Добро? Зло? Или жизнь Великого Мага

      Через полчаса все собрались за столом и принялись завтракать. Дети, сидевшие напротив него, сперва сдержанно пробовали еду, но вскоре ели уже с явным удовольствием. Судя по их удивлённым лицам, они и представить не могли, что их отец умеет готовить — видимо, рассчитывали, что будет так себе.       Скорпио и Клеа изредка бросали на него короткие взгляды. Они старались выглядеть естественно, но получалось плохо: стоило Гриду поймать чей-то взгляд, как оба поспешно опускали глаза и делали вид, будто сосредоточены исключительно на завтраке.       Беллатрис, наблюдая за этой сценой, едва сдерживала улыбку, а Нагайна лишь покачивала головой, хотя уголки её губ упрямо ползли вверх.       Грид тихо усмехнулся, наблюдая за всеми, и, не желая смущать их вниманием, говорил в основном о пустяках — о погоде, о магических существах, населявших остров (их стало заметно больше, и даже появились новые виды), а также о прогрессе в области магической инженерии. Эйлин в этот день отсутствовала: у неё появились дела в городе Новолуния.       Завтрак прошёл в лёгкой, домашней атмосфере. Грид просто наслаждался этим моментом — он даже не помнил, когда в последний раз чувствовал подобное спокойствие. Если бы только не мысли о «Творцах»… это был бы по-настоящему чудесный день.       После приёма пищи дети тут же куда-то убежали, прихватив с собой Лаки, а Грид вместе с девушками поднялись обратно наверх и вошли в комнату Нагайны. После этого их лица стали серьёзными. Хоть он и хотел оставить этот разговор ещё немного на потом — дать ей подготовиться, — но драконесса одним взглядом показала, что не желает откладывать его.       Пройдя вглубь библиотеки, в которую превратилась когда-то её комната, они добрались до стола, и Нагайна, без лишних слов, рассказала всё, что произошло в тот день: что она помнила, видела и чувствовала. То, что он и так знал, но мужчина не стал её перебивать, позволив выговориться.       Под конец рассказа ему пришлось приобнять плачущую девушку и успокаивать её. Белла всё это время молча поддерживала подругу, прикусив губу и сжимая кулаки, а в глазах её пылала глубокая ненависть к тому, кто совершил этот отвратительный поступок. — Одиннадцать лет поисков — и ничего… Где бы мы ни искали, сколько бы ни подключали людей, какие бы ни использовали поисковые артефакты, — мрачно продолжила Беллатрис, сомкнув губы в тонкую линию и бросив взгляд на лежащие на столе предметы, принесённые ею вчера: — У нас осталась последняя надежда на драконьи руны, которые сейчас изучает Наги.       Нагайна сглотнула, пытаясь справиться с комком в горле, который, казалось, сдавливал её изнутри. Она медленно отстранилась, отводя взгляд, и провела дрожащей рукой по лицу, стирая следы слёз, что предательски блестели в тусклом свете, а затем взяла со стола одну из книг и передала Гриду. Он молча принял её и открыв, пробежался по содержимому быстрым взглядом. «Поразительно… сколько же сил и времени ушло на то, чтобы собрать и структурировать всё это…» — он переворачивал страницу за страницей, и каждая новая схема или формула, каждый вывод вызывала у него искреннее, глубокое удивление, смешанное с уважением. — Это пока всё, что я смогла найти и разобрать… но… — она запнулась, поджав губы. Через мгновение из её рта вырвался звук — грозный, властный, наполненный глубоким вибрирующим эхом, напоминающий драконий рык. Воздух вокруг внезапно сгустился, стал тяжёлым, почти осязаемым, давя на плечи всех, кто находился рядом. Магия, невидимая, но ощутимая, словно содрогнулась в ответ на этот зов. Она закружилась в вихре, а затем устремилась к ней, притягиваемая источником силы. На её руке, покрытой чешуёй, вспыхнуло зелёное пламя.       Как тот, кто прекрасно разбирался в огне, Грид почти сразу почувствовал, насколько оно смертельно опасно. Конечно, не для него, но зверя на ранг выше это пламя могло бы спалить дотла за считанные секунды. — Это руна «Огня». Но этот огонь… — сморщила нос девушка. — Он очень страшен. Я чуть не спалила весь дом, когда впервые воспользовалась им. «Хороший контроль над пламенем и отличный ум», — раздался в голове Грида одобрительный голос Велсарагона. — «Это дитя действительно одарено. Но ты даже не думай повторять за ней. Твой контроль всё ещё жалок. Если не спалишь себя, то спалишь всё вокруг». «Я и без тебя понимаю», — равнодушно ответил ему Грид, наблюдая за тем, как едва заметно дрожит рука Нагайны, а по виску скатывается капля пота. Ей явно было очень тяжело сдерживать и поддерживать это пламя. Магия в её теле на глазах таяла. — Хватит, — произнёс он.       Только после этого она рассеяла его и, учащённо дыша, вернула руке человеческий вид. — Как я поняла, это базовая руна. Что же касается более сложных, я пока только начинаю их изучать, но… — девушка вновь развернулась к столу и схватила одну из потрёпанных книг. Открыв первую страницу, она указала на символы. Глаза её горели безумной одержимостью, в них плескалась отчаянная надежда — надежда найти дочь. Это была её последняя соломинка, единственный путь. — …это драконий язык! Я уверена! Я уже обнаружила при беглом осмотре руны со значениями «огонь» и «вера». И само написание остальных слов очень схоже с написанием рун. Если мы изучим язык этих существ, то сможем найти ключ к драконьей магии, а с ним — совсем недалеко и до изготовления поискового артефакта! Нам только нужно… Грид смотрел на неё, и в груди шевельнулась горькая жалость. Она так глубоко утонула в своём горе, так яростно винила себя, что цеплялась за любую возможность. Но он подавил эти чувства. Хотя он знал, где, скорее всего, находится их дочь, мужчина промолчал. Вместо этого он изобразил неподдельный интерес, взял книгу из её рук и внимательно пробежался взглядом по строкам.       Да, это был драконий язык — но сильно упрощённый. Грид был с ним знаком. Когда-то он пытался заполучить драконьи руны и для этого использовал аналог оборотного: превратившись в дракона и залез к ним в гнездо. Но, к сожалению, его слишком быстро раскрыли, и ему пришлось бежать.       В то время, ради силы, волшебник совершал множество безумных поступков, хотя тот случай, пожалуй, был самым безумным.       Поэтому он был знаком с их языком, однако перевод прочитанного, скорее всего, займёт у него продолжительное время — даже при поверхностном знании их письменности, если, конечно, один дракон не решит помочь. — С этим у нас и правда есть шанс найти её, — твёрдо кивнул он. — Я помогу тебе с переводом, чтобы ускорить работу. — Спасибо! — не сдержав волнения, она прыгнула к нему в объятия. В этот момент его взгляд встретился с парой грустных глаз Беллы, которая смотрела на него с натянутой улыбкой. — Но сначала нужно посетить то место, где вы нашли эти книги и артефакты, — добавил он, посмотрев девушке в глаза. — Мы скопируем воспоминания тех существ. Так мы многократно упростим и ускорим работу. Можем сходить прямо сейчас. Получение нужных сведений не займёт много времени. — Я покажу их местоположение, — сказала Беллатрис.       Грид с серьёзным выражением кивнул.        Перу.       Глубоко под землёй. Под толщей камня, в необъятной пещере, чьи своды терялись в полумраке, сияли гигантские кристаллы, испуская мягкий, призрачный свет. Их сияние отражалось на стенах, создавая иллюзию звёздного неба, а сама пещера напоминала древний амфитеатр, вырезанный в скале неведомой силой. По её террасам, высеченным из камня тысячелетия назад, вились деревянные мосты, поросшие мхом и травой, соединяя между собой массивные каменные строения. Эти постройки, покрытые зеленью, на первый взгляд казались заброшенными, но всё было совсем не так.       По каждому уровню этого древнего места ходили люди в тёмных нарядах, полностью закрывавших лица. В руках одни держали палочки, другие — огнестрельное или холодное оружие.       В самом низу, собранные в одной куче, сидели существа, один лишь вид которых вызывал изумление. Их тела были причудливым сочетанием человеческого и змеиного: от пояса вниз — человеческие ноги, крепкие и мускулистые, а выше — чешуйчатые торсы, увенчанные змеиными головами с горящими глазами. У них были руки, но вместо привычных пальцев виднелись длинные когти, а из пастей иногда вырывались тихие шипящие звуки. Среди них были особи разного роста и телосложения: от массивных, внушающих трепет гигантов до щуплых, почти хрупких существ, и даже совсем маленьких, напоминающих детей. Эти людо-змеи, несмотря на свой устрашающий вид, вели себя на удивление спокойно, хотя их взгляды, устремлённые на чужаков, искрились неприкрытой враждебностью.       Всё было тихо, до тех пор, пока в воздуха не возник пространственный водоворот, из которого появились трое человек. Однако это не вызвало особого интереса у существ — всё-таки люди сюда приходили и уходили достаточно часто. — Господин, мы рады вашему возвращению. Нам очень жаль, что мы не смогли вчера лично присутствовать на празднике, — раздался молодой, но уверенный голос. К Гриду подошёл один из «Теней», чья тёмная мантия слегка колыхалась при движении. Несмотря на молодость, этот человек уже был на вершине ранга Магистра — поразительное достижение в мире, где магии было не так уж и много, а плотность почти никакая. Его голос дрожал от сдерживаемого волнения, но в нём чувствовалась искренняя преданность.       Мужчина задумчиво посмотрел на него, слегка нахмурив брови. — Спасибо, но… я не припоминаю тебя, — произнёс он, внимательно изучая фигуру перед собой. Молодой человек открыл было рот, чтобы ответить, но Грид остановил его, подняв руку. — Неважно, оставим это на потом. Закончишь здесь — передай своему капитану, что я перевожу тебя в первое отделение. — Да! Благодарю, Господин! — воскликнул волшебник, не сумев скрыть восторга. Его глаза сверкнули под капюшоном, а голос задрожал от неожиданной радости. Перевод в первое отделение означал, что он встанет в один ряд с сильнейшими волшебниками «Тени», но главное, его будет обучать сам Грид. — Как они себя вели? — поинтересовался волшебник, осматривая местность с явным интересом. Он ощущал в этом месте нечто странное, знакомое, почти родное. Его взгляд скользнул к Нагайне — та так же хмуро оглядывалась, изредка бросая взгляды на людо-змей. Среди них, помимо существ шестого ранга, выделялась одна особь седьмого, но её силы угасали. Жизнь покидала её не из-за чьей-то вины, а из-за обычной старости, и потому на ней никто не задерживал внимания.       Грид в последний раз медленно обвёл взглядом всю пещеру, и в тот момент, когда он встретился взглядом с Нагайной, в его голове прозвучал тихий голос: «У меня очень неприятное ощущение, будто на меня что-то давит…»       Один из людо-змеев, тот самый седьмого ранга, старый и сгорбленный, с чешуей, потускневшей от времени, внезапно поднялся на ноги. Его движение вызвало резкую реакцию одного из «Теней», который тут же направил на него ствол оружия. — Немедленно сядь! — холодно приказал он, в его голосе сквозила угроза. За ним тут же последовали ещё несколько.       Грид перевёл взгляд на старика-змея, и в этот момент их глаза встретились. Тот задрожал, но не от страха — в его эмоциях он уловил нечто иное: чистое благоговение, смешанное с радостью и волнением. Это был странный, почти пугающий коктейль чувств, который Грид не встречал прежде. Внезапно старик рухнул на колени, из его горла вырвалось шипение, и он начал кланяться, раз за разом опуская голову к земле. Через мгновение, словно по невидимому сигналу, остальные людо-змеи последовали его примеру, опускаясь на колени и повторяя его жесты. Это зрелище ошеломило всех — и «Тени», и двух девушек, стоявших рядом с Гридом. — Что ж, это упрощает задачу, — спокойно произнёс он и слегка ослабил маскировку, скрывавшую его истинную силу, и в тот же миг по пещере разлилась волна его магии — мощная, почти осязаемая, видимая невооружённым глазом. Она растекалась по пространству подобно белому туману, мерцающему мягким, но пугающе холодным светом, который за считанные секунды окутал пещеру, отражаясь от гигантских кристаллов и заставляя их сияние пульсировать в такт его энергии.       Это заставило людо-змеев смотреть на него с ещё большим трепетом, словно на божество. Даже «Тени», знавшие, что Грид их союзник, невольно напряглись, ощутив давление его магии. — Мерлин вас подери… Надо было тогда тащить с собой Нагайну, — тяжело вздохнула Беллатрис, с болью вспоминая эти три проклятых дня спуска вниз. — Не пришлось бы тащиться через те чёртовы катакомбы, постоянно отражая нападения этих тварей. Все три дня — грязь, кровь, сон по два часа и ни минуты покоя… — она поморщилась. Но бросить всех и уйти, особенно будучи лидером группы, Блэк не могла — гордость не позволяла.       Нагайна, стоявшая рядом, покачала головой, но в её глазах мелькнула тень улыбки. — Если всё было так ужасно, могла бы и меня позвать, — сказала она, прекрасно понимая, что подруга никогда не признает слабости.       Белла лишь фыркнула и отвернулась, всем своим видом демонстрируя, что помощь ей не требовалась. — Кое-что всё же неизменно, — усмехнулся Грид, прежде чем вновь перевести взгляд на существ, которые продолжали шипеть и кланяться ему. — Ладно, давайте найдём себе экскурсовода и всё осмотрим. Мне всё же интересно, откуда взялось это странное ощущение… и что может настолько сильно блокировать даже моё восприятие?..