Добро? Зло? Или жизнь Великого Мага

      Хогсмид.       После прогулки по городу их следующим пунктом назначения стала Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс.       Сегодня здесь должна была состояться вторая часть подписания договора между магглами и волшебниками. Ради этой встречи Хогвартс был украшен торжественно, но строго: в главном холле возвышались высокие штандарты, по коридорам тянулись ковры глубоких цветов, а окна украшали витражи, в которых переплетались сцены из истории мира магии и магглов. Потолок Большого зала, как всегда, отражал небо, но сегодня оно было усыпано не только звёздами, но и тонкими золотыми нитями, сплетавшимися в сложные узоры — символы единства и мира.       Сейчас по его коридорам можно было встретить лишь профессоров, приглашённых гостей, дипломатов и членов правительств.       Ученики же были заранее отпущены по домам. Формально это называлось «каникулами», но истинная причина крылась в другом: безопасность. Никто не хотел подвергать детей риску — слишком много сил и интересов сходилось в этих стенах, слишком много глаз было устремлено на грядущее событие. К тому же взрослые понимали, что сама атмосфера дипломатии, тяжёлых речей и строгих лиц вряд ли обрадует подростков. Так что их отпустили — кто к родителям, кто к друзьям, а кто просто в Хогсмид вместе с профессорами, где радостная суета уже кипела вовсю.       То же касалось и деревни. Никогда прежде её улочки не видели такого наплыва народа. Сегодняшний день превратил Хогсмид в ярмарочную столицу: толпы гостей, торговцев и журналистов заполнили всё пространство. Владельцы лавок сияли от счастья. Одни выставляли на продажу лучшие товары — от редких магических ингредиентов до изысканных лакомств, другие, проявив не меньшую хитрость, сдавали свои помещения в аренду за баснословные деньги тем, кто хотел урвать кусок пирога.       А за порядком, как и накануне, следили совместные силы мракоборцев и правозащитных органов Великобритании.       По деревне, любуясь сияющими вывесками и парящими в небе птицами из магии, шли Грид с Нагайной и Беллатрис. Торжественная, праздничная атмосфера будто проникала в сам воздух: звуки смеха, переливы чарующих мелодий, запах жареного мяса и сладостей смешивались в одно пёстрое, головокружительное ощущение праздника. — …и даже не вспомню, когда мы последний раз выбирались на подобные мероприятия… — задумчиво протянул волшебник, скользя взглядом по сверкающим витринам. — Я тебя много раз звала — и на балы, и на вечеринки, и на дни рождения, и ещё на десятки всяких торжеств, — хмыкнула Блэк, прищурившись. — Ты договаривай, — отозвался Грид, усмехнувшись краем губ. — Организованные аристократами. Которые, стоит мне появиться, превращают вечер в охоту, а праздник — в игру в «прятки». А весь вечер стоять под чарами отвода глаз или невидимости у меня желания нет.       Блэк не стала ничего отвечать: лишь смерила его пронзительным взглядом, сложила руки на груди и слегка отвернулась. Нагайна прыснула в кулачок, отчего Белла укоризненно посмотрела на неё.       Но никто не успел добавить ни слова, как вдруг над городом возник большой экран. На нём в просторном зале повторялась вчерашняя картина: лицом к лицу стояли Министр магии и Королева Британии.       Гомон мгновенно стих, слышны были лишь шёпоты. Заиграла торжественная музыка, и после недолгой вступительной речи они подписали второй договор. Не только Большой зал Хогвартса, но и вся деревня наполнились аплодисментами и радостными восклицаниями. Вслед за этим в небо взвились первые огненные шары, расцветшие над Хогсмидом гигантскими лилиями — золотыми и алыми. Потом их сменили ослепительные фонтаны искр, разлетавшихся по сторонам, словно горные реки лавы.       Каждый новый взрыв сопровождался гулким эхом, прокатывающимся по холмам, и волной разноцветных искр, которые плавно опускались вниз, превращаясь в мерцающих птиц и зверей, сотканных из пламени.       Над замком раскинулся целый калейдоскоп: драконы из серебряного огня взмывали ввысь, сцепляясь в небесных играх, а следом в темноте рождались фениксы — огненные птицы, что пролетали над толпой и рассыпались дождём золотых перьев.       Толпа ахала, аплодировала, смеялась. Дети визжали от восторга, тянули руки к небесным созданиям — и те на мгновение действительно спускались ниже, едва касаясь ладоней, прежде чем раствориться в свете.       А последним, венчающим аккордом, в небе вспыхнула гигантская радуга из искр, соединяющая башни Хогвартса и уходящая за горизонт.       Нагайна, а вместе с ней даже Белла, заворожённо наблюдали за представлением. И сам Грид должен был признать: организаторы прекрасно поработали. Редко когда можно было увидеть нечто столь красивое и масштабное. «В этом году мы обязаны…» — возникла в его голове мысль, но тут же сменилась другой, куда более тяжёлой: напоминанием о том, что уже завтра он должен будет уйти. Невольно его разум на доли секунд поглотила меланхолия, но это состояние быстро рассеялось, стоило ощутить тепло в своих объятиях. Губы архимага тронула нежная улыбка: — «Когда я вернусь, устрою такой салют, что весь мир ещё следующие месяцы будет о нём говорить. А после… можно будет подумать и о других делах. Может быть, мы, наконец, даже поженимся…»       Прижав к себе обеих девушек, которые явно были удивлены столь резким проявлением чувств, он прильнул к губам одной, а затем другой. Некоторое время он просто всматривался в слегка покрасневшие лица, стараясь запомнить их до мельчайших деталей, чтобы было о чём вспоминать в грядущие годы и не дать самому себе ни малейшего повода забыть их. — Что это на тебя нашло? — вопросительно изогнула бровь Блэк, явно не ожидавшая ничего подобного. Нагайна тоже смутилась: хоть их никто и не видел, делать подобное на людях было очень неловким. — Да так… решил вас немного взбодрить, — усмехнулся Грид. — Мне показалось, вы слегка заскучали. — Пф! — фыркнула Белла, закатывая глаза. Но оттолкнуть его не спешила. — Пойдём уже. Когда их встреча завершится, в школе будет не протолкнуться. — Верно, — согласился волшебник, глянув сперва в сторону замка, а затем на экран, где транслировалась речь Министра Магии. «…это только начало чего-то большего, новой эпохи для всех жителей Британии…»       Речь министра лишь немногим отличалась от вчерашней, поэтому компанию она совершенно не заинтересовала. Их внимание привлекло кое-что другое.         В этот миг на них откровенно смотрела девочка с растрепанными светлыми, почти пепельными волосами и парой затуманенных серебристых глаз. При виде её Грид ощутил лёгкое дежавю. Она, конечно, их не видела, но кое-что другое, что он забыл скрыть — да. К этому моменту они уже отошли чуть в сторону от шумной толпы. — Это ведь та самая девочка, — первой заговорила Нагайна, вспомнив момент в другом мире, когда их так же смогли заметить сквозь маскировку. — О чём вы? — нахмурилась Беллатрис. Ей коротко объяснили, кто перед ними. Услышав это, тёмная волшебница тоже потрясённо уставилась на малышку. А та, приблизившись ближе, странно морщила носик и вела руками в воздухе, словно пытаясь что-то нащупать. — Странно… — задумчиво протянула светловолосая девочка, наклонив голову набок. — Почему в одном месте собралось столько мозгошмыгов, хотя передо мной никого нет? Да ещё и таких разных… — Интересный тип восприятия, — тихо заметил Белла, бросив взгляд на Грида. — Она может быть полезна. Удивительно, что ты решил её оставить. — Честно говоря, я о ней совсем позабыл, — неловко признался волшебник, потирая затылок. — Дел навалилось разом, да и Нимфадора — вылитый мой Бельчонок в детстве — мигом вытеснила её из мыслей. Но если возьмёшь её в ученицы, будет здорово. Только, знаешь, не в своём духе — будь с ней помягче, — усмехнулся он, получив в ответ равнодушное «хмык», при этом стойко стараясь показать, что его слова её ничуть не тронули. — Посмотрим, если будет время. А теперь пошли. — Конечно, — согласился Грид. Он ещё раз посмотрел на девочку и слегка развеял иллюзию, но эффект оказался куда слабее, чем он ожидал. Она лишь приподняла брови — и всё. В её эмоциях смешались удивление, любопытство и… странное разочарование. После чего, он мысленно обратился к ней: — «Малышка, в следующий раз будь осторожнее и не ходи за всякими подозрительными мозгошмыгами. Они могут оказаться не такими уж хорошими, как я. А если захочешь развить свой дар — отправляйся в город Новолуния и мысленно обратись к Системе с просьбой учиться у «Бельчонка». А теперь прощай… может быть, мы ещё встретимся».       Напоследок подмигнув ей, волшебник щёлкнул пальцами — и все «мозгошмыги» исчезли.       Но едва Луна успела удивиться, как рядом раздался взволнованный голос: — Луни! Нельзя же вот так исчезать, ничего не сказав! Мама очень испугалась! — подбежала рыжеволосая девочка и резко взяла её за руку. За ней шёл молодой парень с той же огненной шевелюрой и схожими чертами лица — по его уставшему виду было ясно, что он волнуется куда меньше сестры. Да и что могло случиться здесь, где на каждом углу дежурят Мракоборцы? — Джинни, я видела нечто удивительное! Мозгошмыгов, которые летали сами по себе, потом они превратились в человека и говорили со мной! — оживлённо заговорила Луна, но для окружающих её голос звучал так же безмятежно, как всегда. — Да-да-да, — проворчала Джинни, увлекая подругу к рыжеволосому семейству. — А потом он превратился в прекрасного принца и пообещал забрать тебя в свой замок. — Ну… он выглядел неплохо, — задумалась Луна, — И приглашал в город…       Но договорить она не успела. К ним подбежала полная рыжеволосая женщина, испуганно обняла её, начала ощупывать и засыпала вопросами. В этой суете Луна не смогла вставить ни слова. Её рассказ о мозгошмыгах никто не воспринял всерьёз, и она замолчала. Но слова незнакомца не выходили у неё из головы. «Учиться у Бельчонка»? Что это могло значить? Может, всё и правда было видением? Да и… как можно учиться у белочки?       И всё же любопытство грызло её. Она решила: если выпадет случай, то обязательно заглянет в город Новолуния вместе с отцом и проверит.

***

      К этому моменту группа уже добралась до замка и прошли через главный ход, перед которым стояла длинная очередь и каждого гостя тщательно обыскивали. Всё-таки сегодня был слишком важный день для всей Британии, и меры предосторожности были на высшем уровне.       Прогуливаясь по замку, Беллатрис, холодно смотрела на каждого мимо проходящего: — Даже сейчас слишком многолюдно… — бросила она быстрый взгляд на большой экран в самом холле, перед которым собрались люди. — Не лучший конечно день для прогулки по замку. — Будет тебе, не особо они нам и мешают, — с лёгкой, успокаивающей улыбкой обратилась к ней Нагайна, а то та и правда могла что-то сделать, чтобы людей стало «поменьше». — Грид, так что ты здесь хочешь посмотреть? — Да так… поностальгировать о былом, взглянуть на ядро и поговорить с Кандидой напоследок… — ответил он, неспешно направляясь в сторону лестницы. — Эх… неизвестность порой такая прекрасная вещь… — вздохнул он, слегка приподняв уголки губ. — Когда не приходится ни о чём думать, особенно о дьяволах, и можно просто наслаждаться жизнью… — Это ты к чему? — изогнув бровь, поинтересовалась Беллатрис. — Да так… вспомнил свои школьные дни.       Нагайна едва сдержала улыбку, и, прикрыв рот ладонью, мягко поделилась: — Я до сих пор с улыбкой изредка вспоминаю, как ты превратил компанию Поттера в зверей. А потом — как им пришлось целые каникулы провести в этих обликах… Или когда подвесил их вверх ногами на всю ночь в гостиной Слизерина, когда они в очередной раз попытались пробраться к нам. А ещё… — Никак не ожидала услышать подобное от тебя, — удивилась Белла. От этих слов Нагайна даже слегка смутилась, но та тут же добавила: — Но я одобряю. Немного цинизма никогда не бывает лишним. — Хватит уже смущать моего Бурундучка, — с наигранной серьёзностью сказал Грид, бросив взгляд на Блэк. — Это исключительно моя прерогатива. — Грид! — возмутилась Нагайна, вся насупившись и покраснев.       К этому моменту они уже спускались по лестнице в подземелье. Здесь становилось заметно тише: людей было куда меньше, особенно магглов, которые явно чувствовали себя неуютно в этих тёмных каменных коридорах. Гостиные, естественно, были закрыты, поэтому сюда почти никто не заглядывал.       Пройдя длинный коридор подземелья, они без труда добрались до входа в гостиную Слизерина, который сразу же распахнулся перед ним и они вошли внутрь. Гостиную, с его ухода, казалось, словно застыла во времени: те же зелёные портьеры, тот же холодный свет, отражавшийся в чёрной воде за окнами. Добавились разве что новый диван и… портрет.       Портрет самого Грида. На его плече восседала змея, смотревшая на гостей с таким же холодным прищуром.       Он нахмурился, а девушки сперва удивились, а потом не выдержали и рассмеялись, видя его выражение лица. — Н-да… такого я не ожидал, — хмыкнул он, чуть наклонив голову. — И у меня не такой холодный взгляд. — Да и мой окрас был посветлее, — добавила Нагайна. — Ладно, пошлите дальше. Но перед этим… — Грид вдруг игриво ощерился и шагнул к портрету. Под недоумёнными взглядами спутниц он коснулся полотна, и через секунду изображение ожило: портрет точно повторил его выражение лица. — Ты знаешь, что делать. — Это будет о-о-очень весело, — протянул оживший Грид с полотна, и в его голосе было столько предвкушения, что Беллатрис лишь тяжело вздохнула.       Она приложила ладонь к лицу и покачала головой: — Как ребёнок, ей-богу. — Ну а что? Представь их лица, когда они вернутся и первым делом столкнутся с моим ожившим портретом! — ухмыльнулся он.       Белла закатила глаза, но Нагайна неожиданно прыснула со смехом, окончательно встав на его сторону. А Грид, довольный, будто не замечал реакции девушек, повернулся к портрету, в который вложил частичку мыслей и знаний. — Не понимают они гениальность нашей идеи. — Женщины, — пожал плечами оживший двойник. — Вернее и не скажешь, друг мой, — отозвался Грид. Девушки синхронно закатили глаза ещё раз. — Ладно, — наконец сказал он, — пойдёмте. Мы уже почти пришли…