Теория и практика взаимоотношений

На сайте был адрес электронной почты, куда предполагалось написать при желании договориться с доминантами и Андрес переписывал обращение трижды, не зная как себя вести и что вообще делать. Действующая ли это анкета, реален ли этот человек и как себя вести в случае каких-то непредвиденных обстоятельств. И хотя Татьяна заверила его, что это абсолютно рабочий сайт и все люди там реальны, то, каким образом Татьяна узнала эту информацию Андресу оставалось только догадываться. Однако женщине он верил и доверял даже в таком вопросе. Наконец, он отправил лаконичное короткое письмо с одного из своих личных адресов электронной почты и стал ждать ответа. Эмоции по этому поводу летали с «лишь бы этот человек проигнорировал и не ответил» до «мне слишком интересно, что будет дальше». Весь день он предавался мыслям о том, что могло бы быть и чего бы никогда не было, но в итоге переключился на работу. Было несколько вопросов, которые приходилось решать немедленно. Лишь к вечеру он снова взглянул на свой смартфон и увидел значок письма. Пришлось контролировать дыхание и попросить у одного из официантов принести кофе, чтобы взять себя в руки. Ответ был написан вежливо, корректно, без намёка на давление, в каком-то смысле даже мягко. Собеседник предложил ему встретиться в любом удобном для него относительно людном месте, на нейтральной территории. Чтобы не было недопонимания, Палермо объяснил, что людное место необходимо для того, чтобы обезопасить их обоих, но выбор стоит за клиентом, потому что это ему должно быть достаточно комфортно находиться для построения общения и обсуждения деталей. Словом, в сообщении не было ничего плохого и оно больше подходило на партнёрскую рабочую переписку. Не было ни унижений, ни приказов, ни какого-то высокомерия, чего, как Андресу казалось, стоило ожидать от человека, предоставляющего подобные услуги. И поскольку этого не произошло, Андрес немного расслабился. Он прикинул все варианты и одним из самых безопасных оказался пригласить Палермо в свой собственный ресторан. Естественно, говорить, что он хозяин, и тем самым открывать свою личность он не собирался. По крайней мере, не в первую встречу. Стоило хотя бы просто посмотреть на этого человека, поговорить с ним и, возможно, всё же попробовать то, на что его руки (и не только руки) чесались давно. Не прямо в ресторане, само собой. Он отправил письмо с адресом ресторана и указал возможные варианты времени для встречи. На удивление, ответ пришёл через несколько минут и они уточнили комфортное время для обоих. На следующий день Андрес предупредил весь персонал о том, что нужно сделать вид, будто он обычный посетитель. Андрес периодами имел бзик на то, чтобы приводить кого-то в свой ресторан, не оповещая, что он владелец, так что просьба была привычной и лишних вопросов не вызвала, все лишь закивали головами. Татьяна, которая знала о процессе, сидела за барной стойкой полубоком и беседовала с Агатой, их барменом, периодами глядя на Андреса. Их столик стоял достаточно далеко от остальных и три ближайших стола были якобы зарезервированы, но на самом деле Андрес просто решил оставить их пустыми. Он сидел за столом и сердце колотилось, словно бешенное, просто потому что такая встреча была для него чем-то принципиально новым. И это нервировало и раззадоривало одновременно. Он крутил перстень на пальце и неровно дышал, хмурился, оглядывался по сторонам. Лишь фигура Татьяны вдали его немного успокаивала и давала чувство безопасности, пусть и относительной. Палермо оказался прав — ему нужен был комфорт. Окажись он в другом месте, в другом ресторане, более людном и менее престижном, он бы запаниковал, но сейчас собирал в себе силы для беседы. В конце концов, это ведь ничего не значило. Просто разговор. Если ничего не выйдет, если им не удастся договорится, Андрес может встать и уйти в любой момент. В назначенное время, ни раньше, ни позже, на входе оказался человек. Администратор, у которой были чёткие указания, без промедления провела его к столику Андреса, который поднялся, чтобы поздороваться с практически незнакомцем. Они смотрели друг на друга всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы Андрес опустил взгляд. Он не отшатнулся и даже относительно спокойно пожал руку мужчине, но аура властности и уверенности стояла вокруг этого человека. — Добрый вечер, — вежливо произнёс мужчина мягким, ласкающим слух голосом, с выраженным агрентинским акцентом, — как мне стоит к вам обращаться? Андрес наконец поднял глаза, взяв себя в руки и чуть ухмыльнулся, дёрнув уголком губ. Он тоже умеет быть властным и жёстким и он не позволил бы задавить себя. Проблема была в том, что именно это было желанным для него и именно поэтому он выбрал мужчину. В конце концов, после всех своих размышлений, он пришёл к выводу, что подчиниться женщине он не сможет. Может, дело было в том, что он разочаровался после пяти разводов, а может конкретно лишь этот человек внушил ему подсознательный росток доверия. В живую мужчина выглядел так же, как и на фото, разве что костюм был другой и волосы на пару сантиметров длиннее. Но в целом, он выглядел очень хорошо. Андрес ценил эстетичность, людей в том числе. — Можете обращаться ко мне… Андре. Как мне вас называть? — в том же тоне, безукоризненно вежливо ответил он. — Зовите меня Палермо, — улыбается мужчина, но всё так же мягко и спокойно, — итак, Андре, правильно ли я понял, что вы ищете доминанта с определённым набором навыков, удовлетворяющих ваши пожелания? Одноразово или на постоянной основе и что конкретно вы хотите? Андрес выдыхает, понимая, что сейчас ему придётся говорить так откровенно, как он, вероятнее всего, не говорил никогда. К счастью, его спасает подошедший официант. Андрес сперва диктует свой заказ, а после смотрит на Мартина вопросительно. — Скажите, это реализуемо, сделать пол литра латте? — спрашивает Палермо, улыбаясь. Официант несколько подвисает. Не столько потому, что заказ странный, сколько из-за наблюдения хозяина заведения. — Да, сеньор, разумеется. Палермо кивает. — Спасибо, тогда это всё. Официант уходит на очевидно ватных ногах, а внимание Андреса возвращается к Палермо. — Я должен признаться, что не практиковал раньше…подобное, — тихо говорит Андрес, — так что я слабо понимаю, чего именно хочу и насколько надолго. Я знаю, это звучит…— Андрес не договаривает. — Для начала вдохните и выдохните несколько раз, выпейте пару глотков воды и постарайтесь успокоиться, — не приказывает, а мягко советует Мартин со спокойной улыбкой, — я сейчас поясню кто я и чем занимаюсь, конкретизируя, а вы решите, нужно ли оно вам, хорошо? Андрес завороженно кивает, успокоенный будто магическим голосом Мартина. Он делает так, как ему рекомендовали и вроде бы действительно в его голове становится чище. — Я читал ваше резюме на сайте, где и нашёл ваши контактные данные. В общих чертах я знаю, что представляют собой тематические сессии, но я никогда не практиковал подобное. Однако сейчас у меня есть потребность попробовать. Палермо смотрит на него чуть задумчиво, но кивает. — Как правило, в таких отношениях две стороны — доминант и сабмиссив. Я выступаю в роли доминанта, вы, соответственно, сабмиссива. Есть три аспекта темы, как по буквам аббревиатуры. Бондаж и дисциплина, доминирование и подчинение и садизм и мазохизм. Три аспекта могут присутствовать в одной сессии, а могут и не сочетаться. Предпочтения каждого человека строго индивидуальны. Всё общение доминанта и сабмиссива строится на трёх китах: безопасность, для жизни и здоровья. Разумность, то есть понимание возможностей конкретного организма и, условно, возможностей психики. И добровольность — все отношения должны быть взаимны, при иной ситуации это будет считаться насилием. Психологическим, физическим, либо же сексуальным. Это короткий экскурс в суть темы, — Палермо смотрит на Андреса и тому кажется, что его буквально сканируют взглядом. Это, на удивление, не вызывает негативных эмоций, — вы сказали, что сейчас у вас появилась…потребность. Что это значит? Андрес прикрывает глаза и отвечает прямо так, не глядя на собеседника. — Это значит, что мне нужно…отключить мысли посредством сессии и всех этих практик. Чтобы голова была пустая, чтобы можно было спокойно уснуть. Мартин прикусывает губу. Его эмоции на лице меняются. Ещё одна вещь, которой Андрес не ожидал. Он действительно думал, что доминант будет вести себя не совсем традиционно, но перед ним обычный человек, пусть и излучающий уверенность и особую энергию. Мужчина складывает локти на столе и опирается на тыл ладони, задумчиво глядя на Андреса. — Действительно ли вам нужны сессии, или скорее консультация специалиста? Не поймите меня неправильно, но никакие сессии не заменят психотерапию и антидепрессанты, если человеку нужны именно они. Я говорю это не просто так, у меня есть образование в области клинической психологии. — Вы психолог? — удивляется Андрес абсолютно искренне. Даже его слова звучат ощутимо громче. Палермо кивает. — Что ж, благодарю за беспокойство, но я не нуждаюсь в помощи…специалиста, — практически выплёвывает Андрес, — Мне нужно то, для чего мы здесь. Андрес инстинктивно тянется к перстню, прокручивая его на пальце и чуть успокоенно выдыхает. Им приносят заказ и Андрес тут же пододвигает к себе горький кофе, отпивает чуть морщась. Он видит, что Палермо внимательно наблюдает за ним, а затем пододвигает собственную чашку и несколькими глотками осушает половину, улыбаясь. — Хорошо, — наконец кивает Палермо, — я сейчас скину вам на почту список. Есть интернет? — Андрес кивает, — тогда мы с вами обсудим по пунктам всё, что там написано и составим определённую схему. И, если сойдёмся во мнении, сможем назначить дату и время сессии. Вы согласны? Возражать Андрес не стал, лишь кивнул в ответ. Следующий час Палермо объяснял ему тонкости темы и тематических взаимоотношений. Довольно быстро Андресу удалось расслабиться и увлечься беседой настолько, что он поймал себя на том, что он впервые за долгое время улыбается довольно искренне. Они обсуждали список из чуть менее чем сотни пунктов. Это было и использование самых разных девайсов, техники, манипуляции, которые предлагалось одобрить или же вычеркнуть, в зависимости от собственных предпочтений. Палермо со своей стороны так же вычёркивал некоторые вещи. Они сошлись на очень многих пунктах относительно шибари и болевой стимуляции, доминирования и подчинения, кинков и следующая графа была про сексуальные взаимоотношения, где Андрес в некотором смысле завис. — Стоит уточнить, что я не гей, — говорит он после некоторой паузы. Его голос нетвёрд, хотя в своих словах он уверен, — и я не рассматриваю секс как часть сцены. Палермо тут же поднимает на него взгляд. Он не прячет интерес и улыбается даже как-то хитро. — Когда мы обсуждали применение игрушек, в том числе и анальных, вы сказали что это будет уместно. Однако сейчас говорите, что секс не рассматриваете как часть сцены. По всей вероятности, речь конкретно о контакте гениталий. Хотите действий в свою сторону, но не наоборот. Андрес задумывается на несколько секунд, а после кивает. — Наверное, да. Мужские половые органы меня не сильно привлекают, — он пожимает плечами. Палермо кивает. — Почему при выборе доминанта вы не обратили внимание на женщин? — спрашивает он, — когда сессия предполагает сексуальное взаимодействие и разрядку, подбирают человека соответствующей ориентации. В моей анкете сказано, что, несмотря на работу с женщинами, я всё же предпочитаю мужской пол. Андресу это известно. Но выбора пал именно на Палермо по многим причинам, одна из которых это то, что мужчина просто не мог воспринимать подобное взаимодействие с женщинами. Кроме того, чем-то конкретно этот человек его зацепил и вообще, сексуальная часть сессии и правда могла быть односторонней. — Я…не хочу подобного с женщиной, — выдыхает Андрес, прикрывая глаза, — Мужчине проще подчиниться. И проще взаимодействовать, мне так кажется. — Я не отговариваю, — хмыкает Мартин, — это просто профессиональный интерес. Если с мужчиной комфортнее и безопаснее для вас, то пусть будет так. Они приступают к обсуждению дальнейших пунктов, более не застревая. Некоторые вещи было обсуждать немного неловко, но Палермо сглаживал углы формулировками, своим тоном и всем видом внушая доверие и спокойствие. Они сходятся на времени и месте для первой сессии, Палермо даёт короткие инструкции и подзывает официанта и уходит, пожав Андресу руку на прощание. Тот смотрит ему вслед задумчиво и долго, решая не возвращаться к работе, а поехать домой, однако за столик тут же подсаживается Татьяна со слишком заинтересованным выражением глядя на него. — Как прошло? — требует она ответа, нетерпеливо кусая губы и улыбаясь. — Сносно. Ничего страшного или неприемлемого. Татьяна улыбается ему нежно и ласково, Андрес тут же расплывается в ответной улыбке. — Он красавчик. Он будет чесать все твои кинки и вытворять с тобой то, что ты всегда хотел, но боялся. Если честно, меня немного возбуждает сама идея, — признаётся женщина. — Посмотрим… В голове мужчины слишком много мыслей, вопросов без ответов и разнообразных фантазий, что ему хочется поскорее оказаться дома, вдали от лишних глаз, потому что светить эрекцией прилюдно было уже слишком. Тем более в собственном ресторане.