Сплетение Путей

Старина Лю не любил лишней суеты, и потому, когда хозяйка Пэй посреди ночи ворвалась в казармы и приказала им с парнями собираться и срочно выдвигаться не куда-нибудь, а аж к самому Цанцюну, неудивительно, что настроение у него сделалось препаршивым. — И чего им неймётся? — жаловался через зевки один новенький, когда все сели на лошадей и недружным строем поскакали по дороге. — Небось, с сынком ихним что приключилось, — веско изрёк кто-то за спиной. — Вон даже каждому по лошади выдали. Точно с сынком проблемы. — Да чего бы они ещё в Цанцюне забыли! — усмехнулся старина Лю. — Конечно с ним. Ох и давно же они провожали того сопляка до ордена заклинателей. — Его же взяли тогда, так чего же он через столько лет решил обнять колени родителей? Разве у них там не принято теперь другую семью чтить? — Да хрен разберёт этих заклинателей. Лучше поторапливайся. Всю оставшуюся поездку они так и продолжали гадать, чего же могло понадобиться младшему Пэю, и откуда такая срочность. Но даже оказавшись в городке у подножия двенадцати вершин и подъехав к той самой чайной, у которой им велела остановиться хозяйка, ничего ясней не стало. Младший Пэй и впрямь вскоре вышел к ним, весь нервный и дёрганый, с ужасными мешками под глазами и лопнувшими красными прожилками в них же. Вымахал он за эти годы будь здоров, стал плечистым и высоким, но носил почему-то не их заклинательскую одежду, а неприметный наряд купца. — Пошевеливайтесь, — нетерпеливо прикрикнул он на их отряд. — И нужен один человек, который будет следить, чтобы я не заснул! Учитывая его ужасно усталый вид, просьба была крайне странной, уж лучше бы он придремнул в дороге. Но старине Лю и его парням платили не за размышления, и он приставил новенького в хозяйскую повозку, чтобы в случае чего тот сразу его будил. Так они и двинулись обратно к реке Ло. — Пс! — подъехал к нему старина Цзян. — Как думаешь, младшенький того? Он скривил рожу, будто сам был того, и повертел глазами в разные стороны. — Да кто ж его разберёт, — скривился старина Лю. — Неспокойные, говорят, времена у заклинателей. Демоны не то войну готовят, не то что похуже… — Да куда уж хуже? — вздохнул старина Цзян. — А что там вообще творится, ты не слышал? Обычно, если кто спрашивал у старины Лю «ты не слышал?», то это скорее обозначало «ты точно слышал все сплетни по округе, быстрее поделись». Сам старина Лю очень гордился своей способностью собирать информацию и каждый раз, гордо выпятив грудь, тут же пускался в объяснения. — Всё началось десять лет назад, когда Собрание Союза Бессмертных прервала дерзкая атака демонов! Сколько заклинателей погибло, сколько пропало, один из Великих Орденов почти перестал существовать! И даже Цанцюн понёс потери! — Даже они? Да ведь говорили, что у них была самая низкая смертность. — Так-то да, но вот один из двенадцати их горных владык сильно пострадал при атаке, да так и слёг, а едва восстановившись, сразу отправился в затвор, до сих пор не вернувшись. И был это как раз учитель нашего младшего Пэя! — Вот оно что! Как же они без учителя всё это время? Старина Лю пожал плечами. Как там у этих волшебных монахов было принято обходиться без наставников, он не знал. Его отряд в случае чего мгновенно обратился бы стадом диких обезьян. — Глава Цанцюн тогда собрал внушительный отряд из своих адептов и отправился прямо в царство демонов, жестоко там всем отомстив. Вот только до сих пор спорят, тем ли он отомстил и не навлёк ли на всех ещё большую беду. Старина Цзян хмыкнул: — Глупости это! Демоны повели себя нагло, а как получили обратно, сразу прикинулись невинными овечками. Я считаю, правильно всё Юэ Цинъюань сделал, давно пора было показать, что не только эти твари могут вторгнуться к нам, но и мы к ним! В глубине души старина Лю был с ним согласен. Он когда-то даже подумывал заступить на охрану границ, там немного обучиться заклинательским премудростям, стать уважаемым человеком. Дураком в общем был, но, к счастью, тамошний главный отвернул его, сказав, что не стоит оно того. Тогда Лу Лю его не понял и очень обиделся, но спустя годы осознал, какую услугу ему оказал Мэн Дахао, не взяв на службу, и сейчас был очень благодарен. Потому как никто оттуда нормальным не возвращался! Даже сами заклинатели туда отправляли лишь тех, кто чем-то провинился, а что уж говорить про обычного наёмника Лу Лю. — Но тем не менее многих демонов это разозлило, и доводы, что их соплеменники начали первыми, увы, не работают. Эти твари живут стаями, и соседей за ближайшим холмом почитают уже чужаками, вот такие у них порядки… были. — Были? — не понял старина Цзян. — Ага, говорят, появился какой-то демон, что объединяет остальных. Очень опасный и хитрый, не то сын, не то брат предыдущего императора. Но, вот засада, никто его так и не видел! — Если никто не видел, то с чего взяли, что он есть? Старина Лю махнул рукой, объяснить он бы и сам не смог, просто так говорили и всё, а так он сделался в глазах Цзяна ещё умней. — Главное, что он и готовит ту войну! Говорят, граница с другой стороны теперь тоже огорожена, чтобы люди не смогли так легко вторгнуться! — Да уж, всего какой-то десяток лет, а как всё изменилось. Демоны наглеют, заклинатели трясутся в страхе, а что же тогда делать нам, простым людям, сразу лечь помирать? — Ты бы потише со своими мыслями, — предостерёг друга старина Лю. — От уныния никому лучше тоже не станет… В этот самый момент их разговор прервал истошный вопль из повозки, а через секунду, словно мешок картошки, оттуда вывалился Пэй Ли и, словно ничего перед собой не видя, побежал куда-то в сторону леса. За ним из повозки вылез новичок, сонно потирающий глаза. — Д-да я же на минутку глаза прикрыл! — испуганно пискнул он. Старина Лю наградил его суровым взглядом и велел парням пуститься в погоню. Ещё не хватало посреди поездки потерять сына хозяев.

* * *

Пэй Ли. Жалкая псина. Куда ты бежишь? Пэй Ли закрывал уши, но голоса не отступали. Он же… он же проснулся! Как они могли преследовать его?! — Отстань! Отстань от меня! Он бежал и бежал, не разбирая дороги. Ветки били его по лицу и хохотали вслед, ноги спотыкались о цепкие коряги, желающие его ухватить за лодыжки, но он продолжал нестись вперёд, словно ничего этого не замечал. Главное было оторваться от голосов! Это началось несколько недель назад, ему приснился странный тревожный сон, которого он, впрочем, уже утром не вспомнил. Тогда Пэй Ли не придал ему значения, к тому же следующей ночью он спал как младенец. Но потом тревожное сновидение повторилось. Он был нищим ребёнком, который умирал от голода, но злые хозяева то спускали на него собак, то сами пинали прочь. Так он бродил по городу, выбиваясь из сил меж безликих прохожих, и никто ему не помогал. Пэй Ли рыдал и кричал, звал на помощь матушку, папеньку и старших братьев. Те так и не появились, но появился некий господин в дорогом наряде, он склонился над Пэй Ли, погладил его по голове и протянул исходящую паром свежую мясную булочку. Только от её вида у Пэй Ли наполнился весь рот слюной, а ручонки сами потянулись к угощению. Но в последний момент незнакомец не позволил схватить булочку! — Я дам её тебе, если ответишь на один вопрос. Пэй Ли был так голоден, так устал и измучен, что не раздумывая согласился, много-много раз покивав. — Где Шэнь Цинцю? — спросил незнакомец. Пэй Ли моргнул… Шэнь Цинцю — это же… его учитель! Точно, он же не нищий ребёнок, он гордый адепт вершины Цинцзин, что же он тогда делает здесь? Мир вокруг начал рассыпаться, и незнакомец вместе с ним, а булочка сгнила в считанные секунды и упала на грязную землю. Пэй Ли проснулся, тяжело дыша. Сон показался ему странным, но тогда он списал всё на собственные тревоги. Ведь учитель правда давно уединился в затворе неизвестно где, и их обучали лишь мастера залов, да изредка навещал глава, чтобы проверить общие успехи. Каждый раз он обещал, что учитель на пути к восстановлению. Пару раз Пэй Ли пытался спросить об этом Чжэн Фанли и Чжэн Фулинь, в конце концов, учитель пострадал из-за демонов, а эти девчонки в ту ночь как раз отправлялись на его поиски. Но они только качали головами. — Ранен и восстанавливается! — как-то раз вспылила одна из близняшек. — Что ещё ты хочешь услышать? Пэй Ли не нравилось, что никому не разрешили посетить учителя даже в те времена, когда он лежал на Цяньцао. Они же были его учениками, в конце концов, как смел глава Юэ так грубо их разделять! А после им даже не дали и записки от учителя, лишь сухо объявив о его медитации. Но шли месяцы, годы, постепенно они начали привыкать к жизни без учителя. Пэй Ли вот думал, что привык. А потом начались сны. Сначала он пытался не обращать внимания. Но те повторялись всё чаще. То он был нищим, то больным, то терялся в каких-то лабиринтах, и каждый раз приходило спасение, но лишь в обмен на ответ: где Шэнь Цинцю. Пэй Ли не всегда сразу приходил в себя после этого. Порой он долго кричал, что тот ушёл медитировать, но незнакомца никогда не удовлетворял подобный ответ. Однажды после этого Пэй Ли остался заперт в каком-то страшном тёмном месте, из которого никак не мог выбраться, он просидел там многие и многие часы, уже теряя всякую надежду, пока не проснулся. Это стало последней каплей! Тогда Пэй Ли поделился своими тревогами с Мин Фанем, когда они завтракали, сказав про эти странные сны. Мин Фань при этих известиях отчего-то встрепенулся и чуть не выронил палочки. — С тобой такое тоже происходит? У Пэй Ли возникло неприятное предчувствие. При дальнейшем обсуждение он понял, что многих парней на вершине в той или иной степени задело это странное явление, но никого так сильно, как Пэй Ли. — Было пару раз, — признался один шисюн. — Я сразу сказал всё, что от меня тогда потребовали, и это больше не повторялось, — вторил другой. И третий, и четвёртый… Мин Фань признался, что у него странные сны случались время от времени, но далеко не такие страшные. Так что было ясно, что на вершину пробралась какая-то тварь, и Пэй Ли был её излюбленной жертвой. Тогда они попытались её побороть, делали печати призыва, ловцы снов, талисманы очищения… Казалось, одно средство помогало на некоторое время, но потом всё возвращалось на круги своя. И пока для остальных это было не более чем занимательное расследование, Пэй Ли сходил с ума. У него и так было не очень много приятелей, чаще его просто терпели возле себя, а теперь ещё он отчётливо видел, как остальные наслаждались его страданиями! Не выдержав, он написал обо всём в родной дом и решил просто сбежать. За все годы в ордене прославленным заклинателем он так и не стал, уважение среди собратьев не завоевал, его успехи в заклинательстве все задвигали, и даже тот безродный пёс Ло Бинхэ перед смертью сумел блеснуть ярче, чем он. Поэтому, собравшись и тихо покинув гору, Пэй Ли намеревался вернуться к жизни молодого господина и больше не мечтать о высоком. Бессонница последних дней страшно мучила его, но он боялся засыпать хотя бы до тех пор, пока не покинет проклятые горы и не окажется в безопасности родного дома. Но это не помогло! Ничего не помогло: стоило ему прикрыть глаза, как всё стало намного хуже! И теперь Пэй Ли мог только бежать. За каждым деревом была тень, под каждым кустом блестели злые глаза. Деваться было некуда! — Я не знаю! Я не знаю ответ на твой вопрос! Оставь меня в покое!

Пэй Ли.

Куда ты бежишь?

Голоса были то у самого уха, тихо и нежно шепча, то где-то за деревьями, теряясь в ночном ветре. — Я… я устал… Пэй Ли упал на ковёр из листвы и свернулся калачиком. Вдруг из земли вырвались десятки рук, хватая его и прижимая к рыхлой почве. Пэй Ли задёргался как рыба в сетях, но сделать ничего не смог. Это был конец. Это был его конец! Теперь тварь убьёт его! Пэй Ли

знаешь ли ты

почему

всё ещё жив?

— П-почему? — испуганно спросил Пэй Ли, судорожно роняя выступившие слёзы. — Потому что ты его ученик. Голос словно обдал Пэй Ли горячим дыханием, но, резко обернувшись, он никого не увидел. Рук тоже не было, лишь стена леса, плотным чёрным кольцом нависающая над ним. Обняв себя руками, Пэй Ли не посмел сдвинуться и на шаг. А потом он вдруг проснулся! Лес вокруг изменился, став самым обычным, а издалека слышались отдалённые голоса его охранников. Кто бы мог подумать, но Пэй Ли убежал из собственной повозки, даже не проснувшись до конца. — Молодой господин! Молодой господин! — услышал он отдалённые крики охранников. Вскоре они его нашли, один помог подняться и повёл прочь из леса. Голоса наконец затихли. — Ну будет вам, господин, — убеждал охранник. — Набегались и хватит. Нам нужно скорее доставить вас к родителям и… — Нет! — завопил Пэй Ли. — Нет-нет-нет, мы срочно возвращаемся в Цанцюн! Я ученик Шэнь Цинцю! Вы слышали, я его ученик! Охранники уставились с явным недоумением, но, пожав плечами, просто согласились и развернули коней.

* * *

Ло Бинхэ открыл глаза. «Хватит уже, а то его удар хватит», — приказал он Мэнмо. Сколь бы ни было забавно наблюдать за играми старого демона с Пэй Ли, этот никчёмный заклинатель оказался абсолютно бесполезен, как и все остальные адепты ордена. Никто из них не знал, куда делся Шэнь Цинцю. Единственное, что дали эти недели допросов, это однозначный ответ — учитель так ни разу и не вернулся на родную вершину после Собрания Союза Бессмертных. Да и на любую другую, даже на Цяньцао, где его якобы лечили, никто из учеников не видел владыку Цинцзин лично. «Но этот страх так сладок», — словно обиженное дитя ответил древний дух. «Забудь о нём, если продолжим докучать адептам, то можем привлечь ненужное внимание». Пока их сны относительно безобидны, никто из верхушки и внимания не обратит на такую мелочь. А внимание этих достойных заклинателей сейчас меньше всего было нужно Ло Бинхэ — он притаился и ждал, пока они достаточно расслабятся, снизят бдительность, станут уязвимы. Тогда он выйдет из тени. Мэнмо фыркнул, но спорить больше не осмелился. За годы их сотрудничества он понял, когда стоит отступить. На Пэй Ли всем было откровенно плевать, и если бы он погиб в дороге, убегая из ордена, это покрыло бы его позором и не более. Ло Бинхэ сейчас мог бы раздавить его как тлю, но сдерживался. Не из-за страха повстречать своего ретивого шибо — Юэ Цинъюань всё равно не нашёл бы концов в мутной воде, — скорее, из-за вбитых учителем речей о боевом братстве. Пока Пэй Ли оставался учеником Шэнь Цинцю, ни сам Ло Бинхэ, ни кто-либо из его подчинённых не посмел бы причинить тому реальный вред. Ло Бинхэ потянулся и поднялся с широко расчерченной печати для медитаций и покинул уединённый зал. Учитель… Учитель пропал, и лишь небольшая горстка людей знала куда, и именно в их разум Ло Бинхэ проникнуть не удалось. Главы вершин берегли собственные секреты, как шипохвосты гнёзда, даже слабенькая на общем фоне владычица Аньдин, Чжу Цинчэнь, или дуболом до мозга костей Лю Цингэ огородили собственный разум невероятной защитой, перед которой даже Мэнмо спасовал. Выйдя в широкую галерею, Ло Бинхэ не долго оставался один, почти сразу его нагнала дочка Цзючжун-цзюня Ша Хуалин, которая в своё время так успешно избежала замужества с Бьяньфу-цзюнем. Она поклонилась по всем правилам и отрапортовала: — Верховный владыка, с юго-запада тревожные известия. Местные племена опять повадились нападать на наши форты и грабить обозы. Ло Бинхэ прицыкнул. Это было третье подобное сообщение за месяц! Как же утомительно было быть повелителем демонов: каждая минута, которую он тратил не на поиски, казалось, уходила в пустоту. Демонические племена не желали так просто сдаваться, и в уже покорённых местностях то и дело вспыхивали восстания или бунты недовольных. Поработить всех вокруг своей кровью не вышло бы, тут работал тот же принцип, что и с обычной присягой на верность: пока подданных мало, то несложно следить за каждым, знать его предпочтения и чувствовать перемены в настроении, а если сотни? Даже зная месторасположение всех подчинённых, не мог же Ло Бинхэ следить за всеми разом, так недолго и с ума сойти. Поэтому, за исключением самых приближенных генералов, приходилось действовать по старинке — кнутом и пряником. Но отступать давно было поздно. Если бы он отрёкся от своих притязаний сейчас, ему бы и вздохнуть свободно не дали и враги, и бывшие союзники. К тому же, когда рано или поздно учитель будет найден, Ло Бинхэ не может привести его в глинобитную хижину посреди пустыни! Так что как бы ему ни опостылели заботы царства демонов, игры в политику и завоевательные походы, деться от них Ло Бинхэ никуда не мог. — Соберите отряд и пока лишь разведайте, что им нужно, нет ли подстрекателей. Если будут слишком борзыми — уничтожьте, в другом случае — лучше заключить союз. Выбор полностью доверяю тебе. — Слушаюсь, повелитель! — поклонилась ещё ниже Ша Хуалин и так же быстро исчезла. Эта демоница оказалась на редкость толковой помощницей, и пока её отец правил собственной территорией, разбираясь со всем из комфортной резиденции и покидая ту лишь в удобном паланкине на голове скарабея, сама Ша Хуалин не чуралась работы в поле и рук, запятнанных кровью. Если бы она ещё приучилась одеваться скромней! Но что поделать: куда игла, туда и нить, а с нравами Цзючжун-цзюня Ло Бинхэ был знаком слишком хорошо. Стоило пройти ещё несколько шагов, как появился Жу — один из братьев Бьяньфу-цзюня. Ох, и неймётся же им всем сегодня. — Что у тебя? — устало спросил Ло Бинхэ. — Повелитель, — склонился тот. — Мы, кажется, отыскали для вас свидетеля… — М-м-м? — В деле главы ордена Юэ! Не так давно он просил четвёрку братьев порыскать в царстве людей в поисках любой информации о Юэ Цинъюане, которую бы скрывали официальные источники. Знай своего врага — не просто красивое выражение. А эти проныры лучше всех могли скрываться во враждебном царстве, сливаясь с толпой обычных людей. — Мы оставили свидетеля ожидать в одних из покоев, если повелитель желает дать ему аудиенцию… — Хорошо, — кинул Ло Бинхэ. — Приведите его в тронный зал. Жу скрылся, словно тень, а Ло Бинхэ неспешно отправился дальше. Встречные демоны по пути глубоко кланялись ему, горячо приветствовали и бессовестно раболепствовали в надежде снискать толику расположения Верховного Повелителя. Ло Бинхэ не славился нежным нравом или великодушием, потому что с демонами это бы не сработало, доброту они воспринимали как слабость и неустанно стремились проверить границы дозволенного, если только очень чётко не дать им понять, что за это они могут поплатиться и головой. В тронном зале, стоило появиться Ло Бинхэ, смолкли все разговоры, демоны-прислужники и знать склонились в одинаково низком поклоне и расступились перед своим владыкой, давая ему пройти к высокому трону. Это не был старый Императорский Дворец или Ледяной Дворец, или любой другой. Это место Ло Бинхэ велел возвести с нуля в жерле давно потухшего вулкана. Раньше мелкие демоны устраивали здесь смертельные битвы, дабы кто-то из них смог возвыситься и получить огромную мощь, так что всё здесь вибрировало от демонической энергии. Многие помещения Ло Бинхэ спроектировал сам: расположение залов, гостевых покоев и комнат для слуг — всё сочетало в себе изящество человеческой архитектуры и грубости демонической. А в самом сердце дворца располагалось особое место, скрытое со всех сторон и не доступное никому, кроме самого Ло Бинхэ и нескольких особо верных слуг. В нём высокие потолки укрывала иллюзия голубого неба, под которым пытались растить бамбуковую рощу и уже достроили одно здание… — Верховный повелитель! — вырвал его из раздумий звонкий голос Жу. — По вашему приказу мы нашли человека, знающего один из секретов Юэ Цинъюаня! Он поклонился и указал на вход в зал, туда ввели демонического заклинателя. Ло Бинхэ видел, что по некогда искалеченным меридианам текла Ци разных людей. Практика поглощения чужих духовных корней была поистине отвратительной, учитель презирал подобных типов и когда-то советовал Ло Бинхэ без раздумий их убивать, только увидев, но если этот человек и впрямь сможет дать интересную информацию, Ло Бинхэ его пощадит. Заклинатель был одет бедно, носил с собой обыкновенный ученический меч, а не дорогое духовное оружие, и с опаской озирался на демонов в тронном зале. Тем не менее он прошёл через весь зал и упал на оба колена перед троном Ло Бинхэ. — Этот ничтожный Линь Лау некогда был учеником Цинцзин…