Сплетение Путей

Невозможно! Это определённо было невозможно, Шэнь Цинцю сам видел клинок в ножнах: как бы Ци-гэ успел добраться до него?! — Проклятые заклинатели!!! — заорал не своим голосом один из генералов, хватаясь за голову. Бинхэ с видимым усилием смог разогнуться и тяжёлой поступью направился в сторону выхода. — Бинхэ, постой! — подскочил к нему Шэнь Цинцю. — Это всё невероятно странно, но нет, Юэ Цинъюань не мог заполучить его вновь. Сюаньсу, должно быть, взбунтовался как-то сам. Что тоже казалось изрядной нелепицей, но это всё же был далеко не обыкновенный, даже по меркам духовных клинков, меч — за более чем тысячелетнюю жизнь артефакт такой мощи, должно быть, обзавёлся подобием сознания. Может, потому приручить его оказалось куда сложнее, даже со всем талантом Ци-гэ. — Учитель… Каждый звук давался Бинхэ тяжело, пот градом стекал по его лбу, а Сюаньсу продолжал петь. Но звучал он сейчас тихо, на самой периферии, и, казалось, не должен был воздействовать на окружающих настолько сильно. Похоже, это была одна из его особых техник. — Лучше мне в одиночку войти в сокровищницу и узнать, в чём дело. Для меня это не более чем приятная мелодия. Бинхэ вцепился в его рукава и с мукой заглянул в глаза, Шэнь Цинцю возвратил взгляд и, поддавшись вперёд, нежно коснулся губ. — Я скоро. И понёсся прочь. — Учитель! — услышал он оклик в спину, но тот лишь придал решимости его шагам. Шэнь Цинцю очень не любил смотреть, как страдает Ло Бинхэ. В коридорах и залах по пути зрелище было не лучше: все слуги и гости замерли или привалились к стенам, держась за головы. Самые слабые демоны катались по полу или бились лбами обо что-то твёрдое в тщетной попытке изгнать из головы чужеродный звук. Как и предполагал Шэнь Цинцю, ни одно из охранных заклинаний не среагировало на его вторжение, и в одну из самых охраняемых сокровищниц он вошёл, как в собственную спальню. Внутри творился форменный хаос: Сюаньсу как-то избавился от кучи запечатывающих талисманов — те лежали горсткой обгоревшего пепла на полу, — выбрался из ножен и сейчас парил в центре комнаты в ореоле мельчайших блестящих жемчужин Ци. Все остальные артефакты: от сваленных вещей с Цанцюна до ужасного фолианта, пожирающего души, и легендарных пилюль вознесения — тоже пришли в возбуждение и ходили ходуном, не желая смирно лежать на месте. — Сюаньсу! — крикнул Шэнь Цинцю. — Да что ты творишь? Он в один прыжок преодолел всё расстояние от входа до меча и попытался схватиться за рукоять, чтобы силой затолкать непокорную вещь в ножны. В ответ энергия вокруг клинка неожиданно сгустилась и мягко оттолкнула его прочь. Шэнь Цинцю решил не сдаваться и стал приближаться медленнее, ощущая, как с каждым шагом клинок всё сильнее пытается его отодвинуть. — Ну уж нет! И почему вы со своим хозяином такие упрямые? Говорю не делать глупостей — обязательно сделаете; говорю поверить мне — сразу начнёте сомневаться; прошу не убивать моих друзей — и тут пойдёте наперекор! Шэнь Цинцю, несмотря на всё давление, почти дошёл и едва-едва дотянулся до рукояти. Тогда Сюаньсу решил поступить проще и сам полетел в сторону. Шэнь Цинцю в последнее мгновение резко ринулся вперёд, вцепившись в рукоятку мёртвой хваткой. Сюаньсу заметался по всей сокровищнице прямо с грузом в виде целого заклинателя, сбивая всё на своём пути. Невероятные легендарные артефакты, существующие в единственном экземпляре, начали с грохотом падать со своих пьедесталов. Некоторые из них после такого непочтения оживились и принялись испускать собственную ауру. Многие вещи здесь обладали рядом уникальных качеств, но большинство были крайне мощным оружием. Придя в атакующую форму все в одно время, они рисковали разрушить Новый дворец до основания! Шэнь Цинцю же никак не мог попасть ножнами, то и дело врезаясь в стены и колонны по пути. Всё, на что хватало его манёвренности, лишь слегка скорректировать траекторию полёта, отчего толку в сравнительно небольшом помещении было мало. Стиснув зубы, он плюнул на всё и направил их к выходу — ряды дверей послушно открывались прямо перед его носом, а Сюаньсу, ощутив возможную свободу, ринулся вперёд, как умалишённый. В тот самый момент, когда распахнулись тяжёлые двери, ведущие в коридор, Шэнь Цинцю удалось изогнуться и вдеть меч в ножны. Песня мгновенно прекратилась, демоны внизу стали приходить в себя, но Сюаньсу даже не содрогнулся, продолжая набирать высоту и скорость. Этого следовало ожидать: Ци-гэ давно приучился летать, не доставая меча из ножен. — Учитель! — выскочил из-за угла Бинхэ. Коридоры вскоре кончились, теперь Шэнь Цинцю понял, что летит с огромной скоростью по высокому залу прямо навстречу собственной статуе из белого мрамора. А в следующий момент он смачно вмазался прямо в собственное гигантское лицо. Руки на секунду разжались — и Сюаньсу был таков, а Шэнь Цинцю ощутил, как медленно стекает вниз. Приземлился он прямо в руки Бинхэ. — Учитель, вы в порядке?! — в ужасе воскликнул тот, даже не обращая внимания на удирающий артефакт. Шэнь Цинцю попытался указать в ту сторону, но к этому моменту Сюаньсу уже пробил стену и оказался на свободе. Вот же… — Учитель! — Я в порядке. Пострадала максимум гордость и достоинство Шэнь Цинцю: ни один артефакт ещё не смел так унижать его раньше. — Как ты? — поправив растрепавшуюся причёску, обеспокоенно спросил Шэнь Цинцю. Его ученик подвергся какому-то странному воздействию меча и выглядел не так уж и хорошо, когда они расставались. — Этот ученик в полном здравии. Как только учитель остановил тот жуткий рёв, все мгновенно пришли в себя, — быстро ответил Бинхэ. — Дела становятся хуже и хуже. Вряд ли меч просто так решил сбежать именно тогда, когда на носу была война. Ци-гэ, должно быть, как-то призвал его, а значит, настроен он был невероятно решительно. Бинхэ тоже это понимал, лицо его сделалось крайне серьёзным. — Можешь меня поставить на пол, — улыбнулся Шэнь Цинцю. Ученик, поймав его на лету, так до сих пор и не отпустил Шэнь Цинцю из своих объятий. Поняв это, Бинхэ самую малость смутился и осторожно разжал руки.

* * *

Вскоре стало совсем не до игр. Не далее как через несколько дней прибыло тревожное послание, что несколько тысяч заклинателей собрались в приграничных землях и разбили там гигантский лагерь. Похоже, не только демоны сочли, что было бы удобно обосноваться возле самого истончения меж двух миров и оттуда руководить вторжением. — Как наши дела? — спросил Ло Бинхэ. — Поставки идут в соответствии с графиком, — ответил один из многочисленных слуг. «Всё равно слишком медленно», — вздохнул про себя Ло Бинхэ и украдкой посмотрел на учителя. Настроение того становилось мрачнее день ото дня, он помогал с организацией и будущей стратегией, и это явно приносило ему немало моральных страданий. Хоть Ло Бинхэ пытался убедить его, что тот может просто отойти в сторону и не мараться, учитель только горько усмехнулся в ответ: «Каждый должен нести ответственность за свои действия…» — Мне стоит отправиться в Бьяньфу, — прервал настоящий голос учителя своего фантома из прошлого. — Когда крепость атаковали, я был далеко и позволил случиться множеству жертв. Не хочу повторить тех ошибок. В этот раз в Бьяньфу не будет слабых мышат и прислуги, в последние дни крепость неустанно готовили быть главным штабом и стягивали туда множество сильных демонов. Сам Бьяньфу-цзюнь и его братья продолжали оставаться там, поэтому тревоги учителя были весьма понятны. — Отправимся вместе, — улыбнулся ему Ло Бинхэ. Ему и самому не помешало бы быть в гуще событий в случае неожиданной атаки. Новая Бьяньфу мало чем отличалась от старой, прежние обитатели очень дотошно обыскали обрушенную гору в поисках всех сокровищ и перенесли их на новое место. Немного отличалась планировка, да не было налёта многовековой старости, но в остальном дух крепости оставался тем же. Учитель радостно поприветствовал своих давних слуг, а позже лично вызвался помочь им установить несколько дополнительных защитных полей в охранных башнях. Почти сразу они начали безостановочно болтать о каких-то старых приключениях юности, заставляя Ло Бинхэ сходить с ума. — Что за искажённый змей? — не выдержав, спросил он в какой-то момент. Учитель, возящийся с начертаниями поля, беззаботно отмахнулся: — Самая обычная полевая змея, впитавшая слишком много затаённой злобы и от этого исказившаяся. Нам её заказал… — он пощёлкал пальцами и обратил взор к остальным. — Аптекарь! — сказал один из братьев. — Нет, то был фермер, у которого она цыплят таскала, — возразил ему другой брат. — Я точно помню, что аптекарь! — не унимался первый. — Да и неважно, — заключил учитель. — Главное, что тот змей нас чуть всех не передушил. Хорошо, я в последний момент успел выставить перед собой бамбуковый посох. — Простой искажённый зверь? — неверяще спросил Ло Бинхэ. Учитель кивнул. Представить себе учителя юным было плёвым делом, учитывая, что таким он и оставался. Но вот представить себе его не всемогущим богоподобным заклинателем было куда сложнее! Ло Бинхэ попытался вообразить, как учитель ходит по свету в компании пяти демонят лишь с одним бамбуковым посохом, перебивается с пустого риса на раздобытую в лесах дичь, едва одерживает верх над средними тварями да получает в награду одни медяки. Попытался и не смог. Впрочем, так же он когда-то не мог вообразить учителя и рабом, после откровений Шан Хуа. Разумом он понимал, что всё так и было, но фантазия каждый раз пасовала при попытке представить эти картины. В душе он видел учителя лишь самым прекрасным и гордым человеком на свете. — Что такое? — спросил учитель. — Бинхэ выглядит расстроенным. Ло Бинхэ сначала хотелось сделать вид, что всё в порядке, но потом он решил быть честным. — Учитель видел меня в самом неприглядном свете, и всё равно не отказался и помог. Но я никогда не смогу вернуть этот поступок учителю, он преодолел все жизненные трудности сам. Учитель подошёл ближе и, легко приобняв, положил голову на плечо Ло Бинхэ. — И что же? Бинхэ тоже преодолел немало трудностей в одиночку, пока я прохлаждался в пещерах Единства Душ, — мягко сказал он. — Прошлое есть прошлое, его не изменишь. Лучше нам смотреть в будущее. — Верно, — ответил Ло Бинхэ тихо. В будущем у них вся вечность для того, чтобы раз за разом доказывать свою преданность и любовь. Он бы с удовольствием в этот момент зацеловал шею учителя, но стоило такой мысли только прийти в голову, как воздух наполнился тревожным рёвом сигнальных рогов. И учитель, и демоны тут же оставили своё занятие и поспешили к главному залу. Ло Бинхэ не отставал, его поясная подвеска тоже пришла в возбуждение, а значит, тревога была не пустяковой. — Что случилось?! — резко спросил он. — Нападение! Нападение! — завыл один из дозорных, наблюдавших за обстановкой снаружи. — Они заполонили небо! Кто заполнил небо, смысла спрашивать не было. Ло Бинхэ угрюмо подал сигнал в собственную подвеску, отчеканив: «Полная готовность». И отправился на поверхность. Ещё давно, только заполучив власть, он обнёс почти всю границу укреплениями и полями, что больше служило предупреждением, чем реальной защитой: мы не потерпим нового вторжения! Но всё же некоторую пользу его конструкция имела: заклинателям придётся либо уничтожить её и известить всех в округе о своём присутствии, либо обходить и терять время. К добру или к худу, они выбрали первый вариант, и сейчас целая туча людей на волшебных мечах неслась в сторону гор. В них полетели отравленные и горящие стрелы, заставив плотную до этого тучу распасться на мелкие группы. Заклинатели не растерялись, и в ответ демонам отправился плотный поток жёлтых заряженных бумажек. Одна особо яркая точка сразу нырнула в гущу событий и одним махом почти пробила линию обороны. Это был Лю Цингэ. Ло Бинхэ проскрежетал зубами и велел отправиться туда подмоге. — Главу Юэ пока не видно? — спросил он у Ша Хуалин, командующей на передовой. — Нет, но сомневаюсь, что он заставит себя ждать долго. Ло Бинхэ был согласен, пока битва шла на расстоянии, но не ровен час и обе стороны схлестнулись бы уже вплотную. Тогда вряд ли самый сильный из заклинателей стал бы отсиживаться в тылу. К тому же заполучив свой проклятый меч. Меж горной гряды простиралась небольшая долина, и именно там продвижение заклинателей застопорилось. Как только стрелы стали подходить к концу, Ло Бинхэ велел выпустить летучих гадов, а сам вернулся чуть назад и оседлал золотого дракона. Учитель был всё это время с ним и молча сел позади с решительным, но мрачным видом. Ло Бинхэ хотел было сказать пару ободряющих слово, но его язык словно отсох, и он смог только крепко сжать их ладони вместе. На драконе они вмиг оказались над долиной и вместе с издающими ужасные каркающие звуки тварями принялись не давать заклинателям свободно летать. Вид исполинского золотого дракона произвёл немалый эффект сам по себе. Многие поспешили оказаться как можно дальше, а когда Ло Бинхэ обнажил Чжэнъян и во все стороны полился горячий яркий огонь, то и вовсе в небе места больше не оказалось. Бой наконец перетёк на землю. — Учитель, оставайтесь здесь! — крикнул Ло Бинхэ через бьющий в лицо ветер. — Я спущусь вниз. По лицу учителя было прекрасно видно, как он относится к этому решению, но дракону нужен был всадник, чтобы заклинатели вновь не решились подняться на мечи. Поэтому он просто кивнул и перехватил два внушительных уса. Именно тогда прогремел этот отвратительный вопль, который издавал Сюаньсу. Юэ Цинъюань решил явить себя. Ло Бинхэ ещё быстрее, чем собирался, поспешил вниз. Туда, где вокруг одного заклинателя образовалась целая поляна мёртвых тел. — Бинхэ! — услышал он оклик учителя. Но Ло Бинхэ уже был объят ветром и стремительно приближался к земле. Несмотря на высоту, с которой спрыгнул, приземлился он на обе ноги, держа в руках исходящий жаром Чжэнъян. — Глава Юэ, — поприветствовал он сквозь шум. — Любопытно, что у вас всегда что-то припрятано в рукаве. Юэ Цинъюань атаковал молча, ужасающие волны силы Сюаньсу взрывали воздух, а его неистовый вопль заглушал любые звуки. Но Ло Бинхэ уже не был едва пробудившим силы мальцом, он ловко уклонялся от смертоносных потоков, атакуя огнём в промежутках. Сюаньсу был невероятным тысячелетним артефактом, и его использование должно было немало истощать хозяина. Именно поэтому Ло Бинхэ решил в одиночку взять на себя Юэ Цинъюаня и как можно сильнее утомить его, пока остальные разбираются с прочими заклинателями. К счастью, этот кошмарный рёв действовал не только на демонов, но и соратников Юэ Цинъюаня тоже, и потому долгое время никто не осмеливался приближаться к ним близко. Осознав столь неудобную для себя вещь, Юэ Цинъюань утёр пот со лба и опустил меч в ножны. Он, не мешкая, вдруг достал из рукава фейерверк и выстрелил им вверх, осветив округу переливающимися вспышками. Как иронично, что Ло Бинхэ оказался прав в прямом смысле слова. В то же время опустевшая во время боя окружность стала стремительно полниться: откуда-то выскочило несколько десятков монахов Чжаохуа в оранжевых рясах и с блестящими зачарованными бусами наперевес. Не нужно было долго размышлять, чтобы понять, что те здесь дабы запечатать демонические силы Ло Бинхэ. Тогда он крутанулся на месте, поджигая вокруг стену плотного огня. Монахи, словно не ведая страха, не замедлились, а кинулись в неё, не жалея кожи на обритых головах и руках, которыми они прикрыли лица. — Ло Бинхэ! — воскликнул Юэ Цинъюань напитанным Ци голосом. — Сегодня твоим злодеяниям придёт конец! — И кто же из нас злодей?! — смеясь спросил Ло Бинхэ. — Не глава ли Юэ попытался убить меня ребёнком? Не он ли против воли держал в плену моего учителя? Не он ли теперь собрал армию, чтобы бесчинствовать здесь?! Его слова заглушались странным грохотом — будто тысячи камней сорвались с гор и неслись вниз. Но те были в порядке, и Ло Бинхэ не мог понять, откуда же исходит этот шум. До этого во всю ревел Сюаньсу, не дав заметить подобный шум вовремя, по земле топтались тысячи ног, и не было ничего удивительного, что мелкие камушки ходят ходуном. Но сейчас Ло Бинхэ отчётливо понял — что-то не так! Но было уже поздно, и сориентироваться он смог, только когда земля вокруг стала расходиться в стороны. Неестественный красный свет осветил округу, а воздух заполнили миазмы смерти и ядовитый дым. — Бесконечная Бездна?! Как Бесконечная Бездна могла открыться в царстве демонов?! Здесь у неё был древний выход, окружённый множеством заклинаний. Находился он в тысячах ли отсюда, далеко за южной низиной, а последнюю Развёрстую печать Ло Бинхэ использовал сам в царстве людей. Это было невозможно! От мощных толчков и Ло Бинхэ, и Юэ Цинъюань еле удержали равновесие, чего нельзя было сказать о пострадавших в огне монахах, которые повалились, словно мешки редиса, на землю. Края Бездны стремительно расширялись, как зев древнего монстра, многие демоны и заклинатели, только завидев это ужасающее аномальное явление, устремились прочь. Ло Бинхэ оказался на крошечном островке, всё удаляющимся от большой земли. Он слышал гул, исходящий из глубин Бездны, и внутренне покрылся холодным потом. Нужно было скорее оказаться как можно дальше, иначе учитель с ума сойдёт. Но прежде чем Ло Бинхэ успел перепрыгнуть через расширяющуюся пропасть, его уши вновь оглушил рёв Сюаньсу. Юэ Цинъюань достал его из ножен и махнул горизонтально земле так, чтобы у Ло Бинхэ не было возможности отпрыгнуть в любую сторону, кроме как назад, где пылала Бездна. Но прежде чем кровавые объятия сомкнулись на его груди, он ощутил, как нечто мягкое подхватило его вверх и унесло прочь к безопасности. Это чувство было знакомо Ло Бинхэ с раннего детства, когда он ещё совсем глупым малышом чуть не утонул в реке Ло. Потом оно возвратилось, лишь когда он оказался на вершине Цинцзин, и учитель не позволил упасть ему на острые камни. То самое чувство. Ло Бинхэ даже осознать всего до конца не успел, когда увидел перед собой бледное от страха лицо учителя… стремительно удаляющегося в красное марево Бездны. Учитель не смог бы усидеть наверху, когда посреди поля боя появилась Бездна. Отправившись на помощь, он оттолкнул своего ученика, но оказался сам под ударом Сюаньсу и был сметён с обрыва! — Учитель! — заорал Ло Бинхэ словно не в себе, наблюдая, как отблеск Сюя всё удаляется и удаляется. — Учитель!!! Бесконечная Бездна жадно втягивала в себя всё, что попадалось на пути. Только заполучив жертву, она не отпускала её до конца. Даже встань учитель на меч, то не смог бы вылететь оттуда, а марево быстро заблокировало весь свет. — Учитель… — Сяо Цзю! Совсем рядом с ним оказался такой же растерянный и перепуганный Юэ Цинъюань. Впервые в жизни Ло Бинхэ захотелось всерьёз убить этого человека, разорвать на куски и скормить псам. Чтобы и в миллиарде жизней он не смог возродиться и до скончания времён бродил по земле блуждающим призраком! Но времени было слишком мало, и, бросив полный гнева и негодования взгляд, Ло Бинхэ смело шагнул с обрыва. Он спасёт учителя. Во что бы это ему ни стало.