается завести их в ловушку. Если бы не мелкая дочка Бьяньфу-цзюня, уже разведавшая большую часть коридоров, не предупреждала их, куда идти не стоит. Следовало только поразиться, насколько недорога ему была собственная жизнь. — И что, твоя глупая затея провалилась, и теперь ты умрёшь ужасной смертью, неужели оно того стоило? — У-умоляю… господин, пощады! Пощады! — Хм, — Ло Бинхэ сделал вид, что задумался, а следующий момент его лицо потемнело подобно грозовым тучам. — Нет. И прежде чем этот глупец успел бы поднять шум, он свернул ему шею. — Что ж, нам пригодится ещё один «язык», надеюсь, этот будет поумней. — Да, Ваше Высочество, — согласился Бьяньфу-цзюнь, выставляя вперёд второго захваченного демона, которому уже успели заткнуть рот. Как только кляп был вынут, он глубоко вдохнул и запричитал: — Я скажу, я всё расскажу! Но в это мгновение к ним вновь подлетела летучая мышь и что-то радостно пропищала отцу. Мелкая летучая мышка была отличным разведчиком, она почти не испускала демонической Ци, не привлекала внимания, но при этом, благодаря эхолокации, спокойно могла осмотреть все каменные помещения, даже не заглядывая за угол. — «Язык» не понадобится, — объявил Бьяньфу-цзюнь. — Она обнаружила зал Пения Птиц. Он называется так по вполне буквальной причине. Поскольку этот демон ещё не успел совершить ошибку, Ло Бинхэ приказал его пока лишь связать, вырубить и оставить в каком-нибудь непримечательном месте. Незачем было лишний раз марать руки. Обходя все опасности, они приблизились к стене, приложив ухо к которой, можно было услышать щебет множества птиц. Да уж, буквальней некуда. Талисман-зеркало проделал для них ещё одну небольшую дыру, через которую было бы удобно посмотреть, правда ли Цзючжун-цзюнь там. Правда, Ло Бинхэ оказался не готов к тому, что предстало перед его глазами: огромные клетки до потолка с парящими внутри птичками из царства людей — это ещё ничего, но ходящие меж ними абсолютно голые девицы — это уже никуда не годилось! А посреди зала на огромном ложе из множества подушек лежал статного вида мужчина, и он… и он… — Что он делает?! Ло Бинхэ отвернулся, желая выжечь этот постыдный образ из своей памяти. — Да он затейник, — хмыкнул взглянувший в дыру Бьяньфу-цзюнь. — Не думал, что нефритовые жезлы можно использовать так. — Хватит! Какое бесстыдство. Конечно, Ло Бинхэ сам вторгся в его владения, и, может, не очень прилично указывать хозяину, как проводить досуг в собственном доме, но не с тремя же девицами сразу, и не так! После этого было даже неловко на него нападать, говорить о наследии, угрожать… Почему-то разум Ло Бинхэ вместо того, чтобы закрыться от этих мерзких образов, наоборот, возвращался к ним снова и снова, и в какой-то момент на месте Цзючжун-цзюня на подушках возник учитель, в той же развратной позе. Иллюзорный учитель подмигнул Ло Бинхэ, как бы приглашая, и в реальности у него пересохло в горле. Нет, о подобной близости он бы и мечтать не смел! Учитель же никогда бы, никак бы… Но если… Ло Бинхэ сделал бы всё, чтобы доставить ему удовольствие, он бы целовал каждый цунь его кожи, он бы ласкал его губы самыми нежными поцелуями, он бы прикоснулся к… Ло Бинхэ резко затряс головой. О чём он вообще думает посреди важной миссии? Разум немного отрезвел от постыдных картин, и вместе с тем поднялась страшная ярость на Цзючжун-цзюня и его выходки. Он решительно поднялся и пробил стену кулаком, сделав дыру втрое больше. — Цзючжун-цзюнь, не очень-то ты переживаешь о судьбе своей дочери! Волна тёмной Ци мгновенно заполнила зал Пения Птиц, заставив более слабых демониц повалиться на пол, а самого хозяина подскочить как ошпаренного. Цзючжун-цзюнь выглядел вполне привлекательным молодым мужчиной, единственное его отличие от человека заключалось в чуть заострённых ушах, выступающих клыках и сероватой коже. А ещё он казался развратней любой бордельной блудницы, потому как и в сосках, и в пупке у него при каждом движении мягко звенели драгоценные колокольчики, а из одежды были лишь множество золотых и серебряных цепочек, оплетающих грудь. — Кто посмел… В следующий миг он встретился глазами со злым взглядом Ло Бинхэ и его печатью, сияющей красным. Любой священный демон на этих землях раньше служил императору Тяньлан-цзюню и не мог не узнать узор небесного рода, сплетающийся посреди лба Ло Бинхэ. Цзючжун-цзюнь замешкался на секунду, которой хватило, чтобы соратники Ло Бинхэ его окружили со всех сторон. Разглядев среди врагов и Бьяньфу-цзюня, тот презрительно усмехнулся: — Ты? Однако в следующую секунду он уже будто и позабыл о своём кровном враге и задержался глазами на самом Ло Бинхэ. — Заклинатели хвастали, что убили последнего небесного демона. Ох, и тут приврали! Этот демон совершенно не смущался ни своей наготы, ни той компрометирующей позиции, в которой его застукали, он насмешливо поклонился Ло Бинхэ и встал, сложив руки на груди, дерзко глядя ему в глаза. — Но, может, всё же объясните, зачем отвлекли этого почтенного владыку от дел? На слове «дел» Ло Бинхэ скривился в отвращении и выше поднял Чжэнъян. — Когда-то род южных священных демонов верно служил императору, я здесь, чтобы восстановить справедливость!.. Прикройся уже, во имя предков! Цзючжун-цзюнь хмыкнул и под пристальными взглядами окружающих потянулся к подушкам, достал алую газовую ткань, которую обвязал вокруг бёдер. Стоит ли говорить, что скрывала она не многое. — Как же Его Величество успел заделать наследника, скрыв это ото всех? Неужели правдивы слухи, и от него понесла… дева из царства людей? — Это не твоё дело! — яростно воскликнул Бьяньфу-цзюнь. — Как смеешь ты стоять перед принцем и задавать ему вопросы?! — Ох, если принцу мои речи неприятны, этот почтенный умолкает! Но к чему этот балаган? Если нужно было созвать знамёна, хватило бы письма. — Что ты имеешь в виду? — подозрительно спросил Ло Бинхэ. — Разве Его Высочество сам не сказал, что род южных священных демонов издревле служил императорскому дому? Разумеется, это так. Зачем же врываться в мои покои и бряцать оружием? Неужели этот варвар из низших демонов убедил Его Высочество в неверности этого почтенного? Он посмотрел на Бьяньфу-цзюня, словно на кучу конского дерьма, и высокомерно задрал нос. — Это отнюдь не тот союзник, который позволит вам восстановить справедливость: что низшие демоны понимают в высокой политике! Этот вот захватил мою дочку, воспользовавшись ее ранами, но даже и не смог победить её в равном бою, чтобы заключить союз! — Не заговаривай мне зубы. Если правда готов служить, принеси клятву верности на крови. Тогда мы сможем обговорить и возвращение девы Ша в родные земли. Ло Бинхэ прекрасно понимал, что либо Цзючжун-цзюнь тянет время в ожидании подмоги, либо решил половить рыбу в мутной воде и хочет воспользоваться внезапно появившимся принцем в своих целях. В то, что он правда переживает о Ша Хуалин, после всех увиденных картин верилось слабо. И судя по тому, как скривилось его высокомерное лицо, попал с этим в точку. — Если Его Высочество столь старомоден… Полуголый мужчина приблизился к Ло Бинхэ вплотную и, не прерывая зрительного контакта, встал на колено. В глазах у него плясали черти и горели огни. Стараясь сохранить всю суровость и боевой дух, что в нём были, Ло Бинхэ порезал своё запястье и протянул его. — Отныне и до конца, клянусь в вечной верности Его Высочеству… — Ло Бинхэ. — Его Высочеству Ло Бинхэ. Отныне и до конца. Напоследок он провёл не по-человечески длинным языком по кровоточащему запястью, отчего Ло Бинхэ внутренне всего передёрнуло, и поднялся изящно, словно искусная танцовщица. После этого Ло Бинхэ ослабил влияние своей силы, и женщины вокруг начали подниматься, постанывая и хватаясь за головы. — Ну, раз на этом мы закончили, позвольте устроить небольшой пир в честь возвращения столь значимой фигуры. К более пышным празднествам, увы, никто не был подготовлен. Ло Бинхэ не мог не поразиться тому, насколько просто это оказалось. Он даже клинка кровью не окропил. На славное завоевание это походило мало, скорее уж на то, что Цзючжун-цзюнь вдруг сам им оказал милость. Возможно, он понимал, что рано или поздно, но Ло Бинхэ возьмёт своё, и лучше уж присоединиться на ранних порах. Возможно, он даже собирался воспользоваться наивностью и молодостью своего нового хозяина. Но победа есть победа, к чему привередничать! — Ваше Высочество, — вдруг тихо, но крайне взволновано позвал Бьяньфу-цзюнь. — Боюсь, этому слуге придётся вас покинуть ненадолго. — В чём дело? Бьяньфу-цзюнь выглядел крайне встревоженно, чего не было всего минуту назад, а учитывая, что больше ничего им не угрожало, это смотрелось тем более странно. — Господин. Он попал в западню и зовёт на помощь.